Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Altera pars » 10.10.3013. distr. 13. Forget about the past


10.10.3013. distr. 13. Forget about the past

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

https://31.media.tumblr.com/e6f42ba927725c66f0938d494d2b552d/tumblr_nfcolsXYz31r5y2f5o1_500.jpghttps://33.media.tumblr.com/9d74968463496ae8eb5c9eaae9baba61/tumblr_n9enb9WsF21rmgf0ao1_500.gif


• Название эпизода: 10.10.3013. distr. 13. Forget about the past;
• Участники: Katniss Everdeen, Gale Hawthorne;
• Место, время, погода: 10.10.3013; 10:00; ясно, температура днем +20;
• Описание: После того, как Китнисс вытащили с Арены, она обнаруживает, что находится в 13-м дистрикте, где теперь располагается штаб повстанческого движения. Узнав о ситуации в Панеме, о том, что игры несмотря ни на что перезапускаются, а Пит будет одним из участников, и что ее родной дистрикт уничтожен, а Койн готовит восстание, она пытается это переварить. Забившись в один из укромных уголков дистрикта 13, она стремится остаться в одиночестве, где ее и находит Гейл;
• Предупреждения: нет.


+1

2

[AVA]http://sa.uploads.ru/Y8xLc.png[/AVA]Весь мир сошёл с ума. Восстания в дистриктах, представляющие собой бессмысленные и беспощадные погромы домов местных представителей власти, яростное истребление личностей, что как-то связаны с Капитолеем и выполняют его приказы - с одной стороны; поражающие своей жестокостью, истинно бесчеловечные расправы с бунтовщиками и даже членами их семей, испепеление деревень и городов, в общем, неизменная политика президента Сноу на беспрекословное и немедленное подавление непослушания - с другой. Быть может, это закономерный ход событий, а Сойка-пересмешница после всего, что с ней приключилось, наконец-то просто выжила из ума? Должна быть какая-то причина того, почему мисс Эвердин, фактически находящаяся в центре восстания,  категорически не понимает, что происходит вокруг.
Китнисс, не так давно переодевшаяся в одежду 13 дистрикта, отрешённая от мира, будто погружённая под воду или даже оглушённая, брела в неизвестном направлении в течение довольно продолжительного периода времени. Она уже поговорила и с президентом, и с Гейлом, и с Митчем, и с Плутархом, она многое узнала, возможно, даже слишком многое. Сойка-пересмешница точно понимала, что должна делать в скором будущем, но в настоящую минуту неизменно устремленные вперёд глаза, буквально застывший взгляд и безвольно повисшие руки выдавали в девушке абсолютную демотивацию.
Очередная сложнейшая задача, не предусматривающая права на ошибку. Снова Игры и Арена, но теперь девушка сама рвётся попасть туда, несмотря даже на то, что её буквально захлестнуло чувство беспомощности. Что случилось с любимицей Капитолия и дистриктов? Очень сложный вопрос. Быть может, дело в том, что она уже слишком устала, и ей просто не хватает нормальной жизни и простого человеческого счастья?
Вдруг остановившись на лестнице, Китнисс очнулась от нахлынувшего на неё потока размышлений. Огляделась. Опустила руку на перила и придерживаясь за них, будто бы ослабленная донельзя, дошла до нижнего этажа. Замерла на мгновение и тут же продолжила шаг, чтобы окончательно остановиться лишь под лестницей, там, где находится целое ничего, место,  предназначенное для абсолютно никаких целей. Сюда никто из жителей 13 дистрикта, вечно занятых, вечно работающих на всеобщее благо, не спустится, так как им попросту незачем, и именно поэтому здесь девушка хотела бы побыть больше всего.
Не только размышления о настоящем и будущем - воспоминания, такие красочные и детальные, тоже не хотели отпускать Китнисс. Вот в голове стоит картинка, где победительница 74 Голодных Игр разговаривает с держащими далёкий путь незнакомками, направляющимися в такое невиданное Богу место, как 13 дистрикт, и в ходе разговора женщины предоставляют серьёзные доказательства того, почему Капитолий вовсе не посещает каждый год развалины 13 дистрикта, но прокручивает по телевидению одну и ту же картинку. А вот Китнисс восходит на Арену, настраиваясь на битву, заставляя себя сохранять невозмутимое спокойствие и хладнокровие. В это же самое мгновение старшая из сестёр Эвердин видит перед собой, как заплетает косы младшей, нет, тут же лицезрит её  уже повзрослевшей, ухаживающей за больными... Хаос, в голове один хаос.
В таком состоянии и находилась девушка, стоящая под лестницей, окутанная темнотой, спрятавшаяся ото всех. В какой-то момент она вновь ощутила временное прозрение, из-за чего сделала несколько шагов поближе к свету, вышла из под лестницы, но к ступенькам не подошла, осталась стоять на том же "пяточке" пронстранства. Пока ещё слишком рано. Китнисс не готова ко встречи с миром, ожидающим от неё столь многое, сколько в принципе не под силу одному человеку.

+2

3

Множество лестниц, за всю свою жизнь я не видел столько, и не мог представить, что такое бывает. А еще отсеки, - маленькие комнатушки, еще меньше, чем те, что были в наших домах, в двенадцатом дистрикте. Даже то, что, казалось бы, не должно было напоминать о доме, все равно вызывало болезненные ассоциации. В памяти вновь всплывало яркое пламя, пожиравшее людей, наших соседей, знакомых, которых мы встречали каждый день; обветшалые покосившиеся здания, в которых мы выросли. Эти люди еще совсем недавно были рядом с нами, а теперь их нет; эти стены оберегали нас от непогоды, а сейчас от них остались только развалины. Хорошо, что она этого не видела. С нее достаточно было просто узнать об этом. И самое плохое, что когда сообщаешь такие новости, нельзя смягчить их деликатностью, или задобрить красивыми словами, они все равно останутся такими, как есть. Жестокими, непоправимыми и приносящими страдания.
После тяжелого разговора, который состоялся сразу после приезда Китнисс в тринадцатый дистрикт, мы разошлись. Я отправился на работу, порученную мне, как и каждому местному жителю, она же - в медицинский пункт, в надежные руки своей матери и сестры. Я хотел остаться с ней, да что там, я не расставался бы с ней ни на секунду, если бы мог. После того, что она пережила, я был нужен ей. По крайней мере, надеюсь, что это все еще так. Но, как и всегда, и дома, и здесь, я должен был выполнять свои обязанности. Придя ее навестить спустя несколько часов, я узнал, что в медпункте ее нет. Искал ли ее кто-нибудь? И разве можно оставлять ее сейчас одну в таком состоянии? Ну, конечно, у них нет лишних рук, чтобы бегать за кем-либо по всем уровням. А ее родные сейчас заняты другими пациентами.
Тринадцатый дистрикт, или то, что от него осталось, - огромный бункер, растянувшийся на многие мили под землей. И только Койн с избранными знает о его пределах. Для нас же, новоприбывших, доступно совсем немногое, только самое необходимое. Поэтому найти ее было не так уж трудно. Особенно с подсказкой местных жителей, сообщавших, в какую сторону она пошла. Китнисс Эвердин - звезда Панема, разве она может пройти незамеченной где-либо, кроме лесных чащ? Правда, я на некоторое время завис возле лестницы, не зная, куда двинуться дальше, но слух меня не подвел. Чутье охотника научило меня ловить каждый шорох.
Спустившись с последней ступеньки, я подошел к ней, собираясь обнять ее за плечи, но в последнюю минуту остановился. Кто знает, хочет ли она этого? И кто мы теперь друг для друга? Ведь я видел все, что было на играх. Правда ли то, что они поженились? А ее беременность, это в самом деле выдумка? Но вот что было не притворным, так это ее слезы, когда он чуть не умер, или ее слова о том, что он нужен ей, на том злосчастном пляже возле рога изобилия. И если он нужен ей, то нужен ли ей я?
- Что ты здесь делаешь, Китнисс? - спросил я, остановившись в двух шагах от нее.

+2

4

[AVA]http://sa.uploads.ru/Y8xLc.png[/AVA]Шаги. Китнисс определённо услышала чьи-то шаги! Нахмурилась. Приготовилась встретиться с тем, кого занесло туда же, куда и Сойку. Сознательно девушка вовсе не собиралась настраивать себя на недоброжелательный приём, однако на её лице явно проступало отторжение, нежелание кого-либо видеть.
Спустя считанные мгновения показался виновник кратковременных переживаний, и он являл собой самый настоящий сюрприз!
«Гейл?..»  - вопросила у самой себя Китнисс, не доверяя увиденному; ей и в голову не пришло, что именно он может найти "беглянку". Гейл вообще плохо вяжется в её сознании с подземным "государством". Друг детства ассоциируется с 12 дистриктом, с родным домом, но уж точно не с обителью восстания, чужим, вызывающим одно лишь недоверие местом. Ещё с того момента, как девушка пришла в себя, она не может поверить, что её друг действительно встал на сторону повстанцев и находится здесь, в 13 дистрикте, куда больше, чем мисс Эвердин.
Но ей задали вопрос.
- Здесь тихо, - другого ответа не нашлось в арсенале у всемирно известной огненной Китнисс.
Как всегда, немногословна. Но сейчас и в самом деле нечего больше сказать. Сойка – открытая книга, про неё уже давно всё выяснили, нет смысла рассказывать что-то ещё. По крайней мере, ей так кажется.
Молча глядя на доброго друга, девушка вдруг ясно поняла, что было бы неплохо выведать у него самого, как он решился присоединиться к восстанию, какие у него планы на будущее, да и о том, как он жил во время Игр, тоже надо бы узнать. Но с чего же начать? Не сделав выбора в пользу ни одного из рассмотренных вариантов, Китнисс лишь сделала шаг навстречу Гейлу. И ещё один. Слишком долго они не видели друг друга, чтобы держаться на расстоянии.
«Совсем недавно он предлагал мне сбежать в лес, чтобы избежать Голодных Игр», - вспомнила вдруг Сойка, и чувство безмерной благодарности разлилось внутри. Рядом с ней стоит человек, которому действительно не всё равно, который только рад заботиться о Китнисс даже в ущерб себе, и она готова оплатить тем же, - «интересно, зажили ли его раны, полученные после избиения миротворцом на площади?»
Китнисс не знала, как высказать всё, что было у неё на душе, и потому, прикрыв глаза, безо всякого разрешения обняла Гейла, такого тёплого, надёжного. Сойка всегда старалась быть самостоятельной и независимой, но только не сейчас.

+2

5

Невозможно передать словами, как я был рад, когда ее спасли с арены. Когда впервые после второй попытки Капитолия избавиться от Сойки, я смог вновь увидеть ее, пусть и лежащую без сознания, я благодарил судьбу за то, что они успели. Наконец-то мне не нужно было сходить с ума оттого, что ей грозит смертельная опасность. Да и, не стоит обманывать себя, я испытал облегчение, когда узнал, что Пита Мелларка не смогли вытащить. Я и теперь радуюсь этому, одновременно испытывая муки совести и ненавидя себя за это мелочное эгоистичное чувство. Разве можно быть таким черствым? Парень тоже многое пережил. И он не виноват, что его имя вытянули в лотерее, отправляя на убой. Но ведь и я не виноват, что меня там не было. Не моя вина, что он отправился на игры, а я остался. Я должен был. Я тоже пытался выживать, как мог, разрываясь между двумя семьями, шахтой и неистово разгорающейся во мне ненавистью к бесчеловечному правительству Панема. Но только разница между нами в том, что он был там, рядом с ней, а я - здесь, совсем один. Так что, должен ли я казнить себя за то, что чувствую? Но я казнил.
Выражение муки, исказившее ее лицо в тот миг, когда она увидела меня, сменилось удивлением. В отличие от меня, быстро понявшего, что здесь к чему, и занявшего свою нишу в огромной машине повстанческого движения, она пока еще чувствовала себя здесь инородным объектом. Я понимал, что все было здесь чужим для нее. Эти стены, словно запирающие ее, привыкшую к свободе, в очередной клетке; незнакомые лица; новые правила жизни. Она не могла найти себе места. И я должен был помочь ей, стать тем оплотом, за который она могла бы держаться. Она должна знать, что может положиться на меня. Теперь я снова буду рядом. Если, конечно, буду ей нужен.
«Здесь тихо», - кто-то другой мог бы понять эту фразу буквально. Но только тот, кто хорошо знал Китнисс, мог бы понять всю глубину этих слов. Звуки этого места очень сильно отличались от тех, к которым мы привыкли, от шелеста листвы, пения птиц, скрипа снега под ногами. Здесь только бесконечное гудение генераторов, шум воды в трубах, да скрежет работающих машин. Поэтому хочется сбежать куда-то, где тебя не будут преследовать эти чужеродные звуки. Но здесь нет такого места, где действительно было бы тихо. Так, как бывало у нас на луговине незадолго до наступления рассвета. Здесь совсем не тихо, Кискисс.
Не успел я ничего ответить, как она подошла ближе и обняла меня, осторожно опустив руки мне на плечи. Я только сейчас понял, как сильно соскучился. Позволив себе на минуту расслабиться, я закрыл глаза, вдыхая запах ее волос. Теперь они пахли иначе, яблочным мылом, которого здесь, наверное, был неиссякаемый запас. И это вызвало у меня легкую улыбку.
Но несмотря на близость и сокровенность этого момента, меня не оставляла все та же тоска. Я не мог избавиться от страха, что она больше никогда не будет принадлежать мне так, как раньше. Я буду рядом с ней, что бы ни случилось. Но будет ли она со мной? Я боялся, что физически находясь здесь, душой она все еще будет на арене с Питом Мелларком. И я ничего не мог с собой поделать. Хотя в глубине души я и так знал, что мне будет отведена роль всего лишь друга.
Когда объятие завершилось, и она мягко отстранилась от меня, я взглянул на нее, пытаясь убедить себя, что все нормально, и она все та же моя Кискисс. Но увидел только бесконечно уставшую и нуждающуюся в заботе девушку. Я хотел бы сказать ей, что все будет хорошо. Но это была бы ложь. Был велик соблазн начать жалеть ее, но это никак не помогло бы ей взять себя в руки и вернуть силу духа. Жалость, это последнее, что нужно ей сейчас.
- Теперь ты в безопасности, - сказал я, теребя завиток, выбившийся из ее прически. Это было правдой. - Мы заставим их заплатить, - добавил я. Это были самоуверенные обещания. Заправив прядь волос за ухо, я опустил руку ей на плечо:
- Нельзя раскисать, Кискисс, надо держаться.

+2

6

[AVA]http://sa.uploads.ru/Y8xLc.png[/AVA]- Нельзя раскисать.
Точно подмечено. Как всегда, Гейл прекрасно понимает Китнисс, он знает, как ей помочь. И делает это, хотя любой другой давно оставил бы в прошлом девушку, что уже обручена с другим.
Победительница Голодных Игр не может проигнорировать проявление столь необходимой заботы к своей персоне. Она возьмёт себя в руки, она закусит удила и будет двигаться вперёд. Слабые люди - обуза, они никому не нужны. Китнисс ни за что не станет ненужным грузом.
Выпрямила спину. Решительно тряхнула головой, прогоняя тревожные мысли.
- Я должна попасть на Арену.
Сойка уже делала заявление об этом, но сейчас она не ставит в известность предводителя 13 дистрикта, а разговаривает с лучшим другом, делится наболевшим.
- Но осуществить вылазку в Капитолий - непростая задача. Я могу помочь вместо того, чтобы сидеть в стороне и ждать. Ты прав, нельзя раскисать, нужно прилагать все усилия и делать всё, что в наших силах!..
Голос девушки становится громче, твёрже и решительнее. В её глазах зажёгся огонь.
- Ты знаешь, что планирует президент Койн, верно? - прижав сжатые в кулачки руки к груди, вопросила Китнисс, - она видит во мне только лицо революции, всего лишь мордашку для агитации, но!.. Если я буду больше знать...
Кажется, она требует слишком многого. Однако слишком многое и стоит на кону.
- Для меня нет невыполнимых задач. Только не после Голодных игр.
Как самоуверенно. Но Китнисс на самом деле уже не единожды совершала невозможное. Это уже вошло в привычку.
- На Арене происходят ужасные вещи. Мы должны как можно скорее вызволить участников оттуда. Это спасёт не только 23 человека, всё гораздо серьёзнее! Дистрикты, узнав об освобождении своих трибутов, отринут все сомнения и встанут на сторону революции! - а она пустила в ход весьма и весьма серьёзный аргумент, надо заметить, - это должно быть нашей первоочередной задачей. Ради победы над Капитолием.
"В самом деле?.."
Панем не спасти так просто. Даже если революция охватит всю страну, то что дальше? Сойка-пересмешница не верит в "очищающую" силу коренной ломки существующих отношений. Главная цель для неё - вызволить трибутов. И когда замолчавшая девушка вдруг ясно поняла это, она отвела взгляд в сторону. Серьёзно задумалась.
- Гейл...а ты веришь в революцию? - тихо, еле слышно спросила "огненная Китнисс", - ты гораздо умнее их. Ты знаешь всё о жизни, а они, преданные идее светлого будущего, слепы, и потому способны на страшные вещи. И неоправданные жертвы. Их методы сильно напоминает мне Капитолий. Что нам даст смена власти?
Противоречащая сама себя, сбившаяся с пути - ты ли это, Сойка-пересмешница?

+2

7

Пози как-то спросила меня, что означает выражение: «гром среди ясного неба»? Ведь нашем дистрикте ясного неба почти не бывает, угольная пыль так и стоит в воздухе, льется сверху с дождем, плывет над нашими головами вместе с тучами. Поэтому пришлось объяснить ей иначе: «Случается так, любуешься на прекрасную картину, на которой все превосходно и находится своих местах. Например, вот мы видим поляну, а на ней: зеленую траву, цветы, пасущихся коз, деревья вокруг, и вдруг… обнаруживаем, что посреди поляны стоит… ну допустим слон. Слону тут явно не место. Как и грому, если небо ясное».
Вот и сейчас мне в голову пришла эта аналогия. Только что мы стояли здесь обнявшись, спустя долгое время разлуки. Я говорил слова утешения и радовался, что она вернулась живой и невредимой, хоть и нуждается в лечении и реабилитации. И тут вдруг… этот самый слон.
Что? На Арену? Если бы я сейчас ел, точно бы подавился. Я вовсе не это хотел сказать! Я имел в виду, не впадать в уныние, пробудить свой оптимизм, скорее идти на поправку, сохранять бодрое расположение несмотря ни на что. Но никак не идти на войну.
Должно быть, я заметно переменился в лице, потому что почувствовал, как мои скулы напряглись. Но она продолжала говорить, словно не замечая этого. Или не желая замечать. Про вылазку в Капитолий, про планы Койн, про свой опыт выживания после Голодных игр. Моим взглядом, вероятно, уже можно было заморозить воду в стакане. А она уже рассуждала о том, как вызволить участников с игр и поднять дистрикты на восстание. Ее глаза горели лихорадочным огнем, словно она была в белой горячке. А может так оно и есть? Потому что если нет, то она просто наивная девчонка, решившая, что раз теперь она стала незаменимой, то заодно и неуязвимой. Мне пришлось приложить немало усилий, чтобы не взорваться. Мне хотелось оборвать ее, накричать, привести в чувства. Но я знал, что потом очень пожалею, если не сдержусь сейчас.
Наконец ее приступ «мне надо бежать и спасать мир» прошел, а ее голос стал тише и размереннее. Она принялась рассуждать о предполагаемой жестокости тех, кто сейчас стоит у руля, и о том, как убедиться в том, что к власти не придет очередной садист и убийца.
Как много разрозненных мыслей в ее голове. Она бросается из крайности в крайность. Она рвется уничтожить Сноу, и тут же готова поставить под сомнение тех, кто идет на него войной. Что-то мне это напоминает. Совсем как тогда, когда поцеловала меня, а потом объявила на всю страну что выходит замуж за Пита Мелларка. А теперь вон, так переживает за своего «жениха», что готова вернуться на арену.
Не важно. Сейчас мне надо взять себя в руки и найти нужные слова, чтобы убедить ее, что сейчас отправляться в горячие точки для не первостепенная задача. Но как это сделать, ведь я не мастер говорить речи. С речами это не ко мне, а к ее пекарю. Я почувствовал, что снова начинаю заводиться. Закипаю, словно чайник, который убрали с плиты, а затем, не дав ему остыть, снова вернули на огонь.
- Китнисс, ты сошла с ума? - я пытался себя контролировать, но это было очень сложно. - Каждый должен делать то, что в его силах, но возвращение на Арену не в твоих силах! В первый раз ты была мишенью для двадцати трех человек, большая часть которых была беспомощными детьми. Теперь же ты - мишень для всех солдат Капитолия. Едва ты появишься в их поле зрения, они тут же снесут тебе голову, - сжимая руками ее плечи, я понимал, что почти трясу ее, но гнев, смешанный с беспокойством так просто не унять. - Каждый должен делать то, что принесет реальную пользу. Ты не «мордашка для агитаций», не говори так. Это слишком сильно умаляет тот вклад, который ты реально можешь внести в общее дело. Вклад гораздо больший, чем пара дырок от стрел в телах миротворцев прежде, чем ты упадешь замертво. Неужели ты не понимаешь? - я осознал, что слегка повысил голос и осекся, ослабив хватку своих ладоней на ее плечах. Я все-таки позволил себе лишнее. Наговорил то, чего не хотел.
- Ладно, - негромко добавил я, переводя дух, пытаясь подобрать хоть какие-то слова, способные смягчить ситуацию. - Давай ты просто… Просто сначала поправь здоровье, а потом посмотрим, что делать дальше. Набраться сил, - вот, что тебе сейчас нужно.

+2

8

[AVA]http://sa.uploads.ru/Y8xLc.png[/AVA]Вперившись немигающим взглядом в лицо рядом стоящего собеседника, Китнисс молча выслушала все его логичные и достаточно обоснованные доводы, не пропустив мима ушей ни слова. "Он абсолютно верно рассуждает, ему нечего возразить, Сойке нельзя выходить на Арену, да, безусловно, он прав, нужно довериться предводителям восстания" - эта мысль хоть и задержалась в сознании мисс Эвердин, но лишь на минуту, не более. Существовало слишком много других вариантов возможного развития событий.
Быть может, Гейл не понимает всей ситуации, в то время как участие любимицы всего Панема в Играх - это действительно обязательное условие свержения власти Капитолия?
Или возможен другой план действия, но до него ещё никто не додумался?
Нужна стратегия, взяв которую за основу, возможно обойтись минимальными жертвами.
Думай. Думай!
Девушка зажмурилась, с великой горестью осознавая, что не знает совершенно ничего. Она слепо рвётся в бой, на верную смерть. Кажется, это уже вошло в дурную привычку, а вместе с тем стало причиной её маленьких побед над Капитолием и зажгло огонь в сердцах тысяч и десятков тысяч людей.
- Набраться сил, - медленно повторила Китнисс.
"Скорее я сойду с ума. Бездействовать и наблюдать за произволом 13 дистрикта... - молодая особа серьёзно задумалась о том, насколько это для неё возможно. Мыслительный процесс пошёл серьёзный, глубокий, того и гляди, скоро взорвётся голова. - "Президент Койн ничем не отличается от Того Человека. Бездействовать сейчас - значит стать сообщником. Но как я могу повлиять на неё?"
Каждый шаг необходимо продумать. Ничего нельзя упустить из виду. Однако слова продолжают срываться с губ.
- Иногда нужно оставаться в тени. Иногда от нас не зависит ничего.
Она не знала, что говорит. Казалось, будто мисс Эвердин не задумываясь озвучивала мысли другого, чужого человека.
Сойка не поверила своему другу, но вместе с тем и не была уверенна в собственных убеждениях.
- Я должна вернуться под надзор медицинских работников, - пустым голосом произнесла девушка, повернув голову в сторону лестницы, после чего вдруг прервала разговор и пошла вперёд, хотя на самом деле не видела ни одной причины, почему нужно вернуться туда, откуда недавно сбежала.
Гейл - хороший друг, даже отличный, и он даёт дельные советы. Но иногда человек совершенно не способен слышать ближнего своего, и всё, что ему нужно, лишь свобода действий. А её у Китнисс не было, кажется, с рождения.
Ноги тяжело отрываются от ступенек, чтобы совершать всё новые и новые шаги. Пальцы цепляются за холодные перила. В глазах лёд. Душа разрывается на части и диким криком просится на волю.
Беспомощность убивает.

Отредактировано Katniss Everdeen (Пт, 12 Дек 2014 23:26)

+2


Вы здесь » THG: ALTERA » Altera pars » 10.10.3013. distr. 13. Forget about the past


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC