Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Callida junctura » If it's lust or it's love


If it's lust or it's love

Сообщений 61 страница 80 из 136

61

Херово... Хах. Ничего не отвечаю на ее "херово". В принципе, да, мало ли у нее поводов закинуться. Может, вспомнила того козла... Не знаю. Всякое бывает. Продолжаю есть, а она сидит напротив и как будто не знает, куда деться. Бывает такое, когда отпускает, знаю. Однако Регина поднимается и идет ко мне, кладет руки на мои плечи, разминает их, затем обнимает меня, целует... Настроение ее враз меняется, и от как камнем упавшего "мне херово" не остается и следа.
Она припоминает мне свой подарок. Черт, я похерил его где-то в клинике, нужно будет Аресу заняться тем ,чтобы его найти. Нехорошо же. Поворачиваю голову и ловлю ее губы, целуя, усаживаю ее на себя, забираясь руками под майку. О, видят боги, как я хочу сейчас ее...

- Хотела зажать продолжение подарка, да? Ах ты сучка... Получила бы удовольствие одна?

Ужин не доеден, но я не страдаю от голода, потому что занят Региной. Я обожаю секс с нею, то быстрый и горячий, то ленивый и теплый, даже полусонный. Мне нравится, как светлеют ее зеленые глаза, когда она ловит оргазм, и как кусает губы. Как она стонет, выгибаясь ко мне навстречу. Черт, у меня на нее столько сил, что мы можем трахаться ночь напролет, пока я не становлюсь совсем пустой, что и капли не выжать.

Я валяюсь на спине, заложив одну руку на голову, а на плече второй устраивается Регина, да еще и закидывает на меня ногу. По-хозяйски. И я ничего не имею против. Она заводит речь о какой-то там фотосессии нас вдвоем, о которой грезит ее агент. Ну, допустим, я постоянный герой фоторепортажей, но тут что-то новенькое. Не, на фотосессиях я тоже светился, а как же, просто внезапно. 

Смотрю на "сестренку", примостившуюся на моем плече.

- Если фото тебя, обнаженной на моих коленях не будет, то тогда какой смысл? - конечно, не могу уцепиться за шутку и не развить ее. - Представь, как я пою тебя из бутылочки, и молоко течет по твоему лицу... - и получаю кулачком под ребра. - А какая будет оплата? - хватаю ее за руку, чтобы предупредить очередной удар. - Потому что предоплату я хочу уже сейчас... - опрокидываю ее на спину, устраиваясь между ног и разводя ее колени. Целую ее внизу, ласкаю языком.

Регина кончает, вскрикивая и постанывая, пока я двигаюсь в ней, догоняя. Мне нравится, когда она кончает раньше меня, есть какой-то кайф в том, чтобы видеть ее лицо, пока я делаю последние толчки и разряжаюсь.
- Ты космос, детка.

И фотосессия таки устраивается. Нам предоставляют одежду какие-то суперские дизайнеры, и Регина скачет от удовольствия, потому что для нее это шанс навсегда зацепиться за них. По мне так тряпки и тряпки, но я рад, что она так рада, и еще больше - когда узнает, что ассортимент не весь, потому что ее агент устраивает доставку еще каких-то пары платьев, которые по его слова ну мега круты, и это будет новый их с Региной рынок, если они получат этого дизайнера в работодатели.

Ариэль. Этот дизайнер Ариэль. Даже я, чувак далекий от моды, но не от моделей, узнаю ее фирменные знаки на чехлах, в которых доставляются платья. Интересно, когда Регина их наденет, они окажутся пропитанные ядом или нет?

Регину гримируют, наверное, с час, а я сижу в кресле рядом, потому что мне нечем заняться. Меня только попудрили да зачесали волосы. Собственно, я, видимо, хорош в своей первозданной красоте.
- Зачем столько рисовать? Ты и без боевого раскраса не страшная. Но иногда, при легкой икоте... - заговариваю я, между делом листая журнал.

...

+1

62

Внезапно, но Нерон соглашается с идеей фотосессии, хоть и выкручивает все в свою пошляцкую сторону, против которой я ничего не имею против. Мы забываем нашу ссору, как будто и не было ничего. Не сказать, что я особо вижу разницу между трезвым Нероном и немного закинувшимся. Но мне все равно очень важно знать, что сейчас он трезв.
Ночь становится совершенно какой-то странной и кажется, будто ругань была в другой вселенной и не с нами. Сейчас Нерон рядом со мной и нет никаких других девиц. И это я еще просто не в курсе, что Сцевола оставил мой подарок в клинике. А так, убила бы гада. Но я ведь ничего не знаю, поэтому отдаюсь этому мужчине в руки, полностью и без шанса на возврат хотя бы частицы себя. И он забирает меня без остатка.
В общем, съемки мы все-таки устраиваем и Валентин писает кипятком от этой затеи. Ну, конечно, одно дело, когда речь идет о молодой преуспевающей модели и совсем другое, когда о тайных отношениях брата и сестры Сцевола. Хотя какие же мы брат и сестра? Разве что самые извращенские. Да и называем мы друг друга так, только для того чтобы взбесить.
- У каждого свои игрушки, братик. У меня – макияж, у тебя – каблук повыше, чтобы хотя бы на фотках ты возвышался надо мной и хоть немного походил на опекуна. – я тяну руку к Нерону сидящему рядом, чтобы забрать у него журнал и дать ему по лбу. А потом уже мягче треплю моего братика за щеку. – Папочка. – ржу.
- Ну, что, детка? Готова сегодня сыграть младшую сестренку? – Валентин отгоняет визажистов и приобнимает меня за плечи. – Чертовски сексуальную младшую сестренку.
Я смеюсь, закидывая голову и глядя на агента снизу вверх. У нас как-то было пару раз. Ну так, для проформы.
- Твоя эротическая фантазия?
- Только с тобой, малышка. – ржет в ответ Валентин, еще немного задерживая взгляд на моей шее, а потом вдруг становится серьезным. – Сегодня придет дизайнер, чью коллекцию мы используем. Она – гений в своем деле.
- Она? – я немного расстраиваюсь и морщусь. Вообще с женщинами я херово ладила. – Отдай ее моему братцу. Он более сговорчив с женщинами, когда дело касается платьев. – я фыркаю, подбирая мою масечку на руки и почесывая ее за ухом.
- Как, наверно, удобно быть братом модели. – Валентин подмигивает Нерону, а я снова фыркаю. Совсем не того Валентин нашел для дружеского трепа. – Так детишки, у нас три образа. Оторвы, домашний и выход в свет. Так что приготовь мордашку, моя дорогая. – мужчина проводит пальцем по моей щеке и снова подмигивает.
А потом скрывается, а я обращаю свой взор на братца, с которым буду изображать братско-сестринские отношения. Иногда мне кажется, что между нами вообще все виды отношений, кроме каких-нибудь нормальных. Если такие бывают.
- Я знаю, бессмысленно просить тебя нормально позировать, потому что твоя морда по жизни перекошена. Но постарайся хотя бы не попортить мне образ.
Я поднимаюсь, чтобы пойти одеваться для первого клубного образа. Но прежде подхожу к Нерону и целую его в щеку, оставляя след блеска на коже. Довольно улыбаюсь.
- Ты такой хорошенький. – и уже на ухо. – Так бы и завалила тебя здесь. – смотрю на невидимые часы. – Все, надо бежать.
Процесс запускается. Это глобальная процедура и займет немало времени, прежде чем все наряды будут продемонстрированы и все образы будут тщательно проработаны на камеру. Это довольно кропотливая работа и еще некоторое время я провожу у зеркала, оценивая свой вид. Да, в работе не было место стеснению, да и это еще не самый откровенный мой наряд. Вот такие странности, да, к обществу я опасалась выходить открытой, а в работе отбрасывала страх и… ну да, раздевалась, если это надо было.
Сомневаюсь, что сессия с Нероном подразумевала какой-то сексуальный подтекст. Мы ж как бы брат и сестра. По логике мы сексуальны отдельно друг от друга, но тут как-то получалось, что и вместе.
Я смотрю на Нерона и невольно облизываю губы. Плохой мальчик во плоти, ему идет этот образ брутального распиздяя, ведь это он и есть. Хотя разве что с брутальностью я перегнула. Мозг услужливо подбрасывает воспоминания нашей первой ночи после произошедшего с Феликсом. Вот черт.
- По местам.
И тут я понимаю, что не знаю, как себя вести, потому что позы которые я хочу вытворять с Нероном совсем не родственные. И это выдают мои глаза и вообще взгляд на Нерона.
- Веди себя прилично. – шикаю ему, но по факту это мне надо держать себя в руках. Но я-то профессионал, я сейчас включусь в работу и забуду обо всем.
Но, черт возьми, его руки на моих плечах или талии и все так невинно. А хочется большего. Он возвращает упавшую бретельку моего платья на место, забирает у меня бокал со спиртным и сигареты. Мы даже дурачимся показывая друг другу язык и кривляясь. Ну не все же мне куклой быть. Здесь еще и отношения показываются. Хотя вот когда сижу у него на коленях как послушная и он кормит меня фруктами, в то время как на столе полно спиртного, мне как-то некомфортно. Точнее мне всегда комфортно на Нероне, но не перед другими. Но так хочется, чтобы он коснулся обнаженной кожи, так хочется стянуть его майку, провести по волосам и расправиться с этим тяжелым ремнем.
Но я не могу позволить себе лишнего движения. Камера словит все. Вместо этого я только отвожу рукав его майки, чтобы скользнуть пальцами по татуировке «No Half Measures». Как я делаю это всегда после наших постельных игр.
А потом домашний стиль и Нерона выставляют этаким папиком в дорогом халате, шелковой пижаме темного синего цвета и сигаретой в зубах. А я…
- Почему он одет, а я раздета? Это немного извращенски выглядит, тебе не кажется? – и вместо того, чтобы предложить конструктивный вариант, я предлагаю тот который крутится у меня на языке. – Пусть он тоже разденется!
Ну да, как же. Хотя спустя сотню кадров, халат Нерона перекочевывает ко мне на обнаженные плечи. И Нерон сам повязывает пояс. Вот тут-то я и бросаю на братца разгоряченный взгляд. И одними губами:
- Fuck me…

work harder

Примеряются соответственно расположению.
Регина:
http://savepic.su/6261241m.jpghttp://savepic.su/6248949m.jpghttp://savepic.su/6236661m.jpghttp://savepic.su/6240757m.jpg
__

Нерон:
http://savepic.su/6264308m.jpghttp://savepic.su/6255092m.jpghttp://savepic.su/6237684m.jpghttp://savepic.su/6241780m.jpg

+1

63

Терпеть не могу Валентина или как там его. Слащавый хуй, который строит из себя не пойми что. Он чувствует себя тут хозяином положения, и у меня то и дело мелькают мыслишки заслать все на хер и свалить. Интересно, корка геля на его волосах тогда потрескается? И, честно, я бы так и сделал, если бы не Регина. Вижу, что все это доставляет ей неслыханное удовольствие, так что я остаюсь и особо не ерепенюсь.

Она шепчет, что я хорошенький...
- Хорошо, что от вранья у тебя не растет нос, а то ты бы выколола мне глаз, - ржу, а Регина в который раз просит меня вести себя прилично и не портить ей кадры. Ах, ну-да, ну-да, меня же в приличное общество нельзя пускать, я помню.

- Я фотогеничен, детка, настолько, что тебе и не снилось, - показываю ей язык. Камеры меня ебать как любят, потому что на любой я выгляжу охуительно. Особенно на тех, что делают папараци, и на которых я пьян, дерусь или блюю. Меня не спутаешь ни с кем, я всегда так удачно выделяюсь в кадре, что у моделей должна быть зависть-зависть. Хах.

Мне плевать, что у нас за образы, главное, переодевайте меня, и все. Это максимум, на что меня можно раскрутить. И так большая честь. И пусть я безразличен ко всему, сразу понимаю, что братско-сестринская близость прогорит на корню. Регина так хороша, что глаз нельзя отвести, а еще она дразнит меня. А ведь я не профессионал, я и выдать свои истинные эмоции могу...
Так и происходит, когда мы снимаемся в чертовом хоум-стиле. Регина внезапно требует, чтобы меня раздели, и я скидываю халат, набрасывая на нее и повязывая пояс на ее талии. Она следит за мной, а когда мы встречаемся взглядами... Меня словно кипятком обдает от движения ее губ и ее блестящих глаз, в которых вспыхивают и гаснут искорки. Шутить изволит?

Я не отпустил еще пояса и резко тяну его на себя, так что Регина падает в мои объятия, а я... Я целую ее в лоб, обнимая. Судя по возгласам, кадр вышел отличный. Я Брат Года?
- Опасно, сестренка, - шепчу ей, отходя и глядя на нее, пока фотограф что-то там говорит о том, где встать, и как. Регине так наложили румяна, или это естественный цвет лица? Потому что щеки у нее розовеют.

- Отличный кадр, - я узнаю этот голос без труда. Ариэль сдвигает солнечные очки на макушку. - Я не опоздала на примерку?
О нет, ее наряды Регина еще не надевала. Интересно, наденет ли? Ариэль блестящий и очень дорогой дизайнер, но ведь они друг друга мягко говоря не долюбливают, так что...

- Платье будет на показе только через три недели, хочу увидеть все сейчас, - ей подносят чехол, и она быстро вскрывает молнию, вынимая наряд. - Помочь надеть? - смотрит на Регину. - В самом деле, не Нерон же тебе помогает? - с подтекстом, да, сложно не поймать его.

- Привет, Ариэль, - ржу, закуривая.
- Привет, - она улыбается своей самой хищной улыбкой. Ну, по крайней мере, градус сексуального напряжения между мной и Региной ослаб, потому что уже было невыносимо. Мы не афишируем наши отношения. У нас же получается?

Но что-то сдается мне, что на фото все можно будет считать без труда...

...

+1

64

Реакция Нерона почему-то вдруг вспыхивает между нами огнем и кажется мне настолько же неожиданной, как и желанной.
Во мне в последнее время горит что-то такое противоречивое. Мы не афишируем наши отношения, потому что по сути нечего афишировать. Мы спим вместе, вот и все. И я твержу себе это изо дня в день. Но иногда хочется, чтобы пресса перестала сватать его какой-нибудь дочурке богатого папашки. Иногда хочется, чтобы все знали, что Нерон – мой.
Но он не мой. И в этом вся правда.
Особенно, когда вдруг появляется Ариэль. Внезапно и без предупреждения. Я даже не сразу понимаю, что она здесь делает, пока не подскакивает Валентин и не начинает хвалебно отзываться о той самой дизайнерше платьев, чью коллекцию я сегодня примерю на себя.
Сексуальное напряжение между мной и Нероном не то что ослабло, оно просто взорвалось и исчезло. С появлением этой суки.
- Теперь понятно, почему ты такой модный. – бросаю взгляд на Нерона и фраза конечно, не звучит как комплимент.
Валентин выпроваживает нас, девочек, в раздевалку, где Ариэль помогает мне с платьем. Я вообще молчу. То ли потому что есть куча вещей, которые я хочу ей высказать, то ли потому что теряюсь. Полупрозрачная красная ткань струится по бедрам. Открытый смелый вырез и не менее смело открытая спина. Кроваво-красный оттенок бросается в глаза и режет, даже среди прочих не менее ярких нарядов. В одно мгновение я из мелкой девчонки превращаюсь в светскую львицу.
- Пришла сюда, чтобы проконтролировать его передоз? – не выдерживаю я, пока Ариэль придирчиво разглаживает ткань так, как ей надо.
О нет, я не забуду ее прихода в клинику.
- Пришла сюда по работе. – отвечает она, не отвлекаясь ни на секунду. Ее пальчики бегают по обнаженной коже спины.
- Какое совпадение. – вообще у меня опять ощущение, что это только я тут испытываю дискомфорт.
Эта сучка настолько уверена в своем влиянии на Нерона? Ну еще бы.
- Могу сказать Валентину, что не заинтересована в работе с тобой.
О, мне потом мой агент по голове настучит, плачась, что я сделала не так.
- Мне нравятся твои платья. – спокойно выдаю я, следя взглядом за руками Ариэль. Она – спец в своем деле, я не могу отрицать. – Но мне не нравишься ты.
Она поднимает на меня глаза, как будто пытаясь прочитать какой-то подтекст в моей фразе.
- Ревнуешь?
Вот черт.
Этот вопрос внезапно режет. В прошлый раз она спросила то же самое, когда мы сидели у Нерона на кухне и он принес мне Валеричку. Тогда я отвертелась. А сейчас, почему-то теряюсь.
- Ревнуют тех, кого любят.
Последние штрихи и я готова к тому, чтобы выйти к фотографу.
- Тебе надо научиться разграничивать секс и отношения.
- Спасибо за совет, которого я не просила. – и хотелось бы, чтобы разговор закончился.
- Я умею это делать. – продолжает она невозмутимо, вертя иголку в пальцах. – Ты не умеешь. – ох ты ж блядь! Ты мне прям глаза открыла, родная! – Нерон – тоже.
И вот тут я понимаю, что все серьезно. Что она знает Нерона лучше меня. Понимаю, что она Нерона даже не держит. Это он тянется к ней всякий раз. И почему-то внутри такое ощущение, как будто я что-то упустила, проебала. Но как можно упустить то, что и не было твоим?
Я выхожу в зал. Нерон сидит на табуретке, на его плечах пиджак, он в белой рубашке и рукава закатаны до локтей. В нем вся эта небрежность и она так идет ему. Это определенно его стиль, не только в одежде, но и в жизни. Он небрежен по отношению к другим. И к себе.
Но что же тогда было в ванной, когда он так аккуратно и едва касаемо смывал с меня запах и прикосновения чужого мужчины, без намека на желание? Это не небрежность. Это забота.
- Круто выглядишь. – отзываюсь я, подходя к Нерону и с готовностью опираюсь на его плечо, как и требует фотограф. – Как будто ты человек. – вяло, слабо.
Но фотки я отрабатываю на ура, потому что, ну черт, это моя работа. Да и образ у нас более взрослый, представительный, поэтому нет никаких игр на камеру. Мы просто есть, вот такое бестолковое семейство Сцевола, а точнее то, что от него осталось. Нас меняют местами и я сажусь, а Нерон становится позади меня, складывая руки на мои плечи, будто старший, оберегающий брат.
А потом мы вновь переодеваемся и снова полупрозрачная ткань, смелый вырез, обнаженные ноги в разрезе свободного подола. На Нероне черные костюм, строгий.
Черный к черному и наверно, это чуть ли не единственная фотка, где мы и правда одеты как брат и сестра, где мы хоть немного похожи. Я поворачиваюсь к Нерону лицом, мы стоим очень близко. Его рука на моей спине, под лопатками, целомудренно, я обнимаю его за плечом и поворачиваю голову в профиль от него. А Сцевола смотрит в камеру. И эта близость… Если я повернусь к нему, смогу коснуться губами его щеки.
И я поворачиваюсь, утыкаясь лбом в его висок и закрывая глаза. Камера щелкает без остановки, пока длится этот бесконечно короткий и невыносимо долгий момент.
Мне даже кажется, будто я должна что-то сказать, но я так и не произношу ни слова. Момент так и останется незавершенным.
А Ариэль будет молча наблюдать, глядя на Нерона, ему в глаза и наверно, чуточку, но пытаясь отгадать, что чувствует сам Нерон в этот момент. Потому что мои эмоции как на ладони.

+1

65

Регина и Ариэль скрываются за ширмой, чтобы примерить платье, и, пока я сам переодеваюсь в рубашку и брюки, все поглядываю туда, ожидая, когда же полетят обрывки ткани и клочья волос. Честно, признаю вероятность, что в любой момент многое между ними может пойти не так.

Они ненавидят друг друга, каждый так, как умеет. Просто Регина не умеет это как следует скрывать, а Ариэль прячет за безразличной маской. И по этой маске все как раз и ясно. Впрочем, я не великий психолог. Наши отношения с Ариэль отношениями и не назовешь. Мы хорошие приятели, и у нас секс по дружбе, вот и все. А вот с Региной... Мы не приятели, точно, и секс у нас не по дружбе совсем. Мы спим вместе, потому что хочется, потому что... Черт, я ее хочу, и это взаимно. И, наверное, я распоследний скот, ведь я замечаю, что у Регины ко мне что-то есть, но делаю вид, словно ничего не вижу. Я не знаток женских сердец, но это трудно не заметить, когда по отношению к тебе проявляют внимание и интерес. Описать сложно, но я это чувствую, и, не буду скрывать, это тешит самолюбие. Мне это нравится. Нет, дело не в том, что Регина спит со мной, а в том, что происходит помимо постели. Ее шутки, ее взгляды, ее прикосновения невзначай.

Я уже сижу на стуле, когда Регина выходит в своем кроваво-красном платье и идет ко мне. Она становится рядом, опираясь на мое плечо, и снова это ощущение... Ей нравится меня касаться, я ловлю это каким-то непонятным восьмым чувством.
- Ну, приходится пыжиться, ведь платье досталось тебе, - отзываюсь, глядя в камеру, а потом мы меняемся местами. Я кладу ладони на ее плечи, чуть сжимая, и я не знаю, что хочу этим сказать.

Я не без облегчения принимаю весть о том, что следующая смена костюма - последняя. Мне дают черную тройку, и я быстро переодеваюсь, а Регина появляется в черном летящем платье, и я убеждаюсь, что в прошлый раз мне не показалось. В ней что-то изменилось. И дело не в присутствии здесь Ариэль, а в том, что она успела что-то сказать ей. Боги, черт бы вас побрал, что происходит? Я очень хочу закончить фотосессию, очень, но тут вдруг Регина оборачивается ко мне и утыкается лбом в мой висок, и я знаю ,что это не образ на камеру. Чувствую. И я поворачиваюсь к ней и целую ее.

Фотограф срубит до хера бабла, журнал озолотится, агента хватит удар. Все наше интервью о том, что принять решение наших родителей жениться было легко, но свыкнуться с тем, что теперь нам как-то надо сосуществовать было трудно, летит в топку. Мы любовники, и прикрываться, что этот поцелуй только для того, чтобы всем сорвало крышу, не приходится. Капитолий любит показушность, но и четко улавливает, когда все - не вранье.

..

+1

66

Я даже не успеваю открыть глаз и, наверно, отчасти поэтому происходящее кажется мне сном. Да, все это время мне так сильно хотелось поцеловать Нерона. Не в щеку, изображая сестру и выдавая себя за ту, кем я Нерону не являюсь. А по-настоящему поцеловать, так, как люблю его целовать. И как бы самонадеянно это не было сказано, но так, как целую только я.
Я даже не понимаю, что отвечаю на его поцелуй, потому что это настолько естественно, что въелось в подкорку. И совсем забывается тот факт, что вокруг нас куча людей. И Ариэль. Просто для меня – это естественно, отвечать на его поцелуй. Всегда. Когда бы он ни захотел.
И он хочет сейчас, при всех, перед камерой. И почему я должна отталкивать его, если больше всего на свете я хочу целовать этого мужчину. Который доводит меня до истерики, бесит меня и не любит.
- Что это за хуйня?
Истеричный визг Валентина врывается в уютную тишину, которая окутывает нас с Нероном. А ведь моя рука уже зарылась в его волосы. И вот с этим визгом, будто скрежет металла по стеклу, я отрываюсь от Сцеволы резко и даже немного испуганно.
Я смотрю на Валентина, челюсть которого валяется где-то в углу, в такой же кучке челюстей всей съемочной группы. Все взгляды на нас, а фотограф перестал щелкать камерой, потому что материала у него теперь предостаточно.
- Регина, какого черта?
Все еще Валентин, ага. 
Черт.
Я смотрю на Нерона. Он вообще понимает, что он только что сделал? Но вместе с шоком, внутри что-то так живо трепещет. Черт возьми, я радуюсь! Этот мужчина, который раньше обходился со мной как с товаром, предлагая мне секс за дурь, теперь стоит передо мной, показав всем, что у нас явно не братско-сестринские отношения.
- Едем домой? – шепчу ему, скорее прося, чем утверждая.
- Регина, твою мать! Что это было? Я дождусь объяснений?
Я оставляю Нерона и иду в раздевалку.
- Не начинай, Валентин.
Лекция мне предстоит долгая. И как назло Ариэль куда-то делась, а я путаюсь в этом чертовом платье, не зная, как его снять. А персонал сбегает прочь, потому что мой агент разгоняет народ и решает высказать мне, какая я безответственная, что вся работа пошла коту под хвост и теперь весь образ невинной сестры катится в пропасть. И что это вообще было?
Ах, черт, если бы я и сама понимала, что это было. Очевидно, что мы открыли ящик Пандоры, о котором мне сейчас вещает Валентин. И он не затыкается даже когда Ариэль входит в комнату и принимается помогать мне с платьем, которое я уже готова была разорвать в клочья. Мне просто дико хочется уйти, от нотаций, от нытья, от психов. А Валентин заходится такой истерикой, мол такую информацию не удержать, теперь об этом знают все. И вот таким образом, а ведь ее можно было подать как конфетку на блюдечке, мол две родственные души обрели друг друга, после потери родителей. Нашли утешение. Красивая романтическая история. Если бы только Валентин знал правду, он бы удавился от представления, за сколько он сможет продать настоящую историю взаимоотношений меня и Нерона. И еще Феликса.
Ариэль молчалива. А я? Ну я тоже молчалива, но не могу сказать, что во мне нет чувства превосходства. Совсем крохотное. Настолько крохотное, что я даже не обращаю на нее внимания, ведь все мои мысли забиты тем, что теперь делать. Точнее, что теперь делать нам с Нероном и насколько он серьезен.
- И как ты предлагаешь мне объясняться перед фотографом, перед журналом, который устраивал интервью?
- Я для этого тебя и нанимала, чтобы ты отвечал на свои же вопросы. – резко и грубо выдаю я, пока одеваюсь в свою одежду, натягивая майку. – Поговорим об этом завтра. – кожанка в руке, нет времени и ее надевать.
- Завтра об этом будут знать все!
Я хватаюсь за ручку двери, выплевывая перед уходом.
- Значит, пусть знают!
Я открываю дверь и наталкиваюсь на Нерона, который видимо, решил, что крики Валентина достигли максимального уровня и я скоро оглохну. Хотя, иногда мне кажется, Сцевола был бы очень не против, чтобы я оглохла.
- Не дождешься. Я все еще прекрасно слышу, несмотря на его ультразвук. – выдаю я внезапно Нерону. Он уже в своей одежде. – Едем?
До дома мы едем молча, видимо, каждый осознавая происходящее. А у меня в голове все еще мысль, изменит ли это что-то или нет. Просто, я же знаю, что даже несмотря на слухи, статус наших «отношений» может остаться таким же как и был. Но может суть не в переменах, а в том, каких я хочу перемен?
Честно, мне страшновато. Но целовать Нерона в лифте я начинаю совсем не поэтому.
- Весь день хотела это сделать. – стягиваю с него футболку. Рубашка уже валяется на полу лифта. Утягиваю его за собой, оказываясь прижатой к стене. – Да и пижамы тебе не идут. Без них лучше.
Сквозь стоны и поцелуи я шепчу, что хочу его. Мои руки скользят по его обнаженному торсу, такому горячему и родному. Я расстегиваю ремень его джинс, забираясь рукой в боксеры и чувствую, как он хочет меня. Мы тормозим в гостиной, чтобы утолить первое желание и движения Нерона такие резкие, таки горячие, что у нас даже на предварительные ласки не остается терпения. Я просто оказываюсь на нем, насаживаясь резко и быстро, целуя моего мужчину и совершенно теряя связь с реальностью, кончая громко и сильно, сотрясаясь всем телом, прижимаясь к нему и чувствуя его дрожь во мне.
В постели, когда первый запал от долгого ожидания недвусмысленных прикосновений уже пройдет, все будет медленнее, но чувственнее. Сплетение тел шелестом ткани будет отзываться в тишине комнаты. Стонами, гулким шепотом.
А после, будет очень трудно восстановить дыхание и невозможно разговаривать. Поэтому я просто уткнусь Нерону в плечо, целуя его, как я люблю, перебирая пальцы его руки, на которую я положила голову. И как будто ничего и не было, да?
- Завтра об этом будут знать все. – шепчу я, потому что на полный голос сил совершенно не хватает.

+1

67

Регина целует меня в ответ, и самое бы время пустить туману и эффектно телепортироваться отсюда, потому что сейчас начнется... Уже началось. Мне Валентин боится выговаривать, да и с чего бы вдруг, а вот Регина его подопечная, он создает ей образ на продажу, и, конечно, ему такие фортели путают карты. Да по херу.
Повисает пауза, а потом раздается вопль агента, выражающий, видимо, всеобщую немую реакцию, и момент разорван. Регина спасается прочь как Золушка с бала, даже туфлю мне не оставив, а я остаюсь стоять. Ловлю взгляд Ариэль и усмехаюсь, пожимая плечами. Ну а что я могу сказать, а? Ну что? Мне захотелось ее поцеловать в этот самый момент, и все, я это сделал, и получил ответ.

- Доволен? - спрашивает Ариэль, выходя ко мне на площадку.
- Вполне. Она мне нравится, чего скрывать и кривляться? - отвечаю я, шагая к себе. Мне не нравятся эти ботинки. Неудобные. Не люблю неудобства.

Мне было неудобно играть из себя эдакого брата, ответственного и все такое. Я трахаю Регину, и почему я должен скрывать свой интерес за бутафорией?

Я не спеша переодеваюсь, и никто даже не думает соваться ко мне с вопросами, чтобы к черту переписать интервью. Ариэль скрывается с глаз, а Регины все нет, и я иду за нею. Мы поедем домой, обломив еще и небольшое афтепати, которое организует Валентин после съемок. Бедный Валя. Наверное, у него седина уже проклевывается от корней.

Регина вылетает ко мне с каким-то непонятным воплем насчет того, что я не дождусь, когда она оглохнет. Или она это не мне? Просто смотрит она на меня. Однако я не уточняю, я просто забираю ее, и мы едем домой в полном молчании. Почему молчит Регина, не знаю. Может, сожалеет о том, что все так вышло? У нее же наверняка что-нибудь типа контракта сорвалось или типа того? А я молчу, потому что... Не знаю. Я все сделал так, как мне захотелось, и не собираюсь раскаиваться и думать о том, что дальше. Ну, напишут о нас, приправив все какой-нибудь гадостью, и что? Это не самое гадкое. что обо мне писали, переживу.

Мы начинаем целоваться лифте, теряя там часть одежды, затем заваливаемся в лофт, и все происходит без лишних слов.
- Я знаю, - да, знаю, чего она хотела, это было ясно как белый день, и... и я загорался от нее, поэтому сейчас, когда мы предоставлены сами себе, я реализую наши желания сполна. И я теряю голову от того, какая она отзывчивая, ласковая, готовая.

Мы занимаемся сексом в постели, которая, я не заметил, как, стала нашей. Я, кажется, замечал интерес Регины к себе, а свой собственный проморгал...
- Пусть знают. Тебе впервой читать о себе цветистые истории? - отзываюсь я, закуривая и пуская в потолок кольца сизого дыма. - Интересно, кто кого из нас соблазнил? Наверное, я - тебя. Ну или решат, что ты охотница за моим состоянием, и решила не быть сироткой, а стать подружкой богача... - усмехаюсь. - Опекуном столетия мне не стать... Хорошо, что ты уже совершеннолетняя. - Смеюсь. Ну да, ну да, мне есть чему порадоваться. - Велю Аресу завтра скупить весь ассортимент журналов, заляжем на весь день и будем читать вслух.

Тушу сигарету и поворачиваюсь снова к Регине. Я не солгал Ариэль, когда сказал, что она мне нравится. Она действительно мне нравится, с нею хорошо в постели и вне ее, и меня это не напрягает нисколько. У меня давненько не было продолжительных романов, так почему бы не попробовать? Не в нашем случае опасаться, что, если все пойдет не так, наши отношения здорово осложнятся. Мы уже спим вместе, так что задумываться бесполезно.

- Явимся на очередную тусовку вместе и залижемся прямо на входе. Ну, как тебе? - смотрю на нее, лыблюсь в полудреме. ну, в самом деле, со мной первая красотка Капитолия, чего тут думать?

...

+1

68

Не знаю, понимает ли Нерон мой подтекст, но отвечает совершенно не задумываясь и так же как и я Валентину. Пусть знают. Как будто нам нечего скрывать. Хотя дело наверно, не в том, что нечего, а в том, что не хочется.
Сцевола пускается в рассуждения о том, как все изобразят папарацци. И правда, у них огромное поле для деятельности, потому что кроме нашего поцелуя на съемках у них ничего нет. Или есть? Ну наши совместные походы в свет и выеденного яйца не стоят. Там информации – ноль, приходим и уходим вместе. Даже не обнимаемся. Ну и все. А теперь… Черт, это и вправду можно было бы использовать. Но я думать об этом не хочу. Не могу отказать себе в удовольствии понаблюдать как корячится Валентин.
- Дурак ты, братик. – смеюсь, пряча лицо на груди у Нерона. Не понимаю как он может относится к ситуации вот так запросто. Мы только что стали самой обсуждаемой парой Капитолия, а он шутки шутит. Невыносимый мужчина. Кусаю его плечо. – Очевидно, что ты запер меня в своем лофте не позволяя мне веселиться и гулять с другими мальчиками, и я влюбилась в тюремщика. У меня какой-то там синдром, что не удивительно, потому что с тобой крыша может запросто съехать.
Опекун, да, из Нерона херовый в плане воспитания. Да и вообще. Только ли опекунские черты двигали им, когда он поехал за мной в тот декабрьский вечер? Сомневаюсь.
Сцевола поворачивается ко мне, пахнущий сигаретой сонно и нагло улыбающийся. Странное сочетание. Но мне нравится, потому что так умеет только он. Я обвиваю руками его шею и с готовностью прижимаюсь, проводя руками по его волосам и плечам. Как бы мне ни хотелось врезать по его наглой морде, но я не могу. Просто Сцевола совершенно обезоруживает меня этой фразой о том, что мы можем не скрываться больше на вечеринках. Но это не значит, что мы будем демонстрировать наши отношения направо и налево. В конце концов, мы сходимся во мнении, что разъяснять в новом интервью ничего не будем.
- Предлагаю отрепетировать это прямо сейчас. – улыбаюсь в ответ и целую Нерона, укрывая нас одеялом.
Нам надо передохнуть. День и правда был напряженный и надо было дать отдых мозгу и телу. Правда, у меня на языке крутится вопрос про Ариэль. Будет ли Нерон с ней продолжать спать? Но вслух я все-таки этого не произношу. Позже найду другое решение моей проблемы и когда Нерон позовет меня выбраться с ним в его компанию, я соглашусь. Ну в самом деле, я еще молода, у меня гулянки не должны из головы вылазить. Так что, да, я пойду. Но это позже.
А пока что мы и правда остаемся дома на целый день, никуда не выбираясь и разглядывая журналы. Мы с Нероном даже умудряемся поспорить, что версия с его растлением меня будет наиболее распространена. И чего только не пишут эти жулики, как только не расходятся, чего только не выдумывают. Просто поразительно.
Мы сидим на полу, обложившись журналами. Я облокачиваюсь спиной на Нерона, чувствуя его дыхание на своей шее.
- Несчастные сиротки Сцевола нашли утешение друг в друге. – читаю я и с любопытством разглядывая фотку, где я держу Нерона под руку. Ну да, бывало, очень редко. – Я никогда еще не была так популярна. – я поворачиваюсь к Нерону и целую его. А потом отвлекаюсь на новую статью. – Младшая сестра Сцевола нашла утешение в брате после неудачного расставания с Феликсом Вергилием. – замолкаю, пиля взглядом фотку, где мы с Феликсом обнимаемся на камеру. И задерживаю на статье взгляд дольше чем нужно. – Полагаю, здесь скорее я тебя соблазнила, чем ты - меня.
К счастью в этот момент у меня звонит телефон и на экране высвечивается Валентин. Я фыркаю, мне не хочется брать трубку, но я игнорила его весь день, так что все-таки отвечаю.
- Ну, что, голубки, довольны? Пресса разошлась на всю катушку.
- Фантазия у них небогатая. - отвечаю я, ставя Валентина на громкую связь и отбрасывая статью с Феликсом.
- Ну вы бы еще придержали секрет до момента, когда ты залетишь. Тогда их фантазия тебя бы удовлетворила. – агент, конечно, не очень доволен сложившейся ситуацией.
- Есть какая-нибудь более ценная информация, чем предположение по поводу моего залета?
Нерон ржет над чем-то и заглядываю в ту статью, которую он просматривает. «Нерон Сцевола соблазнивший свою младшую сестру и еще 10 тайных пороков молодого миллиардера». Поворачиваю голову к мужчине.
- Всего-то 10? – шепотом хмыкаю я, пока Валентин переходит к делу.
- Да, Ариэль позвонила мне и хочет, чтобы ты участвовала в показе ее коллекции через 2 недели.
А вот это мне уже не очень нравится.
- Подробности?
- Никаких. Сказала, что хочет. Будешь гвоздем программы.
Я быстро сворачиваю разговор на эту тему, давая свое согласие на участие, а потом вырубаю связь с агентом. С чего это Ариэль так захотелось меня в коллекцию? Да еще и центральной моделью?
- Мне нужно опасаться мести твоей… бывшей? Или все еще теперешней?
Ну вот так как-то и заходит разговор сам собой.

+1

69

Мы остаемся дома и носу никуда не кажем, тем более, что все газеты-журналы приходят прямо на дом, и пульт от плазмы под рукой. Регина подхватывает мои рассуждения насчет того, какими могут быть заголовки, и даже начинает вести подсчет. Вообще, весьма занятное чтиво. Клево читать не о том, что о тебе узнали и рассказали всему свету, а о том, чего ты сам о себе не знал.
Мы сидим вдвоем, и Регина в моих объятиях, и я понимаю, что попал. Мое положение здорово изменилось, а я и не заметил. Хотя, нет, заметил... Вчера. Вчера, когда она она сказала о влюбленности в тюремщика. Отчего-то кажется, что случайно оброненное слово точно отражает ситуацию. Однако я не придал этому значения.

Регина зачитывает вслух заголовки и избранные места из статей, а ее телефон надрывается в беззвучном режиме, пока она наконец не решает отозваться на один из них. Валентин начинает отчитывать нас без лишних предисловий. Детки, серьезно? Он что-то там городит про залет и вообще какую-то ахинею, а я продолжаю рассматривать публикации, слушая Регину и ее агента вполуха. Она отвлекается в какой-то момент, чтобы посмотреть, над чем я веселюсь, а статья про меня адская.
- Всего десять, по числу заповедей, - отвечаю ей.
Вообще весь этот галдеж по поводу совращения младшей сестры все-таки начинает подбешивать. Ну, какая она мне сестра? Ведь не то что не сводная, даже вообще никакая, ни двоюродная, ни троюродная, так чего ломать комедию из того, чего нет, и все об этом в курсе?

А между тем Валентин говорит о том, что Ариэль после вчерашнего сделала предложение об участии в ее показе через полмесяца. Регина быстро соглашается и отключается, и, конечно, я понимаю, что без комментариев это не останется. Регина пытается сделать свой вопрос безразличным, но чем более стараний, тем меньше эффекта. Да и сложно ей говорить про Ариэль и сдерживать эмоции.

Она интересуется насчет моих отношений со старой подругой и их статусе. Ревность? Очень похоже на нее. А вообще мы с Региной если и находимся сейчас на каком-то этапе, то именно на том, где пора определиться, что дальше. Да, я предложил зализаться у всех на глазах, но это для меня еще не значит серьезных отношений. Да, черт возьми, я вот такой! Но вместе с тем я понимаю, что с Региной все иначе. И в очередной раз я понимаю это, когда читаю ее взгляд и ее тон, когда она произносит имя того ублюдка, попавшееся в заголовке.

- Ни бывшая, ни теперешняя, - отвечаю я, пролистывая журнал. - Мы трахались по дружбе. Она - свободная, я - тоже, почему бы и не провести разок-другой вместе? - Нахожу тот журнал с 10 пороками. - Один из десяти моих пороков, - ржу. - Слушай... - ерошу волосы и тру лицо. - Если уж мы вместе, то можешь быть спокойной, я не буду с нею спать ни по дружбе, никак. - Ну да, предлагаю ей роман. Мы и без того любовники, и все об этом в курсе, и почему бы не подтвердить это все официально?

Регина мне нравится, чего скрывать? Вот прямо сейчас мы вдвоем, вместе, потешаемся над слухами о нас и над тем, как преподносят новости о наших отношениях.

...

+1

70

Нерон отшучивается про 10 пороков и я понимаю, что адекватного ответа мне не дождаться.  Нормально. Я уже даже привыкла к этому, потому что редко когда приходится ждать от Сцеволы вообще нормальной реакции и прямого ответа на непрямой вопрос. И вот опять же, то ли он понял и не хочет отвечать, то ли не понял и вообще не задумывается об ответе.
Хотя, вообще зря это я гоняю Нерона метлой в своей голове, потому что отшутив свое и завершив показательное выступление, он вдруг говорит о том, что раз уж мы вместе, то он будет хранить мне верность.
И меня цепляет сразу два факта. 1. «Мы вместе». 2. «Я не буду с ней спать».
От звучания первого я даже вся растекаюсь, готовая собраться в кучу в ту же секунду и завалить этого мужчину так неловко подтверждающего, что мы в отношениях. Ну честно, контекст в котором Нерон говорит про нашу официальную связь немного не тот, на который может рассчитывать девушка и романтикой там и не пахнет. Типа: если уж все знают, что мы хотим продолжить спать друг с другом вместе, но уже более серьезно, то, ладно, я не буду с ней спать.
Но все равно. Мы вместе. Нерон так сказал. Нерон! Заслуженный холостяк Капитолия.
А вот вторая фраза, казалось бы, должна принести успокоение моей разбуженной ревности. Но дело оказывается вовсе не в сексе Ариэль и Нерона, потому что более расслабленно я по этому поводу не стала. Наоборот, схема сложилась в картинку и теперь я понимаю, что меня так бесила в ней. Кроме, очевидно, того, что она трахается с Нероном.
- Полагаю, мне теперь тоже лучше ни с кем не спать? – с абсолютно серьезным и даже немного расстроенным лицом спрашиваю я, глядя на мужчину, но все-таки улыбаясь и целуя его.
А потом вновь отворачиваюсь, чтобы собрать силы и сказать то, что я думаю на самом деле. Шутка была всего лишь небольшой прелюдией.
- Дело не столько в вашем сексе. – говорю я, задумчиво кусая губу и глядя перед собой, а потом поворачивая голову к Нерону. – Она мне не нравится, Нерон. Но больше мне не нравится то, каким ты становишься рядом с ней.
Вообще, да. Вот он первоисточник. Не в сексе дело, а в том, как они на пару с Ариэль закидываются. Я понимаю, что там дело не только в Ариэль. Но поймала в клинике я именно ее и это она якобы спасла Нерона от передоза. Да, блядь, ничего бы не было, если бы она дала ему по голове или присела к нему на член, убедив отложить понюшку на другой момент. По крайней мере, все было бы не так страшно.
- Я ведь боюсь за тебя, морда ты мартовская. – притворно фыркаю я, отворачиваясь. – Но твой мозг настолько крохотный, что ты понять этого до сих пор не можешь.
Раздраженно передергиваю плечами, как будто он меня бесит. А он и бесит, потому что такие вещи я не привыкла говорить вслух, а ему разжевывать надо. Неужели не понимает, что не хочу, чтобы он подох?
- Ну ты же понимаешь, что теперь тебе не отвертеться от показов, на которых я буду? – переключаю тему резко и внезапно. Все эти паузы осознания слишком неловкие. Я сказала то, что думала. Хорошо, если он услышал. Если нет, то значит, сам виноват.
Я подготавливаюсь к показу Ариэль и пару раз мы даже встречаемся на примерке, а потом уже вовсе проводим много времени на репетициях. Стиль Ариэль мне нравится, но не весь. Есть такие вещи в которых я чувствую себя не комфортно и абсолютно обнаженной. Только в моем контракте прописано, что на вечеринке, следующей за показом, я должна быть в платье, выбранном Ариэль. И ее выбор мне не нравится. Выйти на подиум в нем, я могу, но быть среди гостей – это выше моих сил. Только, это моя работа.
Конечно, показ не обходится без общих друзей Нерона и Ариэль, которых я и видела-то всего однажды и мне хватило с головой. Но они здесь, где-то бродят по залу, пока я продираюсь сквозь толпу, к Нерону, ловя восхищенные комплименты и недвусмысленные взгляды. Я улыбаюсь, веду себя так, будто мне вообще плевать, а внутри все трясет.
- Ну как тебе показ? – спрашиваю я, оказываясь рядом с Нероном и тут же обнимая его. Не столько для показушности, сколько для собственной безопасности. Многого его руки прикрыть не могут, но мне так хотя бы немного спокойнее. Я все еще чувствую себя под защитой в его руках. – Оценил мой наряд? Я будто девка из кабаре.
- Тогда могла бы и не соглашаться на мое предложение.
Ариэль как всегда возникает внезапно. Терпеть не могу эту ее манеру.
- Это моя работа. – цежу я.
- Ну а это – моя. Я думала, ты любишь такой стиль. Как думаешь, Нерон? – она смотрит на Сцеволу без какого-либо намека. – По-моему модель очень удачная и идет Регине. Насколько я помню, ты любишь, чтобы на девчонках было как можно меньше одежды.
- Ну, видимо, память тебя подвела. Какие твои годы. – цокаю, не отходя от Сцеволы, зато хватая бокал с шампанским.
А следом и Германик подгребает, особо не церемонясь и довольно смеясь, оглядывая меня с ног до головы.

look

http://savepic.su/6229034m.jpg

Отредактировано Lucia Varys (Пт, 23 Окт 2015 16:22)

+1

71

Шутка Регины не заходит, потому что, ну мне ли не знать, что она ни с кем, кроме меня, не спит? Или?.. Да ну нет. И она подтверждает мою уверенность, говоря, что шутит. Шутница. Правда, непринужденность ее наносная, потому что через небольшую паузу она заговаривает про Ариэль. Я в курсе, что у них взаимная неприязнь. Красивые теле никогда не дружат. Однако то, что Регина поясняет дальше, меня удивляет.
Какой я становлюсь рядом с Ариэль? И даже не это главное. Неужели Регина все замечает? Она говорит, что беспокоится за меня, и что я этого все никак не могу понять. Ну да, непривычно. Мне, черт побери, непривычно, что за меня кто-то вот так неумело и неуверенно печется. И почему-то только сейчас я понимаю нашу с Региной разницу в возрасте, но только с той особенностью, что она оказывается взрослее и серьёзнее меня.

Регина сама переключает тему, и я понимаю, что ей хочется на этом завершить разговор. Хорошо. Я только целую ее в макушку, когда она снова устраивается передо мною и говорит, что теперь я должен бывать на ее показах.
- Черт. Еще не поздно расстаться? - ржу. - Взамен... Взамен возьму тебя как-нибудь в конструкторское бюро. Может, у них тогда хоть что-то встанет ровно.

И Регина не шутит. Она приглашает меня на показ коллекции Ариэль. Вообще, и та приглашает меня, но Регине я этого не говорю, а Ариэль отвечаю, что уже обещался быть.

Я многое начинаю замечать за Региной. Она бойкая, глянцевая, но порой совершенно необычная спокойная, тихая. Мне нравится, когда она умывает лицо от красок, заплетает две тощие косички и забирается на диван в гостиной критически и едва ли не через лупу рассматривать свои свежие фотографии, которые ей присылают из студий. И как она приносит кофе себе и мне, когда я расщепляю мозг над работой. И как готовится ко сну, натираясь всеми этими девочковыми кремами с таким серьезным лицом, будто обдумывает план устроения мира.

Я смотрю на нее, когда она идет мимо по подиуму, и она на меня не смотрит. Знаю, что это не метод набивания цены, она реально волнуется. И это круто. Мне это нравится.
Ей меняют несколько образов, и я не удерживаюсь таки от одобрительного свиста, чем поражаю привычную только к охам и ахам публику.

От афиепати я не отказываюсь, и дожидаюсь Регину в компании приятелей. Она возникает из-за спины и обнимает меня. В ее вопросе виду нетерпение. Ей реально важно мое мнение? Серьезно?
- Ты крутая, детка! - и не вру. Ну да, платье на ней смелой, но кто как не моя девочка может себе его позволить? Кладу руку ей на талию как раз в тот момент, когда подходит автор наряда.
- О, так это платье для меня? Беру. - Ржу. - Ну, если ты так ценишь мой вкус, то займись женским бельем.
Хотя, конечно, мне нравится то белье, которого нет, что уж скрывать.

Про возраст смешно. Регина пытается куснуть Ариэль, но ту этим не проймешь.
- Смотрю, тебе нравятся старички! - и она имеет в виду, конечно, меня.
- Старички - не старушки! - гогот Германика, наверное, слышен на другом конце зала. Он расцеловывает всех нас, и тут остается только терпеть.
- Тебе надо было родиться собакой, обслюнявил всех. - Этот сучок и меня в губы расцеловал на шутку. Вот сучий потрох.
- Это я радуюсь. Мои венерические не оправдались. - И, сука, продолжает ржать.
- Ну, тогда, мои подцепил.
- А ты от кого цапнул? От сестренки? Ну, о от нее только благородные разве что. Феликс очень разборчивый чувак. - Германик быстро разгоняет тему и его не менее быстро заносит.

...

Отредактировано Aaron Levis (Пт, 23 Окт 2015 21:04)

+1

72

Несмотря на то что комплимент Нерона не изобилует пышностью фраз и красноречием, но все равно мне важно было это услышать. Потому что именно вот в таком коротком и лаконичном стиле и скрываются истинные чувства моего непутевого любовника. Ну и пусть он не облизывает меня словами, зато я точно знаю, что он искренен. А другого мне не надо.
Есть призрачная надежда, что когда-нибудь научится, ему всего-то 25 годиков. Но даже если нет, ну… не за это качество, в конце концов, я им дорожу. Положусь на свою фантазию, она у меня такая женская. Если я могу раздуть из мухи слона, то почему нельзя использовать это мастерство и в других целях, чтобы раздуть из простой фразы высшую степень похвалы.
Ну ладно. Может, мне все-таки чуточку хочется, чтобы он был поэкспрессивнее. Но он с лихвой компенсирует это и в постели, и в моменты, когда мы просто наедине. Молчание – золото. А его молчание порой говорит громче слов.
И это мне в нем определенно нравится.
Германик подгребает, делясь счастливыми новостями, что вероятность его букета от любимой не оправдалась. Фу, бля, сказал бы раньше, я бы не просто сморщилась от его поцелуя, а вообще отвернулась бы. Гадость.
Жаль от его языка отвернуться не получится, которым он метет как помело и несет херню, вспоминая Феликса. Я вот тоже вспоминаю, но совсем не так радостно, как этот говнюк. И, к сожалению, пока свою реакцию касательного этого предмета, я контролировать не умею.
- Теперь он не будет так разборчив. – комментирую я, отпивая из бокала приличный глоток шампанского. Надеюсь интонация не звучала слишком заинтересованной. Но Германик за это цепляется.
- Неужели ты разбила его сердце? – ржет мужчина, с любопытством глядя на меня. Вообще ему бы лучше не продолжать эту тему, потому что все мое веселье, каким бы оно ни было, улетучивается. – Оставила о себе впечатление?
- Неизгладимое. – скалюсь. Мой бокал пуст и я меняю его у официанта на полный, не отпуская Нерона и даже забираясь под его пиджак рукой, проводя пальчиками по спине. 
- Что же ты такое с ним вытворяла, детка? Я весь горю от интереса. – горит он, блядь. Так и хочется плеснуть этим шампанским ему в лицо.
И я даже над этим подумываю некоторое время, пока Германик получает кайф от доставания меня. Нет, ну правда, не надо было заводить разговор о Феликсе. Я становлюсь неадекватной.
- Теперь об этом знает только Нерон. – спокойно отзываюсь я, но по тону моего голоса понятно, что тему лучше закрыть.
Германик хмыкает и то ли понимает мой настрой, в чем я очень сильно сомневаюсь, то ли переключает внимание, потому что по его глазам вижу, что он не очень готов к проверке на наркотические вещества, а соответственно не может логически думать, но эта падла таки переводит тему.
- Завидую, брат. – он треплет Нерона за щеку, словно младшего братишку. – Расскажешь мне все потом в мельчайших подробностях. Но, черт возьми, тебе всегда везло на баб. А тут еще и горячая сестренка прямо под боком. Горжусь. – он утирает невидимую слезу и ей-богу меня сейчас стошнит от его показушности.
Не удивительно, что Нерон употребляет. Рядом с таким мудилой быть адекватным не получится, не заимев желания вмазать ему между ног.
- А насколько неизгладимое впечатление о себе оставил Феликс? – подает голос Ариэль и, честно, у меня даже рука немного дергается. Мы встречаемся взглядом и кажется, еще немного и толпа будет смотреть на то, как я поливаю своего дизайнера бензином и поджигаю чертову ведьму на костре, приплясывая вокруг.
Валентин выплывает совершенно неожиданно, хватая меня под руку и быстро извиняясь, потому что на мою компанию ему, очевидно, насрать, уводит меня в сторону, сам того не зная, но спасая положение.
Спустя пару часов ужаса и трепа языком не по делу, мы с Нероном все же отправляемся домой. Я захватываю с собой пару букетов цветов, которые мне подарили на показе и это только малая толика из реального количества. Просто эти уж очень красивые, да и мама любила лилии. А ее любовь к этим цветам как-то передалась и мне.
Я дремлю на плече Нерона, поджав ноги под себя, пока мы едем и стараюсь не думать о том, что тема Феликса так или иначе будет возникать и дальше в разговорах. То что я сотру его из своей памяти никак не сотрет его из памяти чужих людей. И все что мне остается делать это просто игнорировать, закрыться. В конце концов, у меня теперь другая жизнь с Нероном. Совершенно нестабильная, нервная, непонятная, но приятная и полная мелочей, как мой сон на его плече и моя рука на его колене, которую он держит в своей ладони.
Он может не знать, да и не знает, скорее всего, но его поддержка, пусть даже молчаливая важна для меня. Как и он сам.
Время летит удивительно быстро и незаметно. И наши отношения с Нероном тоже как будто незаметно, но развиваются. Где-то я начинаю наглеть, где-то – он. Сцевола может в шутку, но предложить мне сменить смазливого суслика агента на кого-нибудь по адекватнее. Взамен, я предлагаю сменить Нерону небывшую подружку и вечно обдолбанного дружка, повернутого на сексе, на кого-нибудь так же по адекватнее.
У нас бывают перепалки. Часто из-за Валеры, потому что псинка пару раз, но погрызла обувь Нерона или пометила ее. Ну не любит она Сцеволу, ну что я могу поделать? Нерон как и обещал, мстит в ответ, дымя рядом с ней сигаретой, которую я все норовлю отобрать и заткнуть его морду подушкой в порыве придушить, потому что моя масечка совершенно погибает от запаха сигарет.
Да и сам Нерон тоже постоянно забирает у меня сигареты, без какой-то вообще особой причины. Просто забирает. Однажды после такого, когда мне надоело ругаться, Нерон утром проснулся с отбеленными бровями. Счастьем для меня было, что я вообще проснулась с бровями, но потом совершенно неожиданно для себя поняла, что мою голову псинячим шампунем. Я думала я убью Нерона, но только прежде мне надо было смыть этот отвратный собачий запах с волос.
Нельзя было просто жить и не пакостить друг другу. Можно было в периоде между пакостями любить друг друга ночами, падая на постель без сил. Можно было зарываться в его волосы, пока он корпел над схемами. А однажды я и вовсе надела на него парик и принялась заплетать косички на белокурых волосах. Фотка навсегда останется у меня в телефоне. Перед сексом парик мы, правда, сняли. Во-первых, я заставила, хотя Нерон поймал кураж и не хотел его снимать. Во-вторых, когда я заливалась смехом, уже откровенно плача на предварительных ласках, тогда Нерон уже и сам понял, что идея не зайдет. Ничто не зайдет, пока он не снимет парик.
Кто же знал, что парик так крепко сядет…
- Мне никогда еще не приходилось снимать с мужика женский парик. Вот это я понимаю ролевые игры. Ну как, тебя заводит? – я смеюсь, когда мы наконец отлепляем волосы и Нерон оказывается свободен, почесывая голову и шикая.
Мне тогда покажется, что это самое привлекательное ворчание, которое я когда-либо слышала. И в этот момент я пойму, что влюбилась в Нерона Сцеволу.
Опять.
Июль выдается жарким. Но не менее богатым на коварные идеи.
Я словила тогда Сцеволу на слове про его инженерный цех или как там его? Все это было для меня мудрено. Но в целом, идея была проста.
Время подходит к обеду. Я проснулась пару часов назад, но уже готова и во всеоружии. На мне джинсы и свободная майка. В такую жару вообще невозможно дышать. Я еду в офис Нерона, совершенно его ни о чем не предупреждая. Прошлая ночь была совершенно фантастической и я заснула так крепко, что не успела проводить моего мужчину на работу.
У меня с собой в сумке обед, приготовленный Мелитой. Знаю, Сцевола там в своем гадюшнике по любому на одном кофе сидит. А потом по вечерам всякую дрянь жрет. В его стремной диете только одно приличное блюдо. Да, да, это я про себя.
В приемной секретарша говорит, что у мистера Сцевола совещание. Ну, типа там полно больших серьезных дядек и мне как бы не резон туда ходить, кем бы я ни была.
И вновь идея приходит в голову сама собой. Я беру ножницы у секретутки и через пару минут мои джинсы волшебным образом превращаются в элегантные шорты. Экстремально короткие. Распускаю волосы из хвоста, расправляя их, завязываю майку в узел под грудью, оголяя живот. Параллельно приказываю этой разодетой и прифигевающей девочнке приготовить кофе для Нерона.
В общем, конечно, когда я захожу в кабинет, взгляды присутствующих обращаются на меня, на вроде как нарушившую совещание.  Но эти взгляды остаются на мне уже совсем не потому что я помешала. А потому что я как нельзя вовремя. Да, мальчики? Эх, не будь Нерона я бы сейчас быстрым и профессиональным взглядом окинула зал и наметила потенциальную жертву. Но я слишком верна, вот он мой порок.
Медленно стуча каблуками как по подиуму, я иду к главе компании, который сидит во главе стола, как ему и положено. Тишина потрясающая, звонкая и температура в кабинете, несмотря на идеальный климат контроль повышается на пару градусов. На Нероне костюм и черт возьми, я хочу расстегнуть пуговицу его ворота. Но это только мысли. А вот действия.
Я подхожу к главному боссу, наклоняюсь над его столом и мне не трудно понять, куда сейчас устремлены взгляды мужчин, и очень медленно и аккуратно ставлю перед Нероном чашку с черным и крепким кофе.
- Ваш кофе, мистер Сцевола. – милейшим и самым услужливым тоном говорю я, бросая украдкой глаза на братца. Облизываю губы и только потом поднимаюсь обратно. – Если вам еще что-то понадобится, я буду в приемной, мистер Сцевола.
И так же медленно выхожу с подносом из кабинета. Только, черт возьми, внизу все так и ноет от этого горящего взгляда, который бросил на меня мой мужчина. Мой единственный босс.

Отредактировано Lucia Varys (Пт, 23 Окт 2015 21:03)

+1

73

Я устраняюсь из разговора в том смысле, что я присутствую, но не участвую, даже когда речь заходит о Феликсе. Я чувствую, как Регина напрягается. Да, ей до сих пор больно, ее до сих пор переполняет злость, сколько бы времени ни прошло, просто ощущения стали глуше. Но не слабее. А почему я не говорю ничего? Потому что не хочу давать Германику повод раскручивать и меня на тему Феликса, иначе это затянется надолго, и у меня может не хватить выдержки. Я не хочу, чтобы у кого-то возникла мысль о том, что с Феликсом все не так чисто, и следом - желание покопаться в этой теме. В Капитолии нюх на такие вещи, мне ли не знать. А еще я хочу, чтобы Регина закалялась. Германик не самый страшный собеседник, он метет языком просто ради процесса, не преследуя никакой цели. Феликс же не исчезнет никуда, и надо перестать сжиматься от одного его имени, и мой приятель неплохой тренажер. Регина справляется худо-бедно, но, с другой стороны, ей в этом помогает шампанское. Вот Ариэль - иное дело. Она задает свой вопрос неожиданно, и даже я реагирую на него. Выручает нас Валя. Кто бы мог подумать! Я отпускаю Регину с ним, и теперь сменить тему разговора ничего не стоит.

Мы возвращаемся домой в молчании, но не потому что между нами висит какая-то тема, а потому что мы оба устали за этот вечер. Регина дремлет на моем плече, в моем пиджаке, и я не хочу портить этот момент. Мне просто хорошо этим вечером. Мне просто хорошо...

Время идет, и происходит все и одновременно ничего. Не знаю, как это описать. Меня устраивает наше сосуществование, несмотря на то, что мы собачимся по делу и без. Иногда Регина вытворяет какие-то дурацкие вещи и иногда именно в тот момент, когда у меня поганое настроение, потому что я не успел закинуться... Как, например, было с париком. Однако каким-то невообразимым образом она меня раскручивает, и я втягиваюсь в ее игру, принимая правила. И забываю обо всем.

Да, я снова принимаю понемногу. Но это так - для блеска в глазах и дневного тонуса. Все под контролем. Больше никаких игл внутривенно, с этим у меня определенное не складывается.

А еще у нас живет Валера, и кто кого из нас пытается выжить с жилплощади, еще не ясно.
- Ах ты тварь, забыла, кто тебя принес? - мои ботинки безвозвратно испорчены, потому что я даже под гарантии полной чистки их больше не надену. - Нассу ей в комбинезон, - грожусь Регине. - Пусть знает, кто тут кобель, - а она заливается смехом, пряча от меня свою "масечку", но ей не так весело, когда аромат собачьего шампуня так живо впивается в ее волосы. А что, что-то не так, милая? Искреннее недоумеваю, и мои выбеленные брови ползут вверх.

Сейчас мои брови вернули цвет, так что то, как они вздрагивают от изумления, заметно наверняка. Регина входит в конференц-зал, затянутая в шортики и подвязанная майкой, сверкая всеми своими прелестями. Намотать бы эти волосы на кулак... Какая же она горячая...
Мои коллеги за столом замолкают, наблюдая за дефиле, да и я тоже, потому что это моя девушка сейчас вертит хвостом перед всеми, рождая зависть к тому, чем я обладаю. Ну да, я ведусь на такое, и что?
Смотрю на Регину:
- Подождите меня в моем офисе. На моем столе завал, освободите его, - говорю ровно таким же тоном, что сказал бы своей секретарше, только смысл вкладываю такой, что все без исключения его понимают, и Регина это тоже понимает, и ее щеки вспыхивают румянцем. Да, детка. Они знают, что я собираюсь с тобой сделать.

Она и вправду ждет меня там, и, едва я вхожу, я закрываю все жалюзи на стеклянных стенах.
- Вы готовы, миссис? К планерке? - не даю Регине опомниться, сметая ее и усаживая на край стола, целуя. - Что за сюрприз? - она говорит что-то про обед, а я принимаю все за метафору. - Ну да, ранний завтрак был так давно...
Ох, Регина, какая же хорошенькая... Кажется, в своей верности я ничуть не прогадал, потому что за все время и не думал о другой женщине, потому что мне достаточно только этой девушки. Давно ли? когда я так прочно подсел? Не знаю. Не назову.

....

+1

74

Мой маленький спектакль срабатывает. Ну, не могу я без позерства, не знаю, что со мной происходит. Но вот с Нероном не могу вести себя по-другому. То ли выбесить его так хочется, то ли наоборот завести. Бывает по всякому. Но сейчас срабатывает так, как надо. Меня отправляют в личный офис, разгрести стол от хлама. О да, я вполне понимаю этот двусмысленный намек, который вовсе не двусмысленный, в нашем-то положении. И мне нравится, как Нерон заводится. Просто это невыразимый кайф, что завожу его именно я.
А еще приятно думать, что он так скоро завершает совещание из-за меня. Может, конечно, вся эта болтовня о деньгах и так подходила к концу, но приятней то думать, что из-за меня, ага.
В общем, Нерон входит в свой кабинет весьма стремительно и без лишних разговоров закрывает шторы на окнах, в которые я любуюсь городом. О, кому-то не терпится? Мне тоже.
И в этом порыве все, потому что и нетерпение, потому что движения резкие и рваные. И вопросы, хоть и звучащие, но как кажется не требующие ответов. Хотя я все же пытаюсь.
- Я принесла тебе обед. – смеюсь я, пока Нерон стягивает с меня майку, переходя сразу к делу.
А еще он называет меня «миссис». Только я не ловлю себя на этой мысли, хотя она должна бы меня насторожить. Не пойму только, приятно насторожить или нет.
Секс горячий и быстрый, жесткий, как мы любим. Мы вообще по-разному любим, но первый порыв, он всегда вот такой. Когда хочется разорвать одежду, когда белье отшвыривается куда-то в сторону и нет мысли, что потом все это придется искать. Это дома ничего не приходится искать, а вот по офису придется. И я очень надеюсь, что у Нерона звукоизоляционный кабинет, потому что иначе мои стоны услышат те самые взрослые дяденьки, которые были на совещании и тогда не останется никаких сомнений, чем мы тут занимаемся. Хотя, разве были сомнения? Потому что ну уж явно отмазка «прибери мой стол, а я сейчас приду тебе помочь» звучит как-то вяло и больше походит на сценарий порнушки.
Мы меняем позы, живо и без раздумий. Мы не боимся потерять запал, между нами его всегда хватало. Просто желание насытится друг другом такое жгучее, что романтикой тут и не пахнет.
А нас это устраивает. Я вскрикиваю, ловя оргазм и опираясь руками на стол и Нерон кончает следом, прижимая меня к себе, обвивая руками, словно в цепи и я чувствую его горче дыхание в своих волосах. И вот такое ощущение постоянно, будто взрыв миллиардов звезд перед глазами, а потом совершенная пустота. Приятная и теплая, как его руки на моем животе.
Черт, мне нужно время, чтобы перевести дыхание и я еще некоторое время стою, наслаждаясь отголосками оргазма, закрыв глаза и пытаясь унять шум в голове. А потом разворачиваюсь к Нерону и целую его и поцелуй такой растянутый, такой ленивый, будто мы и не торопились никуда. И не торопимся. У нас впереди еще много времени.
- Надеюсь, я не помешала какой-нибудь очень важной сделке и ты не обеднел. Было бы обидно. – смеюсь я, разрывая поцелуй и усаживаясь на стол, потому что ноги меня совершенно не держат. А Нерон садится в кресло, расслабляясь, закуривая и глядя на меня в полутьме. Удачный ракурс у нас обоих. – Вообще-то я и правда притащила обед, а не только себя. Я тебе не дневной перекус. – пинаю его кресло в шутку и откидываюсь на стол. Безумно жарко. – И вообще-то я хотела экскурсию по твоей фирме. Ты сбил меня с толку, большой босс. 

+1

75

Я прижимаю Регину к себе, вздрагивая вместе с нею, будто перенимая ее дрожь, и целую в распущенные мягкие волосы, которые пахнут миндалем. Я держу ее крепко, и мне нравится ощущать, как быстро сокращается ее живот под моими ладонями, как быстро и тяжело она дышит. Нужно несколько минут, чтобы прийти в себя. У меня сердце вот-вот выскочит. Какой же кайф...

Регина высвобождается из моих объятий и оборачивается ко мне, лениво и долго целуя, а я и слова не могу произойти, я просто в нирване. Регина забирается на стол, а я опускаюсь в кресло, закуривая. В кабинете полумрак из-за зашторенных окон, и мне нравится этот эффект. Действительно, хочу вечер.
- Сделка подождет, - отзываюсь я, пуская кольца сизого дыма. - А ты меркантильная... Хотя, да, содержать тебя обходится дорого, - смеюсь. Она говорит, что и вправду принесла обед, толкая меня, и я чуть откатываюсь назад. - А я гурман, я люблю только особые блюда.

Регина вытягивается на моем столе, и я снова подъезжаю, целуя ее.
- Вот такая сервировка мне по душе, - улыбаюсь, рассматривая ее. В самом деле, тут жарко. Вообще я не голоден, а еще и свободен, так что почему бы и не устроить ей экскурсию?

Мы одеваемся, Регина быстро приводит себя в порядок, собирает волосы в высокий хвост и больше не подвязывает майку. Отпоротые штанины, правда, обратно не вернешь, но мне и так очень нравится.
Я знакомлю Регину секретаршей, с которой, как ясно, они уже успели составить друг о друге мнение, показываю ей отдел пиара, прогнозирования и прочие-прочие отделы компании. Регина, вижу, улавливает далеко не все, когда ребята распускают перед ней хвосты, объясняя, чем занимаются, но серьезно кивает, а вот когда я берусь что-то объяснять, она делает вид, что все это для нее очень просто и понятно, и не ясно только, как я со своим крошечным мозгом тут справляюсь.
- Зато у меня другие части тела большие... и эта большая часть мне пригождается чаще, ведь с тобой совсем не мозг нужен, да, милая? - мы едем в лифте, и, черт знает, чем бы все закончилось, если бы к нам не подсели пассажиры.

Короче, на том мой рабочий день и заканчивается, а вечером мы решаем поехать в Четвертый на уикенд. Позагорать, поваляться у воды, поплавать и потусить. Валя вопит и все такое прочее, что мы не ставим его в известность о наших планах, но кто его станет слушать?

..

+1

76

Экскурсия проходит на ура. Я действительно пытаюсь что-то понять, когда техники Нерона вдаются в подробности своей работы. А вот когда Сцевола начинает объяснять тонкости… Ну что толку скрывать? Я не понимаю совершенно ничего, но мне безумно нравится, как он профессионально умничает и это безумно заводит. У него даже лицо меняется, когда он начинает рассказывать о работе. И в этот момент я совершенно влюблена в этого вредного, но чертовски горячего мужчину.
На выходные мы отправляемся в Четвертый, поваляться на частном пляже при доме Нерона, совершенно забыв про окружающий нас мир, про работу, про людей. Мы живем как будто на собственном острове, только вдвоем. Днем загорая, вечером развлекаясь на том же пляже, не выходя в клубы или прочие заведения. Как будто у нас так мало времени, чтобы провести его наедине.
- Убери свои лапищи, ты мне весь загар испортишь. – смеюсь я, то и дело сбрасывая с себя руки Нерона, которые он норовит водрузить мне на тело.
А сам Сцевола умудряется сгореть на солнце за один день, так что на второй я измазываю его кремом с головы до ног, сидя на нем и ругаясь, потому что этот несносный мужчина уворачивается и никак не хочет быть защищенным моими масками.
- Я не собираюсь встречаться с угольком, Сцевола. – зажимаю его бедра между моих ног, чтобы он не двигался. – Кому нужен жених, который может в любой момент сгореть, как одна из твоих лампочек?
И в итоге с Четвертого мы возвращаемся довольные, загоревшие и отдохнувшие до безобразия, чтобы с новыми силами удариться в работу и наши собственные утехи на дому.
Иногда мне кажется, что сил у меня хватает только на Нерона и больше ни на что, как физических так и моральных. Но каким-то немыслимым образом, этот мужчина зажигает меня. Ради него мне хочется быть красивой, популярной, известной. Лучшей.
И несмотря на то что время снова ведет свой ход оживленно и незаметно, изменения в себе я все же замечаю. Лишь бы было не поздно.
В конце августа я еду к доктору, потому что моя задержка мне совсем не нравится. Однако Нерону я ничего не говорю, чтобы лишний раз не поднимать панику. Да и в конце концов, мало ли почему я могла поехать к врачу. Проблем со здоровьем особых не было, но мало ли.
- Вы беременны.
Вердикт врача был мной ожидаем каким-то седьмым чувством, но я все-таки надеялась, что ошибаюсь. Черт возьми!
- Это точно? Ошибки быть не может? – спрашиваю я, пока вытираю гель для узи с живота.
- Да, это совершенно точно.
Блядь.
Все это так внезапно, что я даже не знаю, что делать и что думать. Я хотела детей, когда-нибудь в будущем, но в столь отдаленном, что о таком возрасте вслух не говорят. А в итоге весь этот срок сжимается до ближайшего полугодия.
Только вот несмотря на шок, я как будто подбираюсь, чтобы задать свои вопросы.
- А он здоров?
- Пока еще срок очень ранний и трудно сказать точно. Но по первичным показателям ребенок абсолютно здоров, развивается соответственно срокам.  Я могу взять анализы для более подробного исследования.
Я соглашаюсь и врач быстро выверенным движением берет кровь у меня из вены и пальца и говорит о том, что данные будут готовы завтра.
- Вас что-то беспокоит? – спрашивает доктор, видя что я колеблюсь.
Этот мужик дельный, дальше него информация не уйдет, ведь именно его в свое время насоветовал мне Валентин.
- Насилие может как-то повлиять на здоровье ребенка?
Возникая некая пауза, в течении которой док внимательно на меня смотрит.
- Регулярное?
- Нет! – о боги, не хватало еще чтобы подумали что Нерон меня по ночам насилует. Бля. Зачем я только завела этот разговор? Но мне нужно знать последствия. – Ребенок был зачат не так, нет. Это было давно.
Снова пауза, но на этот раз врач заглядывает на снимок узи, как будто рассматривая там что-то.
- Не думаю. Разве что с психологической точки зрения.
Я киваю, уходя с кровати и собирая свои вещи. Мне надо о многом подумать и на самом деле еще не все вопросы заданы.
- А если отец ребенка употребляет наркотики?
Я еду на работу, потому что у меня еще съемка и интервью и мне их никак нельзя пропустить. Это помогает отвлечься, хотя возможно ли это вообще? Я не хотела стать матерью так рано, у меня еще вся жизнь впереди и еще столько ошибок, которые я могу сделать. И одновременно, я не чувствую никакой трагедии в том, что залетела. Ну в самом деле, это вызовет в обществе диссонанс, на этом можно будет сыграть и не уйти в подполье. Есть коллекции одежды для мам, есть фотографы, классифицирующиеся только по мамам. А после родов я восстановлюсь и можно будет нанять няню. Думаю, Нерон не будет против.
Вот черт… Про Нерона-то я почему-то внезапно и забыла. Я совершенно не знаю и не могу предугадать его реакции. Мы вместе всего ничего, а тут уже ребенок. Мы даже как-то не успели пройти стандартные года совместного быта. Или мы закончили их экспресс-курсом? Мне просто кажется, что мы могли бы провести еще больше приятных месяцев вместе, только вдвоем, если бы не было ребенка.
И вместе с тем, если Нерон откажется от ребенка, я не удивлюсь. Ну зачем ему ребенок? Он же сам как дитя. Только я все равно не сделаю аборт. Даже если Нерон скажет.
Вот почему я не сразу задумала о Сцеволе. Потому что я вполне готова и одна содержать ребенка.
Вечером я веду себя, как обычно. Во всяком случае стараюсь. И понимаю, что мне все же нужно сказать Нерону о том, в какое положение мы оба попали. Точнее, уже втроем попали. Но вместо обычного истеричного «я беременна, что делать», я решаю зайти с другой стороны.
- Милый, ты бы хотел стать папой? – я валяюсь на полу, задрав ноги на диван, и расположив их на лежащем Нероне. – Скажем, месяцев через 7?

+1

77

Мне нравится греть кости на солнце, правда, я не знаю меры, и потому быстро сгораю. Я как чертов вампир. Регина тут же отчитывает меня, что я, видимо, хочу заработать себе ожоги и волдыри, и решает по возможности исправить ситуацию, улучшив момент, когда я лежу на животе под навесом, потому что на спину мне никак не перевернуться.
Регина усаживается на меня, принимаясь натирать какой-то ледяной мазью, от холода которой аж челюсти сводит, а еще жижа ну очень противная по ощущениям, и это просто жесть. Даже регинины ладошки нисколько не спасают. Фу, мерзость.

- Не как уголек, а как шмат мяса... Ауч! - пытаюсь брыкаться, но Регина сжимает мои бедра. - Тебя шмотками не корми, дай подержать меня промеж ног, - усмехаюсь и получаю оплеуху. Держу пари она снова зарумянилась. Удивительно, как Регина еще не забыла, что такое смущение!

В Четвертом кайф, и самую жару в столице мы проводим у воды. Утром - прохладное свежее море, вечером - теплое, а днем мы не вылазим из бассейна или постели. Из постели - особенно в тот день, когда неожиданно накатывает откуда ни возьмись ливень, который продолжается почти сутки, а потом все снова так, как ни в чем ни бывало. И весь день хотелось спать. Почему-то мне запомнился именно этот пасмурный день, и развевающиеся занавеси на приоткрытых панорамных окнах, и запах соли в воздухе. Регина дремлет, отвернувшись от меня, и я поправляю съехавшую с ее обнаженных плеч простынь, целую, касаясь губами теплой гладкой кожи.

У вас бывало такое, что в какой-то момент вы ловите себя на мысли, что вот прямо сейчас вы находитесь именно в том месте, где вам и нужно быть?

Мы возвращаемся из Четвертого ко вторнику.

Жизнь идет своим чередом, отдых определенно пошел на пользу. Регина много снимается, участвует в показах и дефиле, ходит на какие-то кастинги. Я веду себя как старательный босс, по полной окунаюсь в дела компании и внезапно нахожу, что вся эта лабуда с управлением начинает мне нравится. Чем больше я начинаю сечь смысл, тем сильнее. Может, я на том месте, где мне нужно быть?

Я пролистываю увесистый талмуд по проекту, валяясь на диване, а Регина лежит на полу, думая о чем-то своем. Ее ноги лежат у меня на коленях, так что я скорее глажу их, чем делаю пометки по работе. Она заговаривает со мной внезапно, и я быстро переключаюсь и на нее тоже, пробегая взглядом цифры-цифры-цифры, схемы и прочее. И они перестают иметь для меня какой-либо смысл.

Милый, ты бы хотел стать папой?
С удивлением смотрю на Регину. Что за игра в возможную реальность? Но тут она продолжает, и я понимаю, что вопрос она взяла не с потолка, в который так упорно смотрела.
...месяцев через 7

Мне не нужно повторять дважды, я ловлю с первого раза.
Блядь.
Сказать, что я не готов, это ничего не сказать.
Нет, мне нравятся дети, ничего против них не имею, но, черт, про своих я не думал.
Регина ждет моей реакции, переводит на меня взгляд, и в ее глазах я читаю такое волнение, что не описать, хотя выглядеть она старается совершенно спокойной. Ей страшно? Боязно? Что?
Я осторожно убираю ее ноги с колен, сажусь, глядя на нее сверху вниз, умываю лицо ладонями. Так, у нас будет ребенок. Уфффф… Остановите планету, я сойду…

- Но ты же пила те пилюли… - начинаю было я, но понимаю, что это совсем не то, что она ждет услышать и вообще не то, что надо говорить. Все, поздно думать о контрацепции. Вообще, я странно спокоен, я не знаю, что сказать, хотя в голове миллион вопросов. Она уверена? Но, думаю, уверена, иначе бы не стала поднимать эту тему про 7 месяцев.  Она была у врача? Что то сказал? Что она думает сама? Мысль об аборте возникает, ну не может не возникнуть. Только она пролетает в моей голове в порядке бреда. Какой аборт! Это может быть опасно и вообще… И вообще – если она хочет рожать этого ребенка, то чего беспокоиться мне? В конце концов, я могу обеспечивать их обоих, уж за это вообще не стоит переживать.

И из всех этих вопросов я не задаю ни один. Просто на язык просится другой:
- Кто это будет?
Я как будто за собой со стороны наблюдаю. Я за несколько секунд смирился с мыслью, что стану отцом, и, блин, кажется, ко мне приходит от этого кайф… Вау, черт! Ребенок!

....

+1

78

Я внимательно следу за реакцией Нерона и вижу как он каменеет. Да, новость не самая простая для принятия холостым мужчиной, который привык к беззаботным тусовкам и таким же отношениям. Да и мы не так давно вместе, чтобы становится родителями и брать ответственность за кого-то. Боги, мне 19! А я уже собираюсь стать матерью.
Впрочем, едва ли я понимаю весь смысл этого статуса. Мне еще самой нужна мать. А Нерон... не знаю даже. Поэтому и жду, что он скажет.
Он садится на диван, а я продолжаю лежать, глядя на него и не знаю чего жду. Глупо рассчитывать на восторг. Такового и я не чувствую. Наверно, мне просто хочется, чтобы он принял эту новость, не кидаясь в истерику, не обвиняя меня.
И он спокоен, хотя голос его предательски срывается, когда он делает какую-то неуверенную попытку обвинить меня. Или даже не обвинить, а удостовериться, что все возможное было мной сделано, чтобы не поставить нас в столь неловкое положение. Хотя и без моих подтверждений знает, что таблетки я пила.
А потом он еще берет паузу для обдумывания и вдруг спрашивает, кого я жду.
Хвала богам, он не заговорил про аборт. Хотя, признаться, я почему-то ждала именно этого. Что он спросит про срок или скажет что-то вроде, не поздно ли еще остановить процесс. Не поздно. Но я бы этого не сделала. Не смогла бы. Материнское это или просто страх, но я бы не смогла лечь под нож.
Я поднимаюсь с пола и сажусь на диван рядом с Нероном. Не касаюсь его, не обнимаю. Боюсь спугнуть, боюсь, что он внезапно оттолкнет и ударится в панику.
- Кто бы это ни был, он будет твоей точной копией. И он будет любить тебя просто так. Безвозмездно.
Я слабо улыбаюсь. Ну в самом деле, это не трагедия и нечего тут бояться. Ну да, у меня будет ребенок. Мы будем родителями. Но разве это нас обоих к чему-то обязывает? Нет. Все может остаться так как есть.
- Я пила таблетки, Нерон. Но кто де виноват, что от тебя ничего не спасает. Даже чувство самосохранения.
Пытаюсь пошутить, хотя не самое наверно, лучшее время для шуток. И я сама не знаю какой конкретно реакции хочу от Нерона. Самое главное я уже услышала. Точнее не услышала. Предложения аборта.
- Послушай, милый, я не собираюсь на тебя давить или что-то в этом роде. Постарайся пока просто свыкнуться с этой мыслью: что ты станешь отцом. Я не жду от тебя внезапного пробуждения отцовских чувств, но попробуй хотя бы принять мое положение. А там дальше посмотрим, что из этого получится.  - мой голос спокойный и тихий.
Только я говорю о том, чего сама не умею делать. Я не представляю как быть матерью, не представляю, что это значит. Я только помню, что мама всегда страдала от моих выходок и поведения. А уж с мелкотней и подавно не знаю как быть. Больше напоминает игру в дочки-матери.
Задуматься бы об этом раньше, и сделать что-нибудь полезное. Но все это понимание придет ко мне не скоро. А Нерон понимает?
В любом случае сейчас меня волнует совсем не будущее ребенка, не мое к нему отношение и воспитание. Пока что я думаю о настоящем, как и всегда.
- Единственное о чем я хочу тебя попросить, чтобы ты лег в клинику для лечения от наркозависмости. - и вот это уже звучит серьезно.
Здесь других вариантов я не вижу. Слова доктора до сих пор звучат в голове.
-А если отец ребенка употребляет наркотики?
- Насколько сильные и как часто?
- Нюхает. Но неадекватности нет.
Врач делает пометки в карточке.
- Я проведу еще пару тестов. В идеале, ему нужно завязать. Все половые контакты с этого дня только с презервативом. Я посмотрю на анализы вашего организма и определю потенциальную угрозу. Вероятно, вам придется пить витамины. В крайнем случае, я буду рекомендовать аборт.

Отредактировано Lucia Varys (Сб, 24 Окт 2015 22:25)

+1

79

Регина забирается ко мне, садится рядом, но не касается. Она как будто хочет меня успокоить, но не знает как. Ну конечно, ей бы самой успокоиться, потому что как бы мы тихо себя не вели, сдается мне, это обратная сторона нашего непонимания ситуации и того, как с нею свыкнуться и желательно побыстрее. Она почему-то говорит, что ребенок будет меня любить, будто боится, что я нахуй сейчас от них смотаюсь или не разрешу оставить малыша. А еще Регина шутит, что пилюли от меня не спасают, и я усмехаюсь. Ну да, вообще-то мне есть, чем гордиться. Мои сперматозоиды выживут, наверное, и в ядерную зиму.

Вообще Регина рассуждает дельно. Я не перебиваю ее, потому что мои мысли пока даже в жалкое подобие системы не выстроились. Я не знаю, чего я жду от всего этого, чего жду от себя. Я просто понимаю, что все кардинально изменилось, и теперь Регина беременная, и она носит моего ребенка, и говорит мне, чтобы я не переживал насчет того, что она будет как-то давить на меня. О чем она? Она боится, что я сбегу? Ну да, признаю, не похоже, что я ответственный чел, но, черт... Даже если бы я и хотел, куда бы я делся, а? Хотя, ну да, при желании можно все. И вообще я не о том думаю.

Смотрю на Регину:
- Давай посмотрим.
А потом она заговаривает о необходимости моего лечения. От наркозависимости. Вот какое слово. Звучит серьезно. Только, признаюсь, я не понимаю, о чем она. Если о том, что эта херня вредит ребенку, так я в курсе, но не поздновато ли об этом думать, если ребенок уже есть? Теперь-то я как ему наврежу? Хотя, опять я не о том думаю. Раз, я так понял, Регина была у врача, и сейчас не бьет тревогу, значит пока все норм? Типа, трех ушей и восьми пальцев не будет? Или что?

- Но ты уже залетела, детка, а у меня все под контролем, - смеюсь, только что-то как-то не беззаботно. - Я всегда бодрячком, не ловлю глюки, ты чего? Ладно я понимаю, что курить теперь буду только на свежем воздухе, но с дурью-то что не так? - реально, поздновато спохватились. Разве что... Нет, никаких лишних ушей и пальцев не будет! Я же не утырок какой, который не просыхает!

- Давай лучше подумаем о том, что нам, походу, надо пожениться?
И вот сейчас бы я закурил, честно, но нельзя.

..

+1

80

Меня немного отпускает, когда Нерон говорит, что мы можем попробовать и посмотреть, что будет. Тон его голоса конечно, не настраивает на оптимистиченые мысли, но другого не ожидалось. В конце концов, у меня такое же состояние. Может, со временем.
А пока что я жду его ответа по поводу клиники. И, боги, лучше бы он молчал. Потому что он несет хуйню одну за другой. Которая выводит меня из моего и без того нестабильного состояния. А у меня между прочим гормоны. Он это понимает?
И добивает он меня окончательно тем, что предлагает, блядь, пожениться.
Сука. Сука! И как меня угораздило только залететь от него? Не было, блядь, печали.
- Ох ты ж блядь, какая честь! – не выдерживаю я и у меня крышу сносит окончательно. – Это, ебать, самое романтическое предложение руки и сердца в моей жизни. Я должна поплыть от восторгов и броситься тебе на шею, раз ты предложил мне брак по залету?
Блядь. Мне крышу рвет от того, что Нерон нанес тут за эти пару минут. Ну все же было нормально!
Ну правда, я не рассчитывала, что разговор о наркотиках будет легким, что он просто возьмет и согласится сразу. Но бля, аргументы убивают наповал, ему даже в голову не приходит мысль, что его употребление опасно. Я уже залетела, так зачем поднимать жопу лишний раз, да? Он уже сегодня дернул, да? Или это новость о беременности на него так повлияла? Потому что надеюсь его словам есть хоть какое-то тупое объяснение, чем патологическая тупость и упертость осла.
И эта его «детка» прям бесит и нихрена не успокаивает. Ненавижу, когда он цепляет этот напускной веселый тон, пытаясь отшутиться и съехать с темы.
- И на что я надеялась… - выдыхаю я, закрывая лицо руками и раздраженно отбрасывая волосы с лица. Поднимаюсь с дивана. – Я уже залетела, ага. И я уже не знаю, насколько здоровым будет ребенок. Врач вообще рекомендовал сделать аборт. Сука. – я хватаю со стола декоративную свечу и разбиваю ее о стену. Чтобы кому-нибудь голову не разбить. – Я закрывала глаза на твое хобби, потому что у меня нет никакого чувства самосохранения. Мне плевать на себя. Но мне не плевать на твоего ребенка, Сцевола. Я хочу, чтобы ты меня услышал. – поворачиваюсь к Нерону и смотрю на него. – Я тебя и на пушечный выстрел не подпущу ни к себе, ни к ребенку, в таком состоянии.
Боги, я в отчаянии, я просто не знаю, как еще убедить Нерона, что ничем хорошим его игры с порошком не закончатся. Однажды он чуть не сдох, а ребенку нужен отец!
- Тебе надо лечиться, Нерон! Надо! У тебя будет ребенок! Я не хочу, чтобы его отец был наркоманом. Неужели ты и сам не понимаешь, что твоя зависимость дальше буде только глубже? Сегодня все нормально, а завтра ты опять загонишься до смерти, потому что не узреешь меры, не сможешь остановиться. Теперь речь идет не только о твоей жизни. Ты – отец! И иллюзии контроля – недостаточно!

0


Вы здесь » THG: ALTERA » Callida junctura » If it's lust or it's love


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC