Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Animi magnitudo » 3.10.3013 District 1, When the world is burning


3.10.3013 District 1, When the world is burning

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

https://hungergamesfandom.files.wordpress.com/2012/04/04-rebuttal.jpg


• Название эпизода: When the world is burning
• Участники: Cashmere & Gloss Fraser
• Место, время, погода: 3 октября 3013 года
• Описание: конечно, в некоторых аспектах жизнь оставляет желать лучшего, но всё же Фрайзеры чувствуют себя в безопасности. До тех пор, пока объявление очередных Квартальных Игр не разбивает привычный мир вдребезги, заставляя взглянуть в лицо своему главному страху. Снова.
• Предупреждения: drama queen


0

2

Начало октября - самое тяжелое в Панеме время. Время, когда меч, весь год по умолчанию висящий над головами всех граждан от двенадцати до восемнадцати лет, достают из ножен. Жатва. Её боятся потенциальные трибуты, их семьи, и даже те, кто уже прошел этот ад и выбрался из него живыми. Может, они боятся больше всех, потому что единственные знают наверняка что ждёт тех, чьи имена достанут этой осенью из шара. Примерно за неделю до телеэфира, возвещающего начало новой жаты, Кашмиру начинают мучить кошмары. Воспоминания об её арене - девушка из девятого, которой она перерезала горло. Немо, четвёртый дистрикт. Союзник, убитый ножом в спину. Во сне он всё равно глядит стеклянными глазами. Сама Кашмира, созерцающая толпу поверх голов с помоста перед Домом Правосудия. На этом моменте Фрайзер просыпается с криком и обнаруживает себя, сидящей на кровати, зажавшей в кулаке одеяло.

Кашмира даже не жалуется на пугающие сны брату, зная, что и Блеск переживает приближение жатвы, игр и встреч с покупателями не менее болезненно. В этом году всё ещё более паршиво, потому что эта бойня - квартальная. Столичные зрители ждут фееричного зрелища, которое менторам сулит втрое большее количество выпитой крови и вымотанных нервов, чем обычно. За три дня до эфира с незабвенным болтуном Цезарем Фрайзер открывает один из домашних сейфов. Тот, что в её спальне. Набор там достаточно оригинальный для девушки - наиболее часто выгуливаемые украшения, пистолет, привезённый из Капитолия лет семь назад, как трофей с загадочной и любопытной встречи. Деревянная антикварная шкатулка с двойным дном, наполненным ампулами. Кашмира не оставила слабости к морфлингу, но "пробивало" её раза три-четыре в год, из которых один - всегда перед жатвой.

В день эфира Кашмира и Блеск отправляются в тренировочный зал - убить время, отвлечься, забыться. Говорят между собой о чем угодно, кроме вечерней трансляции. С ней всё понятно - объявление жатвы они всегда смотрят вместе, чаще - дома у Блеска. Такая же близнецовая традиция, как и то, что заслышав гимн в заставке трансляции, Кашмира до сих пор вцепляется в ладонь брата в поисках защиты. Даже зная, что их имён в треклятом шаре больше не будет, Фрайзер не оправилась. Потому что из года в год видит, как умирают другие. Не привязываясь, но всё же общается с ребятами, у которых в глазах - то безумная паника, то гордое принятие своей участи, то упрямая гордость, у добровольцев-профи. Только клешням планолёта без разницы, что было в них "до"... В отличие от умерших, живым участникам игр Капитолий не предоставляет такой роскоши, как забвение.

Когда Кашмира "включается" в реальность под конец тренировки - мишень напротив неё шетинится ножами, как дикобраз, глаза застилает пот, а мышцы рук ноют, словно она разгрузила товарняк. Девушка промокает лоб полотенцем и идёт к брату. Они как раз успеют до эфира принять душ и приготовить что-то из закусок, словно смотрят какое-нибудь дурацкое ежедневное шоу. Блеск за рулём, но даже не глядя на брата Фрайзер чувствует, что близнец хмурится. Его, как и её, пугает неизвестность, окутывающая квартальную бойню.

Оставив в прихожей сумку, девушка заходит в комнату брата, достаёт из комода футболку и идёт в душ, в гостевую спальню. Тёплая вода смывает физическую усталость, но не моральную... В гостиную Кашмира спускается минут через пятнадцать, Блеск ещё возится где-то наверху. Его футболка на ней - как платье, заканчивается чуть выше колена. Волосы рассыпаны по плечам, ноги босые. Девушка достаёт из бара бутылку виски, из холодильника - лёд. По пол стакана им для начала хватит. На закуску - нарезанный кубиками сыр, полоски вяленого мяса и немного тёмного шоколада. Всё это в большом, разделённом на секции блюде. Бутылку, стаканы и закуску Кашмира ставит на журнальный столик, сама забирается на диван с ногами, дожидаясь брата:

-Как думаешь, чего ждать? Если в этом году опять будет двойной набор трибутов... Не уверена, что в академии найдутся сразу четверо ребят достаточно хорошего уровня - добровольцы от них были и будут всегда, без профи не обойтись и в этом году. Но на взгляд Фрайзер уровень у старших ребят, особенно у девушек, несколько разношерстный... Хотя если они повезут четверых трибутов - возрастают шансы на то, что кто-то из них выживет. И станет ментором. Лучше вместо Блеска, больше всего Кашмира желала бы освободить не себя, а брата... Но это всё при условии, что Капитолий захочет повторяться. Девушка нажимает на пульт и большой плоский телевизор мерцает экраном, включаясь на нужном канале. Минуты через три будут созерцать новый парик Цезаря.

+2

3

В этом году будут не просто голодные игры, а квартальная бойня, значит Капитолий опять как-нибудь выпендрится и ещё больше унизит Дистрикты, так например в первую бойню жители Дистриктов сами должны были выбрать трибутов, а во вторую годовщину пришлось предоставить в два раза больше трибутов. Блеску можно не волноваться ни за себя, ни за сестру, в плане попадания на арену. Во-первых, они уже выиграли свои игры, а во-вторых уже давно вышли из возраста трибутов. Кстати, о возрасте, может нынче что-то с возрастом будет? Например только двенадцатилетки, как вариант. Кто их знает, как ещё Сноу захочет порадовать Капитолий? Блеск никому из своих трибутов не привязывался, единственным исключением была его сестра-близнец и все, больше не было исключений. Им с Кашмирой ещё повезло, что сами они из Первого и были готовы к своим играм, а так же их трибуты, как правило добровольцы, что опять же куда приятнее, чем у тех Дистктриктов, где добровольцем днем с огнем не сыщешь. Исключение составил прошлый год с этой оборванкой Китнисс и её псевдовозлюбленным пекарем. Блеск ни на секунду не поверил в их любовную историю, если парень хотя бы был убедителен, то девчонка была, как дохлая рыба по отношению к пекарю. В общем и целом, у Фрайзера неприятное ощущение оставил прошлый год, всё же ставил на своих трибутов, особенно на девчонку – смазливая была, как раз таких любит Капитолий. Впрочем, сладкую парочку тоже начнут продавать, и Блеск дорого бы дал посмотреть на лицо этой курицы, когда её приведут первому, но далеко не последнему капитолийскому борову. Скоро и увидит, а пока осталось дождаться жатвы, на которую они с сестрой каждый год ходят, как менторы будущих трибутов.
День прошел в обычном режиме: позавтракал, сходил на тренировку и т.д. К вечеру купил бутылку виски – выпить с сестрой, которая пока больше не на таблетках, но Фрайзер за ней присматривал на всякий случай. Кашмира уже была дома, кстати, тоже принесла виски.
- Вряд ли будет двойной набор, они не любят повторятся. Даже и не знаю, может будет другой возрастной ценз?
Блеск сел рядом с сестрой с бутылкой.

+1

4

Капитолий всегда всё решает в сторону зрелищности шоу. Поэтому услышав от брата идею о возрастном цензе, Кашмира тут же подумала скорее о нижнем пороге, чем о верхнем. Двадцать четыре ребёнка с оружием в руках... В двенадцать лет даже профи ещё не такие уж профи. От подобных мыслей девушка нервно передёргивает плечами. Меньше всего ей хотелось бы везти на убой малолеток. Что бы они там в столице ни придумали - Фрайзер заранее всех ненавидит.
-Лишь бы это всё быстрее закончилось... Закусывай - имея в виду сразу и эфир и жатву и очередную грядущую поездку в Капитолий, вздыхает Кашмира. Блюдо с закуской она подвигает поближе, зная, что в паршивом настроении брат любитель надираться без всяких нюансов.

-Послезавтра будем уже в Капитолии, слушать, как по нам соскучились наши поклонники - именно так это ведь обставляет Сноу? С губ срывается смешок и Фрайзер отпивает виски из стакана, понимая, что он сегодня первый, но далеко не последний. Послезавтра они должны погрузиться в вагон вместе с новоиспеченными трибутами... Ну разве что у них будет несколько больше времени на прощания и они из Капитолия точно вернутся. Кашмира не уверена, считать ли это плюсом. В столице, хочешь того или нет, приходится входить в ритм и твердить себе, что всё это временно, годовой взнос за предоставляемые Капитолием бонусы. Хуже всего это чертово ожидание, усталость и злость наваливаются просто неимоверные.

Из телевизора раздаются знакомые звуки гимна и Кашмира свободной от стакана рукой вцепляется в ладонь брата. Ещё глоток - на экране появляется улыбающаяся загорелая физиономия Фликермана. Настроения нет даже на какой-нибудь ехидный комментарий в адрес его постоянно меняющих цвет бровей. На сей раз золотые - не иначе как в честь квартального возраста игр. Первая часть речи вполне банальна, душка Цезарь желает всем приятного вечера и спрашивает, насколько сильно Панем соскучился по Голодным Играм и готов лицезреть их очередной юбилей:
-Горю от нетерпения - раздраженно фыркает Кашмира, устраиваясь щекой на плече Блеска. Если бы они смотрели эфир по одиночке, то скорее всего бы напились ещё до начала, а на саму Жатву явились в лучших традициях Хэймитча Эбернетти. Но одного алкаша в составе менторов более чем достаточно и их жаждут видеть привычными золотыми красавцами, оставившими дома любые эмоции кроме широких улыбок. Выругаться что ли на ближайшие несколько недель вперёд? Пока Кашмира жмётся к брату и тянет виски, Фликерман на экране переходит наконец от светских реверансов к делу.

-В честь третьих по счету Квартальных Игр Капитолий приготовил всем зрителям особый сюрприз. У всех нас есть любимчики среди победителей, эталоны силы и отваги. Я сам недавно слышал, как школьники спорили, кто из победителей был бы сильнейшим... Скоро мы все получим шанс узнать это! Набор трибутов на семьдесят пятые Голодные Игры будет проводиться среди победителей каждого дистрикта. Да-да, друзья. Двадцать четыре победителя вновь испытают свою удачу на арене и эти игры обещают стать самыми великими в истории Панема - последние слова Цезаря сопровождаются звоном. Это у Кашмиры разжались пальцы и стакан, упав на неприкрытую ковром часть пола возле дивана, превратился в осколки. Впрочем, Фрайзер едва ли заметила.

-Нет, нет... НЕТ! - в голове проносятся все сны, преследовавшие её последние полгода. Неизвестная арена, лицо брата в небе, толпа у дома правосудия... Они с Блеском - не единственные победители от Первого, но самые известные, так что шансы на то, что Капитолий позаботится о том, чтобы собрать достойную подборку элитного мяса - высоки. Но пока Фрайзер об этом не думает. У девушки, уставившейся в экран и кусающей губы, от шока не осталось никаких чувств кроме ужаса и ярости. Это всё Китнисс со своим пекарем! До их появления Сноу не рисковал трогать победителей. Значит, мало того, что их с братом десять лет подкладывают в столичные постели, теперь их могут снова вывести на убой? А как же все те обещания? Что победители никогда не попадут на жатву и будут жить в почете и сытости остаток дней? Такая же ложь, как весь этот гнилой город, как запах роз, вечно окутывающий Сноу! Тело Кашмиры начинает бить крупная дрожь, девушка подтягивает к себе колени и изо всех сил сжимает ладонями виски. "Нет, нет, они не могут, не могут..." мысли замыкаются по кругу, Фрайзер сейчас забывает даже про брата, так крепко сознание захлопывается в клетке собственных страхов.

Отредактировано Cashmere Fraser (Чт, 23 Июл 2015 16:46)

+1

5

Блеск плеснул себе виски в стакан, и по предложению Кашмиры взял немного закуски, не то чтобы ему очень уж хотелось закусывать, но… В общем, предпочел бы надраться и лечь спать, сейчас это его интересовало больше всего. В Капитолии им с Кашмирой особо не поспать будет, то подготовка своих трибутов, то ночная «смена», а уж они-то с сестрой всегда пользовались большой популярностью у так называемых поклонниках. Поклонники, почему-то именно сегодня он вспомнил, как они ещё будучи в академии обсуждали, как это здорово, когда вокруг столько обожателей – знать бы, что это не просто обожатели. Менторы никогда не рассказывают об этой стороне своим трибутам, ведь сначала они должны выиграть игры, а потом познакомиться с «поклонниками» во всей красе.
- Естественно, наши «обожаемые» поклоннички соскучились, как же, целый год не видела, прям трагедия, - иронизировал Блеск, в общем-то в их ситуации ничего другого и не оставалось, ну разве что ещё надраться по самые брови.
Они с Кашмирой вместе устроились на диване, когда ведущий всея Панема Цезарь Фликерман начал вещать традиционную лабуду о грядущих играх, а то все забыли, такой массовый склероз на всех навалился, поэтому надо напоминать и желательно со всей помпой. Бред. Полный и безоговорочный. Фрайзеру давно все осточертели и глаза бы его не видели эти рожи. Блеск не особо вслушивался в то, что говорит Цезарь, пока он не объявил о том, что в 75 голодные игры набираются трибуты из победителей прошлых игр. Первая реакция – ступор, потом отрицания и глухая ярость. Какого хрена!? Им обещали, что оставят в покое и больше никаких игр, исключительно менторство. Всё это явно неспроста. А кто виноват? Это тощая дрянь с косичкой и её ублюдочный пекарь. Почему они не сдохли на арене? Они должны были там подохнуть! Только совсем дебилы могли принять за чистую монету их любовь, а Сноу при всей его мразотности, дебилом не был совершенно. Не были идиотами и Фрайзеры, чтобы не понять такой простенький ребус.
- Гребаный Сноу, гребаный Капитолий! Какого хера!? – Выругался Блеск и тут же посмотрел на сестру. – Это ведь не факт, что мы там окажемся, есть ещё победители от Первого, - как-то постарался утешить сестру, хотя умом понимал, что вот как раз их шансы весьма велики оказаться на арене. – Милая, с тобой все в порядке? – Коснулся плеча впавшей в ступор Кашмиры.
Для себя он уже решил, что если вытянут имя Кашмиры на жатве, благо имя девушки называют вперед, - он вызывается добровольцем и делает всё, чтобы вытащить сестру.

+1

6

Слова Блеска долетают словно через вату. Не факт, что выбор падёт именно на них... Конечно, не факт, хоть в чем-то им повезло больше Двенадцатого, где особого ассортимента победителей нет. Разве не из-за этого всё придумано? Чтобы снова засунуть пекаря и Китнисс на арену, дотянуться до них за то, что посмели противостоять правилам Голодных Игр. И вместе с ними из-за их недолюбви пострадают ещё двадцать два уже покалеченных ареной человека. Сильно им помогла отсрочка смерти на год? Страх и злость накатывают волнами, с такой силой, что буквально сбивают дыхание. Охотнее всего Кашмира бы сейчас отключилась, при помощи того же морфлинга... Но прикосновение брата, напротив, возвращает её в реальность.

"Блеск..." вздрогнув, Кашмира вскидывает взгляд на своего близнеца. Только теперь до неё доходит... Даже если на арену не попадёт она - намного хуже проводить туда Блеска. Кашмира не выдержит второго раза, ни за что. Вся покорность Фрайзеров капитолийскому режиму строилась на том, что они расплачивались за гарантию больше никогда не увидеть друг друга на играх. Теперь у них отнимают и этот спасательный круг. Страх, что у неё снова отнимут Блеска, сильнее даже кошмаров о собственных играх. Пребывавшая на грани истерики, перед этой перспективой Кашмира ломается окончательно. Из груди вырывается всхлип и девушка вскакивает на ноги, сбросив с себя руку брата:

-Конечно! Мы через день идём на жатву, со мной всё в порядке! - голос срывается, Кашмира хватает бутылку, сделав такой большой глоток виски, какой только возможно, затем швыряет куда-то в стену и её. Помимо осколков к убранству комнаты добавляется масляное пятно на обоях. Фрайзер же сейчас охвачена единственным желанием - забиться куда-то в тёмный угол, где никто её не увидит и где можно будет в полной мере выплакаться. Освещенная гостиная и даже собственная спальня не кажутся сейчас безопасными, словно вокруг неё вдруг разом рухнули стены, оставляя победительницу в свете капитолийских прожекторов. Кашмира вылетает из гостиной и на секунду останавливается в коридоре, оглядываясь. Первый порыв - вылететь на улицу, плевать, что в одной футболке брата. Но дверь не поддаётся - Блеск уже её запер, а Кашмира не в том состоянии, чтобы дрожащими руками возиться с ключами. Где-то в гостиной звонит телефон - наверняка родители, как и весь дистрикт смотревшие этот чертов эфир. Всё ещё влекомая волной животной паники, девушка кидается в единственное кажущееся сейчас достаточно спокойным место. Чулан, в котором Блеск порой запирал не в меру разошедшуюся сестру.

Кашмира распахивает дверь и та, провернувшись в петлях, с громким стуком бьётся о стену. В чулане нет телевизора, телефона, если не включать свет - легко представить себя в каком-то оторванном от реальности пространстве. Сейчас девушка жалеет, что они смотрят трансляцию не у неё дома, потому что у брата нет заначек с морфлингом. Хочется рвануть к противоположной стене и снова забиться в угол, подтянув к себе колени, зажав виски, пытаясь скрыться таким образом от мучительных мыслей. Но в темноте Кашмира довольно болезненно ударяется коленом о тумбочку, в которой стоят банки с джемом. Краткая вспышка боли немного приводит в чувство - Фрайзер скорее чувствует, чем слышит, что вслед за ней в чулан входит Блеск. Единственный, кого Кашмира сейчас бы не оттолкнула. Словно забыв, что пару минут назад сама скинула его руку, девушка разворачивается и утыкается лицом в грудь брата:

-Скажи, что они не заберут тебя снова. Обещай! - требует Кашмира, прижавшись к Блеску и вцепившись побелевшими от напряжения пальцами в его стремительно промокающую от её слёз футболку. Ей плевать, даже если с Эвердин и Мелларком погибнут все победители Панема, лишь бы среди них не оказалось её брата. Если Капитолию угодно, чтобы кто-то из Фрайзеров пошел на бойню делать шоу - пусть лучше она. Из них двоих к автономному существованию всё равно больше приспособлен Блеск.

Отредактировано Cashmere Fraser (Вс, 26 Июл 2015 15:46)

+2

7

Что ещё сказать сестре, Блеск не знал – нужные слова застряли где-то в горле, да и что скажешь? Мол мы не попадем на новые голодные игры, потому что выбор среди победителей имеется в Первом, это так, выбор есть, но гарантий никаких нет, можно только понадеяться на лучшее, да это весьма слабая надежда. Только бы не Кашмира, кто угодно, но только не она. У сестры и так изломана психика, ещё одни голодные игры она просто может не выдержать, и Блеск это прекрасно понимал, это для окружающих она просто красивая и немного сумасбродная победительница, но Блеск-то знал, что за этим скрывается. Если уж выбирать из них двоих, кто должен отправится на 75-тые голодные игры, то это только Блеск, ему ещё хватит остатков психики не сойти с ума, хотя в общем-то, все победители так ил иначе сошли с ума, и не признавать этого – значит врать самим себе, только кто-то больше, а кто-то меньше. Некоторые уходят в мир морфлинга, где всегда сияет радуга в голове, кто-то напивается до зеленых соплей, а кто-то старается выстроить нормальную жизнь, насколько это вообще возможно в условиях продаж в Капитолии, хоть и раз в году, но тем не менее. Кончено Блеск понимал ярость сестры, когда бутылка с виски летит в стену – пусть немного выпустит пар. Телефонный звонок, на который Блеск не хотел отвечать, но всё же взял трубку – наверняка родители. Так и есть, это действительно звонили родители, напуганные новой квартальной битвой. Что мог сказать им Блеск? Тоже самое, что и сестре, мол ещё не все потеряно. Разговор занял не больше минуты, так как Блеска пугало состояние сестры, которая начала метаться по дому – хорошо, что входную дверь закрыл, а то неровен час убежала бы накачиваться морфлингом.
- Всё, мам, мне нужно идти, завтра встретимся и поговорим. Успокойся, всё будет хорошо, победителей от Первого хватает. – Блеск повесил трубку и пошел за сестрой.
Пошел за сестрой, которая к его огромному удивлению сидела в чулане. Блеск иногда запирал там сестру, когда вела себя просто отвратительно, целое гнездо ей соорудил в чулане, сейчас она там сидела, подтянув колени к себе и плакала. Блеск опустился рядом с ней на колени и прижал к себе, гладя по мягким волосам. Он не мог ей дать обещание, что его не заберут, разве что постараться выжить в случае чего.
- Им нужна не наша кровь, может быть, как раз заберут старейших победителей? Такое вполне может быть, зачем они Капитолию?
Действительно ни к чему, да только они не смогут прикончить молодых и резвых Эвердин и Мелларка, а ведь вся акция нацелена именно на это. Так какого хрена Сноу не прикончил эту парочку в какой-нибудь аварии или не объявил изменниками Панема? Что-то ведь сдержало от этого шага.
- Выпьешь горячего чая? Ты вся дрожишь. – Блеск поцеловал сестру в макушку, по-прежнему прижимая к себе сестру. Нет, он не представлял своей жизни без сестры.

+1

8

Блеск прижимает её к себе и Кашмира давится рыданиями, думая о том, что близость брата - единственное, что важно в её сумасшедшей жизни, а Капитолий может забавы ради вновь забрать его на арену... За что? Они вот уже десять лет как пашут на Сноу и никогда не бунтовали так, как Эвердин и Мелларк, боясь друг за друга. Она даже не сразу находится со словами, единственное, чего хочется девушке - забыться в объятиях Блеска и надеяться, что жатва тогда каким-то чудом обойдёт их стороной. Он ведь всегда защищал её.

-Прости. Я... Мне так страшно - хотелось бы поверить в то, что заберут стариков, но полной уверенности у Кашмиры нет. Во-первых, потому, что Капитолий любит шоу. Во-вторых, тема нынешней квартальной бойни - как больно по велению Сноу падают с коня те, кто ещё недавно был в седле... И лучше показывать это на победителях, ещё не утративших лоска. Блеск сейчас должно быть тоже не в своей тарелке, но как всегда вынужден её успокаивать. Потому что у неё самый лучший брат, и это в некоторой степени здорово разбаловало Кашмиру. Легко терять самообладание, когда знаешь, что есть тот, кто непременно вернёт его тебе. Девушка проводит по лицу ладонью, стирая слёзы.

-Будем надеяться. Я не отдам тебя им ещё раз... Никому не отдам. Ты сам в порядке? Что мама? - когда Кашмира разжимает пальцы, выпуская футболку брата, кажется, что руки от напряжения занемели. Но Блеск по-прежнему нужен ей рядом, так что теперь девушка обвивает брата руками за талию и трётся щекой об его плечо. Конечно, за родителей Кашмира волнуется, но это немного не то... Основной для неё всегда оставалась связь между ними с Блеском. И чай ей сейчас точно не поможет согреться. Она ведь не весь запас виски расколотила, правда?

-Чай с виски. Или нет... Виски с чаем, как тебе? - Кашмира сегодня не пойдёт домой, а ночь проведёт в постели брата, иначе сойдёт с ума от кошмаров. Ей страшно даже на секунду выпустить его из поля зрения до жатвы... Страх, возникший ещё тогда, когда Блеск ушел на игры, но кто бы мог подумать, что через столько лет опасность вернётся. Сердце начинает медленнее колотиться в груди, словно подстраивается под ритм более спокойного сердцебиения брата. Через пару минут контроль возвращается к Кашмире в достаточной мере, чтобы позволить выйти из чулана. Наплевав пока на оставшиеся в гостиной осколки, девушка вместе с братом идёт на кухню и ставит чайник. Её очередь поухаживать за Блеском.

-Я возьму себя в руки к послезавтра, обещаю. Страх - это последнее, что увидит от меня Сноу. А если придётся попасть на арену - лично убью Китнисс- взяв из бара новую бутылку, а с полки большие кружки, Кашмира до половины наполняет их крепким чаем, а на оставшуюся половину - виски. Сейчас такая пропорция самая верная. Никто кроме Блеска не может видеть её слабость... В конце концов, они профи, нечего радовать Капитолий и других победителей. Сколько их сейчас заходится от бессильной ярости по всему Панему... Кашмира протягивает брату зелёную кружку, сама берёт красную и садится к Блеску на колени. Несколько успокоившись после чайно-алкогольного коктейля, целует брата в лоб, нежно взъерошив его золотые волосы.

0

9

- Она в панике, в хорошей такой панике, думаю, надо завтра зайти к родителям, а то неровен они сами к нам прибегут, попутно выламывая дверь, - слабая попытка на шутку. Скорее горькая ирония. Вот уж кому не повезло, так это их родителям, оба ребенка могут опять оказаться на арене голодных игр. Хорошо, если хотя бы один вернется домой.
И если так сложиться, то вернутся должна Кашмира. Блеск вполне себе отдает отчет о проблемах с психикой у сестры, но несколько месяцев в реабилитационной клинике и может станет, если уж не до конца адекватной, но хотя приспособленной к жизни в реальном мире. Сейчас Фрайзер жалеет, что так и не удалось пристроить сестру замуж – была бы мотивация сильнее вернуться, если выпадет жребий.
- Давай виски с чаем, сегодня нам это не повредит.
Блеск помог сестре подняться на ноги, и они отправились на кухню. В гостиной все ещё валялись осколки из под бутылки, запах алкоголя витал в воздухе. Хорошо, что это была не последняя бутылка, у Блеска всегда дома имелся стратегический запас алкоголя на все случаи жизни от пива до коллекционного коньяка. Может быть последние дни в жизни, когда ещё пьешь коньяк и виски. Может быть.
- Правильный настрой, нужно взять себя в руки, тем более ничего ещё не решено. – Блеск берет зеленую чашку с виски и чаем из рук Кашмиры и делает большой глоток.
Сегодня он не сгоняет с колен Кашмиру, когда устраивается на нем – в любой другой день с большей долей вероятности пересадил бы, но только не сегодня. Сегодня он опять обнимает сестру. Ведь кто знает, как теперь сложатся их жизни? Может быть им действительно повезет и оба остаться в Первом, а может быть кого-то из них выберут – если Кашмиру, то Блеск идет следом за ней, даже без вопросов.
- Если всё пройдет, как нужно, то нужно будет себе устроить полный релакс. – Поцеловал сестру в подбородок. Блеск сейчас не имел ничего против даже морфлинга, но ещё лучше взять сестру и опять рвануть на рыбалку, наловить рыбы, Кашмира бы пожарила и вечером сидеть у камина. Пожалуй, именно так они и сделают, после жатвы.

+1

10

-Да, конечно сходим - отвечает Кашмира на шутку о родителях и с довольным видом прикрывает глаза, когда Блеск целует её в подбородок. Нужно попытаться не думать ни о чем кроме того, что они всё ещё вместе. Всё будет в порядке... Должно быть. Никто не смеет разлучить их снова теперь, когда они действительно знаю цену играм. Маму и папу очень жалко, они, кажется, жить по-настоящему начали лишь после того, как оба их ребёнка оказались избавленными от жатвы и игр. Да, они гордились их успехом на играх, обеспеченности их жизни... Но как и у самих близнецов, страх Гелиодора и Эмбер не ушел далеко.

-Уйдём в загул на неделю. Но даже если сами на арену не попадём - придётся быть менторами для тех, кого мы хорошо знаем... - чашка опустела уже на треть, Кашмира прижимается к Блеску, чувствуя его ладонь на своей талии. Такую широкую, надёжную, успокаивающую...
-Люблю тебя - в который раз она уже говорит это брату? Сейчас, перед угрозой снова попасть в трибуты, кажется, что сколько бы ни говорила - всё недостаточно. Никакие слова не в силах вместить то, насколко она дорожит Блеском и боится за него. Кашмира вновь целует брата - в скулу, в уголок рта... Поцеловала бы не по-сестрински в губы в любой другой день, раз уж он не сгоняет её с колен, но сегодня даже ей о сексе не думается. Даже желанное опьянение не наступает - виски согревает, но не бьёт в голову, перегруженную мыслями. Победительница вновь думает о другом способе релакса и ей кажется, что брату сейчас он тоже был бы не лишним...

-Я сейчас вернусь. Принесу нам кое-что из дома - даже если Блеск понял, что именно - возражать не стал. Из своей тренировочной сумки в коридоре Кашмира достаёт штаны и надевает их под футболку. До её дома рукой подать, через пять минут она уже в своей спальне, вновь открывает сейф, ещё через десять - возвращается в дом брата с двумя ампулами и парой шприцов в подоле длинной футболки. Шкатулку брать не стала - ни к чему Блеску видеть, где она хранит свои запасы. Потом ведь припомнит.

-Хочешь? Только сегодня. Чтобы нормально заснуть - от одного укола ничего не будет, да и стоит ли об этом теперь волноваться. Послезавтра всё равно заберут в Капитолий, на сей раз неизвестно, в каком качестве. Кашмира смотрит на брата с долей испуга, но она всегда чувствовала, когда Блеск готов проявить слабину. Она готова сама сделать укол им обоим, а потом поднимутся в спальню брата и заснут без кошмаров и лишних мыслей. Девушка уверена, что лишь только она закроет глаза на трезвую голову - и обрывки воспоминаний с игр брата и собственной арены налетят в темноте, как какие-то хищные твари, жалящие и не позволяющие забыться. От одной ампулы эффект наркотика выветрится уже к утру, так что к родителей они навестят в нормальном виде... А перед жатвой, пожалуй, стоит держать себя в руках, чтобы не показать свою слабость всему Панему под прицелом камер. Хотя следующая ночь обещает стать даже страшнее этой:
-Я побуду до жатвы у тебя, ладно? Не смогу быть одна - торопливо просит девушка. На сей раз она не собирается упаковывать "менторский" чемодан с украшениями, вечерними платьями и прочими сокровищами, нужными для ловли спонсоров. Трибутам это ни к чему, а если повезёт, то разберутся с одеждой на месте. Команда подготовки не даст пропасть.

+1

11

- Нам не привыкать быть менторами, справимся. – Блеск нисколько не сомневался, что они справятся, пусть и трибуты им хорошо знакомы, когда выбор стоит между ними с сестрой, то кончено для Блеска куда приоритетнее сестра, чем кто-либо другой.
У него всегда на первом месте сестра, а потом все остальные и так повелось с самого детства, даже сейчас несмотря на их ссоры особенно касательно ухажеров Кашмиры – вот уж здесь они никак не сойдутся во мнениях. Несмотря на чулан – они всегда самые близкие друг другу, пусть Блеск об этом нечасто говорит ей, может и надо чаще. Фрайзер не сомневался, что она знает, не может не чувствовать, ведь они чаще всего угадывают настроения друг друга. И вот как можно прожить без своего близнеца? Блеск не представлял. Ему нужна его близняшка со всеми её тараканами в голове, но чтобы живая и здоровая.
- Я тоже тебя люблю, - произносит Блеск и прижимает сестру к себе. В любой другой день с большей долей вероятности согнал бы её с колен, но только не сегодня. Сегодня он хочет быть ближе к Кашмире, к своей близняшке, поэтому и не гонит её, а сам периодически целует её то в щеки, то в лоб и никаких скрытых подтекстов, исключительно братско-сестринская любовь.
Кашмира решила сходить домой за кое-чем – Блеск прекрасно понял, за чем именно она пошла. Морфлинг. В обычный день дал бы ей леща и отправил в клинику, наркозависимость лечить. Не сегодня. Сегодня ему и самому нужно расслабится, иначе голова идет кругом от такой новости и мучительного ожидания. Виски помогают слабо, поэтому он не видит особо вреда от одного укола морфлингом – ради крепкого и спокойного сна.
- Сегодня хочу, мне нужно расслабиться, - соглашается Блеск на морфлинг, когда Кашмира возвращается с двумя шприцами и ампулами. – Исключительно, чтобы мы с тобой могли нормально поспать. - Всё же Фрайзеру не улыбалось всю ночь мучиться от кошмаров и конечно же, чтобы и Кашмира нормально поспала, так же без криков посреди ночи, а Блеск не сомневался в этом - арена и ему порой снилась, хоть и нечасто, а сестру частенько преследовали сны прошлого.
При любых других обстоятельствах, Блеск учинил бы сестре допрос с пристрастием и потащился бы к ней домой в поисках нычки, но опять же не сегодня. Может быть, когда все уляжется, он и займется её нычками.
- Конечно оставайся, мне тоже будет спокойнее, если ты пока побудешь у меня. – Всё-таки сестра с левой резьбой и мало ли, что может выкинуть, а так ещё и присмотрит за ней, ну и конечно побудет в её обществе до часа икс, а там кто знает, как и что сложится?
Жгут на руку, шприц в руку и понеслась…

+1

12

Услышав, что она может остаться, а брат сегодня не против расслабиться с ней и не собирается читать моралистические лекции о вреде морфлинга, Кашмира даже лицом светлеет. Да, не лучший вариант предлагать своему брату наркотики, но ещё хуже будет, если до жатвы Блеск рехнётся от нервного напряжения и спятивших в их семье станет уже двое. Фрайзер не нужно просить дважды - она разматывает жгут, завязанный вокруг одного из шприцов, и спиливает горлышки у ампул. Руку себе и брату протирает парой капель виски - есть же там какой-то спирт. Секундная боль от укола - и все ожившие сегодня страхи начинает оттеснять волна золотого света. Тело становится лёгким, как наполненный гелием шарик, от кончиков пальцев до макушки прокатывается приятное тепло, словно уснул на пляже в жаркий день. Жатва, Сноу, вероятность стать трибутом оказываются забытыми, по крайней мере, до утра. Именно за эти ощущения Кашмира любила морфлинг - когда мысли порой слишком разрывали голову, ей было проще скрыться в кайфе, чем искать решение возникших проблем.

-Пойдём наверх - девушка тянет брата за руку и вскоре они оказываются в его комнате, в его постели. Кашмира снимает с себя футболку, оставаясь в одном нижнем белье, и это последнее, на что ей хватает сил прежде, чем уплыть окончательно. Но даже в золотистом мареве морфлинга она сжимает ладонь Блеска. Хотя бы во сне без кошмаров, раз они уже оккупировали реальность... Утро начинается со звонка телефона, вторая трубка которого валяется где-то в спальне. Кашмира секунд пять тупо пялится в потолок, пытаясь понять, откуда исходит звук - затем снимает с Блеска свою руку и ногу (проснулась, прижавшись к брату, как к плюшевому мишке), свешивается с кровати и поднимает с пола свою футболку. А вот и трубка...

-Да - голос со сна хриплый, но особого "отходняка" не чувствуется, просто тело не сразу откликается на команды и всё ещё кажется чужим, тяжеловатым. Кашмира трясёт головой в надежде немного взбодриться:
-О, ну конечно же ты у брата. Как вы? Придёте к нам завтракать? - интересно, спала ли сегодня мама, потому что голос у неё подрагивающий, хотя и пытается держаться. Наверняка пыталась дозвониться домой к Кашмире, но заволновалась, когда там не сняли трубку. Девушка морщится, думая, что завтрак сейчас интересует её гораздо меньше, чем возможность ещё поваляться, созерцая потолок. Но было бы жестоко заставить родителей нервничать в одиночестве:

-Мы придём, чуть позже... Блеск ещё спит - покосившись на брата, отвечает Кашмира. Затем взгляд перетекает на синяк, проявившийся в районе локтя... Отлично, на завтрак придётся идти с длинным рукавом. Ну или придумать очередную байку на тему "ушиблась на тренировке".
-Вы в порядке, родная? У тебя странный голос - конечно, странный, мозг, в отличие от тела, ещё даже не начал просыпаться. Заверив Эмбер, что она просто сонная, Кашмира вешает трубку. Прежде, чем идти на завтрак к родителям, нужно хотя бы кофе выпить, чтобы не выглядеть обоим пыльными мычащими мешками:
-Просыпайся, милый, а то родители изойдут на нервы. Я пока сварю нам кофе - нежно расталкивает близнеца Фрайзер и, прежде чем в трусиках и лифчике отправиться на кухню, не удержавшись, приникает губами к шее брата. Чтобы пробуждение его хоть немного порадовало.

**********************************

День перед жатвой во всём дистрикте - семейный день. Как знать, может, последний обед/ужин проводишь с родными... Но на сей раз на улицах не так пустынно, как обычно. Всё встало с ног на голову - рады все, кроме победителей, ранее избавленных от подобного рода беспокойств. И утром и вечером, когда они возвращались от родителей в деревню победителей, Кашмира буквально чувствовала, как встретившись с ними взглядом, все отводят глаза... Ещё бы. Потенциальные смертники. А окружающие и рады, что нынче беда обошла стороной их детей, но вслух о таком не скажешь. В последнюю ночь перед жатвой Фрайзер рада забыться в объятиях брата. Как знать, может, последняя ночь дома?

В день жатвы Кашмира просыпается в шесть утра, чувствуя, как тело бьёт крупная дрожь, и идёт принимать холодный душ. "Нельзя показывать им свой страх. Нельзя. Спонсоры начинают смотреть на тебя с момента трансляции жатвы" повторяет себе девушка то, что обычно вещала трибутам. Кусок в горло не лезет, так что снова - кофе. Завтрак проходит в молчании, близнецы думают о чем-то своём, оставаясь, тем не менее, даже в тишине на общей волне. Кашмира переживает за брата и знает, что Блеск сейчас думает о ней. Одевается она сегодня просто - тёмный свитер, синие джинсы. На шее под одеждой - талисман, который прошел с девушкой первую арену. Синий сапфир в круглой оправе, подвешенный на кожаный шнурок. Первый собственный драгоценный камень, который по традициям Первого отец подарил ей на десятилетие.

-Шарахаются от нас, как от чумных - хмыкает Кашмира, когда они с братом рука об руку идут к площади перед Домом Правосудия. Каждая нога весит киллограммов по десять... Из деревни победителей сегодня выходят живые трупы. По крайней мере, на лице каждого из их соседей читается эта унылая мысль. Девушка видит родителей - бледных, с дрожащими губами - Карата, их мэра, много знакомых лиц, но кажется, что их разделяет сегодня пропасть. Победители собираются чуть в стороне, точно скот в загоне. Совсем скоро появится Веста, их сопровождающая, ставшая на сегодня рукой Сноу. Нет, не рукой. Одним из щупальцев.

-Я им тебя не отдам - как заклинание повторяет Кашмира, прижимаясь к брату в утреннем прохладном тумане. Между собой победители Первого не общаются, шок у всех до сих пор велик, лица мрачные. Только близнецы Фрайзеры стоят, прижимаясь друг к другу, как всегда представляя собой единое целое.

+1

13

Полные и безоговорочный покой, ни о чем не хочется думать, ни о чем. Скоро жатва? Правда, что ли? Плевать. Сейчас имеют значение только мягкие волны покоя, успокоения и из этого состояние не хочется выбираться. Блеск знал, что так и будет, обычно не пользовался морфлингом и сестру гонял из-за него, но сегодня такой вечер, когда можно снять все запреты, кроме одного. По тело разливается тепло и умиротворение, как будто бы гармония с самим собой найдена – он знает об обманчивости впечатления, но это лучше, чем метаться из угла в угол, мучаясь от бессоницы.
Кашмира тащит его на верх – Блеск, идет без возражений, кажется сестра хотела у него остаться на ночь, возможно без морфлинга, он бы отправил её спать в другую спальню. Не отправляет. Пусть будет рядом, и ей, и ему будет спокойнее. Ему настолько хорошо, что даже в душ не пошел, из всего только на снятие рубашки и хватило сил, после чего завалился на кровать, в полглаза наблюдая за раздевающейся сестрой. Сегодня никаких эротический подтекстов.
Кажется, сквозь сон слышится звонок телефона – то ли кажется, то ли нет, в общем, Блеск толком так и не проснулся. Сны после морфлинга не снились вообще, ни хорошие, ни плохие – ничего. Голос сестры оповещает, что было бы неплохо уже проснуться. Блеск что-то сонно бормочет, пытаясь отмахиваться от расталкивающей его сестры. Хотя вставать надо, иначе родители и правда придут к ним, а в гостиной картина маслом – использованные шприцы и ампулы из под морфлинга. Пожалуй, это было большей мотивацией, плюс поцелуй от Кашмиры в шею.

Оставшиеся время они провели с родителями – Блеск опять тем, что успокаивал мать. Шансы высоки попасть на игры и все же нет 100% гарантии, что именно они с сестрой. Обычно бывают добровольцы, но среди кого? Среди не пуганной молодежи, которую обучили убивать, но не подготовили к продаже тел, да и «убивать» манекены в зале это одно, а убивать живых трибутов другое, хотя поначалу вроде бы просто, по они не начнут приходить в ночных кошмарах. Блеска почти не тревожат, зато Кашмире повезло в этом плане чуть меньше.
Кое-как затолкав в себя завтрак, Фрайзеры отправляются к дому правосудия – забавное название, если учесть, что правосудием и не пахнет, реальным правосудием, а не то, что считает Сноу и его прихвостни. И это сейчас неважно, куда важнее, чтобы имя Кашмиры не вытянули.
- По-моему, Карат пяткой перекрестится, если я окажусь на это куске бумаге, - мрачно пошутил Блеск. Он даже не сомневался, что мэрский сыночек захочет «утешить» его сестру, если Блеск окажется на играх. – Пообещай, если меня вызовут, ты не будешь путаться с Каратом!
Фрайзер не особо кого-то рассматривает – ничего нового он не увидит, ни в лицах людей, ни в чем-либо другом. Веста, как всегда оживлена, хотя и участников жатвы в этот раз намного меньше. Обычное лепетание о темных временах, но потом Капитолий и пришлось пиздец, по мнению Блеска, а она бормотала о улучшении жизни, о почете голодных игр. Ага, рассказывай кому-нибудь другому.
- И по традиции первые дамы. – Веста опустила руку в стеклянный шар с клочками бумаг. – Бирюза Редфилд. – Вытянула она имя 39 летней женщины.
Блеск вздохнул с видимым облегчением – не Кашмира! Его сестра спасена! О большем он и не мечтал, главное, что она будет жить, а не отправится погибать потеху публике из-за мелкой твари из Дистрикта-12.
- Теперь парни. – Снова рука в шаре. – Блеск Фрайзер.
Не повезло. Ну хотя бы Кашмира останется. Из них двоих, для Блеска это самый предпочтительный вариант.
- Не спи с Каратом, - шепнул Блеск на ушко сестре перед тем, как подняться на трибуну.

+1

14

-Тебя не вызовут - фыркает Кашмира, в первую очередь, чтобы убедить в этом себя. Если она сейчас начнёт об этом думать, то потеряет те остатки самообладания, которые позволили ей сегодня добраться до жатвы в нормальном (внешне) состоянии. Спать... Боже, да она бы лично разодрала сейчас Карату глотку руками, если бы это гарантировало брату избавление от игр. Какие мелочи. Веста смотрит поверх толпы со своей неизменной широкой капитолийской улыбкой, но Кашмире кажется, что когда сопровождающая замечает их с Блеском, голос её звучит уже не столь бодро. Всё же десять лет вместе, с Вестой они дружили, насколько вообще возможно дружить с капитолийцами. Едва ли она бы обрадовалась такой радикальной причине изменений в менторском составе...

Рука Весты, одетой сегодня в неимоверно яркие для серого октябрьского утра бирюзово-розовые тона, ныряет в шар с женскими именами. Кашмира закрывает глаза, сжимая руку Блеска изо всех сил... "Бирюза" из груди вырывается вздох облегчения. У Редфилд есть семья и дети, женщина спадает с лица и губы её беззвучно шевелятся. Фрайзер жаль, но... Своя рубашка ближе к телу. Рука невольно нащупывает под тканью свитера сапфир. Пусть им повезёт ещё один раз, пожалуйста... Всего один и этот кошмар окончится. Неужели они не заслужили? Рука Весты вновь зарывается в бумажки. На сей раз Кашмира следит за ней неотрывно и разнесшееся над толпой:

-Блеск Фрайзер - бьёт под дых с такой силой, что темнеет в глазах. На секунду пропадают все звуки, словно с площади она проваливается в какую-то дыру в вакууме. Кашмира глядит на брата, но вместо синих глаз на Блеска, кажется, взирают одни зрачки. Кажется, она знала, чувствовала, что так будет... На каком-то подсознательном уровне, подкидывающем ей по ночам кошмары.
-Нет... Нет, Блеск! - Кашмира готова броситься вперёд, закрывая брата собой от миротворцев, камер, всего Панема, но знает, что это не поможет. И ладонь Блеска выскальзывает из её пальцев... Перед глазами - широкая спина брата, идущего к трибуне. Словно в этом нет ничего особенного. Но она ведь знает, уже знает, какого это - наблюдать за тем, как каждую секунду Блеск рискует быть убитым на потеху капитолийской толпе. И Кашмира не готова быть его ментором. Это несправедливо! Они не могут обойтись с ними так!! Веста выхватывает взглядом блондинку и её губы, кажется, вот-вот готовы сложиться в беззвучное прости, но Кашмира не замечает. "Я не отдам тебя" она могла нарушить любое обещание. Любое, кроме данного Блеску. Ей плевать, рассчитывал Сноу оставить "в обойме" хоть одного из любимчиков Капитолия или заведомо предсказал то, что случится уже через секунду... Кашмира не останется в стороне, жизнь без брата для неё в любом случае кончена. А вместе у них будет шанс спастись... Или достойно уйти. Но снова вместе.

-Стойте... СТОЙТЕ! Я ДОБРОВОЛЕЦ!! - на первом слове голос, хриплый от подступивших к горлу слёз, срывается, но затем обретает силу. Кашмира вскидывает сжатую в кулак руку, привставая на цыпочки, чтобы её точно увидели. Бирюза Редфилд определённо родилась под более счастливой звездой и сейчас глядит на Фрайзер с таким изумлением, словно та бросила в трибуну бомбу. А может, следовало бы... Девушка успевает скользнуть взглядом по толпе и увидеть, как мать, вскрикнув, прижимает ладони к лицу, а затем утыкается в плечо отца. "Прости меня, мам. Прости, но иначе быть не может" она ещё успеет сказать это, когда родителей приведут попрощаться. По площади прокатывается шепот - вызывался ли ещё кто-то добровольцем на квартальные битвы? Кашмира не помнит и ей, опять же, плевать. Миротворцы направляются к девушке, Бирюза, дрожащая и бледная, спускается с трибуны.

-Дорогу я знаю - Фрайзер раздраженно дёргает плечом, когда один из миротворцев пытается положить на него руку. Уж куда-куда, а на арену ей провожатые с некоторых пор не нужны... Кашмира упрямо вздёргивает подбородок, чтобы не дать слезам вылиться на щеки. Чтобы никто не понял, как она боится... Не за себя. За Блеска. С этой минуты она сделает всё ради возвращения брата домой. Он и родителям будет полезнее... Потом, когда всё это закончится. Миновав последнюю ступеньку, Кашмира посылает усмешку Весте, в оцепенении сжимающей карточки с речью, берёт брата за руку и поднимает их руки, как арку. Толпа взрывается одобрительными криками. Они вместе с небольшим разрывом стали победителями, вместе были менторами, вместе отправятся и в свой, возможно, последний путь. Одно рождение - общая смерть... Но пока Блеск рядом, Кашмира ещё надеется на то, что они смогут переломить хребет ситуации. Потому что она ради брата готова переломить этот самый хребет всему Панему.

Отредактировано Cashmere Fraser (Ср, 29 Июл 2015 23:35)

+2

15

Того ощущения эйфории нет, когда Блеск стал трибутом в первый раз – добровольный раз. Тогда всё было по-другому, кажется вызвали то ли 13, то ли 14 летнего паренька – он толком и не помнил, кроме того, что этот парень не был претендентом от академии, зато был Фрайзер, у которого были наивные представления о том, что ждет победителей. Нет, финансы и слава действительно оказались, но не только. Знать бы тогда, что ждет, то не вызвался бы добровольцем и именно поэтому в нынешнюю жатву их не будет.
Блеск ещё только идет к трибуне, а уже продумывает стратегию на игру; во-первых, нужно будет «танцевать» от того, кто будут соперники, убогие Дистрикты его не интересуют, хотя любопытные экземпляры есть, а из Двенадцатого точно будет типа влюбленная парочка – первые кандидаты на тот свет. По идее можно будет объединиться и… Душераздирающий крик Кашмиры врезает острым кинжалом в Блеска. Кончено у него была бы похожая реакция, плюс обязательно вызвался бы с ней. Вызвался бы. Вот и Кашмира вызывается. Блеск потрясен донельзя. Она не должна была! Хотя бы Кашмира должна выжить, стать утешением родителям, если Блеск погибнет, а вместо этого она тоже собралась в пекло. Блеск хочет заорать на неё, надавать лещей и гнать с площади, чтобы и близко не подходила к трибуне, увы, слабость нельзя показывать, иначе не добиться им будет помощи от спонсоров, поэтому Фрайзер растягивает губы в улыбке, настолько лицемерной, что будет чудо, если хоть кто-то в неё поверит. Внутри же всё клокотало от гнева на сестру-дурынду, у которой был шанс остаться в живых, а вместо этого она пошла в добровольцы – понятно, что из-за брата, как будто бы от осознования этого факта легче. Ничуть. Только ещё хуже. Блеск боится за неё.
Они оба идут на трибуну, где их уже ждет Веста и миротворцы, чтобы после приветственного махания руками, сразу же сесть в поезд, который обратно привезет только одного – Кашмиру, без вопросов, только она и именно она должна выжить в новой мясорубке.
Кашмира берет его за руки и сжав ладони друг друга, они поднимают руки в верх и натягивают на лица, якобы счастливые улыбки. Блеску эта улыбка дается с огромнейшим трудом. Он злиться и на сестру, и на Сноу, и на весь Капитолий.
Покрасовались ещё немного для телевидения, и их повели в поезд, объявив, что по новым правилам никаких прощаний с родственниками. Новость, мягко говоря, дерьмовая, Блеск-то надеялся попрощаться с родителями, ведь скорее всего он их больше не увидит.
Как только поезд тронулся, Блеск пошел за Кашмирой. Он по-прежнему злился, вернее так, он был в бешенстве из-за выходки сестры с этим добровольным выбором в трибуты.
- Нам поговорить надо, - процедил Блеск и потащил Кашмиру за плечо в свое купе. – Какого хрена ты натворила!? Где твои мозги? – Начал орать Фрайзер.

Отредактировано Gloss Fraser (Чт, 30 Июл 2015 22:41)

+1

16

В какой-то момент эмоции просто замораживаются... Наверное, оно и к лучшему, иначе Кашмира бы этого всего не выдержала. Глядя остановившимся взглядом поверх голов и изо всех сил сжимая руку брата, девушка вспоминает свой недавний сон - она стоит на трибуне перед Домом Правосудия. Значит, всё так, как и должно было быть... Подсознание заранее готовило её к тому, что она должна спасти брата. Если действительно удастся вытащить с арены Блеска - Кашмира не имела ничего против. Она ведь всё равно сумасшедшая, родителям будет лучше, если к ним вернётся брат. Сегодня им отказывают даже в прощании... Настолько Сноу не терпится собрать победителей в Капитолий. Или он боится чего-то? Организованного сопротивления? Это смешно, народ только рад убраться с площади, прихватив своих детей до следующего года... На лицах тех, для кого сегодняшняя жатва была последней - явное ликование. Бирюза, заливаясь слезами, обнимает детей.

Когда их с братом уводят миротворцы, Кашмира кидает торопливый взгляд на родителей и вновь подносит руку к шее, щупая свой талисман. Мама плачет взахлеб, отец пытается её успокоить, но выглядит мрачным. Конечно, они надеятся, но понимают, что надежда увидеть вновь обоих детей живыми - невелика. Чудо уже то, что они оба вернулись каждый со своих игр. Закусив губу, Фрайзер отводит взгляд. Просто не думать об этом, отрешиться, иначе она расклеится и не сможет достойно показать себя в Капитолии... Они будут в столице уже через несколько часов. Блеск молчит, но ему нет нужды говорить - Кашмира кожей чувствует исходящее от него недовольство. На его месте она была бы в ярости... Но так же знает, что окажись на её месте брат - он не смог бы поступить иначе. Может, погибнуть на арене - это их судьба? "Нет. Не Блеска, только твоя" резко одёргивает себя девушка.

В поезде их как обычно встречает команда подготовки. Но на сей раз Марс, Веста и остальные не кидаются обмениваться с Фрайзерами радостными шуточками, на их лицах - шок и грусть. Кажется, у Весты даже глаза на мокром месте. Едва кивнув недавно менторам, а теперь - пушечному мясу, капитолийцы разбегаются по своим купе. Во-первых, говорить сейчас особо не о чем... Во-вторых, чувствуют, что тучи сгущаются и не хотят попасть ссорящимся близнецам под горячую руку. Их опасения оправдываются довольно быстро - едва поезд трогается и Кашмира бросает, возможно, последний взгляд на пейзаж родного дистрикта - как брат втаскивает её в своё купе, весьма ощутимо ухватив за плечо.

-Мне больно - мгновенно огрызается Кашмира, выворачиваясь из рук Блеска. Нет, она вовсе не ожидала, что он собирается изъявлять ей благодарность за сунутую в петлю голову... Но ни о чем не жалела и не переиграла бы ситуацию, даже если бы могла. Кашмира не срывается на крик, понимая эмоции и волнение брата. Она только проходит в купе, снимает обувь и забирается с ногами на полку. Просидеть бы так до самого Капитолия...
-Что я должна была делать? Стать твоим ментором, рекламировать тебя, как говядину на рынке, а потом отпустить умирать, наблюдая за бойней по телевизору? - спрашивает она брата и с губ срывается неуместный истеричный смех. Одна мысль о том, чтобы снова оказаться в числе зрителей игр брата приводит её на грань нервного срыва.

-Не могу, не хочу. И не говори, что ты бы смог отпустить меня на арену - отрезает Кашмира, поднимая взгляд на Блеска. Он может беситься сколько хочет, но на арену они пойдут вместе... Она ведь обещала, что не отдаст его Капитолию. Лучше физически умереть на арене с братом, чем всё равно умереть морально без него... Случись что с Блеском - разве она сможет вести прежнюю жизнь? Продаваться в Капитолии, ходить на тренировки? Скорее всего, Кашмира бы сошла с ума окончательно или вколола бы себе убойную дозу морфлинга. Но пока они вместе - есть шанс, есть надежда.

+1

17

- Именно это ты и должна была сделать! Должна была быть моим ментором, ведь ты уже опытный ментор, в конце концов реклама действительно могла помочь. При самом же паршивом раскладе, в случае моей гибели, именно ты должна была бы стать утешением нашим родителям, а при хорошем раскладе, я бы вернулся с арены. Шанс ведь был, а сейчас, что? – Вопрос на который ответ простой: либо Кашмира вернется, либо ни один из них.
Все же Блеска больше устраивает вариант с возвращением сестры и для этого приложит все силы. Да и шансов у неё больше, неспроста же не вытянули её имя. Блеск был уверен, что в этот раз опять была подтасковка результатов, тем они с Кашмирой не понаслышке знают, какие они первые люди Панема, где цвет пышным цветом коррупция, интриги и разврат. Им нужнее Кашмира, это Фрайзер тоже понимал, а скорее всего ещё и вкупе все: Кашмира нужнее, так ещё одна драма кроме голубков из Двенадцатого, разлученные близнецы из Первого, да уж, интрига закручена по самое не хочу. При всем этом, у голубков шансы на выживание крошечные, их почти нет.
- Это совершенно другое, - уклонился от ответа на счет того, чтобы бросить одну сестру на арене. Конечно Фрайзер вызвался бы добровольцем, это даже не вопрос, потому что сестру надо было бы там защитить любой ценой.
Блеск сел рядом на кровать с Кашмирой, одновременно хотелось дать ей подзатыльник и обнять, зарывшись в её золотые волосы. Успокаивать не хочется, да и нечего сказать, итак всё ясно. Будут усиленно тренироваться, благо возраст на их стороне, посмотрят, какие союзы можно будет создать и самое главное – убить тощую девчонку, псевдовлюбленную. Сейчас Блеск, как никогда понял того парня, с прошлых игр, когда тот хотел непросто убить, но и устроить шоу, жаль не получилось.
- Скоро узнаем имена наших соперников и, Кашмира, обещай больше не вытворять глупостей, типа сегодняшней, если на арене возникнет такая ситуация, когда нужно будет спасать свою шкуру, ты немедля и не оглядываясь на меня, будешь спасать в первую очередь себя.

+1

18

Слова Блеска звучат достаточно логично, ведь один раз он уже вернулся с арены. И в пору бы разозлиться на себя за то, что вызвавшись добровольцем, возможно, отняла шанс у брата... Но Кашмира так не считает. Женская интуиция тоньше мужской, Фрайзер уверена, что на арене Блеску понадобится её помощь. Победители - не горстка дистриктовского перепуганного молодняка, вдвоём они будут сильнее. Если Кашмира и может сделать для родителей что-либо стоящее (помимо финансовой поддержки, на которую они с братом не скупились), то это спасение Блеска.

-Ты же знаешь, утешение из меня паршивое. Если с тобой что-то случится - погибнем мы оба. Шанс есть, однажды двое победителей уже было... Когда ещё менять правила, как не в квартальную бойню - осталось только поверить самой в то, что Сноу дважды на ступит на одни грабли. Но в отличие от Китнисс и Пита, Фрайзеры в Капитолии известны, их статус любимчиков может наконец-то сыграть на пользу... Им нужно остаться на арене вдвоём, а дальше... Будет понятно. В крайнем случае обставит своё самоубийство так, чтобы оно выглядело случайностью и Блеска не терзала за него совесть. Кашмира встряхивает волосами, отгоняя мрачные мысли. Нечего погружаться в них раньше времени.

-Конечно, я ведь девушка и слишком безмозглая для того, чтобы принимать решения - вяло парирует она. Вот в этом брат весь - то, что приемлемо для него, для сестры - "совершенно другое", шаг вправо-влево рассматривается, как побег. Если бы только можно было вызваться добровольцем вместо него, а не вместо Бирюзы... Но чертовы правила. Кашмира смотрит на брата, севшего к ней на постель, и страх потерять его оживает в ней с новой силой. Теперь он не отпустит её и после вторых игр, если им только удастся оттуда выбраться... В ответ на просьбу Блеска девушка только фыркает. Он думает, она вызвалась, чтобы бросить его на арене при первой же опасности? Можно соврать, чтобы брат не психовал, но не очень-то хочется лгать, когда каждый ваш совместный день в ближайшей перспективе может стать последним.

-Не могу, Блеск. Мы вместе до конца, что бы там ни произошло. Я люблю тебя и никогда не проси меня тебя бросить, слышишь? - голос вздрагивает, но слова сейчас Кашмире не очень нужны. Она придвигается ближе к брату, отбросив локоны за спину, и тянется к нему, к его губам. Поцелуй, конечно, не сестринский - скоро в Капитолии они себе лишней минуты наедине не смогут позволить, не то что этого. Поцелуй нежный, но требовательный, в нём уже чувствуются страх и желание успеть насладиться как можно больше. Привкус кофе от губ Блеска, кажется, увязался за ними из другой жизни... Ладони Кашмиры скользят по мощной груди брата, обтянутой свитером.

Отредактировано Cashmere Fraser (Вс, 2 Авг 2015 08:59)

+1

19

- Не можешь, но должна, хотя ради меня, ведь я сам тебя об этом прошу. – Блеск чувствует, что всё это бесполезно и сестру не переубедить, но хотя бы попытаться стоит, в конце концов у них впереди неделя на подготовку, хотя в глубине души понимал – не получится.
Получится или нет, а попыток Блеск до последнего не оставит, как и не оставит мысль спасти Кашмиру любой ценой. Стоило ли выигрывать десять лет назад, чтобы опять оказаться на арене и потерять сестру? Для него это главный кошмар в жизни – гибель сестры. В свой первый год менторства, совершил почти невозможное и помог выбраться Кашмире с арены, абсолютно наплюнув на второго трибута от своего Дистрикта. За это его никто особо и не осуждал в родном Дистрикте. Теперь нужно сделать тоже самое, только наплюнуть на себя нужно.
Кашмира садиться рядом и неожиданно для Блеска, целует его. Поцелуй нежный, но требовательный, в любой другой день Фрайзер оттолкнул сестру с очередной морализаторской лекцией на тему «негоже брата целовать, а надо мужа искать». Только не сегодня. Сегодня он обнимает и целует Кашмиру в ответ, ещё по тем извращениям в Капитолии, Блеск помнит какие мягкие и нежные губы сестры – прижимает её к себе чуть сильнее, забираясь рукой под кофту и гладя спину сестры. Сейчас он был бы очень даже не против заняться с ней сексом. Его губы перемещаются на шею сестры, когда стук в дверь и голос Весты отвлекает их.
- Кашмира, Блеск, идете обедать, - позвала их сопровождающая. – У Оникса и Хризолит появились кое-какие мысли насчет вашей стратегии.
Блеск оторвался от Кашмиры и в очередной раз морализм ставил давить на мог – «нельзя целовать сестру и думать о ней, как о женщине, даже сейчас, лучше иди и поесть.»
- Идем на обед и послушаем, что они там нам выдумали, - в голосе Блеска отчетливо слышался скептицизм.

+1

20

Едва ли Кашмира слышит сейчас хоть что-то из того, что говорит ей Блеск... И ей всё равно, о чем он просит, потому что нет никакого разделения на "ты" и "я", для них существует только "мы", неделимое целое. А значит, бросить его она не может. Если бы Блеск действительно этого хотел - он бы так её сейчас к себе не прижимал. Чувствуя, как брат отвечает на её поцелуй и ощущая его руку, проникающую под свитер, Кашмира думает о том, что вызваться добровольцем стоило хотя бы ради этого момента... Ничто так не срывает замки с морали, как страх. Страх, что иной возможности наплевать на эту самую мораль не будет.

От пальцев Блеска сначала по спине бегут мурашки, а уже в следующую секунду свитер кажется нестерпимо жарким. Кашмира помнит, как умело эти пальцы могут разжигать желание, заставляя задыхаться в ожидании продолжения. И брат, как бы ни старался, тоже не способен просто выбросить из головы их капитолийские воспоминания. Дыхание девушки становится учащенным, она прижимается к Блеску грудью, прерывисто вздыхая, когда его губы касаются шеи и внутри всё сладко сжимается... Пальцы Кашмиры вплетаются в шелковистые волосы брата, девушка чуть запрокидывает голову, чтобы открыть брату лучший обзор на свою шею - они оба чертовски чувствительны к этой ласке, чем Кашмира не стеснялась пользоваться, когда хотела подразнить брата. Если бы только их могли оставить в одиночестве хотя бы до Капитолия... Но нет. Она уже отклоняется, чтобы лечь на полку, и тянет Блеска к себе, когда из-за двери раздаётся голос Весты.

-Чтоб тебя - раздраженно выдыхает девушка, охваченная одновременно желанием и разочарованием. Сдался брату этот обед? Но Кашмира обещала себе сделать всё возможное для спасения Блеска, и если он считает, что идеи команды подготовки могут как-то им помочь... В конце концов, им ли не знать, что пренебрегать важностью шоу не следует. Ребята вряд ли хотят смерти менторам, с которыми работали уже десять лет - наверняка постараются скреативить нечто действительно ценное.
-Если бы они ехали в другом вагоне, я бы их отцепила. А к этому мы ещё вернёмся - прежде, чем подняться с полки и одёрнуть свитер, Кашмира прикусывает брата за шею, показывая недовольство столь резким завершением их игры. Хотя бы потому, что в его руках она впервые за последние дни забыла и о жатве и даже о том, куда они сейчас едут.

-Выжить и побыстрее убить ценную дичь из Двенадцатого. Или у нас может быть ещё какая-то стратегия? - к столу Кашмира выходит в своей привычной деловито-саркастичной манере. Она уже не выглядит охваченным паникой призраком, как на площади - напротив, слегка раскраснелась и волосы растрёпаны... Стилисты обмениваются удивлёнными взглядами, когда девушка занимает свой стул и запускает руку в приготовленную для неё миску с ежевикой. Приятно, когда твои предпочтения помнят. И приятно побаловаться хоть каким-то десертом, когда самый лакомый кусок, уже надкушенный, выдернули практически изо рта... Фрайзеры со вздохом подключаются к мозгоштурму, до прибытия в Капитолий остаётся два часа.

Отредактировано Cashmere Fraser (Пн, 3 Авг 2015 12:39)

+1


Вы здесь » THG: ALTERA » Animi magnitudo » 3.10.3013 District 1, When the world is burning


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC