Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Animi magnitudo » 1.10.3011.Dist.2.When you leave I'm beggin you not to go.


1.10.3011.Dist.2.When you leave I'm beggin you not to go.

Сообщений 1 страница 9 из 9

1

http://s017.radikal.ru/i400/1504/8b/25b1ae82f0e7.gifhttp://s008.radikal.ru/i303/1504/a6/0ae48892e98f.gif


• Название эпизода: When you leave I'm beggin you not to go ;
• Участники: Сharotte Valentine, Kronos Vincente;
• Место, время, погода: где-то на просторах второго Дистрикта, cразу после Жатвы; сильный ветер, собирается гроза, прохладно.
• Описание: Кронос снова вызвался добровольцем на Жатве, хотя обещал Чарли этого не делать;
• Предупреждения: возможно битье посуды и стрельба из арбалета.


Отредактировано Charlotte Valentine (Сб, 18 Апр 2015 15:35)

+3

2

Если ты живешь в дистрикте, где из каждого второго ребенка с детства растет профи, казалось бы ты должен начать относиться  к Голодным играм немного по-другому. Должен, как и все, видеть в них соревнования, а не бойню, возможность рискнуть и победить, а не суровое наказание дистриктам. Вот только Чарли так не могла. Не могла относиться к этому как простому поединку, не могла разделять какой-то почти восторг половины жителей дистрикта относительно возможности проверить свои силы таким образом.
А ведь она честно пыталась. Тренировалась наравне со всеми, и даже больше. Учитывая, что ее мать была тренером будущих трибутов, саму Чарли с детства растили как профи. И она думала, что однажды почувствует то же, что и остальные. Этот ажиотаж, это желание проверить чего ты стоишь, оказавшись на арене. Но она не чувствовала этого, а повзрослев, поняла, что никогда и не почувствует. Может быть потому что знала, что ее родители против Голодных Игр, может потому, что видела как тяжело маме давалась гибель их трибутов, потому, что каждый из них был ее учеником, был тем, кому она впервые показала как правильно держать в  руках арбалет, когда тому едва ли было больше семи. А может потому, что Чарли с самого первого просмотра Игр поняла насколько это бесчеловечно вот так вот через вынужденную детскую жестокость показывать власть правительства.
Причин было много, но все они вели к одному. Она ненавидела Голодные Игры. И день Жатвы не был для нее праздником. Не потому, что она боялась, как ни странно, страха почти не было. В конце-концов, в их Дистрикте было слишком много добровольцев, чтобы на арене оказались те, кто действительно сильно этого не хотел. А она не хотела. Не хотела поднимать руку на кого-то, целиться в живую мишень, образовывать союзы и предавать. Но ей было тяжело и тошно смотреть на тех, кто сам шел на верную гибель, которая по ее мнению была неминуема. Даже если ты побеждаешь. Даже если возвращаешься. Что становится с твоей душой?
Тем не менее эта Жатва была для нее своеобразным событием. Потому что была последней. Не для нее, для Кроноса, который с 16 лет вызывался добровольцем, что каждый раз заставляло ее ненавидеть дни Жатвы еще сильнее.
Они ведь дружили с 12 лет, он был с ней рядом все эти долгие годы. Он давно стал для нее больше чем другом, только она пока боялась в этом признаться. Не только ему, но даже себе. Хотя сама не знала почему. Может потому, что он и так никогда не был обделен женским вниманием, может потому, что боялась этим разрушить дружбу и его потерять. А может потому, что защитные механизмы упорно вытесняли все мысли о нем, заходившие слишком далеко, потому что страх привязаться к кому-то так сильно был слишком велик. Особенно страх привязаться к парню, который раз в год старательно пытается вытянуть "счастливый" билет в один конец, будто это мечта всей его жизни. Может так оно и было, вот только она об этом совсем не мечтала. Она сомневалась, что ей по зубам потерять Кроноса, даже если они и будут всего лишь друзьями. Потому что по правде говоря, она слишком давно к нему привязалась, чтобы теперь изображать безразличие к его решениям. Она и не изображала, считая что даже на правах подруги имеет на это полное право. Поэтому  каждая его попытки вызваться добровольцем заканчивалась скандалом, криками, иногда желанием достать арбалет и пригвоздить его к стене за рукав рубашки, чтобы так и стоял и не думал больше делать глупостей. Но разве он когда-нибудь ее слушал? Иногда ей казалось, что он будто намеренно делает все ей наперекор, только не понимала, чего он этим добивается.
Именно поэтому сегодняшняя Жатва была для нее событием, ведь она была последней, да и к тому же, они уже разговаривали об этом вчера. Зная, что он не захочет упустить свой последний шанс оказаться на Играх, Чарли за день до того пришла в дом Винценто, чтобы просто поговорить с ним, попросить, почти умолять его не вызываться. В итоге все как всегда закончилось скандалом, он почти довел ее до слез, что случалось крайне редко. Однако, когда Кронос понял, что перегнул палку, то сразу сбавил обороты. И в итоге даже пообещал ей, что не будет проситься в добровольцы. Откуда ей было знать, что он сделал это только чтобы успокоить ее и закончить ежегодный и оттого ставший бессмысленным спор, а не потому что действительно понял почему это так важно для нее.
Всю степень своей ошибки она поняла, как только началась Жатва. Тот факт, что он стоял не рядом с ней, а за несколько рядов вперед уже не предвещал ничего хорошего. Правда Чарли все еще наивно надеялась, что это случайность, не более.
-Я - доброволец - знакомый голос заставляет дрожь пройти по всему телу.
Это не случайность. Чарли вскидывает взгляд, но видит лишь светлую макушку. Она знает, что он намеренно даже не смотрит на нее. Это тоже никакая не случайность.
И в этот момент, она чувствует, как на нее обрушивается шквал эмоций, будто ее облили холодной водой из ведра. Пытаясь справиться с собственными ощущениями, она почти пропустила тот момент, когда назвали окончательное имя трибута. И только спустя мгновение поняла. Его не выбрали.
Наверняка, он будет этим расстроен. Что до нее, то она должна была почувствовать облегчение, но вместо этого ее все еще буквально трясло. Он ведь ей обещал. Да, о его самоуверенности и самонадеянности ходили легенды, но Чарли самой этих качеств было не занимать. Но неужели он не понимал? Даже его родители были против этих его выходок. Если он не хотел подумать о себе, подумал бы хоть о других.
- Ты обещал! - звонкий звук пощечины, заставил некоторых стоящих рядом подростков оглянуться. Она подошла к нему сразу, как только все начали расходиться. Обычно, они не устраивали сцен на людях, предпочитая устраивать все разборки в доме одной из семей, где все давно привыкли к их бурным отношениям, однако сейчас Чарли просто не могла себя сдержать. Пощечина была заслуженной, и ей было плевать, что подумают остальные, потому что она и не собиралась устраивать здесь скандал. И потому влепив пощечину, она тут же резко развернулась и направилась домой. Чарли не хотела здесь больше находиться, даже разговаривать с ним не хотела.

Отредактировано Charlotte Valentine (Вт, 21 Апр 2015 18:33)

+1

3

Парень растерянно смотрел на сцену, богато украшенную по случаю  очередной Жатвы. Цель его жизни на расстоянии всего одного слова. Режущая слух тишина окружила его, в голове звоном отзывалось имя трибута из 2 дистрикта.  Имя. Не его. Кроноса снова не выбрали.
Возможно ли быть на столько везучим, чтобы твое имя попалось первым и единственный из нескольких сотен? В этом году у него был последний шанс попасть на Голодные Игры, последний шанс победить и записать свое имя в историю Панема, став частью его триумфа.
В его плоти и крови смешалось два духа: тщеславие представителя 2 дистрикта и трезвость ума семьи Винценто, которые никогда не показывали своей лояльности восстанию, но на самом деле были ярыми его сторонниками.
Жгучая боль охватила его щеку сразу же после звонкого хлопка. Повернувшись обратно парень направил яростный взгляд на Чарли. Девушка стояла прямо перед ним, кажется мысленно метая молнии.
-Ты обещал! - Кронос окаменел лишь прожигая девушку взглядом. Он сцепил зубы так крепко, что они скрипнули от давления. Неудавшийся трибут едва сдерживал себя, пытался обуздать свои эмоции.
Он обещал ей, что не будет вызываться добровольцем, обещал, чтобы избежать никому не нужных споров вчера. Кронос отчаянно не хотел ссоры, не хотел слышать упреков и видеть ее слез. Вчера он осознанно обманул Чарли, сегодня совершенно точно знал, что поднимет руку и произнесет заветные слова в третий и последний раз. Сегодня все его надежды рухнули.
Чарли не собиралась устраивать разборок при всех, но уже успела сделать первый шаг, когда прилюдно дала Крону звонкую пощечину. Оправдываться не хотелось, да и что он мог сказать? Как оправдать свою ложь, если девушка год за годом не могла понять его?
Дождавшись, когда девушка скроется из виду, он медленно пошел в сторону дома.

Парень сидел в гостиной, крепко обхватив руками белобрысую голову. Он не мог поверить, что возможности стать трибутом уже нет, больше нет. То, к чему его готовили всю жизнь уже не достижимо. Конечно, родители готовили его к Арене лишь потому, что другого выбора у них нет, разве что если они хотели видеть сына павшим.
Кронос воспитывался вместе с Миртой и Катоном, павших на прошлых играх, он хорошо помнит Энобарию и Брута, которые друг за другом вернулись с победой, когда для Кроноса все только начиналось.
Кровь бешено пульсировала в висках, сердце волнительно билось в груди. Винценто издал тихий вообще-рычащий звук. Он негодовал, бесился, был полностью разочарован в себе. Все шло под откос.
Щеку все еще неприятно жгло. Кронос понимал, что поступил скверно, особенно, если учитывать их отношения с Валентайн. Чарли потерла отца во время бомбежки 13-ого. Будучи миротворцем в самом дальнем дистрикте, он перешел на сторону жителей и до последнего пытался спасти их. Об этом знали лишь их семьи и сторонники революции, для остальной части Панема ее отец был героем, до конца защищавшим интересы государства. Чарли всей душой ненавидела эти зрелища во многом из-за гибели отца. Винценто знал это.
Черт, Кронос знал какую боль причинял ей своим выбором и своими мыслями, но ничего не мог с собой поделать, был не способен выбросить из головы мысли об Играх, он раз за разом старался попасть туда и доказать самому себе свою силу, а, быть может просто потешить самолюбие.
Он резко поднялся и стал мерить комнату шагами. Да, пусть он сделал ей больно, но по-другому не мог. Тогда бы он жалел о своем бездействии всю жизнь, винил бы ее в, пусть по сути своем, выборе. Сейчас он не может пойти к ней, слишком свежа рана потери чего-то важного в его жизни, Кронос должен успокоиться.

Спустя пол чала парень уже заходил в незапертую дверь дома Валентайн. Кронос не будет извиняться, не будет говорить, что виноват в том, что шел к своей цели. Он соврал ей из лучших побуждений — не мог видеть ее слез, и, уж тем более, не хотел осознавать, что их причина он сам.
- Чарли, - позвал он девушку тихим голосом, заглядывая в ее комнату. Дверь привычно скрипнула Девушка стояла у окна, повернувшись к парню спиной. Ее поза по-прежнему напряженная.
Зачем он пришел? Что сказать дальше? Кронос этого совсем не знал. За несколько лет их общения он привык к тому, что не надо заранее продумывать слова, надо просто идти и делать, решать проблему быстро, будто отрываешь прилипший пластырь.
- Знал, что найду тебя здесь, - добавил он, заходя внутрь комнаты.

+1

4

Чарли стояла у окна в собственной комнате, упираясь ладонями в подоконник и думая о том, что ей нужно просто перестать об этом думать. Забыть. В конце-концов, его ведь не выбрали, и Жатва для него была закончена, что может быть важнее?
Но как бы она ни старалась выбросить все это из головы, перед глазами так и стояло то его выражение лица, с которым он к ней повернулся. Наверное от тех молний, что они метали друг в друга глазами можно было зарядить парочку электростанций. Он был так зол и расстроен из-за упущенного шанса стать трибутом, что только скрежетал зубами, даже слова ей не сказав. Не то, чтобы она дала ему много шансов для этого, она ведь почти сразу развернулась и направилась в противоположную от него сторону, довольно быстро затерявшись в толпе.
Просто..
Ну же Чарли, скажи, а чего ты ждала?
Она ведь знала, что он за ней не пойдет, что не станет ее останавливать и уж тем более оправдываться. Он солгал и по правде говоря, это скорее проблема ее наивности, чем его намеренный умысел быть с ней нечестным. Как она вообще могла поверить, что он упустит свой последний шанс попасть на Голодные Игры? Что он отступится? Кто угодно, только не он. И разве это не то качество, которое она так в нем ценила? Именно то, вот только не когда это касается его жизни.
И наконец, она поняла, что именно так злило и обижало ее в его поступке.
Для него арена -  шанс испытать себя, пусть. Даже если он не отдает себе полного отчета в том, что это значит и что будет в себя включать. И даже если отдает. Но он не понимал или не хотел понимать, как это отразиться на тех, кто любит его. На родителях, которые растили его как профи только для того, чтобы он смог защититься и победить на арене, а не сам вызывался на нее, на сестре, которая терпеть не могла Голодные Игры, на самой Чарли, которая не могла позволить себе потерять кого-то столь близкого еще раз.
От ее мыслей ее отвлек хлопок двери. Она почти наверняка знала, кто именно вошел в дом, но почему-то все равно вздрогнула, когда он произнес ее имя.
- Знал, что найду тебя здесь.
Конечно, знал. Как и то, что она знала, что он придет. Не сразу, но придет. И хотя молчаливый вопрос "зачем?" так и повис в воздухе, они на самом деле не нуждались в ответе на него.
На мгновение в комнате повисла напряженная тишина, Чарли не обернулась, так и продолжая стоять к нему спиной. Она не знала, что ему сказать, потому что ей казалось, что она все уже сказала вчера. Только это мало, что изменило.
- Поверить не могу, что я была такой наивной дурочкой, что подумала, что ты и впрямь пообещал мне отступиться, - наконец, говорит она тихо. Ей кажется, что ко всему прочему ее еще злит именно ее ошибка, она ведь знает его уже много лет, чтобы быть уверенной в том, что его упрямство может свернуть горы. Почему она так просто повелась на это? Наверное, просто слишком устала переживать за него, хотела обмануть саму себя приняв на веру его обещание, чтобы хотя бы оставшиеся до Жатвы сутки чувствовать себя более менее спокойно, а не изводить мыслями о том, что будет если его все-таки выберут в качестве добровольца.
- Я знаю какой ты до жути упрямый, но я просто не понимаю, Крон. Не понимаю, чего ты добивался? Да, нас растили на сказках о победителях из второго Дистрикта, нас с детства учили, как профи, но детство давно прошло вместе со сказками. Так чего ты добивался? Хотел попробовать свои силы на арене? У нас в Дистрикте достаточно победителей, чтобы мы могли не питать ложных надежд о том, что это по-настоящему значит быть участником Голодных игр и что значит быть их победителем тоже. - оказывается она прекрасно знала, что именно ему сказать, хотя это больше походило на какой-то замкнутый круг, потому что они обсуждали это уже не раз и не два, а вот уже несколько лет подряд. Только раньше это были скорее попытки его вразумить, отказаться от цели стать трибутом, теперь ему это не грозило и она просто пыталась понять почему это было так важно для него. Но больше, чем понять его, она сейчас хотела объяснить ему, почему принятое им решение было так важно для людей, которые его окружали, почему его желание стать трибутом касалось не только его одного.
Ведь дети и взрослые их Дистрикта и правда особо не питали ложных надежд относительно того, через что приходится проходить не просто всем трибутам, но даже победителю Голодных игр, которому казалось бы повезло. Они знали, что Игры не заканчиваются после победы, однажды попавший туда, так вечно и остается на Капитолийской арене и это точно не то место, где она хотела бы видеть Кроноса.
- Ты такой жизни для себя хотел? И жизни это в лучшем случае, потому что не всегда можно оказаться победителем не зависимо от того насколько ты силен. Нас учили по записям всех Голодных игр, ты знаешь, что иногда даже профи обыгрывают те, кому просто чуть больше повезло. И ты был готов погибнуть на арене ради своего упрямства? - Чарли сжимает тонкими пальцами край подоконника с такой силой, что белеют костяшки пальцев. Она все еще не может обернуться, не может посмотреть ему в глаза, не хочет видеть там непробиваемую стену того самого упрямства, за которое он и впрямь был бы готов погибнуть, из-за которого она могла бы вот так просто его потерять.

Отредактировано Charlotte Valentine (Вт, 21 Апр 2015 18:33)

+1

5

Ее напряженная поза кричала лишь одно — Чарли еще не отошла, она злиться и быть беде. В своей голове Кронос мог воспроизвести все фразы, которые он сейчас может услышать, ведь именно их он слышит дважды из года в год вот уже несколько лет. Чарли тоже могла бы с уверенностью повторить все его будущие ответы, безошибочно, слово в слово парировать свои же вопросы, точно так же понимая, что его слова не будут отличаться от предыдущих.
В комнате повисла напряженная тишина. Воспользуйся сейчас словами не так аккуратно как следует и точно порежешься об их натянутые струны. Шарлотта молчала, но через какое-то время эмоции взяли верх. Тихо, сдержанно, с какой-то болью в голосе, она произнесла именно то, что ожидал Кронос, что он очень боялся услышать.
- Поверить не могу, что я была такой наивной дурочкой, что подумала, что ты и впрямь пообещал мне отступиться.
Внутри что-то сжалось и перевернулось с ног на голову. Парень поджал губы и на несколько секунд отвел глаза в сторону. Что он мог ответить? Он соврал ей. Но какой у него был выбор? Ругаться до самой Жатвы, а затем, уехать в Капитолий, так и не попрощавшись, думая, что она его ненавидеть, злится на него? Сейчас не лучше, но, быть может, эффект неожиданности помог бы ей справиться с ситуацией.
В любом случае, его не выбрали, что теперь? О чем все эти разговоры? Злость и обида за неосуществленные цели снова взяли верх над чувством вины, - А что я должен был тебе сказать?  - Кронос чуть повысил голос. Гонимый порывом, он шагнул в комнату, резко разводя руки в стороны. Парень правда не понимал как такое может быть. Почему девушка, которая знает его почти с детства никак не может понять, что это важно для него?...было важно.
Гонимый горечью своего поражения, невозможностью больше попасть на Жатву, Крон уже не мог остановиться, с легкостью парируя любые слова Чарли, с яростью, отбиваясь от ее вопросов.
- Черт, Чарли, - он чуть закинул голову и на мгновение прикрыл глаза, будто уже отчаявшись что-то доказать, - Это не сказки! И мы не просто так родились во втором! Нас растили не на сказках, а на победах наших отцов и матерей, да, к черту все, на победах наших соседей! Это не ложные надежды, как ты не понимаешь! Это возможность жить по-другому! Возможность что-то изменить, рассказать о себе, почувствовать, что ты не такой как остальные. Вот, что значит быть Победителем Игр!
Его дыханье участилось, глаза загорелись каким-то особым, жутким огоньком и стали казаться бездонными в своем цвете. Все внутри бурлило как в адском котле, вот-вот грозясь вырваться наружу. Сегодня он потерял будущее, которое казалось единственным возможным.
Она уже слышала эти слова, слышала их десятки раз, в том числе и вчера. Кронос не уставал повторять их в надежде, что девушка, наконец, его услышит и поймет. Поймет как ему НАДО было попасть туда, как нужна была ее поддержка, и, как он нуждается в ней сейчас, когда все кончено. Иначе, Кронос остался один на один со своим разбитым вдребезги миром. Что ему теперь остается? Водить поезда в Орех до конца жизни?!
- Да, такой! Такой жизни я хотел! Я не хочу торчать здесь и заниматься черновой работой, смиренно опустив голову! Я не хочу так! Не хочу, понимаешь!? Из меня не вышел миротворец, не вышел трибут. Да кто я сейчас вообще такой?!
Непонимание, безнадежность охватила его и больно кольнула изнутри, парень замолчал громко фыркнув. Он с силой, яростно запустил пальцы во взъерошенную копну волос цвета сухой соломы и напряженно выдохнул. Внутри клокотал гром, летали молнии, кажется, что если парня сейчас кинуть в воду, то он зашипит, охлаждаясь.
- Мы видели каждый момент Игр. Ты знаешь меня лучше всех и правда думаешь, что я бы не победил?!
Кронос отвел взгляд от девушки и уставился в стену, приводя мысли в порядок. Их было много, слишком много, но ни одну он не мог удержать, ни на одной сосредоточится. Казалось, его жизнь вот-вот закончится, и для этого совсем не нужна Арена. Все может произойти здесь и сейчас.
Он обхватил ладонями лицо и, крепко зажмурившись, сильно потер лоб и щеки, - Как же ты не понимаешь, - тихо, с горечью, словно сам себе, произнес Кронос. Слов пока не находилось, это все, на что сейчас был способен его, полный злости и гонимый неизвестностью, мозг.

+1

6

Да, они всегда были разными по характеру. Да они часто спорили обо всем на свете. Но ведь они дружили так давно, что уже научились понимать друг друга с полуслова, с полужеста, полувзгляда. Правда, иногда ей достаточно было только взглянуть на него и она уже знала, о чем он думает. Но тема Голодных игр из года в год была и оставалась камнем преткновения, всегда приводила их к громким спорам, которые никогда не заканчивались хотя бы подобием взаимопонимания. Каждый раз они оставались при своем, просто в конце-концов опуская эту тему, чтобы снова вернуться к ней на следующей Жатве. Они не могли понять друг друга и все упреки, аргументы, риторические вопросы просто повторялись на разный лад снова и снова. Это было каким-то замкнутым кругом, который выматывал их обоих, но от которого ни один из них не мог отступиться.
Поэтому она знала все, что он ответит. Знала почти наизусть. Как и то, что сама скажет ему после этих его слов.
- Что ты должен был сказать? Ты не должен был мне лгать, ясно? Не должен. Никогда.
Она не хотела, чтобы он когда-либо ей лгал, потому что он был, наверное, единственным человеком кому она могла абсолютно довериться. Которому она могла рассказать все и знать, что он никогда ее не предаст.
Но он уже ей солгал, вынужденно или нет, не важно. Она не просила его об этом, не просила щадить ее чувства, чтобы потом смело проехаться по ним катком всего лишь одной фразой, заставляющей чувствовать как внутри все переворачивается.
"Я -доброволец".
Доброволец на что? Как он не понимал.
- Возможность рассказать о себе, возможность почувствовать, что ты не такой, как все остальные? Крон, ты вообще слышишь что ты говоришь? Тебе всерьез нужно признание Капитолийцев, которые каждый год отправляют чужих детей на бойню и делают на них ставки, как будто они скаковые лошади? - Чарли все еще упрямо смотрит в окно, знает, что если повернется, то не сможет сдержать эмоций, которые и так уже почти окончательно вырвались из под ее контроля.
-Да, нас растили на победах, поэтому мы знаем, через что проходит каждый победитель Игр. Ты хотел такой жизни? И поднимать руку на других  трибутов ты хотел? Не тех, кто выбрался добровольно и кого растили, как профи. Обычных детей, которым не повезло на жатве? И делать это не потому, что тебе приходится, а потому что ты сам так захотел, потому что ты выбрал этот путь для себя! Ты этого хотел? И потом стать игрушкой Капитолия и богатых спонсоров тоже хотел? Думаешь, победив, получил бы славу и признание, а не кошмары по ночам?
Даже не оборачиваясь и не видя его, она знала как сильно он злится. Знала, что еще он разочарован и сбит с толку, потому что кроме происходящего сейчас разговора его очень тревожит то, что он упустил свой последний шанс стать добровольцем. А вот она в глубине души была рада этому. Нет, не тому, что он проиграл, хотя она и проигрышем это назвать не могла, скорее наоборот. Рада, что для него больше не будет Жатв, что все, о чем она втолковывает ему который год, уже никогда не сможет его коснуться. Он защищен, и ей от этого значительно легче.
-Да кто я сейчас вообще такой?!
Пока она была занята своими мыслями, этот по сути риторический вопрос застает ее врасплох. Может потому что выбивается из повторяющихся ежегодно фраз, потому что задан впервые, а может потому что она чувствует смятение и безнадежность в его голосе, от чего злость сразу куда-то уходит, потухает, словно залитый водой костер.
И вдруг она чуть лучше понимает, почему ему так важно было попасть на Игры, почему он так упорно не хотел принимать во внимание очевидные аргументы против такого стремления, которые твердила ему Чарли. Понимает, что это в общем-то и не его вина, потому что они и впрямь росли в дистрикте, где участие в Голодных Играх позиционировалось как возможность понять чего ты стоишь, сделать тебя кем-то. Вот только Чарли считала это неправдой. Сделать тебя кем-то можешь только ты сам. И чтобы понять кто ты такой на самом деле вовсе не стоит оказываться на арене. Стоит просто оглянуться и увидеть близких тебе людей, которые уже знают ответ на этот вопрос.
Если ты хочешь почувствовать, что ты особенный то просто спроси у меня, Кронос. Для этого тебе не нужна арена. Все, кто будут там понятия не имеют о том кто ты такой на самом деле. Ты ведь сам сказал, что я знаю тебя лучше других. И я лучше других знаю какой ты особенный.
Конечно, она не говорит этого вслух.
- Как же ты не понимаешь.
Его тихий упрекающий ее голос, окончательно ломает ее оборону, сводя на нет все порывы отгородиться от него. Она наконец оборачивается и смотрит прямо на него взглядом полным решимости, впервые в запале говоря то, что никогда не озвучила раньше.
- Я и не хотела никогда понимать, потому что не хотела  поддерживать эту твою идею. Ты говоришь о том, что я не понимаю, что Игры значат для тебя, но ты сам не понимаешь, что они значат для других. Для тех, кого ты оставил бы за спиной, став трибутом и уехав в Капитолий. Для тех, кому ты не безразличен. Да ты скорее всего стал  победителем, но никто и никогда не дал бы тебе сто процентных гарантий и я не собираюсь извиняться за то, что я не поддерживала тебя потому что до дрожи боюсь тебя потерять. Думай, что хочешь. Что я эгоистка, ужасный друг, что я слабая, что угодно, плевать! Ты хотел знать кто ты такой? Ты человек, которого я люблю и которого не могу вот так просто отпустить будто мне все равно!
Лучше бы она и этого не говорила вслух. Чарли выпалила это так быстро и на таком подъеме переполнявших ее эмоций, что сама не сразу поняла, что сказала и в чем призналась, даже не ему, а себе в первую очередь. Она буквально прокричала последнюю фразу и только потом до нее дошел смысл вырвавших слов. И смысл того, почему же она всегда так яростно была против Игр. Дело не в них, дело в нем. Дело всегда в нем. Просто они так давно дружат, что она перестала это замечать.
Осознав это, она сама выглядела ошарашенной, она даже отступила назад, будто предприняв попытку к бегству, но через пару шагов уперлась спиной в подоконник. Путь к отступлению был закрыт.
Чарли, как ты могла сказать такое? Он человек, которого ты что? И думать забудь, ты сама все рушишь.И вообще ты  сказала все это лишь потому, что была вся на эмоциях, ты и не имела даже этого всего в виду, ясно?
- Забудь, - тихо говорит она, опуская взгляд в пол.

+1

7

Кажется, что все идет не так, не по тому плану, который наметил еще в детстве Кронос. Тогда все было просто, куда проще, чем сейчас. Тренировки, Жатва, поездка в Капитолий, где он, кажется, знает каждую деталь приготовлений, Арена, Победа и триумфальное возвращение в родной дистрикт. Дома его бы уже ждала деревня победителей, где бок о бок живут победители предыдущих Игр из дистрикта. Пусть их нынешний дом был далеко не плох и не беден, как, впрочем и все дома здесь, но он и сравниться не мог с теми зданиями, в которых жили победители.
В любом случае, дело было не в домах, а в том, что ты действительно чего-то стоишь, ты доказал это на Арене, ты показал это всему Панему, теперь ты уже никогда не будешь возить вагоны в  Орех или проектировать оружия для Капитолия. Пусть из тебя делают показную обложку, идол для капитолийцев, подобно Гладиаторам в Древнем Риме, тем не менее, твоя жизнь всегда меняется в лучшую сторону.
Теперь все это было в прошлом. Все эти несбыточные планы рассыпались как песчаный замок, их уже не собрать. Сам Кронос, кажется, рассыпался на части, не имея представления как жить дальше.
-Ты не должен был мне лгать, ясно? Не должен. Никогда, - голос Чарли звучал отстранено и жестко, будто и она сломалась где-то внутри, словно Кронос предал ее веру и ее надежды.
Парень  снова отвел взгляд в сторону и судорожно осмотрел стены комнаты, словно пытаясь найти поддержку или решение их проблемы. А в чем, собственно проблема? Все, Игры для него закрыты, проблема исчерпана. Разве не этого хотела Чарли? Не убеждала ли его год за годом не выступать добровольцем? Теперь то, о чем она просила более, чем реально, теперь все будет так, как мечтала она.
- Да, я слышу себя и знаю о чем говорю! - не выдержал, наконец он. Чарли снова наступила на больную мозоль и всего парой фраз успела разбередить едва переставшую адски болеть рану, - Дело не в признании капитолийцев и не в скаковых лошадях, Чарли! Дело во мне! Ты понимаешь, во мне! Что я еще умею? Делать черновую работу? Возить вагончики по рельсам? ЧТО? Что мне теперь остается?
Кронос рос на Играх, кажется, он знал и помнил каждую минуту каждого года. Особое внимание уделялось Квартальным играм, где Распорядители Игр могли изловчиться так, что в здравом уме ни один человек и представить не сможет подобное. Винценто все это знал, точно также как и Чарли. Как могли люди, выросшие бок о бок иметь такие кардинально разные представления о Играх и жизни после них. Конечно, на Арене приходится не сладко, ты действительно должен убивать, зачастую непоготовленных детей, но ведь так устроен этот мир, люди так живут и надо понимать как ты хочешь жить дальше.
Поэтому да, этого он хотел. И спать он будет без кошмаров. Его так воспитывали и растили. Парень сжал кулаки, а на скулах его заиграли желваки.
Вдруг, что-то меняется. В комнате повисает странная, ранее не ведомая тишина. Она поняла его? Неужели, Кронос, наконец, смог объяснить Чарли, что же такое для него эти Игры. Чем они для него были. Что ж, самое время...
Девушка развернулась к нему. Ее взгляд решителен, голос разрезает тишину комнаты, остро врезается в память, запечатлеваясь там каждым словом, - Я и не хотела никогда понимать, потому что не хотела  поддерживать эту твою идею. Ты говоришь о том, что я не понимаю, что Игры значат для тебя, но ты сам не понимаешь, что они значат для других. Для тех, кого ты оставил бы за спиной, став трибутом и уехав в Капитолий. Для тех, кому ты не безразличен. Да ты скорее всего стал  победителем, но никто и никогда не дал бы тебе сто процентных гарантий и я не собираюсь извиняться за то, что я не поддерживала тебя потому что до дрожи боюсь тебя потерять. Думай, что хочешь. Что я эгоистка, ужасный друг, что я слабая, что угодно, плевать! Ты хотел знать кто ты такой? Ты человек, которого я люблю и которого не могу вот так просто отпустить будто мне все равно! 
Мешок. Огромный пыльный мешок с силой бьется о его плечи и спину, оставляя непонятный звон в ушах и полную прострацию. Слова девушки гулко пульсируют в голове, не укладываясь ни на одну из свободных полок. Внутри что-то сжалось, подскочило и замерло.  Кронос, не видящим взглядом уставился на девушку. Мысли об Арене и Играх отступили на второй план и, лишь едва заметно, бередили сознание.
Она его что?
Любит?

Говорит ли она это лишь из-за эмоций или правда чувствует так? Во рту пересохло и Кронос сделал усилие, чтобы продавить подступивший к горлу комок.
Они дружили много лет, тренировались плечо к плечу и даже после тренировок и школы тоже были вместе. С детства. Представлял ли себе Кронос, что может быть по-другому, как-то иначе? Думал ли он когда-нибудь о том, что не хочет отпускать девушку от себя, что хочет вдыхать запах ее волос и тонкий аромат ее кожи?
Нет, он не думал. Никогда не думал об этом. Кронос это чувствовал, понимал, но всегда гнал подобные мысли. Несколько раз, когда они ругались из-за тех же Игр, а слов уже не хватало, Кронос хотел сгрести ее в охапку и прижать к себе, лишь бы донести до нее свою мысль, а еще лучше заставить ее не переживать и не беспокоиться. Несколько раз. И всегда останавливался.
Как и сейчас.
Пауза затянулась. Девушка, будто передумав, пожалев о своих словах, отступила. Кронос все еще стоял в нерешительности и попытках понять, что же сейчас произошло. Несколько мгновений их взгляды были устремлены друг на друга, но Чарли быстро, будто виновато, опустила глаза.
Мысли еще путались, но Кронос интуитивно знал, что будет делать. Снова это непонятное чувство защитить и уберечь ее, маленьким, колючим как на кактусе цветком, распустилось где-то внутри. Кронос бесшумно выдохнул и сделал несколько шагов в сторону Чарли. Его руки мягко окутали ее плечи, прижимая девушку ближе. Винценто осторожно, боясь спугнуть зарылся лицом в ее распущенные волосы.
Он не хочет забывать.
Он хочет понять и быть понятым. Не хочет быть один.
Наверное, надо было что-то сказать, как-то ответить, но слова не лезли в голову, да и язык отказывался подчиняться, явно не в силах повернуться хоть бы для одного слова. Он скажет все потом, чуть позже, когда эмоции, охватившие его сейчас, чуть ослабят свою хватку.

+1

8

Мгновение напряженного молчания, словно затишье перед бурей. Он молчит, почему он молчит? Чарли смотрит в пол, чувствуя, как в спину упирается подоконник. Ей совсем некуда отступать. А так хочется сбежать из под его пристального взгляда, убежать от его молчания. Но вместо этого она стоит прямо перед ним и не смеет поднять взгляд, как будто разом растеряла всю уверенность. Как будто боится взглянуть на него и увидеть там безразличие или злость.
Она сверлит взглядом пол, а в ее голове столько самых разных мыслей и столько вопросов к самой себе. Почему она так сказала? Просто вырвалось в запале ссоры? Наверное. Но если вырвалось- значит правда. Пусть она и не отдавала себе в этом отчет. Подсознательно всегда защищая себя от того, чтобы переступить черту.
Но почему? Почему, обычно такая смелая Чарли боялась подпустить к себе, кто и так был уже слишком близко. Боялась потерять, боялась разрушить, боялась вдруг остаться без него. Может думала, что это не взаимно? Может. Они ведь никогда не говорили об этом прежде, так откуда ей знать, что чувствует он? Он, кто никогда не был обделен женским вниманием, кто мог заполучить, наверное, любую. Да они дружили, но это совсем другое. Она была рядом как друг, но рядом с ним были и другие. Не как друзья, а как девушки. И поэтому она никогда не хотела рушить то, что у них уже было в надежде на большое. Не хотела быть одной из. Поэтому всегда пресекала подобные мысли, предпочитала загонять свои чувства подальше. И в итоге загнала их так далеко, что почти забыла о их существовании, о их силе. Но от себя не убежишь и тот факт, что она сама того не желая, так легко выплеснула столь долго скрываемые чувства в обычной для них ссоре лишь подтверждает это. Эти чувства были сильнее нее, но сильнее ли ее страхов? Может она и боялась не взаимности, но и взаимность пугала ее едва ли не больше. Они ведь давно не были чужими друг другу. Они давно стали настолько своими, что она уже не могла представить свою жизнь без него.  И в том и была проблема. В том, что слишком многое стояло на кону, в том, что они дружили слишком долго, чтобы с легкостью переступить через это, в том, что она знала, что лишь один неверный шаг, может разбить все, что у них было.
Но кроме того, что они могли сломать все собственными руками как любые подростки, толком не знающие, что делать со своими чувствами, за них могли это сделать и Игры. Вот почему она никогда не говорила об этом вслух, вот почему всегда боялась признаться даже себе самой в том, что на самом деле чувствует к нему. Она боялась еще больше привязаться к человеку, который так рвался на арену.
Но ведь сейчас, все по-другому. Нет, не в том что они по-прежнему будут рисковать многолетней дружбой если вдруг захотят перевести отношения на другой уровень. Но ведь это совсем не так важно по сравнению с тем, что для него больше нет ни Жатвы, ни арены. Голодные игры больше не смогут забрать его у нее. Никогда.
И поэтому когда он подходит к ней, когда берет ее за плечи, она чувствует, как от его прикосновений по телу бежит ток, хотя он сотни, миллионы раз касался ее прежде.  И она замирает, отстраняется на мгновение, будто давая себе последний шанс отступиться.
Но она больше не хочет отступаться. Только не от него. И она позволяет ему притянуть ее к себе, обнимает его в ответ, уткнувшись в родное плечо. И кажется впервые за последние несколько часов она чувствует как напряжение уходит, буквально растворяется в его руках.
И они так и стоят минуту или целую вечность, она не знает, потому что время рядом с ним тянется как-то совсем по-другому. И все это кажется на удивление правильным. Пусть он по-прежнему молчит, но то как бережно он прижимает ее к себе уже говорит о многом. Может ей только так кажется, может она только хотела бы, чтобы это было правдой, но стоя сейчас здесь, рядом с ним, она не чувствует фальши.
Наконец, она чуть отстраняется, тем не менее не расцепляя кольца рук, и поднимает на него взгляд.
- Я могу понять почему для тебя так важны Игры, почему это было твоей мечтой, правда..но, я просто....просто хочу сказать..оглянись, Кронос, это не все что у тебя есть, - она говорит еле слышно, голос сбивается. Чарли смотрит на него не отрываясь, он так близко, что у нее перехватывает дыхание.
Она не знает, что еще сказать, как показать насколько он важен для нее, насколько он особенный, и что ему совершенно не обязательно доказывать это через арену. Что быть победителем не самое важное и иногда абсолютно ненужное. И хотя она и впрямь теперь во многом понимала почему он так рвался туда и почему был так разочарован и растерян, она не хотела, чтобы он из-за этого терял себя, так и оставаясь с вопросами "кто я?" и "что мне остается?". И она была готова пойти на многое, чтобы помочь ему справиться с этим. Хотя пока не совсем знала как именно сможет это сделать. Но ведь она правда желала ему только самого лучшего, она правда хотела быть рядом с ним. И ответ, который она могла дать на его вопрос о том кто, он такой, был прежним: "ты человек, которого я люблю".

+1

9

Сердце по-прежнему бешено билось в груди, дыханье перехватило. Его руки бережно сжимали хрупкую фигуру Чарли. Девушка затихла в его объятиях, поддаваясь силе его рук, но она не сразу обвивает его корпус своими. Лишь спустя несколько секунд, как будто наконец решившись, Шарлотта осторожно обнимает Кроноса в ответ.
Внутри вдруг растеклось теплое, приятное чувство легкости, но язык по-прежнему казался ватным и отказывался слушаться, ровно как и голова, где мысли превратились в вату и совсем не формировали оконченные предложения. Парень молчал, погрузившись в непривычные впечатления. Злость постепенно уходила на второй план.
Только сейчас он понимал, что рассматривал Голодные Игры еще и как возможность показать себя, доказать Чарли, что он чего-то стоит. Кто бы мог подумать, что доказывать ничего и не надо? Она давно все знает, знает самого парня, знает его привычки, она — тот человек, с которым давно не надо притворяться, а можно просто быть самим собой.
Через некоторое время девушка отстранилась и, наконец, взглянула на Кроноса, - Я могу понять почему для тебя так важны Игры, почему это было твоей мечтой, правда..но, я просто....просто хочу сказать..оглянись, Кронос, это не все что у тебя есть.
Слова Чарли эхом повторились в голове. Неуверенный тихий голос девушки, звучит очень отчетливо в его сознании. Эти слова как простая истина, до этого момента были ему непонятны и чужды. Кронос никогда не позволял себе думать о Чарли в подобном ключе, он не давал понять самому себе свои чувства. Парень, сознательно или нет, усиленно сопротивлялся симпатии к Чарли все это время, понимая, что она — единственный человек, с которым он может быть собой, с которым он до конца честен. Был честен. Вчера Кронос соврал ей.
Он не верящим, каким-то излишне сосредоточенным взглядом смотрел в глаза Чарли. Одна рука все еще лежала на ее талии, вторую руку он, осторожно, словно все еще боясь спугнуть девушку, поднес к ее лицу. Неловкими пальцами Кронос бережно отвел в сторону несуществующую прядь ее волос, все еще не переводя взгляд с ее глаз.
Понимание того, что произошло вчера больно кольнуло в груди, отчего его дыханье на мгновение прервалось, а сердце совершило неожиданный кульбит, - Я соврал тебе, - еле слышно, почти одними только губами, произнес Кронос, - Прости.
Мысли все еще разбегались по сторонам и эти несколько слов - все, на что его хватило. Кронос провел языком по сухим губам. Большим пальцем он коснулся нежной кожи Чарли, отчего сердце стало биться еще быстрее.
Он хотел стать победителем Игр не только ради себя не только потому что не представлял своего будущего иначе, но и потому, что в глазах Чарли он тоже был бы победителем. Да, пусть на его руках будет кровь, но разве не так их воспитывали вс жизнь? Не говорили победить любой ценой?
Кронос знал себя, он был уверен, что убийства не дадутся ему просто так, нужно будет переступить через себя, сделать над собой усилие, но ведь с этим справлялись все без исключения трибуты второго дистрикта, значит сам Кронос не будет исключением. Всю свою сознательную жизнь этот парень знал, попади он на Арену — все кардинальным образом изменится. Он был уверен, что убирать других трибутов он будет посредством других игроков, представителей других дистриктов, он выиграет умом и ловкостью, при этом создав иллюзию беспринципной и безжалостной машины для убийств.
Помимо того, что его планы и надежды разрушились несколько минут назад, на смену им  пришли новые. Но самое главное, в сознании появилось крохотное, еще даже неуловимое понимание того, что все прежние мысли были неверны, неправильны. Причиной этому стали лишь несколько слов, произнесенный самым близким человеком: «Ты человек, которого я люблю».

+1


Вы здесь » THG: ALTERA » Animi magnitudo » 1.10.3011.Dist.2.When you leave I'm beggin you not to go.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC