Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Animi magnitudo » 6.10.3011, Capitol, Miss Impossible


6.10.3011, Capitol, Miss Impossible

Сообщений 1 страница 11 из 11

1


• Название эпизода: Miss Impossible;
• Участники: Cashmere Fraser, Johanna Mason;
• Место, время, погода: ТВ-центр Капитолия, перед интервью с трибутами;
• Описание: менторы традиционно привезли своих трибутов в цепки лапы Цезаря и сами не устают работать лицом, подыскивая потенциальным смертникам спонсоров. Впрочем, даже среди менторов не все на одной стороне;
• Предупреждения: женские бои и всё такое. Можно нести грязь и шоколад.


+1

2

look

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/736x/d6/66/3b/d6663b0865f533f58e9476421980ddfe.jpg

Очередной приезд в Капитолий не сулил ничего нового. Сопровождение двух амбициозных подростков-профи, которые скорее всего получат свою минуту славы прежде, чем вернутся домой на собственные похороны... Кашмира уже давно не питала иллюзий. Разве что задавалась изредка вопросом, каким образом звёзды сложились так, чтобы позволить двум представителям одной семьи из одного дистрикта победить два года подряд. На них с Блеском удача Первого исчерпалась... Или Капитолий просто не хотел отпускать полюбившихся красавчиков-менторов с пьедестала? Фрайзер не чувствовала уже даже жалости к трибутам. И вообще жалости. Ко всему привыкаешь... Главное - после этих кратковременных кошмаров они с братом возвращаются домой. Вместе. Всегда вместе, это того стоит.

Интервью с трибутами - всего лишь одна сторона медали. Та, которую Панем видит по телевизору. Менторы, на самом деле, тоже не свободны на этом празднике от своих обязанностей. Например, у Фрайзеров после телецентра запланированы встречи со спонсорами... Так этот пункт называется в расписании. У Кашмиры - ужин, наверняка перетекающий в ночевку, у Блеска... Она не желает знать. Достаточно собственного расписания, чтобы настроение скатилось к нулю. Но хорошо, если Марс, их стилист, раздобудет для неё немного морфлинга. Зависимости у Фрайзер нет... Сильной, по крайней мере. Но в Капитолии уколоться перед сном в особо паршивые дни - уже почти привычный ритуал.

Похоже, сегодняшний ужин будет не очень формальным, потому что стилисты упаковали Кашмиру в достаточно приемлемое платье. Не тугой чехол в пол, расшитый камнями, а лазурный шелковый наряд, длинной до колена. Глаза девушки на таком фоне играли ещё ярче, а браслет из бриллиантов и топазов и серьги с крупными жемчужинами (недавний подарок одного из "поклонников") добавляли образу нотку Первого. В Капитолии мисс Фрайзер ассоциировалась прежде всего с блеском дорогих драгоценностей. Хоть в чем-то "держать марку" приятно...

Блеск был в их гримёрной, Марс трудился над физиономиями трибутов, Кашмира, только что проверив, как продвигается сей процесс, возвращалась к брату... Но коридоры телецентров редко пустуют, даже служебные коридоры.
-Мисс Фрайзер! Можно ваш автограф? - один из юношей, помогавших недавно таскать декорации для студии, выныривает из темноты местной топографии и протягивает Кашмире блокнот и ручку. Взгляд, которым он ощупывает фигуру победительницы, красноречиво говорит о сфере его интереса. Но Фрайзер уже надела привычную для Капитолия маску улыбчивого бриллианта, так что останавливается, уделяя очередному фанату минутку царственного внимания.

-Конечно. Как вас зовут? - ручка на автопилоте скользит по бумаге, Кашмира пишет какое-то до заикания привычное пожелание счастья, имя поклонника, своё имя, завитушку... А хочется добавить издевательское "пусть удача всегда будет на вашей стороне". Вернув блокнот хозяину, девушка делает шаг назад, показывая, что аудиенция окончена... Но этот, к счастью, оказывается не из навязчивых. Поглазел и побежал к своим декорациям. Улыбка сползает с лица победительницы, уступая место какой-то усталой брезгливости... Однако вновь двинуться к своей гримёрке Фрайзер не успевает - крутит головой, услышав какой-то шорох. Просто удивительный аншлаг для такого маленького коридора.

+1

3

Внешний вид

http://s7.uploads.ru/t/gyO0e.jpg

"Нельзя так обращаться с трибутами, ну, нельзя же! Кроме меня у этих сосунков никого нет. Кто ж ради них стараться-то будет, гробиться, чтобы выделить этим дохликам, заочным трупикам пару минут их жалкого существования? Конечно же... никто".

Приезд в Капитолий никогда не был чем-то приятным, да и Мейсон даже не пыталась натянуть на лицо маску, назначение которой было скрасить впечатление местных свиней о собственной особе. Самих бы их всех запихнуть на Арену, дать в руки по ножу и пусть развлекались бы, раз так нравится наблюдать за тем, что происходит с детьми дистриктов. Хотя, нет, Джоанна сама бы была не против снова оказаться на Арене, только если бы вместо трибутов на ней были шишки Капитолия. Да, она бы с удовольствие сделала им пластическую операцию метательными ножами, а кому-то и вовсе пересаживание органов с помощью стерильного топорика, например, Сноу.

В общем, нервы снова были на пределе. Хотелось кусаться, царапаться и поливать всех отборной грязью, накопившейся за год. Всех. Даже собственных трибутов, которые, бедняги, были вынуждены сами разбираться и мириться с написанной Капитолием для них судьбой. Какой же он (Капитолий в смысле) добрый и щедрый! Решает за жителей все! А потом, тех, кто умудряется оказаться сильнее их планов, награждает и... карает долго и мучительно.

Костяшки пальцев Джо побелели, зубы стиснулись до скрипа, дыхание оборвалось, а взгляд был таким, будто бы первый, кто сейчас попадется ему, будет убит. Да, Мейсон хотелось кого-нибудь убить, желательно, Капитолийскую разукрашенную мразь, но... всегда было это но. Ничего, скоро можно будет дать себе возможность отомстить, главное, не сорваться с цепи раньше времени.

И все бы ничего, нервы бы немного отпустило, так нет же, напоролся топор на сучок.

- Какая у... дача, - процедила сквозь зубы Джо, наблюдая со стороны за тем, как этот самый сучок выделывается, скалится белоснежными зубками, мило (прямо до тошноты) щебечет и чиркает какое-то пожелание капитолийской крысе. Говорят, что противоположности притягиваются, а схожести отталкиваются... да нифига! Первый дистрикт - самый близкий дистрикт к Капитолию, их народ почти такой же, как местные шалавы, но все равно в повинности. Твари. Как они еще могут так лицемерить и гримасничать, отдавая своих детей. Нет, плевать, конечно, они же готовят с рождения свиней на убой, наряжают их, дают омерзительные имена, а потом отправляют сюда подыхать. Одним словом - профи.

Кровь опять начала закипать, но одновременно с этим, хотелось сунуть два пальца в рот и блевануть на "платье для настоящей девочки", жаль только, ела Джоанна давненько, а растрачивать свой желудочный сок на эту шлюху ей не очень-то и хотелось. А вот частично переварившаяся капитолийская еда прекрасно бы дополняла платьице Фрайзер.
Но мальчишка ретировался, стоило и Мейслон последовать его примеру и пойти прогуливать расписание, но нет же, чертов пол оказался коварнее, чем можно было предположить изначально.

"Услышала, сучка", - краем глаза глядя на блондинку, подумала Джо и, пожав плечами, вышла на свет из тени.

- Кашмира - производное от кошары? - с невинной улыбкой поинтересовалась она, с вызовом глядя на девушку. - Ах, прости, твоих выжженных краской мозгов не хватает для хранения в них такой информации. Кошара - это помещение для содержания овец, скота, - подмигнув Кашмире, усмехнулась Джоанна и прекратила гримасничать. - Как жизнь, подстилка? Сколько в расписании сегодня клиентов? Аль ты уже от них? То-то выглядишь, как выжатый лимон.

+1

4

Мало ей капитолийских издевательств, так ещё чертов закон подлости срабатывает всякий раз, как представится возможность... Знай Кашмира, что в темноте поджидает не очередной фанат, а Джоанна Мейсон - припустила бы в гримёрную без остановок. Только не подумайте, что боится эту девчонку. Просто не переваривает. Фрайзер, готовой не то что тело, душу ради семьи заложить, не понять было, как Мейсон смогла подписать смертный договор своим родным... Она ведь была на арене. Видела, на что способен Капитолий. И не могла думать, что за отказ сотрудничать её ласково пожурят на дорожку и отпустят. Игры не кончаются никогда. Но настоящая убийца среди менторов - только Мейсон. Хотя Кашмира и завидует свободе Джоанны где-то глубоко в душе - она бы никогда не смогла расплатиться за свободу жизнью брата или родителей. Зачем тогда всё? Фрайзер шире прежнего улыбается отрепетированной фирменной улыбкой, которую только что подарила и капитолийцу:

-Кашмира - производное от кашмирских сапфиров. Но тебе не понять, так что можешь оставаться на своём уровне ассоциаций... Спасибо за краткий экскурс в деревенскую жизнь - если бы ментор Первого была животным, то почти наверняка - яркой, изящной, но очень ядовитой змеёй. Она редко опускается до прямых оскорблений или бранных слов, но на умении втаптывать в грязь это не сказывается. Фрайзер пройдётся по голове любого человека со светлой улыбкой, придерживая подол очередного дорогого платья и стараясь не запачкать носы сверкающих туфелек. Причем в случае Джоанны Мейсон сделает это с удовольствием, а не потому, что так сложились обстоятельства...

-Увы, вечер только начинается - с нарочитой озабоченностью на лице Кашмира бросает взгляд на настенные часы, а потом подходит чуть ближе к Джоанне и понижает голос до мурлыкающего полушепота:
-Но когда он закончится - я вернусь к брату. А кого волнует твоя трусливая шкура? Скажи, кроме трибутов раз в году - с тобой кто-то общается? - Первый - достаточно большой дистрикт, и то все на виду и сплетни циркулируют с космической скоростью. Чего ждать от Седьмого и прочих диких уголков, где болтовня - единственное удовольствие после тяжелой физической работы? Интересно, Джоанне в родном дистрикте руки не подают или у них предательство в порядке вещей? Докатится через пару лет до уровня Хэймитча... Но даже алкаш из Двенадцатого всего лишь ошибся. Не давал добро на уничтожение своих близких. Кашмира сегодня не пробовала ни виски, ни морфлинга, так что нервы ни к черту. И рядом нет Блеска - единственного, кто способен успокоить Фрайзер одним взглядом... Да вообще успокоить. Воздух в маленьком коридорчике буквально электризуется, кажется, ещё немного - и зазвучат трубные кошачьи вопли, свидетельствующие о намечающейся драке.

-Всё-таки мне кажется - дурой ты не притворялась... - на лице блондинки по-прежнему широкая, сияющая, как жемчужины в её серьгах, улыбка. Но ноздри раздуваются, как у бьющей копытом лошади, показывая, что это, как и всё здесь (в городе и в телецентре) - не более, чем декорация. Кашмире приятнее стоять рядом с самым тупым капитолийцем, не скрывающим по крайней мере, что он скотина... Чем с этой бедной овечкой, живущей по локоть в крови своих родных.

+1

5

Джо даже заметила, как скривилась блондинка, как зазвенел воздух между ними, как в обеих проснулось видение другого, как трибута, которого было бы неплохо убить, преждевременно немного помучив. Если бы появилась такая возможность, что бы Мейсон сделала с этим обработанным алмазом, побывавшим в стольких грязных мужских руках? Первое, что пришло в голову - сдернула бы скальп, наверно. Джо же не дура, чтобы отрицать факт шикарных волос этой дамочки. "Было бы приятно на руку их наматывать", - подумала победительница, проводя кончиком языка по зубам на верхней челюсти. Ну, а потом, если бы жива осталась, то брюшко бы вспорола, да кишочки порастягивала.

Откуда у нее такая ненависть к этой девушке? Только ли из-за того, что она когда-то выжила на Арене, вогнав нож под лопатку Марка? (да-да, того самого трибута из Седьмого, который по своей глупости повелся на ее фальшивое обаяние). Или из-за ее податливости? Или из-за причисления к числу профи, всегда ставящих себя выше других? Не важно, условий для отрицательных чувств и рождению ненависти было достаточно.

- Ой, да не за что! Будешь хоть знать куда вернуться, когда оболочка станет уже не той, а блеск померкнет, - двояко можно трактовать эту ее фразу. Не то что бы Джоанна имела ввиду брата этой дамочки и намекала на его смерть, но и это, как оказалось, могло оказаться и так. Идиотские имена дают в первых двух дистриктах, совсем мозги окаменели.

- А! Значит, все веселье впереди, что ж... - видимо, Фрайзер решила не дослушивать свою собеседницу и ударить побольнее. Только вот на намек Джоанна отреагировала демонстративным поднятием брови и награждением девушки надменным взглядом. Ишь, стерва, нашла за что цепляться! А потому что не за что больше. Единственное, самое ценное отняли и радуются, что ж, давить-то больше не на что, все ниточки перерезаны, а Мейсон больше не марионетка, хотя ей все равно приходится ездить в этот рассадник разврата, пошлости и удовлетворения своих самых низких потребностей, чтобы хоть что-то сделать для своего дистрикта.

- А ты-то далеко ушла? Мы с тобой на одной ступеньке стоим, - усмехнувшись, Джо сделала пару шагов вперед, еще больше сокращая расстояние между собой и Фрайзер. - Позволь напомнить, ваших с Блеском подопечных, как свиней, прирезала я, и никакая ваша академия убийц не спасла их. Н, ни она, ни ваши жалкие барахтанья, - облизнув губы, победительница снова заглянула в глаза такой же убийце, как и она сама. - Это кто еще в крови-то? Кто слабее, Фрайзер? Я пережила то, - говорить становилось трудно, распространившееся по всему телу напряжение, перешло на голосовые связки, - что тебе еще предстоит пережить, - рука все-таки поднялась и весьма ощутимо, придав небольшой импульс, прижалась кулаком к грудине блондинки. - Хотела бы я посмотреть, что будет с тобой, проломи твоему братцу или родителям кто-нибудь черепушку, - прорычала Мейсон ей в лицо, - топором, например, - эти слова были процежены сквозь зубы и, казалось бы, именно они ставили точку в разговоре.

Хмыкнув в лицо Кашмире, Джоанна развернулась и направилась в сторону лифта, разозленная и задетая. С момента гибели семьи прошло не так много времени, так что Кашмире удалось сковырнуть только начавшую запекаться ранку. Ничего, когда-нибудь, она сможет расплатиться с блондинкой за такие слова.

+1

6

Странно, но даже здесь, в Капитолии, многие пребывали в уверенности, что Фрайзеры получают удовольствие от своей жизни. И Кашмира сейчас не про "поклонников", а про менторов, которые на своей шкуре должны знать, как столичный уклад заставляет гореть от бессильной ярости... Но видимо полагают, будто у Фрайзеров мозг устроен как-то иначе. В родном дистрикте им тоже завидовали - красивые, богатые, популярные. Украшения Кашмиры выделялись даже в дистрикте ювелиров... Фрайзер такое положение вещей вполне устраивало. Пусть лучше ненавидят и завидуют, чем жалеют и презирают. Никому кроме Блеска не позволено видеть изнанку души победительницы, не позволено вытирать её слёзы или видеть, как Кашмира с криком вскакивает среди ночи. Поэтому на слова Мейсон блондинка лишь усмехается:

-Ты про прошлогодних? Какие мелочи. Они не были мне дороги, не волнуйся - даже не приходится врать. Фрайзер действительно не привязывалась к трибутам, как не привязывалась к людям вообще. В плане чувств она была удивительно холодна для девушки своих лет - казалось, нежность и привязанность, отпущенные ей, полной мерой достались лишь семье. Родителям, Блеску и ещё раз Блеску. Если бы других людей помимо брата не существовало - Кашмира бы не сильно расстроилась.

-Вот что было действительно весело - так это убить того паренька-дровосека... Как там его звали? - Джоанна по-прежнему не намерена покидать поле словесной брани, Фрайзер в свою очередь забывает про ожидающий их эфир - так греет возможность сказать пару гадостей наконец этой девице. С той лишь разницей, что теперь Фрайзер лжет. Она помнит, что паренька звали Марк и что они были союзниками почти три дня. Когда они остановились на ночлег - он даже поджарил у костра свои скромные запасы еды, отдав большую их часть Кашмире. Но девушка не могла размениваться на такие бессмысленные чувства, как симпатия, потому что у неё была одна-единственная цель - вернуться к брату. Хотя убить Марка, глядя ему в глаза, Фрайзер не смогла... То, что смотрелось на экране предательством, на деле было скорее подарком с её стороны. Она подарила пареньку лёгкую смерть. Рука Джоанны на несколько мгновений упирается в грудь Кашмиры и девушка отстраняется, инстинктивно не допуская такого проникновения в своё личное пространство. Выражение на лице Фрайзер меняется - сверкающая улыбка пропадает и на смену ей приходит гримаса злости. Из-под позолоты капитолийской драгоценности вылезает профи, убийца, вкусившая уже крови и ничуть не переживающая по этому поводу. На сей раз девчонка зашла слишком далеко - Кашмира спокойно воспринимала уколы в свой адрес, местами даже находя их забавными, но никому не позволяла касаться брата. Вместо того, чтобы позволить Мейсон уйти, Фрайзер легко, несмотря на высокие каблучки, обгоняет девушку.

Оказавшись перед Джоанной, Кашмира резко разворачивается, выбрасывая вперёд руку и безошибочным жестом хватая ментора Седьмого за горло. Ещё пару секунд эффект неожиданности ей выиграет, а в моменты вскипания ярости сила в блондинке просыпалась достаточно серьёзная для её габаритов. Коридор узкий, Фрайзер резко толкает Мейсон спиной в стену, почти нависая над девушкой:

-Никогда-не смей-угрожать-моей семье, тварь. Над тобой даже в Капитолии никто не заплачет - конечно, существовало правило неприкосновенности трибутов до игр. Тряслись и над шкурами менторов, но Кашмира была уверена, что в случае внезапной смерти Джоанны никаких особенных санкций не последует, поскольку прибыли Мейсон не приносила, в то время как Фрайзеры были любимчиками столицы и не комильфо ради паршивой овцы резать кур, несущих золотые яйца. Пожурят и простят... Грудь нервно вздымается под лазурным шелком, выражение синих глаз с радушно-восторженного меняется на цепкое и злое. Будь у Кашмиры сейчас нож - Мейсон уже не смогла бы хвалиться своим топором. Все остатки самоконтроля победительница убивает на то, чтобы не сжать пальцы слишком сильно.

+1

7

Конечно, разве менторам дороги их трибуты? Если их ничто не связывает, кроме горя оказаться здесь, то нет. Трибуты - расходный материал, в лучшем случае, не убережешь одного, а в худшем потеряешь сразу двух. Конечно, есть менторы, к которым даже Джоанна относилась с теплом, да и те были из Четвертого. Мэгз, Финник и Энни. Удивительно хорошие люди, близкие по духу, хотя и немного странные. Есть еще, правда, Чума, но с ним Джоанна общий язык редко когда могла найти, с учетом того, что они были земляками и, как совсем недавно оказалось, соседями.

- Нашла из-за чего волноваться, - усмехнулась Мейсон. - Да я скорее за Двенадцатый болеть буду, чем горевать из-за подохших профи, - приподняв уголки губ, едва-едва обнажая белые клыки, произнесла девушка, решая, что тема закрыта, но Фрайзер, похоже, только разошлась. Что ж, хочет поскалиться - пусть. Взаимный сеанс психотерапии никому не мешает, вылить яд друг на друга, чтобы потом полегчало, было возможным. Только вот Кашмира в этот раз потянула право слова на себя, и ее вербальный удар попал в весьма интересное место.

- Плохая у тебя фантазия, подстилка, да и память ни к черту, - рассмеялась Мейсон ей в лицо. - Тебя это не красит. Связалась с Марком, а потом ударила в спину. Подло и низко, явно не для такой "возвышенной" потаскушки, как ты. И не пытайся давать, он был моим земляком, но его смерть ничего не значила. А вот если подохнешь ты - пара дистриктов вздохнет с облегчением, - действительно, с Марком Джо знакома не была. Она совсем скоро должна была вступить в игровой возраст и поэтому внимательно следила за церемонией жатвы, к тому же переживала за сестру. Мальчик из их дистрикта связался с профи. Уже тогда Кашмира не понравилась Джоанне и от одной ее смазливой рожи на экране хотелось засунуть два пальца в рот. Собственно, с течением времени ничего не изменилось.

Но теперь стало как-то скучно. Аргументы закончились, леди? Попыхтели и хватит? Прекрасно.

Шагая к лифту, Джо начала думать о том, чтобы сходить в душ и смыть с себя зловоние абсолютно безвкусных духов ментора Первого дистрикта, но, похоже, Кашмира не смирилась с таким скорым расставанием с новой "подругой".

Кровь снова закипает в жилах. Не так давно Мейсон удалось испытать это чувство, Арена навсегда привила ей чувство адреналина в крови и готовности сражаться. Тонкие пальцы, сомкнувшиеся на шее Джо, правда что, не вызвали ощущения опасности, тем более, смертельной. Это был просто ответный удар на то, что Мейсон позволила себя прикоснуться к Фрайзер, но вот удар об стену заставил возмутиться.

Стиснув зубы, но опустив с запястью блондинки руку, девушка свесила их вдоль тела и оскалилась в улыбке. Не задушишь, не посмеешь, а вот у меня смелости хватит. Сжав пальцы правой руки в кулак, Мейсон, придав как можно больше силы, ударила угрожающую ей девицу в солнечное сплетение, так удобно расположившееся по траектории движения руки. Пальцы блондинки тут же разжались. Да, здесь не Арена, здесь не висит условие "убей - или сдохнешь сам", поэтому нет осознания, что боль надо терпеть.

- Я знала, что... кхм, - все-таки, сжала ее горло Кашмира сильно, голос даже подвел в какой-то момент, - ты тоже умеешь ругаться, сучка, - усмехнулась Мейсон, хватая Фрайзер за прекрасные локоны, любовно уложенные стилистом, и надавила, заставляя опуститься голову профи. - Ты так радуешься, небось, сама принимала участие в их казни, - намотав пряди на кулак еще сильнее, Джо как-то сопротивлялась желанию познакомить лицо Кашмиры со стеной. - Но бы бы с удовольствием посмотрела, как твоего ненаглядного братца копьем протыкают или на куски режут, зная, что где-то жива ты и тоже смотришь на это.

+1

8

Ощущения в тот момент, когда она держит Джоанну за горло, сложно назвать сходными с ощущениями на арене... Там у Кашмиры была холодная голова. Остальные трибуты воспринимались, как абстрактные цели - устранить, чтобы вернуться. Ничего личного, что могло бы помешать... Сейчас всё иначе. Фрайзер чувствует желание убить. Желание увидеть тот страх, который появляется в глазах жертвы в момент осознания смерти.

Конечно, она не станет рассказывать Мейсон, что убивая Марка руководствовалась иными мотивами. Что он сам виноват, в конце концов - добровольно поддался сильному противнику. На что рассчитывал? Кашмира помнит, как их с братом тактика (злой и добрый близнец в лице ангелоподобной, улыбающейся трибутам-парням девушки) быстро начала давать плоды. Как по вечерам в тренировочном центре, сидя на диване в обнимку, Фрайзеры обсуждали, кто поддаётся обаянию Кашмиры заметнее всего и как это можно использовать... Но никто не осуждает Джоанну за использование топора или Финника - за трезубец. Внешность - такое же оружие, это победительница в Капитолии усвоила намертво. И почему ей было не воспользоваться им? Потому что такие, как Мейсон, лишены этого преимущества от рождения? Ох, извините. Кашмира с удовольствием позволит ей верить в версию подстилки-предательницы. Изнанку ситуации знает Блеск, и этого блондинке хватает более чем.

Размышления обрываются резким ударом в живот - Фрайзер, охнув, рефлекторно разжимает руку, потому что запаниковавший организм не может сделать вдох. Пока девушка восстанавливает дыхание, Мейсон хватает её за волосы - роскошные золотые волосы, предмет особой гордости Кашмиры, помимо глаз и фигуры, разумеется. Типичные женские приёмы - Фрайзер сама сотни раз испытывала их в академии. Когда физической силой (по сравнению с братом, по крайней мере) ты обделена - очень быстро учишься прибегать в схватке к нечестным приёмчикам. Вот только досадно пропускать их в свой адрес...

-Что, не насмотрелась на примере своей семьи? Так надо было сфотографировать на память - шипит Кашмира, теряя остатки радушия и спокойствия. Теперь в этом коридорчике - не менторы, а две ненормальные девицы, забывшие и про трибутов, и про эфир, одержимые лишь желанием сделать друг другу как можно больнее. Кстати, о запрещенных приемах. Никто ведь не станет в них упрекать подстилку, правда? Кашмира с силой бьёт тонким острым каблуком в левую ногу Джоанны, в надкостницу, самое болезненное и обычно не защищенное обувью место. А затем, чтобы эта выходка не стоила ей слишком большого количества волос, резко подаётся вперёд - голова уже наклонена, так что ракурс, чтобы ударить Мейсон лбом в переносицу, самый подходящий.

-Можешь мечтать сколько угодно, но моим родным уже ничего не страшно. Как и твоим, впрочем - даже сейчас Кашмира умудряется рассмеяться. Они с братом теперь избавлены от арены. Но что Джоанна, выбравшая путь наименьшего сопротивления, может об этом знать? Наблюдая по телевизору игры Блеска, его близняшка едва не сошла с ума, закатывая истерики при попытке оттащить её от экрана. Не ела, почти не спала, родители вливали в ополоумевшую от страха дочь успокоительное и только молились, чтобы сын вернулся домой, понимая, что потеря одного ребёнка в их случае обернётся потерей обоих. Испытав этот страх беспомощности перед возможностью потерять брата однажды, Кашмира больше всего боялась снова оказаться с ним лицом к лицу. Пусть её продают и пихают в чужие постели - едва услышав в победном туре, что от её покладистости зависит жизнь близнеца, Фрайзер сделалась шелковой. На том же поводке держат Блеска.

+1

9

"Они тоже люди", - говорил Чума в последний вечер перед тем, как на утро выпустить своих трибутов на Арену. "Они не виноваты, что родились в Первом, Втором и Четвертом, так же, как мы не виноваты в появлении на свет именно в Седьмом", - волнительное время. Спасибо ментору за то, что не оставил их сидеть в спальнях и думать, думать и снова думать, представлять то, какой завтра будет Арена, как их убьют или как попытаться выжить в первые минуты. Спасибо, что пришел, вытащил из комнат и отвел на крышу поговорить. "Они такие же люди, хотя и более подготовленные, чем другие. Но их не надо бояться. Остерегаться - да, быть на чеку - да, но не бояться. Страх делает вас доступнее, собственно, как и ненависть".

Во время первого удара в этом блоке (а именно каблуком по ноге), желание отпустить шевелюру оппонентки пересилил рефлекс, ставший уже безусловным. Сильнее сжав волосы Кашмиры, путаясь в них пальцами, Джо акцентировала внимание на боли в ноге и позволила, пусть и не специально, но нанести еще один удар.

В носу что-то хрустнуло и взрывной волной боли отдалось прямо в мозг.
Стерва!

- Я убью тебя, сучка! - прорычала Джоанна, чувствуя, но не обращая внимания на то, что по губам из носа уже бежит кровь, заливая и пачкая не только кожу, но еще и одежду. На собственном черном эти следы были не такими заметными, а вот попади они на платьице Фрайзер (а они попадут), будет значительно хуже.

- Тварь! - собственные слова эхом раздаются в голове, но боль в трех точках тела, расположенных друг от друга примерно симметрично, не мешает напрячь мышцы и, приложив силу, сдвинуть тело Фрайзер к стенке, впечатав в нее лицом.

- Но может быть страшно нам, - шипит девушка на ухо блондинке, а потом оттаскивает за волосы на несколько сантиметров и снова с силой прикладывает к стене. О, если сюда не явится охрана, то у какого-то из дистриктов станет на одного ментора меньше. Обе девушки были настолько задеты и разозлены, что мыслей о решении проблемы мирным путем просто быть не могло.

Капли крови стекали по подбородку, заливали не схваченные в кулак светлые пряди, стекали на шею и платье, падали на пол. Голова Джоанны страшно болела, но сдаваться было нельзя ни при каких обстоятельствах. Схватив свободную руку Кашмиры и заломив ее за спину, Мейсон вжала блондинку в стену своим телом, и замерла, тяжело и сипло дыша ей в затылок.

- Соглашусь, моим уже бояться нечего. Но я хотя бы попыталась сказать Капитолию "нет". И заплатила за это большую цену. Зато меня теперь не трогают, а ты вынуждена пребывать в вечном страхе за родителей и брата. И за эти нитки Капитолий будет дергать так долго, пока кто-то из вас им не надоест, - процедила Мейсон и оттолкнулась от Фрайзер, набирая дистанцию, но не спуская с девушки взгляда. - Сочувствую, - стерев с губ собственную кровь, выдохнула победительница и сделала еще один хромающий шаг назад. Конечно, в ее словах и интонации не было ни грамма сочувствия, скорее, усмешка и издевательство, но посочувствовать Кашмире и ее брату было бы можно.

"Они нам не враги по духу, но мы все-таки разные. И пока Капитолий заставляет - нам придется убивать друг друга", - Джо не понимала Чуму, а поэтому действовала согласно своей теории выживания. И когда она выжила, выбралась оттуда, бывший ментор добавил к своей теории еще и просьбу попытаться подружиться с кем-то из победителей прошлых лет, пока выращивать собственных победителей очень сложно. И тогда Мейсон впервые согласилась с ним, но мыслей о том, чтобы взять в товарищи кого-то из Первого или Второго, у нее точно не было.

Хотя с Кашмирой у них были общие черты.

+1

10

Судя по хрусту и по крикам Джоанны, удары достигли цели. Что приятно греет, даже несмотря на то, что волосы по-прежнему в плену Мейсон. Кашмира шипит от злости, чувствуя себя по-прежнему частично обездвиженной, но вид физиономии соперницы, залитой кровью, того стоил. Кровь Мейсон попадает на лазурный шелк платья, превращая его в негодную тряпку - когда навстречу лицу несётся стена, Фрайзер успевает повернуть голову так, чтобы впечататься в неё щекой. Скулу прошивает боль, затем ещё раз... Обе перемазанные кровью Джоанны, девушки выглядели так, словно сбежали с бойни. Хотя Капитолию при прочих обстоятельствах это вроде бы нравится?

-И ради чего ты живешь со своей гордостью? Кому стало лучше от твоего "нет"? Оно что-то изменило? Ай! - вскрикивает ментор Первого, когда Мейсон умудряется заломить ей правую руку. Был бы у Фрайзер нож - её бы это не спасло... Кашмира - амбидекстер, прекрасно управляется со своими игрушками с обеих рук. Видимо, именно поэтому от греха подальше им запрещено в Капитолии носить с собой даже декоративное оружие.

Возможно, родись девушки в одном дистрикте или хотя бы познакомься при других обстоятельствах - они могли бы стать подругами... В них обеих есть нотка опасности, безумства, целеустремленности и жажды свободы. Но распорядились они этими качествами по-разному. Потому что Мейсон никогда не понять, что значит, иметь близнеца, что защищая Блеска, Кашмира защищает и себя, потому что они неделимы. Не понять, что значит любить своего брата, как мужчину... Если это вообще кто-то способен понять. Но Фрайзер никогда не претендовала на нормальность и не задавалась идейными вопросами, терзающими Джоанну.

-Это ты сдалась, а не я. У меня ещё есть шансы выжить, у тебя - только существовать - даже прижатая к стене, Кашмира продолжает изливать яд и обдумывать возможности дальнейшего сопротивления. В бою победительница не сдавалась до последнего - однажды на тренировке, когда противник прижал её к земле и, казалось, возможностей отхода не осталось - Фрайзер умудрилась швырнуть ему в глаза горсть песка и гравия. Жаль, здесь это не пройдёт. Но каблуки по-прежнему на ней и Кашмира наугад бьёт ногой назад, как лошадь копытом, в надежде вновь достать Джоанну. Одна из дверей, выходящих в коридор, вдруг открывается и в их обмен любезностями вплетается голос Марса, стилиста Первого:

-Боже мой! Кашмира!! Что эта сумасшедшая с тобой сделала? Прическа, платье... Всё переделывать. Отпусти её, разошлись! Или мне позвать Блеска? - стилист голосит в полную громкость, но сам разнимать девушек не кидается, разумно опасаясь обеих. Уж горячую тяжелую руку Кашмиры он знает - победительница и в свою команду подготовки зачастую могла чем-то запустить, если вставала не с той ноги. Так что стилисты обычно предоставляли близнецам успокаивать друг друга.

-Не дёргай брата - хрипит Фрайзер, пытаясь обернуться на голос. Ещё не хватало... К тому же в отличие от Марса Блеск скорее всего включится в потасовку и добавит Мейсон увечий, а проблем близнецу Кашмира не хотела. К тому же у неё к Марсу найдётся ещё одно дельце наедине - сегодня ей хочется уколоться до ужина. Хоть немного. В рамках анестезии. Хлопает ещё одна дверь. Скажите, что это не кто-то из команды Джоанны...

+1

11

- Посмотрим, - шмыгнув носом, из которого продолжала течь кровь,  - кто еще будет жить, а кто существовать, - перебивая истеричные реплики капитолийской курицы, словно вовсе не замечая их, произнесла Джоанна, делая еще полшага назад. Хватит на сегодня веселья.

Покрепче сжав волосы Кашмиры и сильнее заломив руку (до такой степени, что в плечевом суставе, будто бы, что-то захрустело), развернула девушку и толкнула в сторону стилиста.
- Забирайте, не жалко, - усмехнувшись, демонстративно отряхиваю руки, а потом прижимаю левое запястье к носу, начиная подумывать о том, где достать хотя бы лед, чтобы остановить кровотечение. И эти мысли даже не сбивает появившаяся в коридоре Ирис - сопровождающая трибутов Седьмого дистрикта.

- Удачного вечера, шлюха, - бросаю на прощание Фрайзер и, развернувшись, прохожу в сторону своей гримерки, мимо онемевшей от ужаса капитолийки. - Скажешь слово - повторишь участь Фрайзер, - не хочу слушать причитания и упреки, не хочу слышать ее попытки извиниться и перед Кашмирой и ее стилистом, вообще никого не хочу слушать. Поэтому, стоит мне только перешагнуть порог помещения, захлопываю дверь и прижимаю ее спиной, игнорируя возгласы команды стилистов, изменение в лице Чумы и самих трибутов, готовых с минуты на минуту отправиться на интервью.

Достали. Все. Поголовно. Нет в этом мире больше тех, с кем можно было бы поделиться. Нет, конечно, есть Финник и Мэгз, но это все равно не то. Может, Фрайзер права в чем-то? А, нет, эта блондинистая стерва только и знает, что гадости раздавать, да свое тело кому попало продавать.

Вздрогнув всем телом, девушка распахивает глаза и хватается за протянувшуюся к ней руку, явно намереваясь вывернуть ее и оттолкнуть возможную угрозу, но вместо чего-то опасного зрение дает картинку черноволосого мальчишки трибута, в руке которого пакет с искусственным льдом. Чего ожидала увидеть Мейсон? Снова Кашмиру? Да вряд ли, ей тоже неплохо досталось, да и кто ее сюда пустит? Может, капитолийца, любого из рода которых подпускать к себе не хотелось? Может, Чуму, добродушного болвана? Да не важно, но победительница точно не ожидала получить помощь от того, кому отказала сама.
- Спасибо, - тихо произносит она, принимая из рук четырнадцатилетнего мальчишки пакет со льдом и прикладывая его к носу.
Дети, откуда вы такие взялись, а? И почему еще не теряете голову от страха? Ни за что не поверю, что этот мальчишка не боится, не поверю, что и девочка, старающаяся держаться гордо, тоже. Только почему я забыла это чувство?

- Что произошло? - Чума все-таки вклинивается, отводит мальчишку трибута в сторону и заставляет меня отойти от двери, чтобы впустить барабанющуюся Ирис, которую уже больше заботят трибуты этого года, а не чокнутые победители прошлых лет.
- Мило побеседовали с Фрайзер. Все-то.

+1


Вы здесь » THG: ALTERA » Animi magnitudo » 6.10.3011, Capitol, Miss Impossible


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC