Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Altera pars » 16.11.3013, DISTR. 13: The Socratic Method


16.11.3013, DISTR. 13: The Socratic Method

Сообщений 1 страница 20 из 22

1


• Название эпизода: Метод Сократа;
• Участники: Demeter Romero, Cashmere Fraser;
• Место, время, погода: Дистрикт 13, мед. отсек. А за окном уже сугробы;
• Описание: Едва новый отряд майора Клерика был окончательно сформирован, как всех дружно отправили на мед.комиссию. Стандартный процедуры, анализы, действия и один нестандартный подход к отчаянной пациентке;
• Предупреждения: медицина, разглагольствования, рок-н-ролл.


0

2

По течению уносило
Прибивало к берегам
Только места не хватило
Мне ни там, ни там

-  Следующий!

Чуть возбуждённым голосом проговорила Деметра в селектор на панели стола, после чего принялась энергично заполнять личную карту очередного пациента.
Пожалуй такого ажиотажа не было в медицинском блоке с тех пор, как сюда доставили раненных с Арены Капитолия, но даже тогда, снуя туда сюда между койками, кому поправляя капельницу, а кому проверяя зрачки на световую реакцию, женщина не была столь загружена, как сейчас. Военные отряды в тринадцатом собиралась с завидной периодичностью и могли смело соперничать со сборами миротворцев, однако все местные уже имели свои личные карточки, и их осмотр состоял из стандартного взятия анализов, да измерения давления, всё остальное им было просто без надобности, Деметра Ромеро могла поклясться, что уже выучила медицинское дело каждого военнообязанного, что мелькал перед ней с самого начала её работы в стенах лазарета. У кого грыжа, у кого сахар, у кого был перелом со смещением, у кого черепно-мозговая с контузией, эти сведения всплывали в её голове едва человек опускался на стул перед ней, а не редко эти знания помогали и в обыденной жизни, вот только два дня назад например, когда один аллергик свалился в столовой с припадком, похожей на астматический.
Однако расположившаяся сейчас перед ней девушка вызвала массу вопросов, ответы на которые приходить в голову отнюдь не спешили. Деметра уже видела её, победительница Голодных Игр, Кашмира Фрайзер, но запомнилась она врачу вовсе не по этому. Женщина вообще предпочитала не смотреть садистское развлекалово, щедро транслируемое Капитолием, отнявшая жизни у сотни невинных, а вот ассистировать на операциях, как раз входило в круг её прямых обязанностей.
Кажется левый яичник, не самое приятное, однако намного лучше, чем скажем газовая гангрена. Деметра ещё раз взглянула в небесно голубые глаза трибута, напоминавшие сейчас скорее холодную корку льда, загнанного зверя, швыряемого из одной среды обитания в другую, но так и не сумевшего найти покой ни там ни там.
А теперь она ещё и рвётся в военный отряд, да на передовую, а вот это уже могло быть опасно, не для Дистрикта, нет, для неё самой.

-  Кашмира Фрайзер, верно? Полных лет сколько?

Стандартные вопросы, скорее для проформы, Ромеро уже потянулась за новым бланком, располагая его перед собой так, что бы можно было писать практически не глядя, не отводя внимательного, изучающего взгляда с этой необычной повстанки.
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

3

Кажется, за всё проведённое в академии время Кашмира не тренировалась с таким усердием, как в эту неделю. Сейчас это не были учебные тренировки... Фрайзер знала цену своих намерений. Цену возможного провала. Войти именно в отряд Клерика, а не в любой-другой-отряд-с-неизвестным-командиром было для неё принципиальной задачей. Всю неделю победительница доводила себя до полного изнеможения, заодно отвлекаясь хоть как-то от ссоры с братом. Мышцы ломило, на теле появились синяки, но Кашмира воспринимала это чуть ли не с радостью. Она снова чувствовала себя собой... В одной из ипостасей, по крайней мере. Фрайзер знала, чего хочет от себя, как от бойца. Но мысли о каких-то более личных, более жизненных целях неизбежно уводили её в тупик.

Так или иначе, в отряд она попала. Хотя по-прежнему не была собой довольна... Кашмира отлично сдала все нормативы. Женские нормативы. А привыкла сдавать мужские, но сейчас, после ранения, сил хватило аккурат на планку, которую Фрайзер внутренне считала для себя оскорбительной. Не подводили только метательные навыки - глазомер оказался кстати и в случае огнестрельного оружия. В общем, цель достигнута, но Кашмира по-прежнему продолжает себя загонять, раздражаясь на то, что даже собственное тело её подводит. Вполне закономерно, учитывая, что и Блеск, которого девушка искренне считает своим продолжением, а не отдельным человеком, впервые не пошел за сестрой...

Кашмира моргает, отгоняя навязчивые, идущие на сотый неизменный круг мысли, и глядит на сидящую перед ней женщину. У неё сейчас медосмотр, так что не мешало бы в очередной раз взять себя в руки, чтобы её не сочли непригодной к военной службе. Жалоб на самочувствие у девушки особых нет - низ живота порой болит, но терпимо. Позволяет тренироваться. Отмазаться бы ещё от клейма психически нестабильной - и врачи перестанут быть нужны совсем.

-Да. Двадцать восемь - под изучающим взглядом врача Кашмира упрямо опускает взгляд в пол. Былая разговорчивость так и не вернулась к ней, установив рекордную для Тринадцатого отметку в день разговора с Клериком на поверхности. Фрайзер не начинала разговоров первой, чаще всего - сухо отвечала на вопросы, если кто-то обращался к ней. Ни словом больше ожидаемой "нормы". Пыталась разговаривать разве что с братом, но и с Блеском беседа клеилась паршиво. Мысли победительницы сейчас крутятся вокруг недавней операции - не станет ли это проблемой в контексте отряда с заведомо серьёзной нагрузкой... Будто ранение и так принесло ей недостаточно проблем.

+1

4

И вновь Деметра делает какие то пометки в новозаведённом бланке, лишь изредка отводя пристальный взгляд от Кашмиры. Она ни в коем случае не пялилась, просто изучала, пыталась понять, как врач скорее, и хоть её в первую очередь должны интересовать физические данные, женщина подмечает, что эмоциональное состояние пациентки просто дрянь. Фрайзер опускает взгляд, настолько низко, будто от этого всё вокруг исчезнет, а она перенесётся, даже не во времени и пространстве, а в место, где ей действительно будет хорошо, то, которое она создала сама, где то глубоко внутри себя.

-  Вы не давно перенесли оперативное вмешательство, позвольте я вас осмотрю? Ничего серьёзного, просто проверка швов.

Деметра вовсе не старается говорить с ней так, будто Фрайзер маленькая девочка не желающая пить горькое лекарство, напротив её голос звучит достаточно утвердительно, констатация факта, не больше. К тому же плановый осмотр, как раз входил в медицинский лист всех, изначально не относившихся к Дистрикту 13.
Вновь её пальцы пробегают по приборной панели и над дверью в кабинет загорается красная диодная лампа, возвещающая всех ожидавших о начале нудной, длительной обязательной процедуре.

-  У вас вроде есть брат-близнец, если не ошибаюсь, Блеск? Наверно хорошо, когда кто то близкий всегда есть рядом, особенно в этой, Богом забытой дыре. И не стоит спорить, это дыра, напичканная современной техникой, со всеми удобствами, но сути это не меняет. И пусть хоть каждый человек в округе скажет, что все давным давно привыкли, это будет бесстыдная ложь. К этому...

Она обвела рукой помещение лаборатории, метафорично уместив в ней весь Дистрикт.

-  Невозможно привыкнуть.

На последней фразе врач поднялась с места и подошла к белоснежному столу, за парой медицинских перчаток и куском ваты. И ей вовсе не стыдно, сказанное секунду назад было правдой, вполне возможно даже выражало мысли самой Кашмиры, пусть она и продолжала упорно молчать. Может ей и не нужно с роду её откровения, может она напротив, хочет поскорее сбежать и забиться в удобный тёмный уголок, а на ближайшем задании кинуться грудью на баррикады, пафосно отдавая свою жизнь за надоевшую, навязанную Родину. Что же, жизнь — это только её выбор, однако в ней всегда ей шанс на корректировку курса.
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

5

-Да - вновь тем же обезличенно-спокойным тоном отзывается Кашмира, имея в виду сразу перенесенную операцию и разрешение посмотреть шов. По крайней мере, эта женщина не говорит с ней, как с умственно-отсталым ребёнком или заведомо буйным пациентом. Словно не знает ничего о Фрайзер и о том, какое впечатление она составила о себе в Тринадцатом. Сами по себе медосмотры не были для Кашмиры в новинку - профи в Академии проходили через всё это дважды в год. Осенью и весной. За выращиваемым для Капитолия мясом велся строгий учет - баллы, полученные по результатам мед.комиссии, так же играли весомую роль в определении места бойцов во внутреннем рейтинге академии. Показывающем шансы выжить на арене, разумеется... И Фрайзеры всегда были в топе. Хотя типичных спортивных травм хватало у обоих - растяжения, вывихи, ушибы, надрывы-разрывы связок... За годы тренировок проходили через всё.

-Есть. Блеск в другом отряде - Кашмира расстёгивает серый комбинезон, выбираясь из него без капли стеснения с видом человека, привыкшего обнажаться в компании незнакомцев. Конечно, она похудела, но тело всё равно смотрится мускулистым - нескольким сложным неделям не перечеркнуть годы тренировок. На белой коже всё ещё выделяется красным шрам в левой части живота, чуть выходящий за линию белья.

-Это как-то пригодится для медосмотра? - уже перешагивая через комбинезон и пристраивая его на спинку кресла, Фрайзер замирает, окидывая врача более внимательным взглядом. Она слышит её слова, но не знает, как реагировать. Женщина права - невозможно привыкнуть к тюрьме, даже тому, кто ни разу за последние десять лет не чувствовал себя свободным. Вот только непривычно слышать подобные речи от местных и Кашмира хмурится, подозревая, что это, возможно, тоже часть осмотра. Психологический тест или провокация. Она ведь психически нестабильна. Браслет сняли, но особых перемен во взглядах своих новых соотрядников девушка не заметила. Или не искала.

-Как скоро я полностью восстановлюсь? - забираясь на застеленную холодным материалом кушетку, коротко интересуется победительница. Полностью - это до привычных нормативов и отсутствия утомления, которое она порой чувствует во второй половине дня. Кашмира ненавидела жаловаться или показывать слабость, терпеть не могла обсуждать с посторонними их с братом отношения и вообще проще перечислить, какие действия со стороны чужаков девушка считает приемлемыми. Ещё более удивительно - как в этот ряд вписалось доверие, врученное (в какой-то горячке, не иначе), Гектору Клерику... Тем не менее, даже на таких пациентов должна распространяться врачебная тайна. Наверное. Тело - её оружие и Кашмира должна знать, в каком оно состоянии.

+1

6

Деметра окидывает взглядом крепкое, тренированное, но настолько замученное тело, что складывается впечатление, будто Кашмира сбежала с годовой каторги, не хватало лишь счесанных кандалами запястий для полноты картины. Врач возможно даже головой бы покачала в знак осуждения, но вряд ли это поможет, все раны нанесены собственноручно, получены явно в тренировках, диких, спартанских, изнемождающих и десять к одному, что Фрайзер не намеревалась останавливаться, результат явно ещё не достигнут.
До начала осмотра, Ромеро удалось подметить ещё несколько застарелых травм, однако сильных напоминаний о них не было оставлено, и бросались они разве что на профессионально наметанный взгляд, в конце концов она не настолько дикая и об отношении к миловидным победительницам наслышана, а значит за телом Кашмиры тщательно следили.
Едва ей удается приблизиться к ней, как где то над ухом звучит следующий вопрос, ни капли не удививший Деметру. Конечно, с чего бы трибуту верить её откровениям, таким же странным, как и всё вокруг, вместе взятое, скорее всего предполагается тест, однако врачу общей практики далеко до мозгоправа, поэтому женщина лишь передёргивает плечами.

-  Как знать, мисс Фрайзер. Никогда не знаешь, что может пригодится. По крайней мере, когда есть за что сражаться, шансы на выживание растут.

Её рука в холодной синтетической перчатке, прошлась по чувствительной коже живота, вызывая россыпь мелких мурашек на коже, однако сама Кашмира никак не отреагировала, словно бы инстинкты сейчас жили какой то отдельной жизнью от неё, а может не только сегодня.
Ткани на месте шрама были ровные, шов наложенный Деметрой в ту ночь, не уступал ни прочностью ни равномерностью, тело прекрасно справлялось со своей эволюционной функцией, и лишь отсутствие за краснеющей коркой кожи одного важного элемента организма выдавало всю зыбкость этой совершенной машины. Человеческий организм это вообще сплошная иллюзия, 99 процентов клеток могут стабильно работать, но нарушен всего один процент и всё, нас больше нет. А бывает и такое, что мозг просто отдаёт приказ на самоуничтожение и уже никакими совершенными технологиями этого не остановишь.
Сочетание необузданной силы и зыблемой хрупкости в Кашмире Фрайзер даже невозможно рассчитать в стабильном эквиваленте, девушка всеми силами старается спрятать себя в панцирь, загнать в кулак, обуздать боль и отчаянье, и ведь у неё получалось, когда то в той жизни, однако всё решил небольшой кусочек металла, вот так запросто и в одночасье.

-  Я бы хотела сказать, что всё зависит от вас, но вы и без меня прекрасно это знаете. Кашмира, ваш организм хорошо восстанавливается, физические параметры не вызывают опасений, однако я вижу, что тело стало быстро выдыхаться, вам кажется, что вы уже не та, что прежде, верно? Но дело тут не в физиологии.

Женщина выбросила в рядом стоящее ведро кусочек ваты, и потянулась за парой реактивов, жгутом и пробиркой на начале которой была закреплена игла.

-  Вытяните руку вперёд, пожалуйста и поработайте кулаком.
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

7

Ощутив холодящее прикосновение перчатки к коже, Кашмира усмехается. Кто бы спорил - когда у тебя есть цель, выжить можно даже на арене. Даже дважды. Трижды. Ей прекрасно это известно. Но есть ли у неё цель сейчас? В смысле цель, ради которой стоит жить? Спасти родителей, отомстить Сноу... Точка. Дальше этот короткий виш-лист прерывается. Что будет после - она не знает, да ей, честно говоря, плевать. Большую часть своей жизни Фрайзер жила в подготовке к арене. Затем - балансировала между мирной жизнью в Первом и грязью Капитолия... Вновь оказалась на арене. Теперь она здесь. И снова должна сражаться, сражаться... Кашмиру не покидает ощущение, что она сражается за какой-то фантом. За что-то, чего никогда не видела. Раньше её понятия мирной жизни укладывались в образ дома, родителей, Блеска рядом... Вернётся ли к ней после революции хотя бы это? Будут ли эти вещи иметь прежнюю ценность без капитолийского контраста? А если нет - то какие будут? Кашмире всё равно - удастся ей это выяснить или нет. Главное - не погибнуть, пока не спасёт родителей, а дальше... Не суть важно. Она устала. Погружение в тренировки и новое амплуа солдата достаточно отвлекали её от этих мыслей. Если никто не задавал вопросы.

Кажется, претензий к шву не возникает, что заставляет девушку вздохнуть с облегчением. Победительница только начала вливаться в режим и совершенно не собиралась менять снова тренировки на лазарет. Когда с осмотром шва покончено, девушка вновь садится на кушетке, глядя на врача всё ещё настороженно, но теперь - с любопытством. Эта женщина так точно описывает её состояние... Возможно, она смогла бы помочь? Кашмира действительно не та, что была прежде и сложно сказать, виной этому ранение, взрыв арены, похищение родителей, смерть лучшего друга или непонятные, нераспознаваемые даже самой победительницей мысли о разговоре на продуваемом ноябрьскими ветрами плато? Хватило бы даже одной из перечисленных причин, а на неё свалились все. Но проще было переносить вину на операцию и надеяться, что питание (пусть даже такое скудное) по графику, стабильные тренировки и какие-нибудь местные лекарства постепенно наладят ситуацию.

-Вы правы.... Раньше я так не уставала. Но в чем, если не в физиологии? - может ли начать в двадцать восемь сказываться возраст? Кашмира не один год подстёгивала себя то виски, то морфлингом - не в критичных дозах, но здесь вовсе не достать привычных релаксантов. Их заменяет только снотворное, ставшее необходимостью. Кошмары из эпизодических превратились в регулярные, стоило пропустить приём таблеток - и девушка вскакивала в ночи в слезах, дрожа, как осиновый лист. Так что хотя браслет психически нестабильной сняли, Фрайзер по-прежнему получала в лазарете снотворное. Врачи верили в то, что пациентке стало лучше - она ведь нормально общалась и не кидалась на окружающих... Блеск верил, что сестра пусть медленно, но приходит в себя. Майор Клерик, похоже, тоже поверил. Только себе Кашмира не лжет. Да, ей лучше, чем было в первые проведённые в дистрикте недели, но... Она всё ещё не в порядке. Не факт, что в нём будет. И не уверена, что вообще когда-то была. Если раньше ей это не мешало - почему мешает теперь? Фрайзер послушно вытягивает вперёд руку, разжимая и сжимая пальцы, наблюдая, как ярче проявляется на бледной руке вена. Что ж, по крайней мере в её крови теперь не найти ничего такого, что помешало бы зачислению в отряд.

+1

8

Она проделывала это уже сотни раз, вот рука аккуратно прощупывает венку, затем иголка упирается острым ушком точно в кожу и в следующее мгновение алая кровь медленной струйкой заполняет пробирку. Много не нужно, в одной маленькой капельки содержится столько информации, что ни один компьютер удержать не в состоянии, к счастью в карте прописаны лишь общие параметры для биоматерьяла, дальше состояния тромбоцитов не копнут, можно быть уверенным.
За всем этим монотонным процессом Деметра не перестаёт отмечать перемены в настроении пациентки, вот её настороженность сменяется вниманием, а затем переключается на любопытство, уже что то. Входящие в этот кабинет уже незримо доверяют её рукам свою жизнь, врач он ведь, как двуликий Янус, с одной стороны лекарь, отвечающий за телесное состояние, увлеченный им настолько, насколько это вообще возможно, ибо стоит пропустить хотя бы один показатель и уйдёшь за черту невозврата, а с другой, такой же человек, со своими мыслями, чувствами, желаниями, далеко не всегда глядящий на пациента стальным, немигающим взглядом.
Когда пробирка с кровью Кашмиры оказывается в центрифуге, Ромеро поворачивается к ней, всё ещё сидящий на кушетки, обряженная лишь в стандартный комплект кипельно белого белья, и слегка касается указательным пальцем точки, прямо в центре её лба.

-  Всё дело в нём. Что то держит тебя, не даёт дышать полной грудью, я не осмелюсь делать окончательных выводов, но кажется у тебя случилось, что то очень серьёзное, раз даже в этой относительной тишине не получается зализать раны.

Зажав рану спиртовой салфеткой, Деметра потянулась за тонометрам, появившемся из выдвижной полки рядом с ней.

-  Что же касается восстановления, всё взаимосвязано, до тех пор, пока это нечто прибивает тебя к земле, тело не будет подчинятся. Это подобно яду, и только ты сама можешь от него избавится. Вытяни пожалуйста другую руку.

Очевидно ведь, сопротивляется, не может никак поймать волну. То одно то другое, тащит, швыряет, подбрасывает, а затем опять хватает огромной лапой за горло, да цепко, и в этом удушающем бреду, кто то просто опускает руки, не видя даже малейшего просвета на счастье, а может просто слабо светили? В любом случае этой женщине руки опускать никак было нельзя. Почему? А почему нет?
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

9

Укол от иглы почти неощутимый - Кашмира переводит взгляд на пробирку, равнодушно наблюдая за тем, как её кровь перетекает внутрь. Девушку удивляет тот факт, что внутри её тела кровь по-прежнему двигается, циркулирует... Потому что по ощущениям самой Фрайзер она должна была подёрнуться инеем, как поверхность лужи в морозное утро. Пробирка отправляется в центрифугу, а врач, обернувшись, вдруг касается пальцем лба Кашмиры. Победительница чуть отстраняется, но не так резко, как могла бы... Губы вновь изгибаются в нервной усмешке. Случилось... Если бы у неё случилось что-то одно - она бы, может, нашла способ справиться.

-Вот как... Проще сказать, чего не случилось. Иногда ран слишком много - максимум, который может озвучить Фрайзер, хотя учитывая, что здесь оценивают её пригодность к военной службе - вероятно, не стоило говорить и этого. Благодаря запискам Тины сил хватило как раз на то, чтобы встать на ноги и, образно покачиваясь от слабости, кое-как на них держаться. Идти не удавалось. В который раз Кашмира думает о том, что Сноу, объявив Фрайзеров мёртвыми, был куда как более прав, чем Альма Койн, считающая их живыми и способными на какие-то протестные действия типа видео съёмок. По крайней мере, в её случае. Блеск держится лучше, но брат мужчина. Он не так привязан к дому, меньше задаётся личными вопросами, важными сейчас для Кашмиры... Из близнецов именно Блеск всегда лучше контактировал с внешним миром, исполняя роль волнореза для сестры. Но с тем, что сейчас творилось в голове победительницы, он справиться не мог. Хотя Фрайзер искала поддержки брата и его ласки и по-прежнему, несмотря на узкие неудобные койки, порой спит с Блеском. Не каждую ночь, увы - не хочет мешать им обоим высыпаться перед тренировками.

Эта женщина не может помочь Кашмире спасти родителей, не способна воскресить Арчи или сказать, почему из головы Фрайзер никак не уходят новые, но такие несвоевременные мысли, крутящиеся не столько вокруг нового отряда, сколько вокруг их командира. Но есть ещё одна проблема, зависящая действительно только от самой победительницы... Кашмира протягивает другую руку, позволяя надеть на неё манжету тонометра.

-Насколько серьёзны последствия моего ранения? Доктор Николсон сказал, что... Я не смогу иметь детей - взгляд снова смещается в пол. Сказать по правде, Фрайзер и без прогнозов местного врача была уверена в том, что детей у неё не будет. Не столько потому, что проблемы по женской части у неё наличествовали и раньше, начиная с постоянно сбивающегося из-за тренировок цикла. Даже не из-за алкогольно-наркотических опытов... Просто каждому от рождения даётся определённый набор навыков. Личностных качеств. В наборе Кашмиры отсутствовали детальки для строительства семейной жизни. Для своих гипотетических детей Фрайзер хотела бы полную семью, но она не умеет любить той любовью, которую женщина должна испытывать к мужчине. Отсутствие у двадцати восьми летней привлекательной девушки какого-либо опыта добровольных серьёзных отношений - лучшее тому подтверждение. Блеск не в счет. Его Кашмира не может не любить, потому что они - единое целое. И всё же - не хотеть и не иметь возможности - разные векторы. Может, если получится решить хотя бы эту, независимую от сторонних факторов проблему - она почувствует себя лучше? К слову - включить в список дел на случай вылазки в Капитолий убийство Мейсон. Медленное и чувственное. Хорошо, что эта сучка пережила взрыв - он был бы для неё слишком лёгким избавлением.

+1

10

Врач ловко надевает на предоставленную руку манжету прибора, затем нажимает на кнопку и плотная ткань начинает надуваться вокруг белесно тонкой руки, заставляя вены синими ниточками проступать всё ярче, образовывая причудливый рисунок.
Деметра всё ещё не отрывает взгляда от карты, попеременно вписывая туда показатели крови с центрифуги, тем не менее отлично концентрируясь на том, что говорит ей Кашмира. Она не напугана, не растеряна, скорее сломлена. Один Бог ведает, что творили с ней в Капитолии, за толщей запертых дверей, на что надавили после спасения с Арены, о чём шептались за её спиной здесь, в тринадцатом, одно лишь ясно безусловно, влияние оказали все и каждый.
Как бы мы не старались ограждать себя от проблем, рыть внутри яму, год за годом сбрасывая туда все неугодные чувства, переживания, боль и ответственность, ничто не вечно, однажды, эта бомба рванёт, да так, что внутри образуется нечто, сродни чёрной дыры, постепенно вытягивающая жизненную силу, подкашивая ноги, стирая границу, годами любовно прочерчиваемую нами между жизнью и бездной. Хорошо, если удастся быстро заполнить её чем то новым, какой то новой жизнью, стремлениями, амбициями например. Однако если не успеть, оступиться всего на миг, этот яд будет циркулировать внутри пока не убьёт носителя окончательно, он будет туманить сознание, внушать мозгу, что так будет лучше, что это единственный выход, что смерть — это покой. На самом деле смерть это лишь пустота и отчаянье, помноженное на вечность, иллюзия относительного покоя и равновесия, а самое главное, это уже навсегда. Жизнь не прощает беспечности, опыт суровый учитель — сначала испытание, а потом и урок.
Самое трудное это осознавание, Кашмира постепенно смирилась со своей участью там, в Капитолии, смирилась не потому что так было правильно, а потому что так безопаснее, для неё, брата, возможно близких, но здесь, внутри этой импровизированной темницы, нет больше оков, интриг, игр, но нет и иллюзии безопасности.

-  Человеческое тело удивительно, мисс Фрайзер. Оно может перенести самые страшные ранения и чудесным образом самоисцелиться. Тоже самое и с душой, главное знать для чего мы это делаем.

Тонометр пиликнул, выдавая на приборной панели показания внутреннего давления пациента. Всё было если не идеально, то очень близко к тому. Опять же, закон подлости в действии, тело Кашмиры было практически в полном порядке, как говорили древние — хоть в космос запускай.

Этого вопроса она  ждала. В жизни всегда есть маленькое место предсказуемости, поэтому Деметра отвечает не сразу, стараясь предугадать какого варианта ответа женщина напротив ожидает больше всего. С одной стороны привносить кого — то в этот жестокий мир, где даже для неё самой нет ничего, кроме боли и невообразимых страданий, само по себе чудовищно, а с другой, хрупкая надежда на маленькую сказку живёт в ней уже очень давно, такая маленькая и трогательная, что отказываться от неё горечь ещё более невыносимая.

-  Прогнозы доктора Николсона неоднозначны. А как по мне, так ещё и весьма преждевременны. Поскольку времени с момента операции прошло уже достаточно, я могу предложить вам пройти сканирование репродуктивной системы, коль уж мы так удачно проводим исследования в кабинете со сканером. После полученных результатов можно будет судить гораздо более точнее.
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

11

Голос Кашмиры звучит по-прежнему бесцветно, но внутренне девушка напрягается в ожидании ответа. Возможно, на каком-то подсознательном уровне этот вопрос важен для каждой женщины... Даже если она видела достаточно боли и грязи, заставляющей задуматься о том, что приводить кого-то в этот мир, под угрозу жатвы, революции, черт знает чего ещё - чистое безумие. А безумных поступков Фрайзер в жизни хватало. Она не хотела мучить ими кого-то ещё. Но вместе с тем победительница помнит, как что-то перевернулось у неё в груди, когда Тина обняла её, прижавшись ухом к животу... Такие странные маленькие, но впечатывающиеся в память моменты, на которые прежде Кашмира бы не обратила внимания. Нет ведь ничего дурного в том, что победительница хочет знать, что её тело в порядке. Или может быть в порядке. На случай, если вдруг когда-нибудь... Жизнь вообще изменчива. Месяц назад Фрайзер понятия не имела о факте существования Тринадцатого дистрикта как такового, например. Не то что не задумывалась о жизни здесь.

-Пожалуй... Да. Более детальное исследование было бы мне интересно - Кашмира задумчиво запускает руку в волосы. Решиться нужно было именно сейчас, пока обстоятельства складываются удачным образом. Потом она бы не пошла в лазарет специально ради этого вопроса... Нашла бы тысячу причин, почему хочет отложить сканирование. Но врач предлагает Фрайзер надежду, вкус которой победительница уже начала забывать. Никто ведь не удивится, что психически нестабильная девушка провела в кабинете чуть больше времени? К слову, о любопытстве.

-Эти данные можно не заносить в мою карту? - брови снова хмуро сходятся над переносицей. Кашмира готова, если возникнет необходимость, пойти на контакт с врачом, надеясь, что понятие врачебной тайны в этом дистрикте - не пустой звук. Но ей не хотелось бы, чтобы кто-то из тех, кто гипотетически может заглянуть в личные дела солдат (речь о руководстве дистрикта, разумеется), был в курсе её волнений по некоторым вопросам. Во-первых, не хочет обозначать лишние ниточки, за которые можно дёрнуть... Во-вторых - это личные проблемы Кашмиры. Не солдата Фрайзер. А победительница согласна сдать в аренду Тринадцатому только свои физические навыки.

+1

12

Записав последние данные в карту солдата Фрайзер, Деметра откладывает в сторону все посторонние предметы, в том числе и тонометр, который тут же скрывается вместе в выдвижной полкой.

-  Разумеется, поскольку подобные исследования не включены в перечень обязательных на мед осмотре, то и заносить данные в карту будет ошибкой. Люблю бюрократическую систему, пускай все твердят, что она идеальна и непобедима, однако при должном осмотре находишь такую кучу лазеек, сразу и жить становится проще.

Улыбка вновь тронула её тонкие губы, заставляя пробудиться в голове, каким то старым, давно заросшим паутиной воспоминаниям. Однако Деметра быстро отмахнулась от них, отвлекая себя осмотром руки Кашмиры, из которой не так давно брали кровь. Прокол почти затянулся, поэтому врач выбросила спиртовую салфетку в ведро, встала с кушетки и проследовала к шкафу, где хранилась одноразовая одежда для пациентов.

-  Вот, оденьте это, и следуйте за мной.

Ромеро протянула пациентке белый халат, после чего отправилась к сенсорной панели сканера в противоположную часть комнаты. За Кашмирой она почти не смотрела, чай не маленькая уже, сможет дойти и без посторонней помощи, а какой-либо опасности женщина не ощущала. Пальцы резво пробежались по невидимым кнопкам и огромная махина, напоминавшая собой капсулу, тихо загудела, выдвигая перед собой стол в человеческий рост.

-  Прошу Кашмира, проходите и ложитесь. Халат можете оставить на стуле.

Вбив последние индивидуальные параметры, Деметра открыла очередную выдвижную полку и достала оттуда шприц, ампулу и пару спиртовых салфеток.

-  Я сделаю вам контраст, он поможет подсветить оставшийся яичник и я смогу увидеть сколько жизнеспособных яйцеклеток в нём осталось. Укол сам по себе не вызывает дискомфорта, но после вы можете почувствовать сухость во рту, металлический привкус, и легкую резь в глазах. Только пожалуйся не вертитесь, иначе картинка получиться смазанной. Кашмира, вы готовы?

Последний решительный взгляд, дабы лишний раз убедиться, что эта девушка действительно знает чего хочет.
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

13

"Зачем тебе это? Поздновато проникаться идеей нормальной жизни. Просто смирись - она не для тебя, не для таких, как ты" упорно шелестит внутренний голос. И в чем-то он, конечно, прав. Блеск одно время просто бредил идеей нормальной жизни для Кашмиры, а она упрямо отваживала всех "нормальных" по мнению брата парней, отдавая предпочтение разовым романам. Единственным мужчиной, чувствам которого Фрайзер доверяла и отвечала взаимностью, был и остаётся её близнец. Тем более нелепой кажется идея обследования, но...

Аргументы для краткого "но" найдутся всегда. Сканирование ведь не сделает хуже? Если прогноз доктора Николсона подтвердится - что ж, победительница вполне смирилась с ним за последние две недели, для неё ничего не изменится. В какой-то мере даже наступит освобождение. Если нет - Кашмира сама толком не знает, но, возможно ей станет легче. Немного. Самую малость. Неужели она не заслуживает даже этого? Раз в карту информацию об исследовании заносить не будут - риск вообще минимален. Это только её дело. Даже брату рассказывать необязательно.

-Хорошо - протянутый врачом одноразовый халат положил конец размышлениям, словно подталкивая Кашмиру решиться прыгнуть в омут. Женщина, кажется, вполне уверена в её ответе и уходит в противоположную часть кабинета, производя какие-то манипуляции с одной из панелей. Фрайзер, поколебавшись ещё пару мгновений, надевает халат, сопровождающий каждое движение сухим шорохом.

Впрочем, уже скоро халат оказывается аккуратно сложенным на стуле - все эти врачебные условности, пересечь кабинет она могла бы и без него... Кашмира с любопытством, но некоторой опаской косится на сканер. Подобных исследований ей ещё не проводили. Никому не приходило в голову задаться вопросом, насколько в порядке репродуктивные функции победительницы. Тело Фрайзер поддерживали в нужной для успешных тренировок кондиции, и только. После арены ещё устранили пару косметических дефектов - крупный шрам от ножевого ранения на боку, пару мелких следов... Как многие профи, Кашмира относилась к своему телу весьма потребительски - старалась выжимать по максимуму в работе, но, наверное, с большим вниманием полировала свои ножи, чем проходила медосмотры. Ведь какого-то настораживающего дискомфорта она до недавних пор не испытывала... Сейчас девушка пытается вспомнить, сколько у неё было травм так или иначе связанных с областью живота. Получается... Много. Одно из уязвимейших мест в рукопашной схватке - солнечное сплетение. Не считая тренировок в академии, от одной только Мейсон Кашмира раза четыре получала подобного рода удары, не только на арене. Впрочем, и сейчас победительница ассоциирует себя скорее с солдатом, чем с женщиной - так чему удивляться?

-Поняла... Готова - тем не менее, на выдвинутый стол Фрайзер ложится. Если уж она сделала первый шаг, то непременно сделает и последний - и так во всём. Машина тихо равномерно гудит, в руках женщины опять появляется шприц. Кашмира выдыхает и закрывает глаза, стараясь расслабиться перед очередным уколом.

+1

14

Сканер мерно загудел, принимая в себя тело Кашмиры, лежащее точно на огромном языке, а Деметра, тем временем вернулась за приборную панель, настраивая прибор точно под тело трибута. На экране появилась большая картинка, на которой сканированное тело просматривалось на уровне внутренних органов. Щелкнув мышкой, врач выделила нужную область исследования и процесс сканирования переместился со всего тела на репродуктивную систему. В правом верхнем углу, в небольшом окошке показалось лицо Кашмиры, внутри сканера была установлена камера, для наблюдения некоторых реакций, но сейчас она включилась скорее рандомно, нежели как необходимая часть процесса. Исследование требовало определённого количества времени, которое пациент должен провести в абсолютной неподвижности да ещё и под аккомпанемент стучащих магнитных частей, короче веселого мало. Совсем не удивительно, что лицо Кашмиры тоже не выражало особого восторга, пару раз ей даже удалось наблюдать закатывающиеся зрачки победительницы.

-  Знаешь, не сказать что процедура делается быстро, поэтому если не против, я расскажу тебе одну историю. Только не шевелись, моргни если согласна.

Селекторная связь раздалась где то под ухом у Кашмиры, явно не ожидающей, что кто то начнет беседовать с ней внутри аппарата. Тем не менее её реакция никак не повлияла на исследование, а получив утвердительный жест веками, Деметра по удобнее откинулась в кресле.

-  Когда то давно, в тринадцатом бушевала эпидемия оспы. По скольку находились люди в очень ограниченном пространстве, вирус распространялся довольно быстро, больше половины населения оказались фактически в заложниках, замурованные один на один с опасной болезнью. Лечение продвигалось хорошо, дистрикт был оснащен и всем необходимым оборудованием и лекарствами, однако с каждым днём военные складировали всё новые и новые трупы. Это казалось чем то бесконечным, день за днём на наших глазах кто то мучился и умирал страшной смертью и никто ничего не мог с этим поделать. Каждый отсек был заполнен плачем и стонами, в каждой семье были свои потери.
Однажды в мед.отсек пришла женщина, её сын умирал от оспы и уже находился на той стадии болезни, когда наша медицина была бессильна, однако она готова была пожертвовать его тело, дабы лаборанты могли заняться исследованием вируса, выделяемым на химически умерщвлённом теле. Такие исследования могли застать зараженные клетки врасплох, фактически человек был бы мёртв, но выделение вируса продолжается, однако штамм был бы иной, вирус одновременно и ослаблен и живуч, но такую процедуру можно было провести только на совсем юном теле, при этом убив его сывороткой химических реактивов. Никто до этого не осмеливался даже думать об этом, эксперименты не ставились даже на взрослых, ибо перед смертью человек будет испытывать страдания куда более сильные, чем на последних стадиях болезни.
Но получив добровольное согласие от родителя врачи согласились провести эксперимент. Знаешь, она ведь была там, держала своего ребёнка за руку до тех пор пока его сердце не остановилось, она смотрела ему в глаза, говорила — всё будет хорошо, успокаивающе прижимала к себе, пока малыш медленно умирал в конвульсиях на её руках.
Руководство было уверенно, в ближайшее время патологоанатомы обнаружат на столе и её тело, пусть никто не обвинял её, не кидал камнями, и даже про себя не осуждал, сам фак поступка, никто не смог бы с этим жить.
Однако шли дни, недели, месяцы, но все видели эту женщину на своём посту не разу не пропустившую даже завтрака. Эксперимент прошёл удачно, из искусственно выделенных клеток сделали вакцину, люди в дистрикте пошли на поправку. Но до сих пор никто так и не понял, как она смогла с этим жить, это же дико, невозможно, абсурдно само по себе.
Через годы, немного осмелев, некто даже смог задать ей насущный вопрос, так вот она ответила — его жизнь забрала не болезнь, он сумел победить её, а значит не умер, теперь он живёт в каждом спасённом жителе.

[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

15

—А теперь скажи мне, что это ты все время употребляешь слова “Добрые люди”? Ты всех, что ли, так называешь?
—Всех, — ответил арестант, — злых людей нет на свете.
—Впервые слышу об этом, — сказал Пилат, усмехнувшись, — но, может быть, я мало знаю жизнь!


Уже внутри сканера Кашмира вдруг понимает, что ей предстоит провести в этой машине прилично времени... И даже жалеет на мгновение о своём решении, красноречиво закатывая глаза. Аппарат жужжит и постукивает, Фрайзер, не больно-то получающая в последнее время удовольствие от единения с собственными мыслями, совсем не знает, на что отвлечься. Концентрируется на том, чтобы не двигаться, когда из динамика звучит голос врача. От неожиданности победительница вздрагивает, но снова замирает, подавая сигнал веками. Любая история будет веселее, чем неподвижное лежание внутри сканера. Тем более слышимость здесь на удивление неплохая.

Про бушевавшую в Тринадцатом эпидемию Фрайзер не слышала. Никому не приходило в голову посвящать её в исторические нюансы дистрикта, только в бытовые. В развитом Первом подобных происшествий тоже не случалось, так что завоевать внимание Кашмиры сейчас оказывается легко. Девушка любит собирать информацию. Хотя эта история оказывается пугающей... Победительнице тяжело даже слышать о потерях в семьях. А уж представлять целый дистрикт, полный подобной боли... Как если бы жатва пришла одновременно в каждую семью. Даже внутри сканера по коже бегут мурашки.

По мере того, как рассказ продвигается, Кашмира чувствует, как сердце начинает колотиться сильнее в какой-то непонятной панике... Ей хочется потребовать прервать сканирование и выскочить из дурацкого аппарата, а затем - и из кабинета. Но здравого смысла ещё достаточно, чтобы напомнить, что исследование нужно в первую очередь ей.

Кашмира со своей стороны тоже могла бы рассказать историю... Много историй. О красивой девочке, которая так любила брата и боялась потерять его, что пошла на арену и убивала. О девочке, у которой с каждой увиденной жатвой, с каждой пролитой её рукой каплей крови, в сердце что-то отмирало, оставляя место лишь одной фанатичной привязанности. Одному алтарю, достойному жертвы - своей семье. Даже в тот момент, когда арена впервые осталась позади и девочка вдохнула полной грудью, как ей казалось, свободу - её в ответ ударили под дых. Изнасиловали, сломали физически и морально, снова угрожая отнять то, что она едва начала считать неприкосновенным... Забавы ради. Просто потому, что кто-то мог это сделать.

Поэтому пример женщины, причинившей страдания собственному, пусть даже умирающему ребёнку, ради спасения других людей, оставлял Фрайзер безучастной. Люди, какими их видела Кашмира, не заслуживали жертвы... Жизнь среди них - постоянная схватка, в которой ты мимикрируешь, учишься выживать и подгадывать момент для нападения. Иначе рано или поздно сожрут тебя. И девушка не представляла, как с этим справляются другие люди... Те, кому от рождения не досталось их отражение. Второе "я", которому можно верить, как себе самой, без которого не чувствуешь себя ни живой, ни цельной.

Кашмира поджимает губы, показывая своё отношение к этой сказочке, но последние слова женщины заставляют её задуматься и свести брови. Она-то ожидала рассказа о коллективном благе, столь популярном здесь. "Сумел победить, а значит, не умер..." в этой идее девушке слышится что-то своё. Перекликающееся, конечно, с мотивом Голодных Игр (для победителей всегда всё с ними перекликается, не верьте тем, кто говорят, что всё позабыли)... Но в то же время иное. Кашмира не приходит к мысли о ценности человеческой жизни - цена ей грош, что Фрайзер не раз видела на арене. Но задаётся вопросом - оставит ли после себя что-то она сама? Помимо коллекции дорогих украшений, если та ещё существует и их дом в Первом не сровняли с землёй. Помимо амплуа симпатичной убийцы, прописанного в книгах об истории Голодных Игр? Но это всё - не Кашмира. Ни один из её "известных" образов - на самом деле не она. "А где ты?" спрашивает себя Фрайзер, но ответа не получает. Сейчас понять это сложнее, чем было когда-либо... Однако мысль ложится на полку к другим, новым, навеянным Тринадцаты и пока пугающим. А Кашмира, прикрыв веки, прислушивается к затихающему наконец гулу сканера.

+1

16

Кашмира молчит, но другой реакции Деметре и не нужно. Вывод каждый всегда делает для себя свой, один единственно верный и свой. Не все бывает так, как должно быть. За проступками не всегда следует наказание. Бывает, что преступника схватить не удается. Одни ведут жизнь достойно, другие лгут, обманывают, но их избирают. Кто-то останавливается, чтобы помочь попавшему в беду трибуту, а какой-то садист убивает его. Все непредсказуемо. Но важно то, как ты сыграл, какие карты сдал.

-  Ты наверное думаешь, что мораль истории — это жертвенность ради великого блага, на самом же деле всё куда сложнее. Смотри, ведь никто не обвинял ту женщину в её поступке, однако никто и не понимал, насколько надо быть бесчувственной, что бы после такого можно было просто продолжать жить дальше. Но ведь выбор, он есть всегда, и каждый делает его, по нужде или свободный, не важно, всё зависит от человека. Из его уст сорвутся слова, после чего в его жизни начнется совсем другая реальность. Даже когда вокруг абсолютная темнота, присмотрись. Может всё же ещё есть ради чего жить.

Стучание внезапно прекратилось и тело Кашмиры плавно выкатило из аппарата, но женщина всё ещё продолжала смотреть в монитор. То что она видела вряд ли было понятно пациентки без должных пояснения, однако, уже по слегка поднятым краешкам губ можно смело судить о не самом плохом раскладе на этот раз.

-  Взгляни.

Деметра развернулась на стуле, протягивая блондинке небольшой снимок, на нем бледно желтым цветом был различим небольшой овальнообразный яичник, благодаря новейшему оборудованию увеличенный, как минимум десятикратно. Однако плотность его была неоднородной, тонкая стенка просвечивалась, а прямо за ней, один на другом расположились ещё несколько овалов, практически идентичной величины.

-  Десять полностью жизнеспособных яйцеклеток. Пожалуй, это рекорд на моей памяти. Больше семи никогда не видела.

Её рука кладёт снимок в раскрытую ладонь Кашмиры и пальцы на секунду задерживаются на этой бледной, причудливо расчерченной капилярным рисунком, кисти победительницы. Она ничего более не говорит, а просто молча наблюдает за реакцией. Интересно, достаточно ли это сильный стимул, или всё же стремление выжить сильнее желания жить.
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

17

Кашмира не знает, может ли один выбор перекрыть другой, сделанный ранее, но скорее всего неверный. Десятки, сотни раз неверный, только поступить иначе всё равно было нельзя... Вспоминается их давний разговор с Мейсон, закончившийся дракой в коридоре телецентра. Сейчас кажется, что их вечный спор на тему "кто поступил верно и кому есть ради чего жить" с самого начала был пустышкой. Они обе проиграли. Мейсон осталась без своих родных, но и десять лет покорства Капитолию в итоге не гарантировали ничего. Ни семье, ни лично Кашмире и Блеску... Победительница не исключает, что темнота может в конечном итоге развеяться. Но не знает, есть ли у неё силы дождаться того, что опять же не гарантировано... Любое её решение приводило к самообману. Любое было неверным. А теперь решать, кажется, и вовсе нечего. Только плыть по течению, стараясь хотя бы держать голову над водой.

Обретя свободу от объятий аппарата, Кашмира мгновенно поднимается на ноги и в нетерпении подходит к врачу. Женщина смотрит в монитор, показания которого для самой Фрайзер - китайская грамота, и по выражению лица прочитать что-то сложно... До тех пор, пока уголки губ женщины не изгибаются... В улыбке? Победительница могла сколько угодно говорить себе о том, что обследование для галочки и не несёт в себе никакой конкретной цели, но... Сердце её всё равно совершает кульбит, как в тот момент, когда Тина прижалась к её животу.

На снимке, который Кашмира получает в руки, желтым цветом обозначен овал, а в нём - ещё овалы поменьше. Даже забавно, из каких нелепых составляющих складывается наше тело, способное работать с такой силой и беспощадностью. Фрайзер ещё пару секунд глядит на снимок после прозвучавшего диагноза - первая за последний, прошедший со дня жатвы месяц, положительная новость не сразу до неё доходит. Кажется, победительница вовсе забыла, как реагировать на подобную информацию... Но когда она переводит взгляд со снимка на врача - синие глаза смягчаются и голос звучит недоверчиво, только в другом контексте - словно Кашмира боится спугнуть бабочку, внезапно севшую ей на плечо:

-Значит... Проблем у меня не будет? Если... - это "если" по-прежнему остаётся главным вопросом. Конечно, Фрайзер не собирается задумываться о детях прямо сейчас, не собирается делать ещё кого-то заложником этой войны, в жизни не пожелала бы, чтобы её ребёнок жил под землёй. И любви или доверия к мужчинам эта новость девушке не добавляет. В общем, Кашмира всё та же. Но... Осознание того факта, что в ней осталось что-то ещё помимо навыков солдата, что-то, о чем она давно забыла или вовсе не думала - действительно успокаивает. Заставляет почувствовать себя более живой. Арена и Капитолий выбили из неё не всё человеческое.

0

18

Деметра медленно кивает, подтверждая гипотезу девушки.

-  Если ты будешь соблюдать некоторые рекомендации. Организм получил серьёзный урон, потеряв одну из своих составляющих, и то что столько яйцеклеток смогли выжить иначе, как чудом не назовешь. Но длится вечно это не будет, один сбой и клетка за клеткой они вымрут или мутирую, что поверь, тоже не особо приятно. Я могу составить тебе курс гормональной терапии, а так же назначить курс процедур, они помогут поддержать репродуктивную систему даже в условиях сильных перегрузок.

На последней фразе врач жестом указала на синяки, покрывающие едва ли половину тела пациентки. Хоть в кабинете и было тепло, тело Кашмиры подёрнули мурашки, может от радости, а может до неё наконец дошло, что придётся пить незапланированные протоколом лекарства и слишком уж часто посещать лазарет.

-  Насчет причин не беспокойся, в твоем деле прописаны рекомендации, по употреблению легкого релаксанта, для поддержания нервной системы, а поскольку, держу пари, ты не приняла не одной таблетки, я заменю их на гормоны в твоём пузырьке. Разумеется ты будешь следить, что бы никто не узнал об этом. Насчет процедур, у каждого жителя здесь есть свободный час времени, которым он волен распоряжаться так, как захочет, ты могла бы записаться добровольцем в лазарет на этот час, я с удовольствием приму тебя и этим обеспечу твоё алиби на пребывание здесь дважды в неделю. Плюс, общественная нагрузка, это всегда хорошая рекомендация для руководства. Если не ошибаюсь, ты в отряде Клерика?

Сзади неё что то снова пиликнуло, и Ромеро развернулась на стуле что бы достать несколько пробирок из выдвижного шкафа.

-  Что ж, если ты согласна, сядь, пожалуйста по ближе, мне нужно взять образцы слизистых.

Ну вот, уже что то, некая ниточка к сердцу Кашмиру потянулась прямо от небольшого, наполовину тёмного снимка. Деметре всё же верилось, что с её неутомимым инстинктом выживания, самоотверженностью и неутолимой любовью к близким, из Кашмиры получилась бы отличная мать, её даже смело можно сравнивать с львицей, производящий потомство исключительно в зрелом возрасте, как правило не больше одного детёныша, готовая в любой момент, даже будучи тяжело раненой, порвать любого, кто смеет приблизиться к ним обоим. Пускай она даже сама пока в это не верит, на всё нужно время, но уже первая реакция, этот робкий вопрос, немного дрожащий голос, никак не вяжущийся с этим образом воительницы, говорил если не обо всё, то об очень многом.
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1

19

Кашмира коротко кивает, слушая рекомендации врача. Конечно, она рассчитывала, что после медосмотра окончательно развяжется с лазаретом, так как воспоминания о первых днях пребывания в Тринадцатом он навевал не самые радужные... Но ради ожившего в груди непонятного светлого проблеска и потому, что она вдруг оказалась достойна чуда, пусть даже в физиологическом контексте, Фрайзер готова была пойти на уступки. Она верила в то, что случайности в этой жизни неслучайны, и раз пока её тело считает нужным бороться, то следует его поддержать, не допуская гипотетических сбоев. Вопрос анонимности по-прежнему стоит остро, но врач предвосхищает этот вопрос девушки, озвучивая вроде бы неплохой план...

-Да, в отряде Клерика. Хорошо. Такой план мне нравится - убьёт всех зайцев одним ударом. Блеск, кажется, мечтал, чтобы она проводила время на кухне или в лазарете? Вот хотя бы на два часа в неделю мечта брата станет реальностью. Насчет релаксанта женщина не ошиблась - Кашмира действительно не думала о подобных мелочах. Скорее всего, доктор Николсон говорил что-то об этих таблетках, но в голове Фрайзер информация не удержалась... Что ж, в любом случае, назначение оказалось кстати. Сможет принимать лекарства, избегая лишних вопросов.

-У этих лекарств есть побочные эффекты? Которые могли бы сказаться на тренировках? - спрашивает девушка, вновь накинув на плечи халат и усаживаясь на стул. Ей важно знать, к чему нужно быть готовой. Не хотелось бы оказаться в отряде "в задних" рядах, Фрайзер полна решимости даже там вырваться на лидирующие позиции, хотя остальные члены отряда - мужчины. Что тоже влияет на желание сохранить своё будущее лечение в тайне - не хочется с самого начала показывать, что в чем-то она может оказаться другой или слабее... Кашмира никогда не принимала их с братом гендерных различий и не собирается делать этого сейчас, планируя как можно скорее вернуться к привычным для себя нормативам. Тем же, что у других членов отряда. И ещё один вопрос, никак не укладывающийся в общую картину победительницы:

-Почему Вы... Помогаете мне? - тот факт, что врач идёт ей навстречу, даже соглашаясь предоставить алиби на время процедур, тянет на нарушение местного устава. Но Кашмира здесь чужая и не понимает, чем заслужила такое внимание со стороны женщины, которую видит впервые в жизни. Ещё более непривычно для Фрайзер - получать предложение какой-либо помощи как таковой, и тем более - принимать его.

+1

20

Деметра одобрительно улыбается в ответ на согласие Кашмиры, но радость её не единственная, сам факт того, что победительница решает продолжить своё сражение с жизнью, упираясь с новыми силами в очередную преграду, заставляет врача с уверенностью сказать — её день прошёл не зря. Может конечно, кто то скажет, мол зря она это всё делает, ведь, по сути, перед ней безжалостная убийца, такую только и хочется что камнем добить, но уж никак не пытаться доставать из пропасти, коли уж оступилась — туда ей и дорога. Но Деметра только отмахивается от этого варварства, как от назойливой мухи. Тоже мне, будет ей ещё кто то диктовать, как поступать, уж и она прожила на свете не мало, всякое видела, во многом участвовала, но за всю свою, не такую уж и короткую жизнь, Деметра Ромеро поняла одно, не суди, ой, не суди книгу по обложке, а ведь можно так заплутать в нагромождениях теорий и бессвязно логичных суждениях, что вскоре взглянешь в зеркало, а тебя уже и нет давно. Выгорел дотла, одна лишь оболочка, точно ядро ко дну привязала и нет больше жизни, одно лишь существование. Нет, уж лучше она будет себе доверять, надежнее как ни крути.

-  Открой рот.

Извлеча из пробирки тонкую ватную палочку, женщина наскоро провела её по внутренней стороны щеки Кашмиры, после чего засунула её обратно в пластиковый сосуд и надломила кончик, изолированный сверху, плескавшаяся в нём синяя жидкость обдала палочку ровным потоком, после чего Деметра поместила сосуд в ионизирующий излучатель.

-  Всё будет зависеть от типа препарата, который мы для тебя подберём. Как только все биометрические данный с тебя будут обработаны, я выберу наиболее щадящий компонент и тогда уже можно будет говорить о побочных эффектах. В любом случае я постараюсь, что бы они как можно меньше сказывались на твоём ритме жизни.

Её голос затих прямо перед мерным пиком машины, возвещающий обо всех полученных данных и теперь врачу оставалось только просмотреть результат. Деметра оттолкнулась ногой от пола и подъехала на стуле по ближе к монитору, обрабатывая полученную информацию. Она молчала несколько минут и лишь лёгкий хмык пару раз прерывал это внимательное созерцания монитора.
Последний раз пробежались её пальцы по клавишам и Ромеро встала направляясь к шкафчику с медикаментами, именно там её нагнал очередной ожидаемый вопрос.

-  А почему нет? Я так хочу, хочу помочь одному хорошему, сбившемуся с пути человеку, как бы ты не отрицала факт своей добродетели.
Так, вот это я думаю подойдёт.

Она резко прерывает комментарий, наконец сумев извлечь из разномастной кучи таблеток, оранжевый пузырёк с белой наклейкой посередине и тонкой синей линией сбоку.

-  Эта одна из последний модификаций прогестина. Принимать курсами, пока рассчитаем ударную дозу, дабы не сбить положительную динамику развития яйцеклеток. По таблетки, два раза в день. Побочные эффекты минимальны, тошнота, возможен легкий тремор, головокружение, но всё в пределах первого часа приема, поэтому советую пить рано утром и поздно вечером.

Тонкий маркер сначала замаскировал лазурного цвета линию на смольно черный, а затем ровным почерком принялся выводить на белой бумажке её фамилию, имя, однако совершенно иное название, связанное больше с областью психотерапии.
[NIC]Demeter Romero[/NIC]
[AVA]http://savepic.ru/7954995.png[/AVA]

+1


Вы здесь » THG: ALTERA » Altera pars » 16.11.3013, DISTR. 13: The Socratic Method


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC