Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Alma Mater » [c] 6.12.3013. Capitol. Jealous Gods


[c] 6.12.3013. Capitol. Jealous Gods

Сообщений 1 страница 20 из 22

1

http://savepic.ru/8142739.gifhttp://savepic.ru/8139667.gif
http://savepic.ru/8137619.gif
http://savepic.ru/8135571.gif
http://savepic.ru/8127379.gifhttp://savepic.ru/8188821.gif


[audio]http://pleer.com/tracks/3725544iUH[/audio]
• Название эпизода: Jealous Gods;
• Участники: Arcturus Stark, Balder Kane, Cashmere Fraser, Hector Cleric, Coriolanus Snow (NPC) - очередность свободная! ;
• Место, время, погода: 6 декабря, 18 часов вечера. Зимняя погода с крупными хлопьями снега за окном. Дворец президента Сноу;
• Описание: повстанцы постепенно переходят в разряд реальной для Панема и Сноу угрозы. Возможность потери Второго дистрикта и столицы уже не кажется столь фантастичной... Но Кориолан Сноу богат на козыри. Сегодня он вытаскивает из рукава важные в своей колоде карты;
• Предупреждения: мастеру самому любопытно.


+5

2

here comes the pirate

http://cs633126.vk.me/v633126749/7287/Pnm34vzmWV8.jpg

Взрыв островной тюрьмы - не лучшее достижение из произошедших под его "командованием". В Капитолий Бальдер вернулся, как пёс, поджав хвост (как Один, если бы у добермана хвост был). Он ожидал справедливого наказания, однако президент Сноу отреагировал спокойнее, чем можно было ожидать... По крайней мере, Кейн до сих пор на свободе и его особняк не опечатан. Посему позор свой Бальдер весьма комфортно запивал виски и порой скрашивал приятной компанией. Пару раз за прошедшие с возвращения на "Большую землю" дни бывал и во дворце. Показывал президенту кое-какие схемы ловушек на аренах прошлых лет, ещё толком не зная, для чего его попросили поднять этот архив.

Своих бывших пленников Бальдер со дня возвращения с острова не видел. Он эвакуировался одним из первых, прихватив с собой добермана, виски и бумаги, и уже сидел в планолёте, когда туда ввалились Соло, Джонсон, Старк и Фрайзер. Судя по виду которых, Кейн отделался от взрывов наименьшей кровью. При разрушении крепости погибло много людей, но по крайней мере всех чипированных солдат, изобретателя и победительницу вывезли - могло быть и лучше и хуже.

Из курсировавших по дворцу сплетен Бальдер знал, что Арктурус вроде как стал адекватнее (хотя и сомневался, что это эффект разговора с Фрайзер) и продолжает работать, а Кашмиру кроме её прислуги никто не видит, но вроде бы девушка идёт на поправку. Не нужно быть великим мыслителем, чтобы додуматься - бывших пленников от камер до дворцовых покоев повысили не просто так. У Кориолана Сноу формируется какой-то план... К пятому декабря, когда Кейн получил приглашение на ужин, видимо, сформировался окончательно.

Светские тусовки Кейн любил, а вот офицальные приёмы - не слишком. Приходилось расставаться с крюком, следить за языком, и вообще - ощущение нахождения "под колпаком" мало кого способно порадовать. Тем не менее, отказываться от подобных приглашений - потенциально суицидально. Особенно, если уже успел накосячить до этого. Шестого декабря к шести часам вечера Бальдер Кейн трезвый (что весьма необычно для мужчины в послеобеденное время) и с двумя нормально выглядящими руками входит во дворец Сноу. Показывать ему путь к зале для приёмов не нужно, он бывал там неоднократно. И всегда возвращался - счастливчик.

Поднимаясь по лестнице, Бальдер задумчиво сжимает и разжимает левую руку - ту, которая протез. По ощущениям она мало отличалась от настоящей, разве что протез он не украшал перстнями, чтобы не утруждать работу искусственных фаланг. Мало отличалась, но категорически ему не нравилась... Скучно. Крюка боялись, Кейну нравилось видеть опаску в глазах собеседника, когда он следил за его "встроенным" оружием, но увы. Сегодня Бальдер вооружен лишь красноречием и обаянием - они в президентском дворце точно не повредят.

Неизменные кожаные штаны (даже если бы взорвался весь Капитолий, едва ли это повлияло бы на вкусы Кейна в одежде), бордовая жилетка на пуговицах, длинный замшевый пиджак, похожий на пальто, несколько перстней на пальцах правой руки, кулон в виде черепа и серьга в левом ухе. Бальдер всегда верен своему стилю, но его здесь знают слишком хорошо, чтобы считать шутом или недоумком. Несмотря на всю свою дурашливость, Кейн умён и опасен. Его продвижение к нужной зале сопровождается молчаливым исчезновением безгласых с пути - воде бы и говорить не могут, а видимо сказки о "сладости" службы в его особняке как-то распространяются.

В зал Бальдер входит первым из приглашенных - он, к слову, очень пунктуален. Когда трезв. Должны же у него быть какие-то плюсы помимо внешности? Насвистывая какой-то мотив, Кейн выдвигает для себя стул в паре мест от того, где будет сидеть Сноу (слухи слухами, а ему всё же было спокойнее, если господин президент не мог хотя бы визуально дотянуться до его столовых приборов), и усаживается, тут же вальяжно откинувшись на спинку.

+5

3

Justin Timberlake - Mirrors
Клерик смотрел на себя в зеркало. Белый цвет. Белый настолько, что хочется щурить глаза. Ткань очень дорогая и идеальна к коже. Красивый формованный пиджак со стоячим воротником под горло, точно бы мраморные брюки и наискосок лента с серебристым подбоем - крепление для катаны в ножнах. Подарок от Президента в знак уважения за принятие новой должности - Генерал Армии Панема. Войска сопротивления - то бишь Капитолия. Снова застёгнутый на все пуговицы, снова в перчатках - всё сызнова, всё с чистого листа, только вот берег теперь другой. Правда... вносит диссонанс в статую Клерика тонкая алая полоска на нижней губе - порез. Волосы снова забраны назад, однако взгляд не такой безразличный как прежде, скорее спокойный и надменный. Но в нём нет былого холода, скорее ореховый бархат. Или полночный синий.
Женщины в жизни Клерика теперь перестали быть чем-то безликим, себеподобным. Они приходили каждую ночь, а Гектор даже не удосуживался поинтересоваться откуда они берутся и как находят дорогу к его покоям. Два дня прошлого с тех пор, как Клерик принял предложение Сноу и их общение с Президентом шло в гору. Старик при личном общении казался Клерику умнее и практичнее, нежели до этого он всегда считал. Тем не менее холодность смертей всё ещё сохранялась меж ними. Впрочем, холодность Гектор сохранял меж всеми, даже посещавшие его женщины - всякий раз разные - обнаруживали в Клерике страсть... но страсть ледяную, точно бы неоново-синий огонь, светящий, но не греющий. В какой-то момент, быть может, стоило просто смириться с тем, что иначе он не умел.

Сегодня было решено провести круглый стол и обсудить немаловажные Панему вещи, как верховный главнокомандующий (после Сноу, конечно) Гектор обязан был присутствовать на званом обеде, тем более, что было оговорено, что на следующий день Клерик отправляется ознакомляться с действующим положением войск. Ему не терпелось снова вступить в Игру, о да. Это не могло сравниться ни с одним из ощущений, которые Клерик когда-либо испытывал за свою жизнь. Жажда Игры, жажда действий и, наверное, власти и уважения - вот, что пленило теперь мужчину. И, чувствуя, что терять ему уже нечего, он уверенно шёл вперёд.
Вперёд к кабинету Сноу, который заведомо попросил его заглянуть за несколько минут. Гектор теперь сам был точно игрушка, неведомая, интересная. Он знал, что за каждым движением его здесь следили и, нужно заметить, не собирался наблюдателей разочаровывать или вызывать к себе подозрение. Для себя он всё уже решил. Хотя со стороны это и выглядело малодушно, недостойно... но кто знает, может быть именно этого мужчина и добивался. С загадочностью он шёл рука об руку с самого детства. Или даже с рождения.
Сноу улыбался ему и отметил катану, висящую около бедра Клерика. "Отличное оружие," - отметил Гектор, который старался быть с Президентом чуть более разговорчивым, а не как обычно. "Конечно. Как и Ваши пистолеты, мистер Клерик," - заметил Сноу, пока они вдвоём шли по коридору. "Вы ведь знаете, что они сделаны здесь, в Капитолии," - заметил Сноу. "Они принадлежали бывшему повстанцу, которого я убил," - ответил на это Гектор. "Да-да, я знаю." - Поспешил добавить Сноу и улыбнулся. Весьма довольный, кажется, ответом мужчины.
К Сноу и Гектору присоединились ещё некоторые из министров, знакомство с которыми Гектор ещё не свёл, потому они ограничивались лишь сдержанным кивком головы и пристальным взглядом. Здесь, в Капитолии ,всё было иначе. Это не была толпа обезумевших стадных животных, они не выглядели так, точно их окунали в чаны с кислотными красками, у них не было уродливых инкрустаций и странной кожи. Их одежда была своего рода такой же униформой, какая была в 13-том. Теперь Клерик знал, откуда Альма Койн черпала свои идеи. Иногда его буквально охватывало дежавю. Только вот в логово восстания он больше сталкивался с сильно упрощенной копией, а здесь пред ним предстал оригинал. Во всей красе.
Из зала доносилось чьё-то присутствие, однако, Кориолан, по видимому, ожидал кого-то ещё. Он остановил Клерика в дверях, когда остальные рассаживались по своим местам.
- Я забыл Вам кое-что сказать, - сказал он и предложил пройти в комнату справа от основного зала. Гектору было неизвестно, для чего она предназначалась.
- На этом ужине будут кое-кто из наших давних друзей, - как обычно с видом полуулыбки сообщал Сноу, следя за реакцией на безжизненном лице Гектора, - некоторых вы наверняка знаете. Они сами не понимают, кого поддерживают, они слишком много и многих пережили. И их присутствие может стать для Вас сюрпризом. - Гектор задумался, решая, чьё же присутствие здесь его удивит более всего.
- Надеюсь, Вы пригласили не Альму Койн. - Ответил Гектор.
- Боюсь, до неё не дошло бы моё пригласительное... - Сноу улыбнулся, Гектор вторил ему улыбкой "но мы-то знаем".
- Думаю, будет с нашей стороны крайне невежливо заставлять гостей ждать, - сказал Президент, Гектор лишь коротко кивнул и, пропустив старика вперёд, последовал на за ним, когда Кориолан предстал перед всеми в главных дверях.
Когда они вошли в зал, все, кто уже присутствовал за столом, встали. Гектор бегло пробежал глазами по лицам и затылкам, но не утруждал себя узнавать кого-либо из них. Он положил руку на рукоять катаны, однако у входа миротворец попросил его сдать оружие. Не противясь, Клерик снял через голову ленту и аккуратно уложил катану в раскрытую ладонь миротворца. Коротко оправив пиджак и манжеты, он прошёл к единственному свободному место напротив Президента и сел вместе со всеми.

Отредактировано Hector Cleric (Пн, 4 Янв 2016 19:48)

+3

4

look

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/736x/14/1f/4d/141f4dca95841cccaff0eb8b1e15774e.jpg

все, что не убивает нас, - твердит себе Герда, закрыв глаза, -
все, что не убивает нас,
все, что не убивает нас -
отбрасывает назад.

Капитолий знает если не как залечить раны, то хотя бы как заставить тебя меньше о них думать. Кашмира сидит перед туалетным столиком, задумчиво проводя щеткой по волосам. Из зеркала ей уголком рта улыбается девушка, которую она уже успела подзабыть. Золотые волосы, тяжелые, сияющие и шелковистые, падают на белые плечи. После массажа, масок, масел и прочих столичных ухищрений матовая кожа светится нереальным совершенством. Некий диссонанс являют лишь глаза - сапфирово-синие, холодные, то и дело невидяще замирающие в одной точке, когда Фрайзер погружается в мысли. Победительница прекрасно осознаёт, что она красива. Природной, доставшейся ей по счастливой звезде красотой, какая не снилась капитолийкам. Для самой Кашмиры в этом немного проку... Но после Тринадцатого, после звания сумасшедшей, солдата, пленной победительницы, кого-там-ещё - ей приятно почувствовать себя в зените. Капитолий соблазняет роскошью, играет на наших маленьких слабостях типа самолюбия, и за неимением нынче других ценностей, девушка рада поддаться соблазну. Отражение в зеркале поворачивается левой скулой, затем правой, гордо вздёргивая подбородок и оставаясь неизменно идеальным.

-Кашмира? Президент Сноу велел передать тебе подарок к ужину. Вещи из твоего дома - в зеркале появляется Марс, с грудой поставленных друг на друга шкатулок и отражение поворачивается спиной к стеклу, возвращаясь в реальность. Кашмира смотрит на шкатулки, в которых хранила свои драгоценности в Первом - и кто бы мог подумать, их вид действительно доставляет ей радость. Её коллекция. Единственная бессрочная и надежная любовь. Фрайзер не тешит себя иллюзиями - скорее всего вещи забрали, когда увозили родителей. И не окажись она здесь - Сноу нашел бы применение камням, многие вещи баснословно дороги даже по Капитолийским меркам. Так или иначе, Кориолан Сноу продолжает демонстрировать своё расположение и совсем скоро Кашмира узнает - почему.

-Вот только... Это тоже твоё? - стилист ставит шкатулки на постель и открывает самую маленькую из них, малахитовую. В ней хранились несколько не представляющих особой ценности браслетов, какие-то серьги из серии "на каждый день" и пистолет. Последние шесть лет. Именно его достаёт Марс, держа двумя пальцами, как обнаруженное посреди цветов насекомое. Кашмира протягивает руку, коротко отзываясь:

-Дай - за всем оружием в доме она следила. Пистолет был заряжен и Фрайзер не принадлежала к девушкам, которых сей факт напугал бы. Ей просто любопытно - неужели всё ещё... Расческа ложится на столик, тонкие пальцы вытаскивают магазин с тем же невозмутимым спокойствием, с каким до этого наносили на лицо крем. Патроны действительно на месте. Президент Сноу прислал в её спальню заряженное оружие. Ребус? Проверка на лояльность? Пальцы Фрайзер пробегаются по стволу и дулу, поглаживая холодный металл, затем на секунду останавливаются... Заталкивают магазин на место. Сухо щелкает предохранитель. Повернув пистолет рукояткой к Марсу, Кашмира протягивает его назад и так же коротко роняет:

-Выброси. Или подари кому-нибудь из миротворцев. Он не мой - она хранила его, как память о долге и о человеке... Один вид этого оружия причиняет ей большую боль, чем могло бы причинить его использование. Но внешне Кашмира с бесстрастным лицом пересаживается на постель, открывая другую шкатулку. Сапфиры, изумруды, бриллианты... Подарки Блеска, капитолийских "поклонников", собственные приобретения - это зрелище вызывает на губах победительницы лёгкую улыбку.
-Не твой и не Блеска? - уточняет Марс, всё ещё переминаясь возле кровати. Кашмира, уже зарывшаяся руками в содержимое шкатулки, с ноткой раздражения бросает:
-Послушай, человек, которому я хотела его вернуть, умер. А мне без разницы, что ты с этим сделаешь. Разберись и возвращайся меня укладывать - когда стилист вновь появляется в комнате, Фрайзер, не задавая вопросов (она не хочет знать, куда делось старое табельное оружие Клерика), перемещается за туалетный столик.

К шести часам вечера девушка с удовлетворенным видом крутится перед зеркалом. Она благодарна Марсу за то, что он принял во внимание её пожелания касательно наряда. Никаких пудовых камней, декольте или разреза до бедра. Кашмира знает, что всё равно будет приковывать взгляды... Но не так, как обычно. Она делает всё, чтобы похоронить своё амплуа столичной блестящей куколки как Марс, она надеется, похоронил пистолет. Жемчужно-серое платье подчеркивает точеную фигуру с тонкой талией, черная с серебром вышивка сверкает в электрическом свете не хуже бриллиантовых с черными сапфирами сережек, которые Кашмира выбрала из своего арсенала. Золотые локоны собраны в строгую прическу, и если пользоваться поэтическими сравнениями - она похожа скорее на луну, чем на солнце.

К нужному залу Фрайзер идёт неторопливо и уверенно, не выказывая признаков волнения, не суетясь. Останавливается лишь на мгновение перед витыми входными дверями, чтобы сделать финальный успокаивающий вдох. Безгласые открывают перед ней двери и Кашмира, шурша струящимися от колена шифоновыми "хвостами", входит в зал. Окидывая присутствующих взглядом поверх голов. Некоторые лица ей знакомы. Бальдер, выглядящий совершенным диссонансом, президент Сноу и конечно же... Сердце ударяется о ребра с силой, какой в нём не было со времён вылазки в Восьмой. Внешне это выражается разве что едва заметно дрогнувшей бровью. Белое Гектору по-прежнему идёт, правда, на сей раз это не рубашка. Клерик изменился и Кашмира, успевшая изучить оттенки его лица и взгляда в Тринадцатом, думает, что они словно поменялись местами. Холодная напряженность, покинувшая Гектора, поселилась в ней. Может быть, передалась ещё с поцелуем. Но странным образом это успокаивает... Ей никогда не нравились капитолийцы, а Клерик стал похож на них. Это едва ли уменьшит порцию виски, которую Кашмира выпьет после ужина в своей спальне, но возможно поможет по минимуму показывать эмоции в ходе застолья.

-Добрый вечер. Господин президент - Фрайзер чуть склоняет голову в знак почтения и, ощущая на себе взгляды присутствующих, подходит к столу. Её место - через несколько стульев по правую руку от Сноу. Обзор на весь стол открывается весьма любопытный. Пока один из лакеев кидается отодвигать для неё стул, Кашмира посылает собравшимся классическую светскую улыбку - адресованную одновременно всем и никому в частности. Сборище ассоциируется у победительницы с балом у сатаны. В главной роли - Кориолан Сноу. Среди гостей - Бальдер Кейн, садист. Гектор Клерик, женоубийца и предатель. Кашмира Фрайзер - политическая (и не только) шлюха. Арктурус Старк - изобретатель, чьи творения отняли немало жизней у граждан Панема. Последнего, правда, не видно... Но Кашмира не сомневается - Арчи здесь будет. Что ж... Для шлюхи и подобное сборище - джентльмены. Особенно в свете возвращения обожаемых украшений.

+4

5

Глядя на одного из своих постоянных пациентов, доктор Крейн твёрдо решил: после смерти он смело сможет настаивать на звании великого мученика. В кабинете стояла нервирующая духота - по вине опять же выше упомянутого душевнобольного, который во время одного из сеансов попытался сигануть из окна. И для безопасности чувствительной особы, пусть и во вред своему комфорту, пришлось намертво заколотить оконные рамы. Если бы в первый раз Арктурусу Старку всё же удалось бы осуществить задуманное, Крейн не задумываясь последовал бы за безумцем. Уж всяко лучше, чем лично докладывать президенту Сноу, как именно ему удалось загубить светлейшую голову Панема. А о таких мелочах, что у этой светлейшего головы не все дома, Кориолан Сноу и сам прекрасно знал. Иначе Арктурус Старк не сидел бы сейчас в этом кабинете.
Хотя в стенах кабинета психиатра Старк делал что угодно, только не сидел. У него была одна ужасно раздражающая привычка во время очередного словесного поноса нарезать круги вокруг стола дипломированного специалиста, который про себя тщетно перебирал всевозможные способы контроля гнева, с ужасом осознавая, что в случае со Старком они, чёрт возьми, не работают! Но даже если задница скромного изобретателя вместе со всем к ней прилегающим находила определённую точку опоры на непродолжительный период, даже тогда Арктурус умудрялся привносить некоторый хаос в окружающий адекватный мир. Как-то раз, например, Старк приволок с собой из лаборатории пару своих экспериментальных изобретений и, пока ковырялся в них, успел забыть, где находится - на все наводящие вопросы доктора Крейна он отвечал, мягко говоря, неадекватно и постоянно звал его Джарвисом. В конце сеанса примостив голову на кулак, психиатр молча наблюдал за своим трудолюбивым подопечным, с нервной ухмылкой понимая, что если это будет продолжаться, то в скором времени ему самому потребуется психиатр. Гениального потенциала Старка в изобретательском плане Крейн не понимал, ему казалось, что Капитолий уже достиг совершенства и заполучил оружие массового поражения - только и надо было снова сбагрить скромного изобретателя повстанцам да ждать, пока психологическая бомба доведёт их всех до ручки.
Сегодня пациент пребывал в крайне возбуждённом состоянии. Сеанс начался с традиционных кругов победы вокруг стола психиатра. Прикрыв глаза, доктор потирал пальцами дрожащие веки. Когда же Крейн, досчитав до десяти и обнаружив, что стало подозрительно тихо, открыл глаза, то Старк уже стоял на стульчике, подставленном к стене, и тянул ручки к настенным часам. Одному только Богу известно зачем. Заметив, что его застукали, пациент виновато улыбнулся ослепительной капитолийской улыбкой, подхватил часы и спрыгнул со стула. Немого вопроса, застывшего во взгляде психиатра, похоже, не хватило, и Крейн озвучил его вслух.
- Часы остановились, но я сейчас всё починю, - снова улыбнулся Старк, выуживая из кармана пиджака отвертку. Психиатр молча поглядел на Инспектора Гаджета за работой и решил, что дальше так продолжаться не может. Кроме того, у него начинает дёргаться левый глаз.
В самом начале своей карьеры доктор Крейн отдавал предпочтение медикаментозному лечению пациентов. Чуть позже он отошёл от этого метода, придерживаясь мнения, что настоящему специалисту не нужна химическая поддержка для того, чтобы вправить на место поехавшую крышу своего клиента, и к прописанию сильнодействующих лекарств для пациентов прибегал нечасто. Оставив своего подопечного с энтузиазмом ковыряться отвёрткой в настенных часах, Крейн незаметно выскользнул из кабинета и вернулся через несколько минут, впрочем его отсутствия Старк так и не заметил. Со шприцем наготове психиатр, у которого и правда едва заметно дёргался левый глаз, объявил о новом этапе лечения Арктуруса Старка. Пациент заинтересованно поднял голову от механических внутренностей и только недоумевающе изогнул бровь.

"Хорошие таблетки. Номер диллер записать!" - с пугающей улыбкой во все 32 рассуждал про себя Арктурус Старк, шагая по заснеженной дорожке к президентскому дворцу. Предстоящий ужин с гнилыми сливками капитолийского общества Арчи решил не освещать в своём разговоре с Крейном. Хотя возможно, учитывая этот факт, психиатр бы несколько раз подумал, прежде чем вкалывать своему пациенту гремучую смесь медикаментов. Сам же Старк ни о чём не жалел -  он испытывал нереальный душевный подъём, былые страх и неуверенность оставили его. Кроме того, танцующие вокруг него резвые фламинго ему очень нравились.
У парадных дверей во дворец Сноу скромного изобретателя тормознули угрюмые миротворцы. Внешний вид Старка вводил их в некоторое заблуждение: сильно взъерошенные волосы, странная улыбка, но больше всего пугал налившийся кровью алый белок правого глаза Арчи - эта деталь смутила и Крейна, но он, пожав плечами, отнёс новый эксцентричный облик своего пациента к побочному эффекту медикаментов. Парочка наводящих вопросов от миротворцев, и в конце концов Старк пропустили - его с нетерпением ожидали на званом ужине у президента. Засунув руки в карманы пиджака, насвистывая давно позабытую мелодию, Арчи двинулся по коридору, по пути зацепив локтем вазу с белыми розами на одном из столиков. И под звуки бьющегося стекла скрылся из виду.
У дверей в назначенный зал Старк затормозил. Ещё несколько часов назад он сильно переживал по поводу этого ужина. В частности из-за того, что Сноу так настойчиво требовал его личного присутствия - отмазки в стиле "слишком много работы" президент с улыбкой пропускал мимо ушей. В некоторой степени из-за того, кого ожидал увидеть на этом ужине. Ни президент, ни его министерская свора ничуть не пугали Старка - он уже имел с ними дело до своего внезапного отъезда в Тринадцатый. Но возможность встретиться взглядом с одним человеком, которого до недавних времён Арчи свято считал погибшим героем, откликалась в Старке гремучим миксом страха, гнева и производных от них примесей. Кроме того, скромный изобретатель боялся опять потерять чувство реальности и контроль над собой.
Но всё это было пару часов назад. Теперь же, остановившись на мгновение только для того, чтобы одернуть свой пиджак да поправить очки, сползшие по переносице, Арчи с широкой улыбкой распахнул двери зала, кое-как удержавшись от идеи в этот момент проорать "ТА-ДАМ!".
- Надеюсь, я не опоздал к аперитиву, - вместо приветствия проговорил Старк. Шутка с его стороны была встречена напряженной тишиной, но Арчи не придал этому никакого значения. Взглядом пробежавшись по собравшимся, он заметил Кашмиру и уверенным шагом направился к ней, намереваясь занять место где-нибудь рядом.

+5

6

В том, чтобы приходить первым, есть свои плюсы. Можно осмотреться, подумать... Покачиваясь на задних ножках своего стула, Бальдер наблюдает за тем, как пустые места за столом постепенно заполняются. Министры, советники, немногие оставшиеся (Сноу тогда был в очень плохом настроении) экс-распорядители. С кем-то Кейн здоровается достаточно радушно, на кого-то обращает мало внимания. У него встроенная "чуйка" на определение статуса в местной иерархии и на тех, кто по его прикидкам в шаге от опалы, Бальдер не разменивается. Ему бы самому сейчас туда не вляпаться. Некоторые взгляды очень красноречивы. В стиле "твоя кожаная задница всё ещё приглашена?" Более того, его задница вполне намерена пересидеть все здесь присутствующие. Ей очень комфортно на своём месте.

Зал заполнен уже на две трети, когда появляется Сноу собственной персоной. Кейн мигом возвращает стул в нормальное положение, провожая президента взглядом. Кориолан Сноу не один - у него новый ручной пёс. По слухам - бывший генерал Тринадцатого, решивший предложить свою голову Капитолию раньше, чем Капитолий предложит кому-то награду за неё. Бальдер барабанит украшенными перстнями пальцами по столу, рассматривая новую в их зоопарке зверюшку. Сложно сказать, насколько сей индивид полезен, но тот факт, что в зал он вошел вместе со Сноу, заставляет как минимум внимательно к нему приглядываться. Судя по резюме из Тринадцатого - хобби у мужчины такое. Ходить у ноги президентов. Не Бальдеру осуждать.

Вроде бы, ужин должны вот-вот начать... Но кому-то сегодня хватает дерзости явиться с небольшим опозданием. Кашмира Фрайзер и Арктурус Старк. Кейн усмехается, наблюдая, как девочка идёт к столу. Ни дать ни взять - ледоруб. Ни декольте, ни соблазнительно мелькающих в разрезе платья ножек... Взгляду за столом отдохнуть будет явно не на чем. Может, оно и верно в её случае - не привлекать к себе лишнего внимания... Хотя если уж ты очутился за президентским столом - поздновато об этом думать. Кашмира садится неподалеку от Бальдера, так что пока Сноу не взял слово - тот успевает наклониться чуть вперёд и протянуть:

-Надо же. Принцесса вышла из башни? Я думал, ты там уже доедаешь дракона - Кейн остался совсем без игрушек. Джоанну и прочих чипированных у него отняли, держали теперь где-то отдельно. Одина сюда не возьмешь... Немножко уколоть старую знакомую - и то хлеб. От вида изобретателя Бальдер кривится, что от зубной боли. Вернее не так... Старк - это если бы больные зубы были у тебя в заднице. Все как один с пульпитом. Выглядит Арктурус более активным, чем в островной тюрьме, но как раз сей факт Кейна не радует. Бальдер надеется, что миротворцы при входе как следует обыскали этого чудика. Слишком живы ещё в памяти виды рассыпающейся, как карточный домик, крепости. Как и страх за собственную шкуру в связи с этими событиями.

+6

7

Кориолан постучал сухими пальцами по столу около приборов и пустой тарелки. Гости бросали на него неуверенные взгляды, точно и правда ожидали, когда же он, наконец, начнёт. Но мужчина, упершись взглядом в тарелку, продолжительно о чём-то размышлять. Наконец, когда над столом повисла тишина, он поднял голову. Определенно к опоздавшим, в числе которых было всего два самонадеянных и отчаявшихся человека, стоило применить меры. Сноу рассматривал опаздание - как отсутствие уважения. И те, кто позволял себе проявить это досадное (для обладателя, конечно) чувство - ходил по краю терпения мистер Сноу.
Сперва Кориолан псевдо-снисходительно посмотрел в глаза Кашмиры Фрайзер, после перевёл взгляд на Старка, благо сидели они рядом. Забавная это была парочка, Сноу даже подумал, не связывает ли их что-то ещё, помимо дружбы? Зная стервозный и напыщенный характер Фрайзер, можно было представить, как он столкнулся со всеми ужасами бестолковости Старка. И - тем не менее - рыбак рыбака...
Сноу кивнул стоящим у дверей официантов и они - по его просьбе - стали разносить аперитив. Над столом висела угрожающе мёртвая тишина, но в такой обстановке Президент чувствовал себя вполне удобоваримо - он бросал на всех изучающие взгляды, отмечая то, что больше двух третей сталкиваться с ним взглядами не желают. Что ж, это вполне разумно с их стороны.
Взгляд замер на новом старом знакомом - Гекторе Клерике, который сидел непосредственно напротив и взглядоблудием себя не утруждал.
— Генерал Клерик, - негромко начал Президент Сноу, вкрадчиво и фактически по-дружески. — Как Вы находите наше скромное общество? - Слегка поведя бровью вопросил Президент, вынимая вилку для салатов. Никто не спрашивал, куда подевался прежний Генерал. Вероятно, ответ плавал на поверхности. — Говорят, в тринадцатом дистрикте скудный паек. - Отметил мужчина, разглядывая своё отражение, искаженное в столовом приборе, — ещё немного, и нашу восхитительную мисс Фрайзер превратили бы в мученицу. Не так ли, мисс Фрайзер? - Голос Президента звучал умасливающе. Трудно было представить, что именно этот человек - с виду добродушный и безмятежный - убивал тех, кто на пути мешался.
Короткий перерыв в речи Президента на еду и слышно, как в тишине чуть позвякивают столовые приборы. Сноу и нравилось, и не нравилось это псведо-единодушие с ним самим. Он прекрасно понимал, что люди боялись, но страх управляет человеком до поры, до времени - стоит почувствовать надежду, как в случае с мисс Эвердин - и всё! Никакой страх уже вам не помощник.
Спустя пару минут тишины Сноу отложил вилку и снова воззрился на своих гостей.
— Ситуация тяжелая, господа, мятежники дистрикт за дистриктом оттесняют нас к Капитолию. - Он провел взглядами по столу против часовой стрелки. Кто-то опустил глаза, кто-то и не поднимал. — Требуется решительное принятие мер, пока эта разрушительная, бездумная сила не добралась до ворот нашей столицы. - Неспешно говорил Президент. — Исходя из слов Генерала, я понял, что у мятежников нет ничего святого, они испытывают отвращение к нашему вкусу, к потребности комфорта и удобству. К красоте. К прекрасному, - Сноу подарил улыбку Кашмире Фрайзер, — их цель разрушить, разграбить, удовлетворить животную жажду мести и справедливости. В связи с этим, господа, кто-нибудь желает высказать свои предложения?[ava]http://s7.uploads.ru/0xL15.png[/ava][nic]Coriolanus Snow[/nic]

+5

8

Ария - Штиль.
Гектор был недвижим, точно вместо себя прислал белоснежную, идеально выполненную восковую фигуру. Он смотрел строго на президента и считал своим долгом не отвлекаться на остальных, так как знал, с какой целью он посажен на это место и что от него требуется. Но, спустя время, когда в зале появилась Кашмира, он перевёл свой стеклянный взгляд на неё. Когда Кашмира подошла к столу, Гектор, как воспитанный мужчина поднялся со своего места. И, после, вместе с ней и сел обратно на своё место. Мужчины, которые были за столом, последовали его примеру с некоторым запозданием, Сноу лишь улыбнулся. Да, и пещерным людям ведомы манеры хорошего тона.
Сопровождал все движения Фрайзер - начиная от появления, до занятия места - испытующим взглядом в упор из серии "что ты здесь делаешь?". Взгляд и вправду был даже вызывающим, обвинительным. Удивленным, обозленным и, быть может, раздраженным. И прямой, без всякой капли стеснения. Такой взгляд фактически звенел словами в тишине, все могли его слышать. И Гектор что-то этим взглядом хотел сказать. Спустя ровно минуту, он, дернув желваками, опустил взгляд в свою тарелку, а после снова поднял на Президента Сноу. В его голове что-то происходило, но никому не дано было узнать - что именно. Казалось, будто бы он разрабатывает новый план не то побега, не то Революции.
Но феерия ждала Гектора впереди. Когда появился Старк. Живой мужчина, которого Клерик считал мертвецом - вполне основательно, кстати. Сердце Гектора упало в желудок, он побледнел. Казалось даже, слился со своим мундиром, превращаясь в мраморную статую. Губы тоже побледнели и фактически исчезли с лица. Ладонь Клерика, которую он держал на краю стола, стала мелко трястись. Пальцы с заметным мелким тремором перебирали воздух. Дышите, Клерик. Дышите.
Арктурус выглядел странно, но он по крайней мере был живым. В голове Клерика набатом звенели слова Сноу. Он был готов к потрясениям, но не к восстанию из мертвых.
Смешанные чувства, возникшие ещё при появлении Кашмиры - чувство вины, злость и стыд - утроились. Возможно, стоило бы обрадоваться, что тот, кому Гектор ментально выразил столько сожаления за собственную черствость, твердолобость и игнорирование очевидного, теперь был жив-здоров, хотя выглядел так, точно обожрался успокоительного.
Гектор снова опустил взгляд в пол по центру. Казалось, сейчас взорвётся голова от такого обилия противоречивых чувств и эмоций. Гектор знал, что сейчас должен взять себя в руки, что ему всегда удавалось, что Сноу следит за ним и мотает на ус всё, что показывает на своём лице Клерик, изучает, тестирует его - и любая ошибка может стоить сейчас жизни. И если Клерик не будет ступать аккуратно по минному полю, то превратится в кучку пепла моментально.
И Сноу не заставил себя ждать, обратившись прямо к нему тогда, когда в повисшей тишине Клерик пытался взять себя в руки и, игнорируя присутствие тех людей,  которые хотели видеть в нём живого и дышащего человека, искал уверенность в псевдо спокойном взгляде Президента.
- Да, Президент, - отозвался Гектор на вопрос. Сейчас он даже пропустил мимо ушей свой вернувшийся чин, хотя всякий раз он и вызывал внутри него трепет. — Как Вы находите наше скромное общество? Говорят, в тринадцатом дистрикте скудный паек. - Клерик пытался разглядеть второе дно, утаенный смысл слов Президента. Ведь ему явно было неинтересно - судя по большему интересу к вилке, нежели к побледневшему Гектору - какова на вкус брюква в 13-том.
- Весьма польщен стать частью этого общества. - Вот и всё, что ответил Генерал. И его ответ был не важен. Всё, что от него требовалось сейчас - только взгляд. Глаза в глаза. И не дрогнуть.
Видимо, понявший, что стрела не достигла цели, Сноу стреляет во Фрайзер. Гектор тут же переводит взгляд на женщину. Ему не хочется казаться заговорщиком, который знает что-то, что за этим столом знают только они вдвоём с Фрайзер. Потому взгляд невольно перескакивает на сидящего подле неё Старка. Значит они ещё и друзья. Коалиция головной боли Генерала Армии Панема. Гектор не понимал, почему в этом мире все кооперируются только против него, а не вместе с ним.

Проходит некоторое время, прежде чем насущный вопрос, цель собрания, наконец, оглашается. Гектор сжимает кулаки, чтобы унять пальцы, что всё ещё трясутся. Видимо, сегодняшняя порция виски не сможет унять его волнения. Понятно, что все молчат потому, что ждут ответа именно от Клерика. Сегодня он - зверюшка в клетке, в которую все спешат потыкать палочкой и, если удастся, протянуть руку меж прутьев и покормить с ладони. И ирония в том, что Клерик должен играть эту роль с достоинством и честью.  Он прочищает горло и, бросив взгляд коротко на тех, кто сидит по правую и левую руку от него, смотрит на Президента.
- Революция движима верой. Войска Капитолия движимы страхом. Они ни во что не верят, они боятся. Надежда сильнее страха, - самое время кому-нибудь из здесь сидящих заметить, как лихо о чувствах рассуждает тот, кто чувствовать от природы не умеет. - Нам не победить в этой войне, если наши солдаты будут идти на бой из страха, что Президент Сноу убьёт их родных или сгноит в тюрьме. - Желваки. - Так было до развала Арены Эвердин. Теперь повстанцам нечего бояться. - Гектор опасливо отгораживается от того, чему был предан всю жизнь. Забавно выглядит, наверное. - Это во-первых. Во-вторых - войска. Организация никуда не годится. Ни к чему держать остатки солдат там, где явный перевес Революции. Отозвать всех в Капитолий. Вылечить, дать им то, за что они будут сражаться. Показать им, убедить их, что повстанцы - это дикари, варвары, антогонисты. - Клерик прерывает речь на этих словах. Тяжело, наверное, признавать в себе варвара, Генерал? - Если у нас будет боевой дух, если Капитолий прекратит душить своих солдат и станет для них оплотом благородства и веры, они сами всё сделают. - Гектор ловит себя на том, что его взгляд опущен, что выглядит он сейчас затравленно. Потому он поднимает голову и смотрит в глаза тем, кто как раз-таки антипример того, о чём говорит Клерик.
- Я - революционер от рождения. Я знаю, как они думают, потому что сам думаю так же. Пока Капитолий - чёрная сторона для всего Панема, даже для тех, кто за него сражается - мы проиграем.

Отредактировано Hector Cleric (Сб, 16 Янв 2016 16:58)

+6

9

Покорив Изумрудный город,
И, прикрыв за собою дверь,
Утоляли душевный голод
Леди Элли и дикий зверь.

-Дракона? Кто бы хоть на коня потянул - почти не разжимая губ, парирует Кашмира реплику Бальдера. Она редко трудилась отвечать на его выпады, прекрасно зная, что от монологов Кейн удовольствия не получает. Но сейчас господину садисту перепадают крохи внимания - победительнице нужно хоть на что-то отвлечься, чтобы броня её сдержанности не пошла трещинами. Перегрузка получается знатная. Особенно, когда появляется Арчи. Предсказуемо (для Фрайзер, во всяком случае), но всё равно эффектно.

Отношения со Старком в последнее время оставляли желать лучшего. Может, он и не обижался на то, что Кашмира пыталась его задушить... Да и этот эпизод скорее следствие, чем причина. Но сама победительница чувствует себя как человек, неуверенно ступающий по тонкому льду. Ей постоянно приходится напоминать себе, что Арчи - друг. Был им... Ну или хотя бы больший друг, чем остальное её капитолийское окружение. Или нет? Кашмира не знала. Вот и причина. Вся в белом, сидящая напротив президента Сноу. Как одна из его обожаемых белых роз. Удар по доверию Фрайзер оказался слишком сильным, разбившим и перемешавшим реальность, на которую девушка теперь взирает с отстраненным тупым равнодушием. Сугубо логически подобрав приличествующий случаю жест поддержки, Кашмира, потянувшись за аперитивом, мимоходом касается пальцами руки Арчи. Тут же переключая внимание на начавшуюся речь Сноу.

"Генерал Клерик. Генерал" первое же слово президента бьёт под дых, губы Фрайзер на мгновение изгибаются в брезгливо-раздраженную гримасу, но почти тут же возващаются к нейтральному положению. Теперь Гектор должен быть счастлив. Погоны ведь важнее людей. Приятно, когда тебя ценят по заслугам. Кашмира волевым усилием отрывает взгляд от белоснежной скатерти, чтобы устремить его в адрес другого белоснежного объекта. Голубые глаза из новоиспеченных кошмаров снова напротив неё, в реальности... Глядя в них, Фрайзер слегка приподнимает свой бокал. Вывод прозрачен - поздравляет с заслуженным повышением.

Клерик сейчас почти одного цвета со своим новым мундиром - в пору извиниться за то, что не умерла, когда он всё для этого сделал. Только в этот момент её имя звучит из уст президента и Кашмира, внимательно и почтительно глядя на Сноу, кивает. Пока что молча. Дожидаясь хоть какой-то ясности насчет своего здесь присутствия... И размышляя. Она много думала над этим в первые дни в тюрьме, когда всё её существо, казалось, обугливалось изнутри. "У него не было плана" или всё-таки... Нет, даже сейчас Кашмира бы не удивилась, узнав, что план есть. До сих пор есть. Вот только это не имеет больше ни малейшего значения, потому что не меняет того, как Гектор поступил с ней. Бальдер бы сильно расстроился, узнав, что не в его единственную целую руку ей сегодня хочется вонзить вилку.

Этой самой вилкой Кашмира орудует в салате, в десятый раз перемешивая содержимое, но всё ещё ни крошки не попробовав. Она просто забыла о тарелке и деятельность скорее механическая, сопровождающая поток мыслей. Слова об оплоте благородства и веры в исполнении Клерика Фрайзер торопливо запивает аперитивом, чтобы только не спросить, в каком словаре он вычитал эти явно устаревшие определения. Ни к чему показывать Сноу личные мотивы и нюансы, потенциально годные к использованию против тебя.

-Надежда - палка о двух концах, господин президент - единственное, с чем Кашмира искренне согласна в речи Гектора - повстанцы варвары. От рождения. Мало того - опасно заразные варвары. Блеск пробыл в их окружении совсем немного, а она совершенно перестала узнавать брата...
-Нужно очень осмотрительно выбирать объект, который будет её внушать. Потерять надежду легко. Намного легче, чем обрести - голос не дрожит, но вместо салатной вилки Кашмира, сама не замечая, крутит в пальцах нож. Её речь сливается с тихим свистом разрезающей воздух стали - возможно, не самое уместное поведение за президентским столом:

-А потерявшие её солдаты намного страшнее тех, что вовсе не имели надежды. Люди, потерявшие то, за что хотели бороться и умереть, остаются во тьме. Готовые на всё, если считают, что это как-то притупит их боль - нож с глухим стуком падает на полотняную салфетку, синие глаза Кашмиры снова упираются в Гектора. Без обвинения или злости. Скорее разочарованно. Она тоже знает, как думают такие люди. Потому что сама думает так же:
-Впрочем, долго они после этого не держатся - можно ведь отнять надежду в лице Китнисс у повстанцев. Тогда их атаки скорее всего на какой-то краткий период могут стать яростнее... А затем разом испарятся. Как всегда испаряется способность к сопротивлению в переломанном человеке. Поверьте опыту победительницы. Хотя Капитолий долгое время пытается прикончить Эвердин и терпит крах за крахом... Но теперь у Сноу есть такие ценные кадры.

-Боевой дух может оказаться полезным, если его запросы не будут слишком глобальны. Повстанцам подавай Сойку и не меньше, чем свободный Панем, а кому-то хватит лишней крошки со стола - например, генеральских погон. В целом - идея Гектора не лишена смысла, но Кашмира просто не видит - что такого может предложить своим солдатам Сноу? Особенно столичным солдатам. Капитолий полон всего... Сложно предложить войскам нечто, интересное для них, но не грозящее серьёзным попранием уклада самому президенту.

+5

10

Одними глазами Президент наблюдал, как двое за столом перебрасываются репликами. Они были точно кнопочки, на которые Сноу аккуратно нажимал. Между Гектором и Кашмирой существовало какое-то очевидное напряжение. Занятно, с чем оно было связано? Но прежде Кориолану не доводилось замечать, чтобы эта девица кого-то явно избегала или провожала подобным взглядом. Президент ценил пикантные истории, как и мистер Одэйр - предпочитал чужие тайны любым ценностям.
Сноу пригубил вино и поставил вытянутый бокал на своё место. Как-то присутсвующие не стремились разделить с ним трапезу. Если кто-то и ел, то не более, чем сам Сноу. И это тоже было забавно.
Внимательно мужчина смотрел сперва за Клериком, затем за Фрайзер, внимательно вслушиваясь в их речь, но не отражая на лице ни одобрения, ни осуждения. Когда после слов Кашмиры больше в палемику никто не пожелал вступать, Сноу аккуратно подвинул бокал за ножку по белой скатерти. Немного вперёд, за тарелку. Постепенно все присутствующие обращают своё внимание на Президента. А он продолжает медленно вести бокал по скатерти всё дальше и дальше, уже подается вперёд, прибавляет усилия, и когда половина основания ножки повисает в воздухе, поймав равновесие, Сноу убирает руку. Чудеса эквилибристики - бокал на половину в воздухе, на половину на белоснежной скатерти.
— Надежда и вера - полезные штуки. Но в умеренных количествах. Дай им слишком много и уже завтра они придут к тебе и потребуют сварить им чашечку кофе и подать в вашу же постель,  - улыбка. — Вы ведь не хотите, Генерал, чтобы кто-то из повстанцев случайно нарушил Ваш ночной покой? - Укол. Я согласен, идея с верой мне нравится. Но это как игра с огнём. Да, у них есть Сойка - девочка, которая не понимает, что делает. Она запугана и готова убраться с арены восстания при первой возможности. Она лишь фитиль. Стоит ли нам завести свой? - Здесь Сноу переводит взгляд на Кашмиру. Пауза.
— Видите этот бокал, - Сноу вдруг вспоминает про сосуд, который подрагивает и готовится упасть в любую секунду. — Это наше шаткое положение. - Сноу легонько тянет на себя скатерть и бокал кренится, теряя равновесие. Золотистая жидкость в падении взвивается изящной волной, каплями покидая сосуд. Несколько мгновений и звон битого стекла озаряет тишину, мелкие осколки разлетаются по мраморному полу. Сноу улыбается.
— Очень, крайне важно, не допустить падения Капитолия. 75 лет назад нам удалось восстановить мир. Может быть стоит повторить этот же успех? - Взгляд снова скользит по лицу Гектора. — Мисс Фрайзер. А вы могли бы воодушевить солдат? Не только наших, но и повстанцев? Роль Сойки важна, но они не используют её в полной мере. Что вы думаете на эту тему? - Здесь Сноу переводит взгляд на Кашмиру и улыбается ей. — Мистер Кейн рассказывал мне о Вашем потенциале. - Взгляд на Кейна.
— Кстати, мистер Кейн, не поделитесь ли с нами последними новостями? Пока мадам Фрайзер собирается с мыслями.[ava]http://s7.uploads.ru/0xL15.png[/ava][nic]Coriolanus Snow[/nic]

+4

11

Кажется, что Бальдер уделяет куда большее внимание аперитиву, чем разговору. Но на самом деле Кейн слушает. Слушает и оценивает, дабы максимально приспособиться к изменчивой в рамках этого стола ситуации. На ответный выпад Фрайзер мужчина широко усмехается - жаль, времени продолжить полемику у них не остаётся. Кашмира может быть неплохим собеседником, если тебе нужен кто-то с сочащимся ядом язычком. Последующая дискуссия развивается куда как более скучно, однако Бальдер, тихо постукивая по скатерти пальцами здоровой кисти, не пропускает ни слова. И ни мимического жеста. Этот источник информации порой даже более ценен. Сейчас, например, Кейн видит, что его скромная персона мисс Фрайзер уже не занимает. Взгляд победительницы прикован (когда отрывается от тарелки) к их новоиспеченному генералу, как если бы стол сузился до двух посадочных мест. А какая патетичная речь... Бальдер бы крюк поставил, что есть в ней некое второе дно. Только не может понять, в чем именно. Но это его сейчас не сильно занимает.

Не так провокационно, как Кашмира, Кейн тоже поглядывает в сторону Гектора Клерика. Ему импонирует, как резво тот сменил цвет шкуры и с каким спокойствием подводит под монастырь повстанцев, с которыми недавно сражался под одним флагом... У мятежников есть флаг? В то же время личность генерала вызывает у Бальдера настороженность. Один раз переметнувшись, человек без особых раздумий сделает это вновь. Прекрасный тому пример в сверкающем вышивкой платье перемешивает салат неподалёку от Кейна. Так что с Клериком они могут неплохо поладить на почве беспринципности, либо же... Лучше попытаться начать с первого варианта. Врагом Бальдер видеть бы его не пожелал. Но пока речь идёт о подавлении мятежа - они в одной лодке.

С почтительным интересом Кейн следит за наглядной мини-лекцией с шатким положением бокала. Вера, надежда... В этом он не силён и предпочитает не высказываться, пока речь не дойдёт до его поля деятельности. Как все привыкшие считать, что человек человеку волк, он верил в силу. В хитрость. Надежда, вера и даже Сойка не помогут повстанцам, когда те столкнутся с ловушками и начнут гибнуть десятками, как мухи, севшие на липкую ленту. А уж о том, чтобы расстелить ленты в нужных местах, он позаботится. На звук своего имени Кейн реагирует мгновенно, почти как Один на его собственный призыв:

-Мисс Фрайзер невероятно убедительна, когда речь заходит о возможности сотрудничества - подтверждает он, одаривая Кашмиру улыбкой. Она думала, ей вернули камушки и тряпки за красивые глаза? Язык у девочки правда подвешен и мордашка что надо. Мужчины остаются мужчинами по обе стороны баррикад, на месте мятежников, не видевших ничего слаще морковки, он бы скорее пошел за ней, чем за полоумной малолетней девчонкой, выжившей по случайности. Опыт против удачи, весьма изменчивой дамы.
-Моральные аспекты важны, но и практической защитой пренебрегать не следует - как только Бальдер начинает говорить о работе, дурашливая расхлябанность с него мигом сползает. Он серьёзен и уверен в себе, как может быть уверен только человек, обожающий свою работу. Упивающийся жужжанием мухи, осознавшей фатальность своего положения:

-Я изучил последние карты столичного округа и проверил имеющийся запас готовых для активации капсул. Последних оказалось меньше, чем я рассчитывал, так что в производство запущены ещё несколько партий. С учетом специфики ожидаемых нами гостей - на лице Кейна появляется плутоватая мальчишеская улыбка. Каждая придуманная им ловушка - своеобразный спектакль с четко продуманными ролями. Своего вида искусство. На сей раз он исходил из того, что может напугать жителей подземелий. Максимально дизориентировать их. Огонь, ослепляющие световые вспышки, множество ловушек на открытых пространствах, дабы исключить возможность спрятаться. Это лишь малая часть его фантазий. Вы пробовали ослеплённым убежать от переродков, которые появляются полминуты спустя после вспышек? Года два назад на играх Кейн опробовал эту идею. Никому не удалось.

-Три отряда безгласых уже распределены для закладки капсул. Я лично всё проконтролирую. В ближайшие дни мы сможем как минимум в два раза усилить каждый круг на подступе к столице. Второй дистрикт так же усилят капсулами, но там работа может занять чуть больше времени. Необходимо рассчитать всё так, чтобы при активации капсулы не повредили ничего из стратегически важных объектов. В качестве аварийного плана предлагаю заложить капсулы по периметру Ореха. Тогда в худшем случае, активировав их, мы сможем разом обвалить все выходы и замуровать мятежников. Впрочем, не думаю, что до этого дойдёт - их должны сдержать уже внешние уровни защиты - конечно, у Кейна с собой и голлографические карты, на которых красным отмечены действующие капсулы и оранжевым - внедряемые. Но Бальдер не рискует показывать такую важную информацию за столом - возможно, президент Сноу предпочтёт ознакомиться с ней лично. Взгляд Кейна снова проскальзывает в сторону генерала - насколько ему можно доверять?

+4

12

Почти сразу же после своего появления Арктурус Старк становится непривычно молчаливым и незаметным. Тот самый Старк, который на столе плясать готов, лишь бы его заметили. Тем не менее неприметное поведение Арчи не лишает его внимания со стороны окружающих. Сам же скромный изобретатель взглядом не заходит дальше границ своей тарелки. Только один раз он поднимает глаза от горизонтальной наклонности - когда Кашмира, как ему кажется, нарочно касается его руки. Но её внимание тут же переключается на речь президента Сноу и она, похоже, не замечает адресованного ей вопросительного взгляда друга, а может быть, умело игнорирует. В любом случае Арчи и не думает обижаться - он уверен, что все присутствующие сейчас в большей или меньшей степень ощущаются себя ужами на громадной президентской сковородке.
В разгорающейся дискуссии по поводу веры, надежды и прочего Старк также не собирается принимать участие. Знаменитый своим умением заговорить любого до полусмерти сегодня он больше похож на притихшего попугая, чью клетку накрыли плотной тёмной тканью для того, чтобы птичка наконец стихла. Арчи незатейливо возится с овощами на своей тарелки, изредка отрывая равнодушный взгляд от еды для того, чтобы адресовать его кому-нибудь из присутствующих, минуя лишь одного человека. Признаться честно, даже после вмешательства в его воспоминания ему было трудно поверить в то, что Гектор Клерик мог умереть. Генерал Гектор Клерик - та сама машина для убийств, которую даже человеком назвать язык не поворачивался. Потому что своим поведением, своей манерой налаживать контакт с окружающими, вообще всем, что он делал, Гектор откровенно намекал: ничто человеческое ему не нужно. Человек мог умереть, но Клерик стремился максимально прочь от человеческой природы, от любых её порождений. Однако противостоять реальности, пусть и искусно изменённой токсинами, не может даже самая упрямая надежда. В смерть генерала пришлось поверить, несмотря на весьма скудную аргументацию - одни лишь собственные воспоминания. Образ друга был украшен траурной черной лентой и отставлен на задворки чертогов разума, в ряд с портретами других жертв кровавой Революции. Обстоятельства смерти Гектора Клерика то и дело навещали Старка в его кошмарах, но ни разу не вызвали должного сомнения. Генерал Гектор Клерик был мертв, но покоился с миром в памяти скромного изобретателя недолго. Рассказ Кашмиры взбаламутил кромку притихшего озера. Опираться опять же пришлось на сомнительные улики - слова и воспоминания. Но сегодня на ужине наконец был приведён финальный аргумент, неоспоримое доказательство смерти генерала Гектора Клерика - его труп. Бледный, облачённый в белое, он сидел за столом наравне с другими гостями, высказывался наравне с другими говорившими, откликался на имя Гектора Клерика, но для Арчи был не более, чем биологический материал, оставшийся после смерти его друга.
Вынырнув из своих размышлений, скромный изобретатель ловит себя на том, что уже некоторое время столовыми приборами разрезает воздух на своей тарелке. Это неожиданное открытие окончательно возвращает его к реальности. Старк небрежно бросает на стол вилку и нож, откидывается на спинку своего стула и пытается сфокусировать на разговоре. Бальдер, сидящий неподалеку от него, распушив павлиний хвост, не без удовольствия рассказывает о своих садистских замыслах, завуалировав всё это под понятие "внешняя оборона Капитолия". От беглого упоминания в его речи безгласых Арчи на мгновение мрачнеет. Одного такого юношу включили и в его лабораторный отряд. Более ясного и четкого предупреждения от президента Сноу Старк и не мог ожидать.
- Я бы так не спешил с закладкой капсул, - подаёт голос Арчи, едва только Бальдер успевает договорить. - Ни в коем разе не смею ставить под сомнение идейный замысел мистера Кейна, но немного переживаю за его воплощение. Вне сомнений Бальдер Кейн - отличный драматург в плане человеческих страданий, однако мне кажется, что порой он немного переигрывает. И это сильно сказывается на практическом воплощении порождений его больной фантазии. Вот, например, отличная идея - удалённая от цивилизации сверхсовершенная тюрьма. Однако достаточно не учесть один небольшой нюансик, - для пущего эффекта Арктурус щелкает пальцами - и надзиратель превращается в заключённого. А если совсем не повезёт, в мёртвого заключённого, - договорив, Старк заискивающе глядит на Кейна, скрестив руки на груди и чуть раскачиваясь на стуле, не без довольной ухмылки на лице.

+3

13

Сплин - ДвуречьеТщетно было фокусироваться. Внимание рассыпалось песком меж пальцев, оседая на коленях Генерала. Теперь ему мерещился дом. Он почти наяву видел комнату, в которой провёл всю сознательную жизнь. И почему-то сейчас сознание, точно нарочно, подсовывало ему образ сына. Роберт в ещё юном, несознательном возрасте, так по-детски наивно тянущий к нему свои руки. И это странное "папа". Ну какой же из Гектора был папа... Отец. И то, в редких случаях.
Мэри заставляла, чтобы он держал сына на руках. Это было несколько раз за всё время, проведенное с семьёй, но моменты были переполнены смыслом, суть которого Гектор мог понять только спустя очень много времени. Спустя много чужих жизней. Клерик сжал ладони в кулаки. Так сильно дурманили голову странные мысли, а взгляд всё ещё бездумно сверлил пустую тарелку. Гектор, кажется, единственный не притронулся к еде. Говорят те, кто чувствует себя виноватым, не могут и куска в рот положить. Это забавно.
Кажется, наваждение не желало проходить. Гектору чудился детский голос, в руках была точно бы нежная материя, а перед глазами всё краски плыли, точно намоченный водой акварельный холст...
Но внешне Гектор был всё тот же. Он слушал, даже успевал переваривать в собственной голове странный и новые для себя мысли, генерируемые в ответ на слова участников разговора. Но взгляд был по-прежнему странный.
Гектор нахмурился, ему хотелось, чтобы все, каждый из здесь присутствующих немедленно закрыл рот.
- Господин Президент, - голос Гектора низкий, почти грудной, он звучит странно, почти стелется по полу. Но, тем не менее, его прекрасно слышно, он слишком вкрадчив. - С Вашего позволения. Я бы хотел вернуть Ваше внимание к основной стратегии. - Голос звучал сталисто. И даже отвращающе. - Время крайне ценно и я бы хотел как можно скорее отправится военное расположение, чтобы заняться формированием фронта. - Гектор дернул желваками. Кто знал его, прекрасно понимал, что этот жест - сигнал раздражения. - Пока мы здесб беседуем, повстанцы оттесняют наши войска. - Гектор посмотрел напрямик в глаза Сноу, затем скользнул взглядом по Фрайзер и Старку. Интересно, что они думают о нём? Рады ли они видеть его по другую сторону баррикады? Считают ли его малодушной скотиной? Женоубийцей? Предателем? Трупом? Впрочем... ничего нового. Разве что "предатель" на вкус интересный псевдоним. Идущий в разрез со всем, что привыкли думать о Гекторе другие. Но это было только последнему в плюс. Он этого желал.
Хотя Старк решительно ломал все планы Гектора, норовил разрушить пирамиду, старательно выстраиваемую Гектором - кубик за кубиком. Теперь, когда кое-что в мужчине поменялось, он чувствовал, где его уязвимость, знал о ней и обеими руками затыкал брешь, точно бы трещину в тонущей посудине. Но именно она помогала ему плыть дальше. Всё парадоксальное теперь собиралось в Гекторе как межгалактический мусор на суборбитальную станцию внес своей орбиты.
- Полагаю, что моя помощь в воспитании духа в народе не требуется. Вернее, она была бы недостаточно компетентна. - Рассуждал Клерик в продолжение своей речи. - Если же есть желающие высказаться по поводу войск - я открыт предложениям.
Клерику хотелось скорее покинуть это место. Слишком много раздражающих факторов для одного помещения.

+4

14

Кашмира без выражения в синих глазах наблюдает за путешествием бокала по столу. Менее всего в конце этого перфоманса девушка ожидала услышать собственное имя. А услышав, недоуменно и испугано обращает взгляд на президента Сноу. Ощущения такие, как если бы ей улыбалась плотоядная змея. "Воодушевить солдат? Я?" взгляды присутствующих обращаются на Кашмиру, её взгляд быстро пробегает по лицам Арчи и Гектора, но, конечно, не находит поддержки. Всем плевать.

Только Кейн посылает ей самодовольную улыбочку прежде, чем перейти к озвучиванию своих планов. Кашмира слушает, мысленно представляя себе географическое расположение Капитолия и однажды виденную ею крепость во Втором. При всей мерзости Бальдера, нужно отдать ему должное - на своём поле он отменный специалист. Иначе не сидел бы за этим столом. Повстанцы столкнутся с серьёзной угрозой... Повстанцы. И с ними Блеск. Может напороться на капсулу во Втором или оказаться погребённым заживо в крепости... Про Капитолий Кашмира даже не задумывается, считая, что у революционеров нет шансов дойти до столицы.

Неожиданно подаёт голос молчащий Старк. Смысл его слов остаётся для Кашмиры неясным. Какие нюансы он имеет в виду? У него есть идея пострашнее капсул? Фрайзер не уверена, что хочет что-то о ней знать... "Воодушевить солдат и повстанцев" продолжает она мысленно вертеть ситуацию с разных сторон. "Не используют роль Сойки в полной мере" девушка переплетает пальцы в замок, сосредоточенно их разглядывая и размышляя.

Китнисс Эвердин - всего лишь пешка, оказавшаяся в нужное время в нужном месте. Считает ли Сноу её саму такой же безмозглой фигурой? Или напротив видит в ней силы бороться? Что ждёт "фитиль" в случае удачи или провала? Во всяком случае, поражение её при худшем раскладе никого не расстроит. Когда-то Гектор сказал, что она умная женщина... Сейчас Кашмира чувствует полной дурой. Её спрашивают, может ли она по сути переломить сознание революционеров, когда ей не под силу справиться с собственным. Истинный символ Капитолия - золоченая фигурка, скрывающая под ярким слоем черное пустое нутро.

Мысли возвращаются к столу как раз в тот момент, когда генерал вещает о "наших войсках". Слышать это до сих пор непривычно... Хотя Клерик явно скептичен к себе. Как минимум в одном солдате он смог воспитать дух... Прежде, чем сам же его растоптал. Кашмира уже убедилась в том, что разрушает всё, чего касается. Бальдер и Сноу этого знать не могут и не подозревают, насколько ошибочен их выбор. Зато у самой Фрайзер выбор небольшой - она помогает замыслам президента или автоматически становится ему ненужной. Это понимает даже настолько растерянная вроде-бы-умная женщина. Моральная сторона вопроса Кашмиру не занимает - ей безразлично, сколько повстанцев могут сунуть голову в петлю пропаганды, как в своё время было плевать на капитолийцев, видящихся единым размалеванным стадом. Из двух зол...

-Если это поможет Капитолию в борьбе с мятежниками, я сделаю всё от меня зависящее, господин президент - наконец подаёт голос девушка. Со своей стороны у неё есть лишь одно пожелание, которое она считает необходимым озвучить. Тщательно подбирая слова:
-Могу я рассчитывать, что моя семья по-прежнему будет в безопасности? Родители... И брат, если сдастся сам? - звучит так, будто Кашмира верит, что всё это время Сноу действительно заботился об её родителях. А не держал их как кусок мяса за стеклом, ожидая удобного случая, чтобы использовать аппетитную невредимую приманку. Тем не менее, Марс говорит - они живы и в порядке, и этого Фрайзер достаточно, даже если увидеться с ними не дают. С Блеском сложнее... Его не оградить от боевых вылазок. Но общество мятежников не могло стать ему дороже сестры, Кашмира думает, что сможет достучаться до брата дистанционно. Ничего плохого, несмотря на всё произошедшее, она не желает ни Блеску, ни Гектору.

+4

15

Сноу усмехается в бороду. Кейн похож на своего бодрого пса - с виду опасен и зловещ, но на деле может забиться в угол, как только почует опасность. Интересно, насколько этот мальчик верит в то, что делает?
— Неплохо. А что, если в Орехе будут наши солдаты? - Сноу внимательно по-змеиному смотрит в глаза Кейна, не допуская уклонений от ответа. — Мне не хотелось бы допустить мятежников до Капитолия. Если они подступятся к его окраинам - считайте, что мы проиграли. Без вооружения, без войск, с одними лишь капсулами? Да, я верю в гениальность ваших разработок, мистер Кейн, но знаете... они ведь могут взять просто количеством. Живым мясом. Просто будут идти напролом. Подорвётся на капсуле один мятежник - на его место встанет другой. - Сноу задумчиво пожал плечами, глядя в пустоту. — Поэтому, господа, хотел бы акцентировать ваше внимание на втором дистрикте. Так или иначе, я полагаю, что именно второй станет линией фронта и решающим сражением для Панема. Мистер Клерик со мной согласен в этом вопросе, - дедушка украдкой бросил взгляд на Генерала, снова улыбнувшись. — А мы... - Сноу тянул - не можем проиграть.
Следом после Кейна выстрелы свои делают Старк, Клерик и Кашмира. Сноу по очереди глядит на каждого из них.
Первым делом - Старк.
— Мистер Старк, - Сноу разворачивается к нему в пол оборота, — хотите что-то сказать определенное? Мы все во внимании. Полагаю, Вы всё ещё пытаетесь отойти от счастья, что носите на плечах голову, - Сноу по-доброму улыбается. Вроде. По-доброму. И правда, этому парню стоило бы вести себя поразумнее, ведь его жизнь всё ещё в руках Капитолия. И как только Сноу посчитает, что его существование приносит больше вреда, чем пользы - наутро едва ли кто узнает, куда исчез изобретатель. На данный момент Старк благополучно исчерпывал лимит своей полезности.
— Мистер Клерик. Есть одна важная деталь, которую вам стоит увидеть. А после сможете приступить к своим обязанностям. - По короткому взгляду в зал вкатили большой проектор, который заморгал и засветился в тот же миг, как только остановился. Пока безгласые готовят аппарат, Сноу обращает свой взгляд к Кашмире, делая ей жест указательным пальцем - подождать.
А затем снова обращается к публике.
— Не все вы знаете, что буквально несколько часов назад эфир вечерней передачи Цезаря был прерван некоей Альмой Койн. Она назвала себя Президентом Дистрикта 13 и лидером повстанцев. - Сноу чрезвычайно мило улыбался. — Через нашу систему им пока не удалось пробиться, но все дистрикты видели это обращение. И это слишком хорошо для первого шага. Или второго, мистер Клерик? - Сноу не требует ответа, а лишь легко смеётся, свободным жестом призывая включить проектор.

На всех экранах Панема

Когда экран погас, Кориолан тихонечко посмеивался. Все смотрели на его непонятную улыбку.
— Мисс Фрайзер - мисс Фрайзер... - на выдохе сказал он, - Ваши родители здесь. Их не трогали. Они живут в своём доме здесь, в Капитолии, совсем недалеко. Хотите их навестить? - Заинтересованно смотрит на неё Сноу, — но у меня будет к Вам маленькая просьба. Очень надеюсь, вы не откажете мне в ней. - Пауза. Все ждут.
— Не хотите ли стать нашей Сойкой-Пересмешницей?[ava]http://s7.uploads.ru/0xL15.png[/ava][nic]Coriolanus Snow[/nic]

+4

16

-Я предусмотрел отсутствие в своих капсулах нюансов, которыми вы могли бы воспользоваться... Мистер Старк - отвечает Бальдер столь же "радушным" тоном, сколь приятен звук елозящего по стеклу пенопласта. Не к столу уточнять эти самые нюансы - но Кейн вполне уверен, что унитазов, в которые можно спустить всякую дрянь, в его новых ловушках не будет совершенно точно. И если уж на то пошло, тюрьма не была его замыслом. Он за ней только приглядывал. Иначе бы такое количество выживших из неё не выбралось, в человеческих страданиях он действительно знал толк. Если Сноу надоест возиться с изобретателем - с удовольствием это докажет. Кто-нибудь за этим столом способен понять всё величие его планов?

Генералу, похоже, тоже не до радости за мятежников, которым готовят такой весёлый приём. Как и положено генералам - он рвётся на фронт. Хорошо, если не напутает по старой памяти, которые из войск теперь в его случае "наши". Но едва ли Бальдеру есть, что сказать по этому вопросу... Фрайзер тоже остаётся верна себе. Едва оказавшись близко к семье, девочка вспомнила, что не только за свою шкуру переживает. А жаль, та модель поведения ему нравилась больше.

-Сколько наших солдат, господин президент? Войны без жертв не бывает. Но их всегда можно постараться просчитать - Бальдер улыбается своей обаятельной, но холодной улыбкой. Если ему дадут добро на реализацию задуманного плана - лично Кейна мало волнует, что может погибнуть некоторый процент миротворцев. Наградят посмертно, скажут, что пали на поле боя за светлое будущее Панема... Ну или какие там на сей счет предусмотрены пути отхода? Количество мятежников действительно может стать проблемой. Но рано или поздно в людях должен включаться инстинкт самосохранения. Они ведь не лемминги.

Дискуссия вновь прерывается для просмотра видео обращения. Все сидящие за этим столом наверняка редко смотрели местное телевидение. По крайней мере, Бальдеру после возвращения на большую землю работа почти не оставляла для этого времени. Как выяснилось, зря. Предложенный им ролик явно любопытнее метаморфоз с париками Цезаря. Одетая в серое женщина с прямыми волосами улыбается с экрана. Значит, вот как выглядит небезызвестная Альма Койн. Бальдер даже слегка заинтригован - от красивых женщин обычно не приходится не ждать ни пользы, ни опасности. Но здесь явно не тот случай. Сия дама вообще не рождает у него ассоциаций со слабым полом.
-Так вы прислушались к своему сердцу, генерал? - не удержавшись, дёргает он бровями в адрес Клерика по завершению пафосной речи Койн. Уж больно забавный получается контекст, когда рядом сидит бывший лидер повстанческой армии. Зато снятые в госпитале кадры - не из забавных. Если мятежники так тщательно ведут видео летопись - идея завалить всех без разбору во Втором действительно может паршиво аукнуться.

Экран гаснет и за столом воцаряется тишина. Взгляды снова обращены на Сноу, а мгновением позже - на Кашмиру. Бальдер усмехается - всё в этом мире циклично. Революции, чудесные воскрешения, символы... Может, следующие голодные игры в честь противостояния символов устроят из двух команд? Сам он не за идею и не против. В войне хороши все средства, ещё один рупор пропаганды уж точно не навредит. Глядишь, и ему где зачтется, что разглядел по старой памяти потенциал.

+3

17

Внимание Сноу временно обращается к другим участникам ужина, что вполне устраивает Кашмиру, пытающуюся навести порядок в собственных мыслях. Продолжают обсуждать Орех... И ответ Бальдера её ничуть не шокирует. Во-первых, Фрайзер прекрасно знает - ему совершенно без разницы, на какой стороне доставшиеся ему жертвы. Во-вторых, и это даже пугает, ей самой теперь наплевать, окажутся ли "в худшем случае" в крепости повстанцы или капитолийцы или те и другие... Вполне достаточно, если там не окажется Блеска.

"Решающее сражение для Панема" совсем скоро всё закончится. Так или иначе. От одной мысли о том, что к власти гипотетически могут прийти мятежники, которые ещё с пятилетку будут пытаться организовать дивный новый мир, у уставшей от всего этого Кашмиры начинает стучать в висках. Пусть уж лучше Сноу забирает весь Панем и всё идёт по-старому. Из двух зол выбирают известную.

Когда президент включает запись эфира, девушка лишь укрепляется в этом решении. Вид Альмы Койн (последний раз они близко общались в первую ночь Кашмиры в Тринадцатом, когда победительница передавала ей сообщение) не вызывает иных желаний, кроме как вжаться в стул, чтобы не оказаться под надзором этих холодных бесцветных глаз. В этом Альма и Кориолан похожи. Нет сомнений, что речь Койн хорошо продумана и акценты расставлены верно. Женщина прекрасный оратор. Во все эти рассказы о диктатуре и утопающих в крови дистриктах так легко поверить, если ты не видел другой стороны медали и не убедился лично, что на ней выбиты те же слова. Сердце Кашмиры как сломанный компас, неспособно указать одно направление или выбрать "истинного врага". Но в личной выгоде оно ещё неплохо разбирается.

Кадры из Восьмого дистрикта заставляют девушку нахмуриться и опустить взгляд, созерцая переплетение ниток в скатерти. Ни на мгновение она не хочет туда возвращаться. Под ногами еле слышно шелестит гравий, перед ней падает тело Каспара, она ныряет за каменную плиту, потом покидает своё укрытие, чтобы прикрыть спину... Вдох-выдох. Кашмира закрывает глаза, пытаясь успокоиться, вернуться назад за стол.

Упоминание Сноу родителей поспевает как раз кстати, возвращая заблудшую память из Восьмого. Значит, Марс не соврал, и с ними всё хорошо. Просто удивительно, как смерть умудряется вечно пройти на волосок от их семьи. Пожалуйста, пусть так будет всегда. Президент Сноу смотрит на победительницу таким невинно-заинтересованным взглядом, словно удивляется, как это ему не пришло в голову с порога организовать для Кашмиры гостевой визит. Но она уже давно не верит в бесплатный сыр вне мышеловки, так что терпеливо ждёт, пока огласят цену лота.

-Я?... - шокированно вырывается у Фрайзер и взгляд вновь нервно пробегается по лицам сидящих за столом. До сего момента девушка думала, что под "вдохновением" Сноу подразумевает какую-то разовую акцию. Поговорить с солдатами, дать интервью и продолжить своё добровольное затворничество в комнате, но.... Сойкой-Пересмешницей от Капитолия... Он имеет в виду - тоже стать символом? Не то чтобы пример Эвердин был сильно вдохновляющим. Символ - марионетка, которую обычные граждане отождествляют с разгоревшейся в Панеме войной, не видя тщательно спрятанных от глаз ниточек, за которые дёргают совсем другие люди.

"Тебе не привыкать" замечает внутренний голос. Выбор по-прежнему незавидный - стать бесполезной для Кориолана Сноу или в очередной раз продать собственную шкуру подороже, прикрыв семью, и получив некоторую личную выгоду. Шансы пережить войну в обоих случаях пятьдесят на пятьдесят... Да и не то чтобы Фрайзер всерьёз об этом задумывалась. Мирная жизнь представляется девушке чем-то вроде Вальхаллы. Много красивых легенд, но никто её лично не видел. В таком случае действительно не стоит отказывать президенту Сноу в просьбе. Люди с подобной дурной привычкой пропадали в Капитолии удручающе часто.
-Я хочу быть полезной в борьбе с мятежниками, господин президент. Если Вы считаете, что я могу помочь в образе капитолийской Сойки - я согласна. Хотя среди мятежников я не обладаю популярностью мисс Эвердин - сложно представить, что кто-то в Тринадцатом всерьёз купится на слова девушки, большую часть времени проведшей там в лазарете с браслетом "психически нестабильной" и в отказах от общения. С другой стороны, это, возможно, зависит от слов... В трудные времена люди хватаются за соломинку. А потом она ломается и вместо Тринадцатого или Восьмого дистрикта ты - раз - и оказываешься в Капитолии.

+4

18

п.с.

я могу спутать хронологию действий, но сделаем скидку на то, что Старк обдолбан.

- Приятно слышать, что вы учитесь на своих ошибках, мистер Кейн, - почти не задумывая, парирует Старк, склонив голову на бок и с улыбкой поглядывая на Бальдера, что сидит неподалеку. Слова Клерика он пропускает мимо ушей, продолжая сверлить взглядом любителя кожи и морской тематики, но когда голос подаёт Кашмира, Арчи переводит взгляд на неё, продолжая раскачиваться на стуле. Однако приходится оставить это занятие и сесть как полагается, когда президент Сноу вдруг обращается к нему напрямую.
- Я мог бы устно рапортовать о своих лабораторных достижениях, господин президент. Но, к сожалению, это будет вполовину не так эффектно, как наглядная демонстрация. Кроме того, сомневаюсь, что хотя бы половина собравшихся владеет необходимой для понимания сути дела терминологией. Так что только дайте мне знак и я всё устрою, - с таинственной улыбкой на лице Арчи, сам того не замечая, вновь начинает раскачиваться на стуле.
- Что же касается моей головы на плечах... Я подавал в отставку в конце октября, но вы её не приняли, - костяшками пальцев Старк постукивает по реактору в его грудной клетке, скрытому сегодня под белоснежной рубашкой. Президент Сноу сильно заблуждался, если считал, что такими примитивными угрозами мог запугать скромного изобретателя. По сути, терять Арктурусу было нечего, да и разве смерть - это не очередное приключение для высокоорганизованного разума? Он морально подготовился к ней ещё в ту роковую ночь, а после лишь всё больше жалел о том, что остался жив.
Прорыв видео-ролика в эфир по всей стране ничуть не шокирует Старка. В конце концов это именно то, что они планировали. Почти вот так же сидя за столом, но без лишней помпезности, в Дистрикте 13. Возможно, он бы и рассказал об этом, если бы Капитолий не подверг его пыткам, тем самым настроив против себя.
А вот открытый подкол Бальдера в сторону Клерика заставляет Старка несдержанно хохотнуть, после чего опустить глаза и попытаться скрыть свою улыбку первой попавшейся под руку салфеткой. Но, увы, сдержать веселье скромный изобретатель не в силах, потому приходится переходить к плану Б - случайно уронить вилку, нырнуть за ней под столом и попытаться тихонечко проржаться там. Однако всё веселье сходит на нет, когда Старк слышит окончание речи Сноу и его предложение Кашмире. Звучно ударившись головой, как раз в этот момент Арчи спешит выбраться из-под стола. Ответ Кашмиры предугадывают все собравшиеся, в конце концов президент Сноу не привык слышать слово "нет". В который раз за вечер по-человечески усевшись на своё место, Старк лишь молча протягивает Кашмире руку под столом. На данный момент это максимальная поддержка, которую он может ей оказать.

+4

19

Сноу усмехается, когда Кейн бросает очередной укол в сторону Клерика. Это забавно - смотреть как собаки дерутся за кость. Интеллигентные собаки за интеллигентную кость. Впрочем, Клерику явно не до церемоний и препирательств, кажется, что Генерал сейчас на низком старте - дай ему предупредительный выстрел в потолок - и он махнёт со всё дури за дверь. Сноу наблюдал за всем, что творится за столом с видом человека в террариуме или большом музее рыб - постучишь по стеклу и какая-нибудь тварь повернётся или подплывёт поближе.
После Сноу поворачивает лицо к Кашмире. На неё приятно смотреть во всех смыслах. И в некотором роде сбитая спесь показывает девушку как умную, дипломатичную натуру. Ну, может быть слегка запуганную и сломленную... ну да кому это важно.
Кориолан улыбается. И качает головой одобрительно.
— Умница, - говорит от всё ещё улыбаясь, — я уверен, тебе будет что противопоставить девочке-подростку. Которая, к тому же, жутко запугана и похожа на жалкого мышонка. - Немного сожаления в голосе президента. Совсем немного. Впрочем, эта игра с Китнисс в кошки-мышки даже интересна. Не будь на кону судьба Панема, Сноу бы непременно позволил себе продолжить.

Теперь все смотрят на Старка. Интересно, где его психоаналитик? Почему не следит за состоянием больного... ведь Панему крайне важно эмоциональное состояние достояния Оружейного цеха. Сноу пожимает плечами и берет в руку бокал с белым вином, слегка пригубив его для улучшения пищеварения. Бокал, кстати говоря, новый. Не тот, что почил после наглядной демонстрации.
— О, мистер Старк, прошу Вас, мы все внимание, - спокойный тон Сноу, кажется, должен бесить. Ему удаётся говорить о страшных вещах тоном детского сказочника, приправляя это спокойной улыбкой или добрым взглядом. Можно было бы сравнить старика с Санта Клаусом людей, почивших под пеплом, только вот Санта Клаус Панема занимался исключительно теми, кто, по его мнению, вёл себя недостаточно хорошо. В качестве главного приза таким проказникам была смерть. На блюде. Уготованная заранее и изящно.
Кто знал, может быть бокал Старка тоже мог быть наполнен ядом. А может быть и не мог.
[ava]http://s7.uploads.ru/0xL15.png[/ava][nic]Coriolanus Snow[/nic]

+2

20

Фокус всеобщего внимания снова переходит на Арчи. Впрочем, Старк был бы не Старк, если бы ему это не нравилось. Тем более, что говорить предстоит о работе. С президентом Сноу он работает всю свою сознательную жизнь, так что его манера говорить ничуть не смущает скромного изобретателя. Арчи улыбается во все тридцать два, прежде чем поднести руку к лицу и торжественно объявить прямо в свои наручные часы:
- Эмма, активизируй, пожалуйста, протокол "Железный человек".
- Будет сделано, мистер Старк, - отвечает тут же безэмоциональный женский голос. Арчи как заведённый подскакивает со своей места, едва не уронив стул, и направляется к дверям. За ними два миротворца пытаются помешать ассистенту Старка пронести в зал большой красный чемодан.
- Это моё, спасибо большое, - с той же капитолийской улыбкой Арчи перехватывает чемодан и исчезает, оставив всех троих в недоумении за дверью. Развернувшись к аудитории, Старк замечает, что некоторые из присутствующих невольно напряглись и с опаской таращатся на ношу в руках скромного изобретателя. Арчи издаёт кроткий, еле слышный смешок - уж не из-за истории с подрывом Острова всё это? Тем не менее, таких масштабных взрывов в сегодняшнем сценарии нет.
Поняв, что полностью завладел внимание аудитории, Арчи решает намеренно оттянуть момент с появлением белого кролика из шляпы. Обхватив чемодан двумя руками, он направляется к своему месту за столом, но интересует его не столько его стул, сколько человек, сидящий на соседнем.
- Сейчас, леди и джентльмены, прямо на ваших глазах случится настоящее волшебство науки. И поможет мне в это моя несравненная ассистентка, - продолжая улыбаться, Арчи указывает взглядом на явно недоумевающую Кашмиру.
-Всё, что от вас требуется, мисс Фрайзер, - Старк опускает чемодан на пол перед собой, сделав несколько шагов назад так, чтобы стол не закрывал сидящим за ним обзор на фокусника, - это сказать волшебное слово! Не дав Кашмире озвучить свои вариации, скромный изобретатель тут же подсказывает: -Абракадабра.

Абракадабра

https://49.media.tumblr.com/d8d5ed77b3e6441aed8509d13afd7e72/tumblr_mfwal8nQUh1s11yqlo1_250.gif https://49.media.tumblr.com/d0b5019f53253555535eed6f412ab977/tumblr_mfwal8nQUh1s11yqlo2_250.gif
https://49.media.tumblr.com/2812e8a37b82ebdbcc682c2cdfb0efa1/tumblr_mfwal8nQUh1s11yqlo3_250.gif https://49.media.tumblr.com/13f8a6868d33c19c19bc990a56c3d69b/tumblr_mfwal8nQUh1s11yqlo4_250.gif
https://49.media.tumblr.com/29b3be8943862a6614dd910a7dc4e601/tumblr_mfwal8nQUh1s11yqlo5_250.gif https://49.media.tumblr.com/21b7ac88ae358e463f58d6798c0f4d07/tumblr_mfwal8nQUh1s11yqlo6_250.gif

Когда Кашмира с некоторым промедлением всё же выполняет требуемое, чемодан и правда, словно по волшебству, приходит в движение. Арчи наклоняется и руками тянет на себя хитроумное изобретение. И на глазах у ошалевшей публики  оживший чемодан в одно мгновение поглощает тело Старка, приобретая иную форму. На месте скромного изобретателя в деловом костюме стоит самый настоящий Железный Человек, как впрочем, и было до этого заявлено в протоколе.
- Господин Президент, позвольте представить вам венец творения современной науки - Марк Пять. Единственный в своём роде бронированный экзоскелет, призванный расширить узкие рамки человеческих возможностей. Позволяет, например, в стандартном режиме поднимать тяжести весом до 90 тонн. Неуязвим для пуль и прочих физических повреждений, благодаря уникальному составу своей брони - смеси стали и вибраниума, сам же обладает мощью целого флота. Ну и его способность летать мы ещё не тестировали, - звучит самодовольный голос Старка из-под серебряно-красного шлема. А что? У него есть веский повод гордиться собой.

+3


Вы здесь » THG: ALTERA » Alma Mater » [c] 6.12.3013. Capitol. Jealous Gods


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC