Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Altera pars » 24.11.3013. DIST. 13: Правда или ложь?


24.11.3013. DIST. 13: Правда или ложь?

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

***


• Название эпизода: Правда или ложь? ;
• Участники: Peeta Mellark, Caitlin Brett;
• Место, время, погода: Изолятор в медицинском отсеке, ближе к полудню;
• Описание: Вопросов с каждым днем больше, только где искать ответы? Отличать реальное от вымысла, с каждым днем становиться сложнее...;
• Предупреждения: .


[audio]http://pleer.com/tracks/5441388hVUW[/audio]

Отредактировано Caitlin Brett (Ср, 23 Дек 2015 14:21)

+1

2

Будущность заключенного - не самое приятное, что в жизни мне довелось испытать. Белая комната с мягкими стенами уже не резала так глаза, хотя и вызывала головную боль от того, как сильно надоела. Вакцины мне всё ещё кололи, но ремнями уже не привязывали, ибо я вёл себя спокойно и ни на кого не бросался. К медицинскому персоналу я постепенно привык, люди, похожие на серых мышей, сновали несколько раз в день вокруг меня.
Иногда они оглядывались на большое горизонтальное зеркало прямо напротив. В какой-то момент я понял, что за ним находилось. Они наблюдали за мной, как за диковинным зверем, на всякий случай всё время держа где-то за спиной большую винтовку. Мне было не по себе от отсутствия личного пространства, но осудить их я не спешил, по своей натуре сперва ставя себя на их место.
Ко мне иногда приходила Мадж и мы с ней подолгу говорили. Она помогала мне вспоминать прошлое. Эти встречи стали для меня чем-то хорошим совсем недавно, ведь в первую нашу встречу, стоило разговору коснуться Китнисс, я терял над собой контроль. И зверел. Кричал, брызжа слюной. Впрочем, я и сейчас ненавижу Эвердин. От одного её имени внутри всё кипит, требуя справедливости. Я как будто срываюсь с цепи, в глазах темнеет, сердце стучит… Но врачи благоразумно не напоминали о Сойке и я успокоился.
Время не лечило моих ран, но притупляло боль: я часто вспоминал о семье, о б отце. От одной мысли о том, какая смерть им досталась, на глаза наворачивались слёзы. А я ведь даже не успел толком с ними попрощаться. Всё, что я помню - их лица в толпе на 75-той жатве. И больше мы не перекинулись даже и словом.

Дверь зашипела и открылась, я с интересом поднял голову и посмотрел на входящего. С доктором Бретт я уже был знаком, она немного отличалась от местных докторов, которые будто бы были запуганы. В ней, помимо “дистрикщины” я видел ещё и добро. Говорили, оно когда-то было присуще и мне. Забавно. Наверное, я был знатным дураком и простофилей.
- Здравствуйте, доктор Бретт, - начал я первым, строго смотря за движениями доктора со сноровкой кота. - Разве уже пришло время уколов?

+1

3

Прошли сутки с момента последних событий в Дистрикте Восемь. В самом Тринадцатом обстановка была угнетающей, особенно это ощущалось в медицинском отсеке, где находились выжившие из уничтоженного госпиталя. Почти весь персонал ходил молчаливый и задумчивый, то ли так сочувствовали людям, потерявшим родных, друзей в той бомбежке, то ли уже начинали сомневаться, а не ждет ли и их тоже самое, ведь совершенно недавно Дистрикт Тринадцать и сам подвергся бомбардировке. Иногда волей неволей в голове возникают сомнительные мысли.  Но Тринадцатый – военный дистрикт и люди здесь были крепкие, с детства готовые  к войне, поэтому ничего патологического эта угнетенность не несла, по крайней мере пока.

Доктор Бретт, спустившись с планолета, почти сразу же отправилась в мед отсек, без промедления занявшись ранеными. Сутки прошли для нее незаметно, всю ночь и половину дня она не отходила от «тяжелых» пациентов, чья жизнь к моменту прибытия в Дистрикт весела, буквально, на волоске.

Сама доктор ходила мрачной, в глазах читалась печаль, хотя она старалась скрыть свое внутреннее состояние, но удавалось это почти через раз и за день она несколько раз получила в свой адрес вопрос: «Что-то случилось?», то и дело спрашивал ее кто-то из медсестер или врачей, работающих с ней бок обок, когда уже большая часть работы была сделана.  Женщина, опомнившись, быстро отнекивалась и старалась быстрей выйти из помещения или неожиданно «зачитаться» историей болезни, или перевести разговор в другое русло. Терять друзей тяжело. Каждый раз называть причину своей печали Кейтлин, естественно, не хотела и не собиралась, так как чем больше ворошишь, тем больнее.  К середине дня состояние многих стабилизировалось, и женщина решила посетить изолятор.

Белая чистая комната с толстыми стенными, внутри мягкими, в ней не было ничего кроме кушетки со множеством ремней, которыми привязывали к ней буйных пациентов. Во времена эпидемий в таких комнатах находились зараженные, теперь они пустовали, кроме одной…

Дверь с шипением открылась перед доктором, позади нее остался темный длинный коридор, освещенный несколькими желтыми лампочками и светом, исходящим из комнаты, сквозь одностороннее стекло. Мелларк видел лишь белые стены перед собой, его же с обратной стороны было хорошо видно. Это позволяло персоналу наблюдать за состоянием пациента, не являясь тому, при этом, лично.

- Здравствуй, Пит,  - Тихо произнесла женщина, приветливо слегка улыбнувшись, когда дверь за ней закрылась, в комнате повисла звенящая тишина, непривычная человеку, который только что оставил позади шумящий, словно улей Дистрикт.

- Нет, - покачала головой доктор, - я к тебе без уколов, просто, как посетитель. – Продолжила Бретт, она была без халата и даже без наплечной повязки, просто в сером форменном платье. За стеклом не было других врачей, только положенный охранник со шприцом снотворного на поясе. Доктор медленно прошла ближе к кушетке, остановившись в ногах у парня. Семьи у Мелларка не осталось, все погибли при бомбежке Двенадцатого, Китнисс к нему не пускали, боялись, сестру ее он тоже обвинил в пособничестве «врагу», один человек из его прошлого нашел к нему подход дочь мэра Дистрикта 12 – Мадж, она часто навещала его и реальное прошлое понемногу стало возвращаться к Мелларку.

- Как чувствуешь себя? – Спросила Кейтлин, судя по последним заметкам в личном деле уже значительно лучше, но не лишним было узнать лично, да и надо было с чего-то начать разговор.

Отредактировано Caitlin Brett (Ср, 2 Дек 2015 23:14)

+1

4

Hiding from the truth hes drifting through his thoughts
I cant let go exploring every corner of his soul
Life has to go on, you still find your way
I wanna feel alive
Demons in my head
They wont let go

What about us? Leaving you for me
What about us?
[audio]http://pleer.com/tracks/1290641v0yz[/audio]
— Посетитель? - С удивлением спрашиваю я и разглядываю синяки под глазам доктора Бретт. — Ко мне не часто приходят посетители. - Я почему-то инстинктивно потираю запястья - на них всё ещё можно разглядеть следы ремней.
Доктор Бретт сливается со своей серой одеждой. Так уныло, пожалуй, не выглядели даже самые замученные жители двенадцатого. Однако, вероятно именно из-за её меланхоличного вида, я чувствую себя немного уютнее, чем в присутствии других - здоровых и полноценных. Впервые за долгое время я почему-то чувствую новое для себя чувство сострадания и какого-то интереса к чужому человеку. Мне кажется, будто бы эта женщина не станет мне врать, не станет лукавить и уж точно не пожелает убедить меня в том, что Эвердин - святая простота. Я уже как-то раз доверился, потом доверился ещё раз и оба случая вышли боком, после каждого из них меня резало на живую. Может быть это был урок и для меня - перестать доверять людям просто так, без задней мысли, считая, что они никогда тебя не предадут и не обманут.
Я поднимаю на доктора заинтересованный взгляд, уделив собственным мыслям не более нескольких секунд.
— Неплохо, - честно отвечаю я, хотя оттенок у этого вопроса, надо сказать, прескверный: так часто и так безучастно задавали меня его в последнее время, что я приучился относится к нему как к приветствию или "алло", когда берёшь трубку. — Я много думал, пока был здесь, - тем не менее продолжаю я говорить, будто бы боясь, что женщина скоро уйдёт и я не успею поделиться с кем-нибудь своими мыслями, которые, путаясь в моей голове слишком долго, начинают казаться мне нереальными. — Думаю, что смог бы себя контролировать за стенами этой комнаты. - Честно говорю я, смотря прямо в лицо доктору. Это даже может показаться грубым. — Вы же не будете держать меня здесь вечно. - Я потираю ладони одну о другую, постепенно переводя на них взгляд.
— Я ведь пекарь, я мог бы сделать что-то полезное для дистрикта. Не только в плане выпечки, но и физической силы. Ведь наверняка после бомбёжки вам нужны свободные руки, - слова начинают активнее и активнее литься. Я вспоминаю те первые удары, что заставили стены содрогнуться. Мне казалось, это было в моей голове. — Расскажите мне, что происходит снаружи, доктор Бретт, - прошу я, наконец, пытаясь найти во взгляде женщины толику сочувствия, — я здесь как будто в гробу, - усмешка. Бегло бросаю взгляд на эти стены, от которых уже рябит в глазах, — по-капитолийски белом. Я не вру. Здесь всё так, будто я попал в чёрно-белый фильм. Все оттенки серого и ни одного цвета, ни одного солнечного луча. А я бы так хотел увидеть солнце, небо, оранжевый закат и зелёный лес... Не знаю, откуда берутся такие мысли, мне странно от них, но что-то внутри меня не даёт спокойно заснуть уже который день. Будто я вспоминаю какие-то безымянные чувства. Чувства, которые мне ещё предстоит испытать снова.

+1

5

Кейтлин утвердительно кивает, подтверждая свои слова о посещении, а после поджимает губы, услышав ответ на свой вопрос. Неудачный.

Дистрикт 13 был лишен привычных, для беженцев, красок. Просто взяться им было здесь не откуда, десятки, сотни  метров вниз, под землю, мрак, серость и только лишь свет ламп. Пусть доктор и не была чистокровной уроженкой Тринадцатого, но за тридцать с лишним лет она успела полностью слиться с окружающей средой. Серый, бледный цвет кожи, темные круги под глазами, которые в последнее время перестали быть редкостью, а светло карие глаза казались здесь темнее, становясь почти черными. Плачевный вид женщины заметил и Мелларк, разглядывая доктора. Женщина нежно и по-доброму улыбнулась, слегка растянув уголки губ, сметая с себя тени горя и тревоги. Она сочувствовала парню, тот потерял буквально все: дом, семью, прошлое, а вместе с ним и ту, что была дорога. Теперь она – враг, теперь она - цель, которую нужно уничтожить при первой возможности, а что потом? Вспомнить все и жить с угрызениями совести? Или так и прожить остаток дней…в забвении… Худшего и врагу не пожелаешь.
Доктор внимательно выслушала парня, а после обошла кушетку, присев у того в ногах.

- Конечно, нет! Думаю, совсем скоро тебя выпишут отсюда, - проговорила доктор,  за последние сутки она мало слышала новостей, не знала, что решил совет светил медицины, которые в основном и занимались восстановлением памяти парня.

- Попробую попросить, чтобы тебя выпустили наверх. Тебе нужен свежий воздух. – Возможно, так и память вернется быстрее, здесь ему все чужда, да к тому же напоминает Капитолий. Белый цвет. Цвет чистоты, невинности, справедливости, странный цвет для Капитолия… Больше в пору кроваво красный или черный, кроме зла и горя тот не несет ничего. Хотя жители столицы с ними бы непременно поспорили, 75 лет роскоши и сплошного праздника, живи - не хочу, пока люди за их пределами пухли от голода, умирали от холода и болезней. И где обещанная справедливость?

- Тебе найдут применения по мере сил, здесь строгие правила. Работают все. Без  работы никто не даст остаться. – Хочешь, не хочешь, а хоть цветочки разводить будешь, но без дела не посидишь.  К правилам привыкали не сразу, да многие привыкли работать в своих Дистриктах, но здесь кроме работы царили и достаточно жесткие правила, железная дисциплина, за нарушение которой мало не покажется никому. Все строго, четко и по пункту правил.

- Снаружи, - тихо, задумчиво повторила женщина, сложно что-то рассказывать, зная, что некоторые вещи ты должен опускать и ни в коем случае не произносить. – Капитолий продолжает бомбить Дистрикты, а люди не сдаются, продолжают идти против него. Сильно страдает Восьмой. Там больше всего потерь. Вчера мы снова были там, помогали раненым в их госпитале. – Доктор говорила медленно и с паузами, продумывая каждое слово, - мы успели спасти часть раненых, но, - Бретт невольно остановилась, воспоминания были слишком свежими, чтобы можно было осознанно мериться с ними.

- Капитолийские планолеты уничтожили госпиталь и оставшихся там людей.  Один солдат отряда погиб, двое других оказались в плену. – Уже быстро договорила доктор, переведя взгляд с собственных рук на Пита.  - Вот такие, не веселые последние новости.  – Подвела итог своего рассказа женщина, слегка дернув плечами.

Отредактировано Caitlin Brett (Ср, 23 Дек 2015 14:23)

+1

6

Слушаю внимательно, ловлю слова, запоминаю. Совсем как ребёнок, которому показали новую игрушку. Доктор сидит на краю моей кровати, но не всегда переводит на меня взгляд. Её что-то очень сильно мучает и я в какой-то момент это осознаю в полной мере. Нет, это не только боль за погибших - а ведь идёт война, погибшие теперь кругом, если оплакивать каждого - иссушишь себя до мумии, - но и за живых. Что-то не так во всем этом, чего-то не хватает в довершение картинки паззлов. Я пробую начать говорить, глядя как собственные большие пальцы протирают белую простынь.
- Когда я был там, я разговаривал со Сноу. Он многое пытался объяснить мне со своей точки зрения. Он сказал, что вы мятежники без цели и координации, как затравленные звери дерётесь за то, чего не существует. Я не говорю, что согласен с ним, но и причин не соглашаться с ним у меня тоже нет. - Я останавливаюсь на мгновение, наблюдая за собственными пальцами, которые складывают край простыни во что-то причудливое. Сглатываю, ощущая, как пересохло в горле. - Всё, что я знаю наверняка - так это то, что гибнут люди. По обе стороны гибнут люди, вне зависимости от того, что вами движет. - Я почему-то не отношу себя к повстанцам, хотя он и не считаю себя приверженцем Сноу ни в одной из своих сумасшедших  вариаций Пита-переродка. Но отрицать начало войны за дистриктом 13 - бессмысленно.Я поднимаю взгляд на доктора, её внешний вид, вид человека, вымотанного и уставшего от жизни, заставляет меня на какой-то момент усомниться в верности своего цинизма. Потом я вспоминаю, за что так крепко уцепился мой разум, что я хотел всенепременно узнать у доктора в сером цвете.
- Вы сказали, что погиб один из отряда и двое попали в плен. - Говорю я без всякого обвинения, тем не менее уверенно и серьезно. - Там наверняка были и другие погибшие, разве нет? - Пробую наугад предположить, ведь это война, - почему Вы сказали только об этих троих? Они были вашими друзьями? Или семьёй? Вас ведь тоже задела эта война, доктор,здесь не бывает безучастных. Никто не остается в стороне. - Теперь я пристально гляжу ей в глаза, стараясь не упустить вдруг проскользнувшую мысль на её лице. Я хочу, чтобы она сказала мне, что думает, что происходит здесь, среди этой серости на самом деле, и за что сражаются они. Умеют ли они чувствовать, любить,  Ведь до тех пор, я не вижу разницы между ними и капитолийцами. - Я вижу, что Вас что-то гложет. Скажите мне, пожалуйста. Мне нужно знать это. - Почти что требую я, замечая, как моя спина отстала от спинки кровати в этом порыве. Я расслабляю плечи, призывая себя выдохнуть и успокоиться. Медленно оседаю назад, упираясь плечами в матрас. Я должен быть спокоен. Я смогу контролировать себя. Но мне нужна хоть чья-то искренность. И может быть тогда вернётся тот Пит, каким меня все здесь хотят видеть. Наперебой говорят мне, что я был другим, что никогда бы не позволил себе сказать, даже подумать... Хочется заметить им на это, что я, видимо, был знатный тюфяк.
Но я хотел бы понять себя прошлого.

+1

7

много каких-то букв
Слова парня вызвали на лице доктора кривую усмешку. Вообще женщина не любила подобные разговоры, но мнение Сноу ее даже в какой-то степени разозлило. Каждый правитель тянет одеяло на свою сторону, это было ясно, но разве действительно у них нет цели?!

- А свобода и справедливость разве не могут быть достойной целью?- Интересуется доктор, внимательно смотря на Мелларка, ответа на свой вопрос она не ждала, поэтому сразу продолжила говорить:
-  Революция, война.… Все это лишь борьба за власть. Если один правитель не хочет отдавать ее в срок, другой возьмет силой.  А мы – солдаты, пешки, ничего не решаем, за нас все уже решено, нам говорят,  что делать, как делать. Единственное что мы можем  это выбрать сторону, того правителя кому мы будем добывать эту власть. Выбираем того чьи интересы и целы мы хотим поддержать, с кем мы видим этот мир одинаково. – Койн порой пугала доктора, она видела в ней желание властвовать, править, но Альма обещала искоренить существующие режимы, вселяла в сердца людей надежду на светлое будущее и за ней шли, ее поддерживали, поддерживала и доктор, просто другого выбора не у нее ни у других не было. Казалось, из двух зол, они просто выбирали меньшее. Сейчас она говорила только за себя, рассказывая парню только свое мнение, а не въевшиеся уже в подкорки речи Койн, которые она с легкостью могла сейчас воспроизвести, но не хотела. Он спрашивал сейчас ее, она отвечала, честно, говорила, так как видела, чувствовала. Хотела, чтобы Пит сам все решил  для себя, а не думал так, наслушавшись навязывающих речей.

- Я, как и многие, ненавижу Капитолий, Сноу, голодный игры… Я за жизнь, за свободу, справедливость, равенство. Хочу, чтобы люди жили, а не выживали. Чтобы дети росли в мире, а не в страхе, что однажды придет день, когда в сосудах с записками окажется их имена и им придется погибать на потеху другим, а родителям видеть это. Мы никого не заставляем идти с нами, лишь говорим, что только вместе мы сможем изменить этот мир, который стоит изменить. Деспотии должен придти конец.  А что думаешь ты сам?  - Она хотела услышать мнение самого парня, а не то, что ему когда-то говорил Сноу. Пусть память искажена, но игры, голод Двендцатого он помнил, этого вполне было достаточно, чтобы составить картину происходящего, конечно не вплетая ко всему этому несуществующую вину Сойки.

-  Войны без потерь не бывает. Все мы платим одну цену, забираем жизни, теряем близких и ставим на чашу весов свою жизнь. Главное чтобы все эти жертвы были не напрасны. – Все они выбрали сторону, и каждый из них знал, на что идет. Дискуссировать по этому поводу можно было долго, но таких перемен без крови не бывает. Доктор перевела взгляд с Мелларка на свои руки, сложенные в замок, пальцы крепко сжались, больно было слышать циничные речи, словно упрек, напоминание. Кейтлин отлично знала обо всех смертях, некоторые она видела своими глазами, всем им теперь  жить с этим дальше и от этого уже не уйти. Разговаривать на эту тему больше не хотелось.

Тем неимение испытание вопросами продолжилось, сказанное доктором про отряд, не на шутку заинтересовало парня. Вновь вопросы заставляли Бретт заглянуть в себя. Парень увидел в ней тревогу, сомнения, терзающие ее последние сутки, доктор в очередной раз поднимает глаза на Пита, встречаясь с его пристальным взглядом. Он вновь ждет честного ответа от нее, но если в цели революции женщина была точно уверена, то в следующих вопросах, она не была честна даже с собой, не говоря уже о честности по отношению к другому человеку. Права на ложь сейчас у нее не было, парень и так мало кому здесь доверял, но рассказав правду, ей придется открыть себя. 

C парой человек из всего Дистрикта она могла позволить себе откровения, в остальном доктор никогда не говорила о своих проблемах и тем более о себе. Больше всего Бретт не любила говорить именно о себе, хотя являлась при этом довольно открытым человеком. Вопросы завели доктора в тупик, ей потребовалось некоторое время, чтобы вновь начать говорить.

- Из отряда больше никто не погиб. Со стороны Капитолия погибли пилоты, сбитых Дистриктом Восемь, планолетов, возможно еще миротворцы, я точно не знаю. В разрушенном госпитале погибло много людей. Погибший солдат, Джерлак Каспар, да, был мне хорошим другом, в плену Кашмира Фрейзер и майор Клерик, он был в числе тех, что спасал вас с Арены. – Спокойно ответила  доктор, после вновь замолчала, собираясь с мыслями.

- Семью я потеряла еще до начала всех этих войн, теперь я теряю друзей и знакомых. – Женщина запнулась, но почти сразу продолжила, - меня тревожат те, что попали в плен. Там многое не вяжется, говорят, что они предали нас, но я не верю. С Кашмирой я не была знакома и не возьмусь судить, но майора знала, - слова вдруг стали застревать в горле женщины, - я не встречала еще настолько преданного своему делу человека. Он жил идеей революции, а теперь вдруг предал все, то чем жил и дышал, - Бретт покачала головой, - нет, быть не может. – Доктор не отрицала того, что в этом могла быть замешана третья сила, в последнее время мужчина вел себя странно, да и тот взгляд, что она уловила в Восьмом, прощание…

Сейчас она могла лишь надеяться на то, что это уловка, один из хитроумных планов майора, пока сама не убедится в обратном. – Жизнь странным образом связывала меня с майором, возможно, это дело случая, но этот человек стал мне дорог. В профессию сами собой вмешались чувства, - доктор выдохнула, отводя взгляд в сторону, осматривая белые стены комнаты. Она призналась, себе, Питу, стало немного легче, понятней. Бретт всегда отличалась добротой, лечила и мозгом и сердцем, но ей всегда был важен только результат, спасти жизнь, поставить на ноги, отпустить и забыть. Одни пациенты сменяли других, изо дня в день и все быстро забывалось, затиралось новыми делами, новыми людьми.Она помогала многим, просто потому что не могла иначе, с майором же ввязалось к обычной помощи нечто больше, важность человека в жизни самой женщины. И майор занимал в ней далеко не последнее место.

-Но все это не важно, - Кейтлин посмотрела на Мелларка, легко улыбнувшись уголком рта, - не время сейчас и не место. Нельзя. Дальше только больнее будет.  Я полностью ответила на твои вопросы? – Она открылась, много сказала, многому повторения больше не будет.

+1

8

Когда доктор начинает свой рассказ, я замолкаю и как ребёнок,что ждёт чуда и верит в счастливый конец сказки, слушаю во все уши. Слушаю жадно, слушаю внимательно, наблюдая за губами, глазами доктора. Как меняются её эмоции, как поднимаются и опускаются брови или напрягаются мышцы у скул, желваков. Я точно пытаюсь читать её, слушать не только слова, но и то, что они сопровождают. Ведь не всегда достаточно простых слов, что складываются в предложения тем или иным образом. Как бы ни был богат и силён язык человека, каким бы достижением в нашей истории он ни был, душа говорит на своём языке, для букв которого не составишь алфавита.
Невероятно, но оторвавшись от своих проблем, вкус которых уже вызывал тошноту, и шагнув по направлению к женщине. Да, я был ей никто, мы фактически не были знакомы и имели разницу в возрасте, но… Но здесь я вспомнил кое-что о себе. Вспомнил о том, в чём видел определенный смысл, видел себя - помощь людям. Да. Помогать. Протягивать руку, не оставлять в беде. Я вспомнил! Всё просто: если мы перестанем заботиться друг о друге - мы просто перестанем быть людьми.
Пробую на вкус эту мысль, с осторожностью осматриваю её с разных сторон. Занятно. С тех пор, как в моей жизни добавилось циничного, кое-что из устоев, хламившихся теперь в моей голове, стали приобретать новые смыслы. Я понял, что абсолютно не ценил самого себя. Но ценил тех, кому был не безразличен. Мне всё время говорили - я любил Китнисс. Хорошо, пусть так! Но что держало меня около неё так долго?.. И снова я зациклился на себе самом.

Я сфокусировал взгляд на Кейтлин. Моё короткое молчание, видимо, убедило её в том, что откровенничать с психом - не лучшая затея. Я этого не хотел.
— Я знаю его. Он спас меня с Арены, он и Китнисс вернулись туда. - Смутные тени воспоминаний наводняют мою память, перед ней как наяву встаёт суровый мужчина в одежде сплошь из черных цветов. Острый, точно край листка, неживой, точно старый дуб в степи. От него веяло смертью. — Он не самый доброжелательный из всех, кого я знаю, - усмехаюсь я коротко, но сразу спохватываюсь, — Доктор, если Вы увидели в нём что-то живое... то у Вас доброе сердце. - Я качаю головой, — мне тяжело судить, не зная, но... если Вы что-то чувствуете к нему, что же Вас останавливает? Возможно, он не замечает Ваших чувств, тем более, если Вы и сами в них не уверены, - я пожимаю плечами, — не моё дело давать Вам советы, но... если что-то тревожит Вас, не лучше ли разрешить это раз и навсегда.
Думаю над тем, что ещё можно добавить, что можно сказать, посоветовать человеку, который осмелился в такое суровое время чувствовать к кому-то что-то... Я видел этого Клерика, от него мороз по коже, кажется, будто он механичный, неживой, робот. Что творится в его голове? Доктор Бретт сказала, что он сбежал, с позором ретировал на сторону Капитолия... — я лишь хочу сказать, что, убеждения меняются. Так случается. - Снова пожимаю плечами. — Мне тоже говорили, что я был другим. Но теперь - нет. Теперь я тот, кого здесь боятся и сторонятся. Кто знает, может быть этот человек, человек в чёрной одежде, устал от вашей подземной жизни.
Я не знаю, что говорю, не знаю, насколько в действительности это соотносимо с Генералом, но я лишь даю Кейтлин взгляд со стороны. Так, допустив возможность его предательства, она точно сможет понять - возможно это или в корне невероятная глупость.
— Кто знает, может быть он совсем не умеет любить, - странно, да, но это говорю я! — Возможно он ищет не любви. А смерти, - я смотрю строго в глаза Кейтлин, пытаясь понять, что она думает об этом.
— Не попробовав, Вы не поймёте, с чем связались.

+1

9

Пока женщина говорила, парень внимательно наблюдал за ней, следя за всеми ее движениями, казалось, старался не только услышать ее слова, но увидеть и душу. Доктор была не против. Политическую тему парень опустил, продолжив расспрашивать Кейтлин про майора.

Доктор усмехается вместе с Питом и кивает головой, после усмешка ее сменяется смущенной улыбкой.  Женщина поднимает взгляд на Пита:

- Книгу по обложке не судят, - тихо отвечает она, пожав плечами, холодность, вечная отстраненность ото всех, желания казаться лучше, идеальнее других, все было лишь скорлупой, которая скрывала настоящего человека под собой. Хотя, то что существует внешне иногда становиться отражением того что внутри. Не возможно, стать кем-то, не имея к этому расположенности, не имея этого в себе.

– Да, таким его видят многие, и я так видела, пока не начала узнавать. Что-то темное в нем есть, всегда было, но и свет еще остался. – Продолжила говорить женщина. Она давно догадалась о секрете его семьи, молчала, как и многие, люди Дистрикта всегда знали, о чем стоит говорить, а о чем лучше всего забыть. Вот и об этом забыли. Бретт не понимала, как подобное могла случиться, думала действительно души в нем нет, но позже увидела, что осознание содеянного пришло постепенно, значит что-то еще оставалось. Это и изменило мнение, только лучше все равно не стало.

Пит начинал спрашивать ее о невероятном, мысли вертелись в голове в сумасшедшем танце, и с каждым разом становилось сложнее отвечать. Она путалась сама в себе. Никогда еще до этого она не задумывалась над этим. Чувства, признание…. Женщина вопросительно и слегка непонимающе посмотрела на Мелларка, -  признаться в чувствах? Что это может изменить? Глупости, Пит. – Бретт покачала головой, опустив голову и спрятав лицо в ладони. Она даже представить себе подобного не могла. И в действительности не представляла, что подобные сантименты могут изменить. Она делала шаги навстречу, человек же упорно пятился прочь от нее.  Что еще она могла сделать?

- Да, и поздно. Теперь мы по разные стороны. – Доктор выпрямилась, проведя руками по волосам, убирая выбившиеся из прически пряди назад. – Возможно, ты прав и тогда тем более мои «чувства» ничего не изменят.  Если так случилось и позже он выживет, то здесь его, скорее всего, ждет казнь. – Печальные перспективы. Тяжелые, скорбные мысли, словно стая ворон над полем кровавой битвы кружились в голове, неизвестность снова пугала, душу рвали коты, глубоко вонзая острые когти.

- Кто ищет, тот всегда находит, а сейчас ее найти не сложно. – Констатировала доктор, - посмотрим, что будет дальше. Не стоит торопить события. – Продолжила она и вновь на лице ее появилась теплая улыбка, - Пит, тебя никто здесь не боится, многие пытаются помочь, для многих ты важен, - Бретт взяла парня за руку, чуть выше запястья, - да, ты сильно изменился, плен, все, что с тобой происходило, не прошло бесследно. Но сейчас, я вижу, что часть тебя  прежнего все еще с тобой, ты не изменился до конца. – Он помнил, вспоминал себя, женщина смотрела прямо в глаза парню, сквозь дикий, слегка отчужденный взгляд она могла заметить еще прежнюю теплоту этих карих глаз.

+1

10

Кейтлин говорит... Я пытаюсь слушать. Но чем больше я пытаюсь сконцентрироваться на её словах, тем тяжелее мне становится. Голова медленно - от затылка к лобовой доле - наливается свинцом. Горячим, тягучим, точно бы расплавленным. Глаза открыты, но передо мной - чёрное полотно. И изредка поблескивающие белые точки.
Боюсь дотронуться до головы, потому что мне кажется, я обожгу руку в мгновение. Слышу шум собственной крови по венам, чувствую каждый удар сердца - это набат в моей голове.
Я не подаю виду. Но наваждение вдруг проходит. Через пару минут - как раз когда доктор замолкает. Я понимаю, что слишком напуган происходящим, слишком сконцентрирован на своём крайне нестабильном самочувствии, что это предвестник паники... но всё прошло. Я будто бы заново научился дышать, панически, но тихо вдыхая носом новые и новые потоки воздуха. И только потом понимаю, что из ноздри толстой змейкой стекает крупная, багровая, горячая капля крови. На шее, на спине дыбом подымаются волосы. Я знаю, что это значит, знаю, к чему эта кровь... просто боюсь себе признаться - я умираю. Медленно, почти как Сноу. Один на один со своим недугом. Со своими демонами.
И неизвестность меня пугает. Я боюсь, что просто кану в неизвестность, в бездну, в ничто.
— Доктор, - я вдруг хватаю её за руку. — Помогите мне. Что-то со мной не так, - мне кажется, что из меня прорвался наружу кто-то другой. Мне не знакомый... или... или знакомый, но настолько давно, что кажется чужаком. — Доктор... - чувствую, как сердце начинает стучать, колотиться, ускоряя темп, — кровь, - я стираю другой рукой небольшой хоровод капель, что сборятся у верхней губы. Часть крови размазывается по моей тыльной части ладони, часть - по лицу. — Это не в первый раз, - я говорю так быстро, точно бы убегаю. Точно бы если не скажу сейчас - уже не успею, уже погибну, замолкну навсегда. Взгляд мой, кажется, безумен.
— Головные боли, беспричинные, сильные. У меня кружится голова, темнеет в глазах. Что со мной? - Понимаю, что крепко сжимаю запястье Бретт, как будто цепляюсь за неё, чтобы не упасть. Как будто вишу на краю. — Оно накатывает, точно бы волна, - мой голос тихий, спокойный, но спешный. И вот, говоря, я чувствую... чувствую как она возвращается. Меня начинает мутить.
— Если я умираю, так и скажите. Скажите лучше сейчас, я готов это принять. Но только правду, - в глазах темнеет ещё сильнее, голова снова накаляется, а волна странного чувства захлестывает меня с затылка...

Доктор Бретт постепенно скрывается в темноте, что пожирает мои глаза. Краски не меркнут и не тускнеют, они просто исчезают. Я не могу вдохнуть, грудь как будто разламывается пополам, как будто кто-то ударил по ней огромным молотом.
Прежде, чем я потерял сознание - я помнил одно: как медленно стекает новая крупная капля. Капля моей горячей крови. Обжигая кожу, чертя по ней, точно бы краской.
Какой красивый цвет, - подумал я,  - он достоин мольберта... - И провалился в ничто.

+1

11

Доктор отводит взгляд от парня, опуская его в пол, на некоторое время в палате наступает тишина, ей еще есть над, чем подумать, но погрузиться в размышления женщина собиралась в одиночестве и уже решила прощаться, как нависшую тишину стало нарушать не ровно дыхание Мелларка.  Бретт поднимает взгляд на парня, в его глазах читается паника.

-Пит?! – Обеспокоено произнесла доктор. С парнем происходило что-то странное. Она видела его эмоциональные всплески, но то, что происходило сейчас, доктор видела у него впервые. – Что…- договорить она не успела, из носа парня толстой струйкой потекла кровь. Бретт сорвалась с места, бросившись к кнопке вызова персонала.  Из ящиков доктор достала несколько небольших салфеток, это было, в принципе, все, что там находилось.

- Все будет хорошо, - на автомате произносит женщина, стараясь не сжимать зубы, парень мертвой, до боли, хваткой взялся за ее руку, кровь течет медленно тонкой линией, насквозь пропитывая салфетки, капая на белую постель, оставаясь на ней бурыми мятными. Дверь распахивается, и в комнате появляются несколько девушек-медсестер.

- У него кровотечение. Нужны еще салфетки, кровоостанавливающее и нашатырный спирт. Быстро! Вторая считай пульс и мерей давление.  – Тон Кейтлин с обеспокоенного меняется на требовательный и командный. Хватка парня начинает медленно ослабевать, взгляд мутнеет, он едва держится на границе сознания.

- Нет, ты не умираешь и не умрешь. Пит. Пит!- Освободив руку, на запястье которой теперь красовался алый след, доктор слегка несколько раз ударила Мелларка по щеке, но безуспешно, тот окончательно потерял сознание…

Кровь остановили, сердце размеренно отбивало ритм, давление постепенно приходило в норму, медсестра возвращала парня в сознание. Женщина стояла над парнем, глядя на окровавленную руку, на горку марлевых салфеток на железном лотке. То, что говорил Мелларк, то, что она видела сейчас – диагноз напрашивался сам собой, но она должна была проверить догадки.

Выйдя из изолятора, доктор сказала санитарам перевести Пита на томограф, сама же пошла к раковине, чтобы смыть с рук следы уже застывшей крови.  В кабинет она пришла следом за Питом, санитары переложили того с носилок на кушетку аппарата и удалились.

- Как голова? Не кружиться? Мутит? – Спросила Бретт, подойдя к парню, - я хочу тебя сама, лично, обследовать, прежде чем скажу, что с тобой. – Объяснила она причину смены обстановки. Кабинет напоминал палату парня, только не был изолирован, и стены были серыми, света здесь было крайне мало, в комнате царил полумрак, освещали ее только несколько светильников, размещенных на стенах.  Больше доктор не сказала ни слова, развернувшись, она, прошла в смежную комнату и закрыла за собой дверь, вновь оставляя Мелларка наедине с собой.

Обследование дало шокирующие результаты. Не многое  ожидала увидеть  на снимках Бретт, но то, что она увидела, не вязалось у той не с одним предположением. Бомбу в руке она уже видела, теперь, видимо, она переходила на новый уровень, неизвестное устройство в голове….

Женщина сидела за небольшим письменным столом, не прерывно смотря на ламповый экран, к которому был прикреплен рентгеновский снимок, подперев лицо руками, сложенными в замок. Она не знала, что делать и как с подобным бороться. Вряд ли здесь будет эффективен старковский метод извлечения инородных тел из организма… Знающий человек ей бы не помешал, делом, советом…Нет, здесь был еще, конечно,  Бити, но Старк то был уже, можно считать, с опытом работы с нечто подобным…  Как бы еще сказать все это Мелларку, то что он не умирает от страшного недуга, но, буквально, его мозг находиться во власти Капитолия… С ума сойти…

- Идти можешь? Или звать санитаров? – Спросила женщина, помогая парню сесть на кушетке, подтянув того за руки. Она не спешила с рассказом, но и скорбного вида не делала, прежде она хотела удостовериться, что сейчас парень чувствует себя неплохо и действие устройства, на время, прекратилось.

Отредактировано Caitlin Brett (Вс, 14 Фев 2016 22:04)

+1


Вы здесь » THG: ALTERA » Altera pars » 24.11.3013. DIST. 13: Правда или ложь?


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC