Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Bellum » ГЭС, ЭС I и II


ГЭС, ЭС I и II

Сообщений 1 страница 20 из 48

1

http://s7.uploads.ru/BN9DZ.png

- Дистрикт 5. ГЭС, ЭС II и I  -distr. 5 HPP & PS II & I


http://s5.uploads.ru/7IbkV.gif


[float=left]http://s4.uploads.ru/t/wkjpx.png
*карта кликабельна*
[/float]Один из главных источников электроэнергии в Панеме - гидроэлектростанция. Из себя она представляет огромную бетонную плотину, проходя через которую вода разделяется на множество каналов, приводя в действие генератор энергии. Здесь ужасно шумно и мокро в любое время года - ведь река, встречающая на своём пути плотину, не замерзает никогда, потому как имеет сильное течение.
Отсеки с оборудованием и прочим находятся внутри плотины - сама по себе она достаточно толстая. Также здесь располагаются около пяти десятков повстанцев, которые охраняют стратегически важный объект.
Гидроэнергетический комплекс, построенный в русле самой большой реки Панема, состоящий из трёх взаимосвязанных сооружений — действующей Головной ГЭС и побочных систем ЭС II и ЭС I.
Головная ГЭС создана по приплотинной схеме и использует напор, создаваемый грунтовой плотиной. ЭС II деривационного типа, использует энергию из дополнительных подстанций (ветровая, солнечная), передавая полученную энергию в генератор главного комплекса. Это первая и самая северная из всех электростанций. Описание: большая, открытая область в центре двух гигантских турбин, со средними и верхними ярусами. По бокам ярусов расположены мостики и рабочие места. Все они образуют основание трех ярусов. Каждый ярус имеет, как минимум, два набора ступенек соединенных с нижним и верхним ярусом.
ЭC I распространяет полученную энергию на подстанции ЛЭП. Имеет схожее описание с побочной ЭС II. Также оборудование побочных подстанций в следствие расположения используются, как дополнительные заземлители для головной подстанции.
Суммарная установленная мощность комплекса ГЭС — 352 МВт, среднесуточная мощность — 24,9 МВт, суммарная среднегодовая выработка — 812 млн кВт·ч.
В случае внезапного выхода из строя системы подачи энергии, срабатывает аварийный генератор, работающий автономно от трёх до пяти суток, в зависимости от внешних условий. В случае прорыва плотины все системы автоматически прекращают свою работу.
Внимание: очень опасно находиться вблизи объекта в случае выхода из строя системы заземлителей. Невыработанная электроэнергия даст разряд минимум 6000 вольт, распространившись на расстояние не менее километра и далее, в зависимости от нахождения во внешней среде необходимых проводников (вода, металл и тд).


http://66.media.tumblr.com/8182e269dc85dba919d6128591c979e8/tumblr_ne8f3pwdZV1rmnnuso1_250.gif    http://67.media.tumblr.com/f7e2da6942b684f81879d111ca6e53da/tumblr_ne8f3pwdZV1rmnnuso4_250.gif


Что здесь есть:
1. 50 человек, вооруженных автоматами миротворцев. В основном это местное население, около десяти человек - бывшие миротворцы;
2. Состояние плотины 75%, требуется починка, однако функционирование проходит нормально.
3. На подходах к плотине установлены водонепроницаемые камеры, которые передаю картинку внутрь плотины.
4. Электричество отсюда передается на ЭС II, где обрабатывается и распределяется по ЛЭП.
5. ГЭС удалена от города.
6. Жилых зданий нет. Река по обоим берегам обрастает густым лесом.
7. Несколько орудий установлено повстанцами наверху плотины. Видимость для стрельбы - плохая, удар - сильный.
8. Башни водосброса. На каждой сидит по одному повстанцу со снайперским оружием.
9. В паре киометров от плотины блокпост. Тре повстанцев находятся на нём.
10. В центре ГЭС инфоцентр - сюда собирается информация о состоянии плотины, ЭС II и окружения.
11. Нижний уровень ГЭС - непосредственная близость к воде. Сюда лучше не ходить.
12. Рядом с ЭС II и ГЭС стоит много ветряных мельниц и солнечных батарей. Вход для человека туда закрыт.
13. ЭС II и I полностью автоматизированы по последним технологиям и не требует присутствия человека. Минимум необходимых махинаций в их отношении осуществляются из инфоцентра ГЭС.
14. Около ГЭС, в километре, располагается небольшой арсенал. В основном здесь наименее взрывоопасные запасы оружия.
Расстояние с учетом местности:
1. До Арсенала  - 1,5 часа на авто, 4 часа пешком;
2. До Дома правосудия - 1,5 часа на авто, 4 часа пешком;
3. До Деревни победителей - 2 часа на авто, 4,5 часа пешком;
4. До жилых кварталов - 1,5 часа на авто, 4 часа пешком;
5. До Старого города - 1,5 часа на авто, 4 часа пешком;
6. До Госпиталя - 1 час на авто, 3,5 часа пешком;


http://66.media.tumblr.com/ed5741aaeee47a8ea9bca9c263443efc/tumblr_ne8f3pwdZV1rmnnuso3_250.gif    http://66.media.tumblr.com/dfac437658cd1a906bbc9a8f99cc152f/tumblr_ne8f3pwdZV1rmnnuso8_250.gif


Система игры - локационная.
Очередь свободная


http://s7.uploads.ru/qwVmO.png

+1

2

0:00 - 0:30. 1 января.
Полночь. Спокойная, тихая. Звезды - единственные наблюдатели всего того безумия, что сегодня должно было начаться. И свершиться.
Гектор уговорил себя немного поспать накануне. Сделать это было трудно, ведь он весь был точно оголенный нерв, готовый в любую секунду порватьcя как струна и отскочить кому-нибудь хлестким краем по лицу. Но отключиться в общеизвестном смысле ему всё равно не удалось. Он дремал, видя будто бы наяву старые эпизоды своей жизни.
Пёс не отходил от Гектора почти не на шаг. С тех пор, как Клерик сохранил животному жизнь, прошло чуть больше суток, но новоявленный спутник его жизни держался на удивление резво и бодро, будто бы не был готов погибнуть ещё 24 часа назад. Собака, надо тем не менее сказать, вела себя послушно. И если Гектор вербально или невербально приказывал ей не трогать его, она смиренно сидела на другом конце комнаты и следила за ним влюбленными глазами, чуть повернув набок голову.
Адъютанту Клерика - парню с льдистыми голубыми глазами, несколько женскими губами да и общим видом, по мнению Гектора, слишком женственным - было поручено обеспечить всё ещё безымянного питомца "... что там ему нужно". Гектора не оставляла мысль о том, что ему нужно избавиться от собаки. И он абсолютно серьезно пытался его случайно где-то забыть или кому-то перепоручить. Но он ещё не знал, что с каждым днём ему будет всё труднее и труднее сделать это. Однако, тяжело всё время находиться рядом с теми, кто обязан тебе жизнью из боязни, что они всегда будут чувствовать себя перед тобой в долгу и рисовать тебя лучше, чем ты есть на самом деле.
А Гектор знал, кто он на самом деле. И любому идеализировавшему его сущность человеку он искренне сочувствовал. Но пёс игнорировал иголки Гектора, интуитивно чувствуя в нём что-то доброе. Пусть и очень глубоко внутри.
Имени собаке Гектор тоже не дал. Да, признаться, шальная мысль на этот счет уже посещала его умную голову, но он решительно её отгонял, потому как знал, что это его только привяжет к псу.
А привязываться ни к кому Гектор больше не хотел. Он решил для себя, что недавний вечер, проведенный с Кашмирой, и ей позволит "отпустить" его, чтобы Клерику не чувствовать себя виноватым. Со Старком всё было слишком непонятно (особенно после того, как память вернула ему кое-какие кадры из недавнего прошлого в больничной палате), потому Гектор убеждал себя поступить с ним ровно также как с Кашмирой, пусть и мысленно. Оставались только дети. Дети, которых он оставил достаточно давно и больше всего на свете боясля увидеть теперь по другую сторону прицела.
Война. Война - это было второе имя Гектора Клерика. Он ей жил. Он чувствовал, как она пропитала его изнутри, как течет вместо крови. План должен был сработать чисто и технично. В полночь начнут они. Форы в час им будет достаточно. А позже основные миротворческие войска наводнят улицы дистрикта. По сути своей, здесь даже некого было захватывать: линий электропередач было больше, чем живого населения. И Клерик мертво стоял на одном правиле - не убивать никого. Или только в самом крайнем случае, если иного исхода нет.
"Эти люди не имеют своей стороны", - говорил он вчера, стоя перед отрядом из сотен белоснежых солдат. "Им навезали Революцию, им навязали мысль, что будет лучше. Лучше не будет. Ни на той стороне, ни на этой," - Клерик терпеть не мог публичных выступлений, но если Кашмира Фрайзер не сможет воодушевить - ему придется сделать это самому. "Мы не в праве решать, достойны они жизни или нет. Пусть это война и без жертв мы не обойдемся, но мы против насилия". - Скулы нервно рисовали четкие тени на лице Гектора, казалось он ещё сильнее похудел с тех пор, как вернуля в 13-тый дистрикт. В общем-то, это была правда. То, что говорил Гектор, несколько шло в разрез политики Сноу. И Клерик прекрасно понимал, что сейчас делает ни что иное, как выдвигает своего ферзя на чужое шахматное поле. Он ловок и силен, но его голова всё же покоится на самой обычной шее.

Всё было продумано Гектором давно. Карты Панема и пятого дистрикта были впечатаны в его сетчатку. Каждый шаг свой он уже знал. Как и всегда. Иначе бы Гектор Клерик не был собой, не будь он уверен в собственных действиях.
Последние дни он много молчал, голос его раздавался только тогда, когда нужно было общаться с командой. Соло, Джонсон и Мэйсон. Гектор обезличил их для себя, считая их только идеальным оружием, своими руками и ногами, глазами и мышцами. Девушками он мог управлять при помощи кнопки, с Соло пришлось действовать иначе. Гектор как и прежде не доверял никому, кроме себя, но в одиночку эту войну он не выиграет, даже если применит все свои способности.
И ошибок, потому, не избежать.
Он готовил себя тщательно и выверено, как будто знал, что сейчас в его жизни начинается важный завершающий этап, от которого многое будет зависеть в учебниках Истории. Но вся эта палемика никак не вязалась с тем, что на войну его разбудил пёс, теплым комком устроившийся у его ног, а ближе к подъему решивший умыть хозяина при помощи шершавого и не самым приятным образом пахнущего языка и тыкась в щеку мокрым носом.

Мини-джет проскользнул с северной части, идя почти по линии границы. Гектор самостоятельно пилотировал его, зная заранее, что в него уже не вернется ни он, ни его команда. Их было четверо, каждый был одет в чёрное. Не белое, нет. Чёрное. Строгие, точно вылитиые из стали костюмы, повторяющие фигуру тела и делающие её более женственной или мужественной. Защитные пластины и несколько дополнительных уловок с оружием или электрошокером в запястье. Нет, эти костюмы делал не Арктурус Старк. Гектор заранее оговорил этот вопрос, запрещая ставить изобретателя в известность. Нет, Клерик знал, что у Старка они получились бы куда функциональнее, лучше, качественнее, но он был не готов платить за это цену ни своей гордостью, ни желанием не впутывать в это друга. Да, всё ещё друга.
Костюм Гектора не отличался от костюма его команды. Маска на лице, выглядящая как стильный остроугольный, но всё-таки намордник, скрывала рот и нос, оставляя на поверхности волосы и глаза. Эти штуки глушили дыхание и фильтровали воздух, очищая его от любого газа. Помимо этого герои Панема могли переговариваться между собой, будучи абсолютно немыми для окружающих. (И не кашляли бы как туберкулезники.) Наушник в ухе, оружие на изготовке, запасные магазины в костюме. Клерик посадил машину, отключив питание и сделав джет невозможным для пилотирования кем-то другим. Он повернулся назад и взглянул на свою команду. Здесь их было только четверо, остальная масса, основное войско двигались с разных частей карты. У кого-то функция была отвлекающей, у кого-то - захватнической. К утру по меньшей мере половина дистрикта должна была быть контролируема Капитолием.
Гектор внимательно пробежал глазами по каждому. Не нужно было слов, чтобы понять, что он спрашивает об их готовности.
Люк в брюхе Джета открылся и лестница позволила команде спуститься вниз. Клерик проверил, что кнопки от чипированных находятся у него и спустился последним, чувствуя жгучий холод парных пистолетов у своих предплечий.
Когда все были внизу, он отогнул край ткани на запястье и посмотрел на часы: стрелки светились в темноте еле заметным зеленоватым светом.
- Сверяем время. Три минуты после полуночи. - Сказал он в маску, снаружи не донеслось ни звука. - Связь, - он коснулся уха. - Ведите себя спокойно. Без паники. И действуйте согласно плану. - Он снова обвел всех взглядом. - При любых отклонениях от плана сообщать мне незамедлительно. - Он остановил внимательный взгляд на Соло - будто бы тот был основной надеждой миссии, а затем, после паузы обнажил своё оружие и молча двинулся вперед.

Их с Джоанной задача была самая важная, как полагал Гектор. ГЭС. Её контролировали повстанцы, а значит электричество Панема зависело от воли электромонтеров и охранников. Шестой дистрикт, отвечающий за транспорт и находящийся под покровительством Капитолия, был почти полностью обесточен, что  очень мешало Сноу. Они с Джоанной заходили с фронта. Действовать нужно было быстро, и Гектор счел, что им хватит ресурса, чтобы шпионским образом проникнуть внутрь, не привлекая отряды миротворцев, планолеты, бомбы и прочую лабуду. Две черные тени двигались по белому снегу, стараясь держаться тени. За это Гектор волновался больше всего, но всё-таки ставил на собственную сноровку.
В приоткрытое окно блокпоста влетела небольшая мило разукрашенная цветная штука. Трое человек, находящиеся внутри, поняли, что происходит далеко не сразу. Но разбираться дальше было уже бессмысленно. Они уснули ровно там, где стояли. Гектор выждал несколько секунд, а затем стремительно ворвался внутрь, на всякий случай держа оружия наготове, проверяя.
- Чисто. Оставайся в тени и контролируй зону видимости, я займусь камерами. - Гектор проговаривал это уже сотни раз, но лишнего здесь не бывает. Он вынул из кармана на груди небольшую штуку, похожую на флэш-карту. Дойдя до мониторов, что отвечали за камеры наружнего наблюдения вокруг ГЭС, и воткнул механизм в блок управления. Флэшка приветливо заморгала зеленым огоньком. Программа должна была сработать примитивно - записать три минуты спокойной обстановки и пустить запись на повтор. Гектор был уверен, что они с Мэйсон смогут достаточно аккуратно добраться до ГЭС - хотя нужно было ещё преодолеть пару километров - но он предпочитал перестраховываться.

Дорога до ГЭС представляла собой ложбину. По бокам был густой лес, в центре - узкая полоска дороги, протоптанная техникой. Бежать нужно было около 20 минут. Клерик переглянулся с Мэйсон, когда управление мониторами было закончено. Клерик не доверял Джоанне больше остальных, и именно поэтому взял её с собой. Но кнопку он всё ещё не активировал, будто бы оттягивая этот момент как можно дальше. При необходимости. После пробежки до ГЭС Гектор должен был обезвредить крышу,а Джоанна - ближнюю охрану, после чего оба смогли бы прошмыгнуть внутрь и добраться до информпоста - сердца станции.
Гектор поймал взгляд Мэйсон.
- Цвет. - Кнопка на костюме. И после нажатия оба костюма изменили свой цвет, став поистине капитолийски-белыми. Как снег.
- Вперёд.

+5

3

06:00 - 07:00. 1 января

Планолет равномерно двигался по воздушному коридору, вздрагивая и покачиваясь только в тех местах, где под ним были перепады высот, а следовательно, и давления. Летающая машина, не самая большая из возможных, везла людей на встречу с существом, которого каждый трактовал по-своему. Те, кто был в этом планолете, преимущественно были знакомы Ангероне и большинство из них, кто когда-то высказывался на данную тему, называли эту существо Судьбой, сама девушка же давала ей другое имя. Смерть. Никто не может сказать, пообщается она с каждым напрямую или лишь взмахнет рукой, приветствуя в своих владениях. Все, по мнению Ангероны Клерик, предпочли бы второй вариант, но он не возможен без первого.
И сейчас, сидя примерно в центральной части планолета, девушке казалось, что она в эту секунду уже видит ее, смотрит прямо в глаз - один из возможных.
Идеальная окружность, кольцо с зияющей черной пустотой, конец которого окроплен блеском холодного металла. Вглядываясь в дуло, Ангерона не видела, но чувствовала патрон, к которому ведет эта чернь, знала, что такое статичное положение непостоянно, и скоро этот кусочек метала обтекаемой формы сменится на другой, потом на третий и четвертый. Сколько раз ей придется окликать существо, чтобы оно обратило на нее внимание?
Девушка не боялась смерти, но и не хотела встретиться с ней лицом к лицу раньше времени, по крайней мере ровно до того момента, как не повстречает еще одно существо, зовущее себя вполне человеческим именем.
Неосознанно и, скорее для собственного спокойствия, Ангерона холодными пальцами ощупывала мушку, крылья, крепящие ее, и часть ствола, непосредственно соединяющиеся с данными частями. Взгляд все это время не отрывался от дула.
И, наверно, не оторвался бы вплоть до посадки, если бы не внезапно возникшее ощущение того, что за ней кто-то наблюдает. Неприятное, липкое, вызывающее определенного вида ощущения на спине под кожей. Моргнув и подняв глаза в поисках того, кто на нее смотрит, девушка практически тут же нашла наблюдателя.
- Не засыпай, - мягко улыбается Маркус, не отводя от Ангероны взгляда. - Успеешь еще, - в его попытках подбодрить прощупывалось двойное дно, но так и должно было быть, ведь вокруг война.
В ответ на его высказывание девушка поджимает губы и упирается взглядом в собственные колени. Она не должна сейчас реагировать на него никаким образом, чтобы не отвлекаться, за исключением, правда, приказов как командира. Хотя она и сама прекрасно знает, что ей надо делать.
Цель: отчистить Пятый дистрикт от армии Капитолия. От армии, к которой по слухам переметнулся отец.
Тонкие пальцы обхватывают ствол и сжимают его со всей силы - металлу это не повредит, но одного человека из всех отрядов, находящихся в этом планолете, такое поведение настораживает.
- Клерик, - снова тихо окликает Маркус, наблюдая уже больше за ее лицом, проявившимися скулами,  напрягшимися желваками и прищуренными глазами, чем за руками, которые ствол отпустили не сразу.
"Подлый трус. Слабак. Мерзкое отродье! Не выдержал унижения и сбежал, поджав хвост", - в мыслях все кипело уже давно, но сейчас, обозначив цель и поняв, к чему она сейчас приближается, бурлить начало с новой силой. "Я убью его. Собственными руками уничтожу!" - Ангерона, - уже громче говорит командир отряда, привлекая внимание. - Успокойся, - девушка в первые секунды бросает на него полный злобы взгляд, а потом, набрав в легкие воздуха, долго выдыхает. Она, фактически, спокойна, на работоспособности это никак не отразится, либо, наоборот, мысли и злость выступят определенным стимулом к действию.
- Все нормально, - откликается она и, облизнув губы, прижимается спиной к спинке кресла, закрыв глаза. В мыслях снова появляется отец и все то, что она не может ему простить. Разгром и возвращение Пятого дистрикта восставшим будет сигналом к тому, что Гектор Клерик предал не только их, но и себя и свои убеждения, на которых взращивал их с Робертом.
"Я до него доберусь", - сказала себе девушка, щелкнув ногтем по металлу оружия, и приказала сменить тему. Они уже подлетали к Пятому дистрикту и нужно было готовиться к встрече, но не с отцом, Гера подозревала, что он может оказаться в гуще событий, но стопроцентной уверенности у нее не было. Ведь доверять можно было только себе. Ну, может быть, еще и Маркусу.

Пятый дистрикт, холодная, гористая местностью Здесь долго не рассветает, но освещения вполне хватает, чтобы контролировать ближайшую местность. Только это не помешало войскам Панема занять ГЭС.
- Гидроэлектростанция - стратегически важный объект и сегодня в первом часу ночи он был захвачен. Вам требуется объяснять задачу? - командир внимательно посмотрел на солдат. Кое-кто усмехнулся, кто-то что-то ответил, но всем было понятно зачем они здесь, каждый знал своем место в этой игре, для которой их растили.
Проверив наличие запасных магазинов, дымовых шашек и взрывчатки на поясе, к которой прибегать нужно будет в последнюю очередь, Ангерона выдохнула белое облако пара и перекинула ремень через плечо, удобно взявшись за ствольную накладку и рукоятку.
- Когда все закончится, нам нужно будем поговорить, напомни мне, - молчаливый кивок на фразу, о которой практически тут же девушка забыла. Не до разговоров ей сейчас, особенно не по делу.
Впереди выла ГЭС, продавливая сквозь себя тонны воды и вырабатывая огромное количество энергии, которая не должна была достаться Капитолию.
Осталось только дождаться приказа о выступлении.

Отредактировано Angerona Cleric (Чт, 26 Май 2016 19:30)

+3

4

0:00 - 1:00. 1 января.
Электричество и вода.
Изысканное изящество цинизма, пронизывающего это задание насквозь в глазах Джоанны, поражало её воспалённое воображение. Невозможно было поверить, что это простая случайность, что всем, кто планировал эту заварушку, откровенно наплевать на фобии, взращенные в больном мозгу бывшего трибута пытками Капитолия, хотя, скорее всего, так оно и есть. Этот страх как след нернопаралитического газа раствоён в крови, впитался в мозг, он подавляет сознание, с ним невозможно бороться. Электричество и вода - вот, что удержит Джоанну на поводке Капитолия при взятии ГЭС лучше всяких кнопок Кейна. А Клерик и не в курсе. Забавно, ха-ха.
Сидя в мини-джете, Джо разглядывает свои руки в чёрной броне перчаток. Она не смотрит ни на Соло, ни на Цецилию: ей достаточно человеческого внутри. По той же причине она не думает о том, с кем может столкнуться при взятии ГЭС. Там, в тринадцатом, не кучка повстанцев, удел которых партизанить и взрывать рельсы, там - сила, мало в чём уступающая Капитолию. Можно сколько угодно надеяться на внезапность и на проработанность планов, на оборудование и подготовленность солдат, но поручиться, что дело выгорит, нельзя. Они могут спешить туда со своей стороны на всех парах. Они уже могут быть там. Там может быть Одейр. Хоторн. Даже Сойка: хотя Джо так и не избавилась от раздражения в отношении этой пигалицы, но драться с ней желания не питает.
Почему Клерик взял её с собой? Очевидно, доверия к ней меньше, чем к остальным двоим, несмотря на чип и на кнопку в генеральском кармане. Она непредсказуема, у неё с головой совсем плохо, слишком часты вспышки агрессии, адекватность поступков проступает на самой грани дозволенного уровня, ну а что вы думали, чего вы хотели, когда пускали электричество по воде? Раз за разом.
Электричество и вода.
Всё происходит точно в тумане, и этот туман вовсе не похож на ту мглу, что затягивает разум, стоит нажать ту самую кнопку. Джо не здесь, потому что не хочет быть здесь. Нет, она не благородная душа, не символ и не самоотверженный герой, она всего лишь девчонка. На удары судьбы люди реагируют по-разному. Есть те, кто поникает головой и сутулит плечи, есть те, кто смиренно подставляется под новые удары, есть те, кто рыдает и молит о пощаде и те, кто предпочитает бороться, а ещё есть те, кто учится ненавидеть. Джо - всего лишь девчонка из седьмого дистрикта, у которой были хорошие учителя. Ненависти её обучили виртуозно, она - воплощённая ненависть. Она не была рождена чтобы стать воином, и с топором она так здорово обращается вовсе не потому, что с детства училась рубить им людей.
Она, вообще-то, совсем другие вещи им рубила.
Но когда ты разбит и заново слеплен, а клеем служила ненависть, для топора уже не вспомнится, не придумается иного предназначения.
Костюм становится белоснежным, их с Клериком фигуры сливаются с засыпанным снегом ландшафтом. Пар от дыхания не прорывается сквозь респираторные прорези масок: наверное, куда-то присобачили конденсатор, - так что они похожи на роботов. Джо бы с удовольствием стала роботом. Впрочем, обезвреживая охрану ГЭС, она не чувствует ничего. Она бы даже применила топор, - он здесь же, на поясе, такой же неестественно-белоснежный, как и всё остальное, - но убивать запрещено. Циничный пафос запрета на убийство тошнотворен, неужто Клерик сам не чувствует этого? Ребятки из тринадцатого положат их на месте, не спрашивая фамилий, Койн не церемонится с противником - хотя, Сноу тоже не особо склонен миндальничать. Но этот - он из другого теста. Остаётся лишь диву даваться тому, что он забыл здесь. На этой стороне, в этих убеждениях. С этими кнопками в кармане.

Отредактировано Johanna Mason (Чт, 26 Май 2016 23:15)

+5

5

0:00 - 0:30 1 янв.
[float=left]https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/f6/db/fc/f6dbfca63969fc270d0a1cdab55f1fdc.gif[/float] Клерик был удивительно неприятной личностью. И у него (в отличие от Китнисс со слов Хэймитча) точно не было плюсов. Собственно, возможно и не столько неприятной, сколько... тяжелой. Монолитной. Он был как робот, как машина, которой неведомо ничего человеческое. Солдат от макушки до кончиков блестящих ботинок. Всегда одинаковый, всегда однотонный. В нём ничего не менялось. Картина, которую Крис запечатлел в своей голове, впервые встретившись с Клериком, не изменилась ни на черту. Точно бетонная стена плотины, Генерал окружал себя непроницаемым полем, не позволяя добраться до себя... а может и правда был такой бездушной фигурой, какой все его видели. Из Криса, скажем так, был скверный психоаналитик.
Эти несколько дней, что прошли с момента расставания Криса с Кашмирой и командой, были поистине новыми для Соло. Тело с благодарностью отзывалось на физические нагрузки и ежедневные тренировки. Соло доставалось более остальных. Клерик безжалостно заставлял парня подниматься, когда он падал, драться, когда тот выбивался из сил, защищаться, когда хотелось только безвольно уснуть прямо на матах. Мальчик не осознавал, но в нём просыпалось что-то новое, что желало следовать за этим каменолицым генералом. В присутствии Клерика Соло был всегда серьезен и также молчалив, говорил только по делу. Старался двигаться также быстро, также ловко и гибко. И понемногу пил собственную силу, знакомясь с ней, учась ей управлять. И проникаясь к Клерику чем-то вроде восторга.

Соло потирал большими пальцами отражающий свет обод стали. Щит. Соло не хотел брать его ни в какую. Ничего от мистера Старка ему было не нужно. Обиженный всё ещё глубоко в душе, Соло принял решение повзрослеть быстро и стремительно. Однако генерал Клерик настоял на том, чтобы щит Соло всё же взял. Соло всей душой был против. Каждой клеткой. Но спорить с Генералом не решился. Он вообще очень хотел бы посмотреть на того смельчака, который бы решился. Или того полудурка?..
Щит всё же ему нравился. Хотя теперь впечатление о нём было безнадежно испорчено. Соло не хотел идти в бой с ним, но оружием щит был поистине незаменимым. Он не поддавался законам физики, так как сделан был черт пойми из чего. Кристиан полагал, что это какой-то металл, просто грамотным образом выдержанный. Но Клерик сказал, что с этим материалом не знаком (и откуда он вообще всё мог знать?), поэтому Соло осталось задумчиво нахмуриться, разглядывая ровные круги, сужающиеся к центру, к звезде.
Соло не на шутку был взволнован тем, что сейчас он - часть важного задания. Клерик поручил ему достаточно важную часть, как он сам же выражался, и ошибиться Соло было не то что нельзя, невозможно, немыслимо. Он тянулся к своему благодетелю и хотел произвести должное впечатление. Хорошее впечатление. Но по своей наивности ещё не понимал, что что бы он ни сделал выдающегося - реакция Клерика всегда будет одной и той же.

Маска, костюм, светлые голубые глаза, пшеничные волосы. Щит пришлось покрыть черной матовой краской в цвет костюма, чтобы он не демаскировал. Соло поправил непривычную штуку на лице и прямо посмотрел на Цицелию, что сидела напротив в джете и на ближайший час должна была стать его союзницей. Но Кристиан по-прежнему не был уверен в том, что идти ему с Цицелией была лучшая идея. Между ними была какая-то недосказанность и Кристиан просто-напросто боялся снова сказать или сделать что-то лишнее.

Они расстались с Джоанной и Клериком так, точно бы и никогда не были друг с другом знакомы. Заданием Соло и Цицелии была электростанция. На таких мужчина до этого ни разу не был. Но по спине уже шла волна ерошащихся волос от магнитного поля. Кристиан воровато огляделся, затем нажал на кнопку и его костюм превратился в привычный белый (и непонятно, зачем было изначально их делать черными. Хотя для маскировки внутри здания он действительно подходил больше) и они с Цели двинулись вперед по снегу. Соло держал щит перед собой, будто пробирался через баррикады, и старался бежать в полсилы, чтобы Цицелия не отставала от него.
Соло старался выучить план действий наизусть. Но всё равно чувствовал, что где-нибудь он точно напутает.
Когда они добрались до станции, Соло сверился с часами на левой руке, которыми обзавелся аккурат перед операцией. Они спрятались у трансформаторной будки, которая гудела и скрыла бы их голоса, даже не будь о Соло и Джонсон собачьих повязок.
- Я вижу троих на два часа от нас, - Соло перебросился с Цели взглядами, - Ещё двое на крыше и четверо справа. - Он немного нетерпеливо поерзал на месте. - Погоди. - Он напрягся, чуть приподнимаясь, замер на секунду, а потом прицельно бросил свой щит, вывернув правую руку. Достаточно тяжелый, он полетел точно фрисби. Ударившись об угол здания и выбив небольшой сноп искр, щит ударил в шею того, что был на крыше и, отскочив ещё от одного из углов, вернулся аккурат в руки хозяину. Поймав его, Соло пораженный и довольный собой, снова спрятался.
- Минус один.

+5

6

Холодное безразличие позволяло мыслить здраво, избавляя затуманенный некогда разум от скопища ненужных идей и принципов. Все просто. Четко. Понятно. В этой войне не было ее стороны, друзей или союзников, позволяя оценить сложившуюся ситуацию с весьма абстрактной позиции.
Слова в этом мире не имеют смысла - Джонсон уже в этом убедилась. Поэтому женщина молчит, ни на кого не обращая внимание большую часть дороги. Ее личная война закончилась оглушительным проигрышем, так какая разница чем закончится эта? Дышать еще день или погибнуть сегодня - все то же безразличие. Потерянный человек куда страшнее человека одержимого идеей - ему реально нечего терять. Даже собственная жизнь не становится приоритетом.
Многочисленные дни тренировки слились в один бесконечный -  даже вспомнить нечего. Бег, стрельба, рукопашная… Клерик говорил мало и исключительно по делу. Хоть за это можно было сказать ему спасибо.
Пятый, так пятый.
Костюм был непривычно черным. Как раз под стать ее душе.

С миротворцем, так с миротворцем -  чипированная не доверяет даже самой себе, так что ей абсолютно плевать кто достался ей в напарники. Лишь бы под ногами не мешался. Цель ясна. Поставленная задача тоже. Кнопка у Клерика - действуйте, генерал. Убивать чужими руками, не запачкав свои - не для этого ли безграничного ощущения власти вы предали повстанцев? Захотели почувствовать себя капитолийцем? Впрочем, безразлично.

Сейчас они находились в многоуровневом железном лабиринте, с разной высоты перилами, лазейками, лестницами, и просто металлическими дорожками, по которым ходила немногочисленная охрана объекта. Цецилия недобро прищурилась, не оценив баловство со щитом. Серьезно? Кидать шумный металлический предмет в месте, окруженном охраной и одновременно хотеть, чтобы их не заметили? Просто чудо, что НИКТО не смотрел в ту сторону, и никто не услышал лязга щита о стену из-за грохота падающей воды. Один из охранников так и остался лежать на крыше, незамеченный своим товарищем. Спасибо разделяющей их посты какой-то постройке. Надо было действовать тише и более осмотрительно.
Караул напротив скрылся за поворотом. Человек  на крыше тоже пропал из зоны видимости. Отличный шанс для сокращения количества дежуривших здесь.
-Троих возьму на себя, - коротко констатировала Цецилия, задрав голову, оценивая расстояние до решетки трансформаторной будки. - Подсади меня.
Главное ухватится за стальные прутья, до которых было два метра от силы, а там уже можно подтянуться.
Автомат Джонсон убрала за спину, решив полагаться на свою личную “Ахиллесову пяту” в самый последний момент - похоже, обращаться с огнестрельным оружием она не умела на генетическом уровне. Доказательством тому был находившийся рядом миротворец, которого Цецилия вполне могла отправить к праотцам еще в их первую встречу на острове, да умения не хватило. Почти жаль. Одним бы лабораторным паразитом было меньше.
Несколько быстрых движений и чипированная оказалась на плоской крыше, поспешно замирая, стараясь не шевелиться лишний раз. Без полного понимания состояния объекта, железо под ногами могло сыграть с ней злую шутку, раскрыв ее прибывание здесь гораздо раньше положенного срока. Вдруг конструкция не цельная, а собрана из многочисленных кусков? Грохот и лязг тогда обеспечен. Поэтому двигалась Джонсон тихо и без лишней спешки.
Спокойный вдох. Выдох. Чипированная остановилась,осмотрелась и кинула беглый взгляд на маячивший в зоне видимости караул, чтобы оценить текущую обстановку - двое охранников стояли в отдалении от интересующего ее местоположения, да и ей везет - они и смотрят в другую сторону. От третьего, совсем еще юнца, ее отделяло небольшое расстояние, только надо было как-то перебраться на металлический карниз основного здания. Цепкий взгляд быстро скользит по стене, вырывая из ночной мглы лестницу, до которой женщина легко могла допрыгнуть с трансформатора. Крыша оказалось цельной - шума практически не будет. Небольшой разбег, мощный рывок, и Джонсон тихо и мягко, по-кошачьи, схватилась за вмонтированную в стену металлическую лестницу. Теперь дело за малым. Патрулирующий солдат уже прошел по узкой дорожке немного вперед, в сторону своих товарищей, предоставляя возможность подкрасться к нему со спины незамеченной, не делая при этом слишком резких движений. Женщина быстро вскарабкалась на нужную высоту, хватаясь за край металлической дорожки, и уже через секунду оказалась рядом с дежурившим на этом ярусе охранником. Внезапность - лучшее противопоставление мужской силе. Несколько мягких шагов и шею растерявшегося от неожиданности патрульного сжал в стальном объятии локоть Цели. Тридцать секунд бесполезной борьбы, и обмакнувшее тело было довольно бесшумно уложено на спину. Итог - жив, но без сознания. Добивать Джонсон его не стала, быстро направившись в сторону двух других мужчин.
Пара секунд, и остро заточенный нож вошел одному из них аккурат между лопаток. Очередной замах, второй охранник инстинктивно обернулся, и следующий нож пробил ему грудную клетку в области сердца. Итог - оба мертвы. Список ее грехов начал стремительно пополняться.
-Четыре объекта напротив возвращаются на начальную позицию. Надеюсь, без своего щита ты в состоянии с ними справиться? - вытащив ножи из остывающих тел, Джонсон вытерла лезвия прямо о белоснежный костюм Старка. Так больше похоже на правду. - Слежу за оставшимся охранником на крыше. Пока чисто.

Отредактировано Cecelia Johnson (Пт, 27 Май 2016 23:59)

+3

7

0:30 - 1:00
I'll meet you at midnight,
Under the moonlight,
I'll meet you at midnight...
But Jean-Claude, Louise-Marie will never be...

В этом и было дело. В этом и было существенное отличие. Его от них. Их от него. Политика, грязная и беспринципная, никогда не нравилась Гектору, она ему претила. Лишь потому, что всякий дурак был готов размениваться жизнями людей, которые ему вверились. Клерик считал, что ни Койн, ни Сноу не понимают всей тяжести этой ноши. А вот он понимал. И всегда оставался на стороне простых людей, пусть и не бравировал этим. Жизнь - самое дорогое, что есть. И никто не вправе отнимать её у тебя. Только ты сам. Сам...
Кашель напомнил о себе, Гектор почувствовал во рту привкус стали. Таблетки Старка кончились ещё вчера утром, но Гектор знал, что они лишь баловство, а не настоящее решение проблемы. Какая бы она ни была - Гектор сейчас не хотел её знать.

Опустим бесконечные изящества драки. Гектор Клерик дрался прекрасно, но уже не с таким лоском, как прежде. В его движениях наблюдалась не присущая ему ранее мягкость. Но лишь для искусного наблюдателя. Он пытался снова довести себя до того, прежнего уровня превосходства, но понимал, что апогей пройден, и всё, что ему осталось - катиться вниз. Медленно, но верно. И пока это падение не стало слишком стремительным, ему нужно закончить то, ради чего он появился здесь.
Гектор не убивал, хотя чувствовал, что это трудно. Странный пацифизм, который он проповедовал среди Капитолия, наверняка уже вызвал недовольства. Но идти нужно было до конца, а со Сноу он как-нибудь объяснится.

Четвертый магазин щелкнул, возвещая о том, что он готов к бою. Клерик точно тень пробирался меж коридоров и лестниц. Точно хищный кот, выскакивал из-за угла и лишал людей сознания. Стрелял в ноги, в руки, плечи. По сравнению с тем, что могли бы сделать другие - Клерик был неимоверно щедр.
Их проникновение уже заметили и прятаться в костюмах, снова сменивших цвет на черный, было уже бессмысленно.
Он перебрасывался с Мэйсон только короткими фразами о местонахождении вероятного противника, чтобы помочь ей. Кнопка агрессии всё ещё оставалась нетронутой ни у Джонсон, ни у Мэйсон. Тут, кажется, имел место больше психологический фактор и суровая личность Гектора: возможно девушки думали, что Клерик уже активировал кнопку. Меж тем флакон жидкой удачи всё ещё оставался цел.
Очередной повстанец сполз по стене на пол, Гектор дернул скулами, понимая, что мужчина узнал его по глазам прежде, чем отключиться. Он пнул ногой автомат прочь от тела и вошёл в блок инфоцентра. Вода шумела где-то позади, но здесь в огромной комнате с высокими потолками стояла огромного вида приборная доска. На ней было столько кнопок и рычагов, что создавалось такое чувство, что миром управляют именно отсюда. Гектор держал парные пистолеты в обеих ладонях опущенными. Двигался быстро и целенаправленно прямо к приборным доскам. Завидя его, управляющие встали с мест и опасливо подняли руки: Гектор в маске с яростными темно-синими глазами и пистолетами больше походил на зимнего солдата, чем на капитолийца.
Один из пистолетов скрылся в рукаве и свободной правой рукой он прижал палец к уху.
- Мэйсон и Джонсон, доложить ситуацию. - Соло он намеренно не трогал, потому как парень и без того слишком рассредоточен во внимании. - Отряд два-два-один-эм, приступить к выгрузке на ГЭС, путь свободен. - Он убрал руку от уха, затем дулом пистолета в левой руке сделал пару движений, как бы говоря "уйди с дороги". Три человека в рабочих халатах отодвинулись, пропуская его к приборной доске. Клерик холодно взглянул на агрегат.
- В час ночи обесточить арсенал у дома правосудия, - Клерик ткнул дулом пистолета в карту дистрикта, что светилась точками на карте. - Пустить электричество во все части Панема в штатном режиме. - Да, сейчас его голос был слышен троим мужчинам, потому как кнопка на запястье была отжата. Но потом его взгляд скользнул по некоему показателю, рядом с котором значилась красная лампочка и надпись "attention". - Что это? - указал он сухо.
- С-состояние п-плотины, сэр, - не без промедления ответил, видимо, самый смелый из команды, не сводя взгляда с террориста. - Семьдесят процентов. Почему так мало. Требуется немедленный ремонт, - Гектор перевел свой свинцовый взгляд на мужчину, и последний явно пожалел о том, что раскрыл рот.
- Вы не первые захватываете станцию, - робко отозвался он, и, подумав, добавил, -генерал Клерик.
Под маской дрогнули скулы. Да, в его глазах сейчас он - та ещё сволочь. Предатель. Пусть. С этим Гектор знал, что придется жить.
В наушнике раздался голос сперва командира миротворцев - они на подлете - а после и Джонсон. Только вот Мэйсон до сих пор не было слышно.
- Мэйсон, приказываю доложить ситуацию. - Он отвернулся от управляющих ГЭС, показав им жестом, чтобы приступали к выполнению его указаний. - Джоанна, - позвал он ещё раз. Рука, в рукаве которой только что спрятался пистолет, медленно поползла к тому карману, где были кнопки. Но в череде побрякушек Гектор зацепил и вытащил кое-что другое.
Это был телебраслет, что остался при нём с тех пор, как он покинул 13-тый. На экране значился конверт - одно новое сообщение.
Сей факт, надо сказать, разоружил Гектора на несколько долгих секунд - можно было спокойно подойти к нему сзади и ударить по голове - он бы даже не шелохнулся. Пальцы, путающиеся в кажущейся толстой коже перчаток, нажимают на кнопку чтения.

16:55, 31.12.3013
Для символа Кашмира удивительно молчалива. Но если она тебе ещё нужна - даю 24 часа, чтобы её забрать.
Если ты не придешь или попытаешься прийти не один - девушку убьют. Моим людям тоже нужно вдохновение.
С прошедшим днём рождения, Гектор.
Координаты: ... ... ...

С некоторое время Клерик тупо смотрит на мониторчик, который тупо отображает всё те же самые буквы.
Койн. Проклятье. Койн. А он уже начал радоваться тому, как гладко проходит его миссия - аккурат по задуманному. Ан нет. Камень в виде сообщения только что прилетел ему в затылок, едва не подкашивая колени.
Но. Успокоиться. Взять себя в руки. Гектор Клерик зол. Перчатки скрипят в сжимающейся хватке кулака. Клерик очень злится, когда нарушают его планы. И ещё он слегка расстроен неспослушанием одной крайне своенравной молодой особы... По окончании всей этой игры он прикажет отправить её на дно морское в закрытом контейнере - и уж тогда с ней точно ничего не случится.
По коридору, ведущему в инфоблок, послышались торопливые шаги берцевых сапог.

Отредактировано Hector Cleric (Сб, 28 Май 2016 14:39)

+5

8

06:00 - 7:00, 1 января 3014

«— Когда вы успели стать экспертом по ядерной физике?
— Вчера.»

После того, как Хеймитч вынужденно из закоренелого алкоголика превратился в закоренелого алкоголика, бросившего пить, у него появилась... масса свободного времени. Так сходу завязывать было, конечно, нельзя, но дисциплина в тринадцатом оказалась уж больно драконовской, а президент Койн — что чудовище. Жизнь в подземельях вообще для него была угнетающей.
И едва получив возможность свинтить на какое-то время, мужчина, ясное дело, ею воспользовался.
Драться, в конце-то концов, он привык. Ни в Шлаке, ни в играх, ни в Капитолии по-другому ему не выжить бы попросту.
Но он выживал. У него и сейчас не особенно выбора. The Mockingjay lives — as well as he is to.
Может быть, кто-то подумал, что сойкин ментор пойдёт вместе с, собственно, сойкой, но на кой хрен ему лично сдалась пропаганда? Хорошее дело, но для них он, что мог, уже сделал — подсказал, что снимать её нужно «на месте»: Эвердин им же не клоун какой-нибудь, а что до артистки — подавно ни к чёрту. Тринкет, возможно, не против была бы поняньчиться с Китнисс, но никто ж не сдурел отправлять её в самое пекло. Эффи так-то вообще с собой брать не стоило, и Хеймитч не знал, каким местом до этого в принципе можно было додуматься, не выпив при этом... да ничего, в колыбели восстания все ж, блин, стёклы, как трезвышко. Ладно ещё, автомат ей не дали.
Другой вопрос, что и в госпитале у капитолийки нервы тоже могли прямо запросто сдать, но Альма Койн у нас с переляху какого-то самая умная. Полтора месяца назад Эбернати так и не рассказал президенту о том, что на самом деле случилось во время бомбёжки, а похоже, что стоило. Но он сам не любил вспоминать.
И сидя в кресле планолёта с закрытыми глазами, думал мужчина совсем не о ней — думал о смерти. Непонятно о чьей, но — о смерти. Что сейчас с теми, кого он потерял? Длинный список полсотни имён и фамилий.
Всё началось с Мейсли Доннер, потом были мать с братом и Эйла, трибуты — с другой стороны, и про них сейчас лучше забыть.
Плотной тканью накрывают клетку с надоевшим попугаем, а Капитолий с президентом-тираном сегодня к вечеру окутает тьма: электростанция в дистрикте пять давала президенту больше преимущество, но и будет с него. Когда планолёт уже заходил на посадку, Хеймитч прислушался к шуму водосбросов: кажется, он где-то слышал, что вода успокаивает.
Особенно, если в ней утонуть. Хеймитч поднялся на ноги вместе со всеми, поправляя оружие: ему казалось, он обвешен им, как праздничное дерево игрушками — ну и да, Новый год всё-таки. Пожалуй, более странно мужчина ещё не встречал его, последние пару десятков лет напиваясь в хламину.
Всё, однако, бывает впервые, не правда ли?
Тут вот, к примеру, командира велено слушаться, и до сих пор Эбернати с этим даже прекрасно справлялся. В чём был секрет?
Да командир просто толком ещё ничего не приказывал, какие секреты. Не сказать, будто мужчина и впрямь стал бы наводить смуту в рядах повстанцев, просто он... привык, хоть ты тресни, работать один. Но дела так, бесспорно, не делаются, и для Хеймитча это, по счастью, откровением не было.
Он ведь один и в Квартальной бойне не выжил бы.
— Гидроэлектростанция - стратегически важный объект и сегодня в первом часу ночи он был захвачен. Вам требуется объяснять задачу? — Выпить ему сейчас больше хотелось или съязвить — это прямо, по правде, загадка. Им всем не до шуток тут было, конечно, но не хоронить же друг друга заранее. Ох, ребята, на арену выпадывать ещё более мерзко, чем вам всем сейчас вместе взятым. Даже, может быть, хуже, чем Клерик: её жизнью была революция, а отец стал предателем.
Ошивается тут поди, где-то рядом. А может и нет.
Но лучше бы да: тут ему многие от души ему бы рожу расквасили. Не окажись Гектор Клерик такой падлой и сволочью, Хеймитч, наверное, даже посочувствовал бы ему: ну а что, президент Сноу тоже не любит предателей.
Правда, для них всех это больше, скорее не важно.
На войне-то ведь впрямь умирают, и как никогда зачастую — не сами. Пора.

Отредактировано Haymitch Abernathy (Вт, 14 Июн 2016 07:48)

+5

9

07:00 - 7:40, 1 января 3014

В основном здесь были её земляки. Из Двенадцатого дистрикта пришло совсем немного людей, а часть из них - женщины и дети, которых призвать к военной службе либо невозможно, либо не в активных подразделениях. В целом, Ангерона не имела ничего против тех солдат, которых направили с ней в одном отряде, разве что было обидно, что их, уже сформированный, отряд во главе с Маркусом расформировали на время возвращения ГЭС повстанцам, ведь смысла в этом не было, а они работали бы лучше, если бы знали, что спины могут прикрыть проверенные люди.
К слову, о "проверенных" и "исключениях". Был в отряде человек, которого бы Ангерона предпочла не видеть здесь. Мало того, что он неподготовленный солдат, да и к тому же, вынужденный обсохнуть, пьяница Хеймитч Эбернети. Взглянув на него, Клерик качнула головой в ответ на свои мысли и, попытавшись подобрать оправдание, что, мол, он победил на одних из самых кровавых Голодных играх и хоть что-то умеет делать руками, переключила внимание на ГЭС, кишащую миротворцами, как улей пчелами.
И в этом не было ничего хорошего. Капитолий ждет ответного удара, они готовы к прибытию Тринадцатого дистрикта, поэтому, пробраться по узким мостикам к плотине будет, как минимум, нелегко. Но основные точки, где располагаются орудия, известны, остается только убрать их. Это была задача Маркуса и его нового отряда, взглянув вслед которому, Ангерона тихо хмыкнула, заставляя себя не обращать внимания на сдавившее неприятными чувствами сердце. "Что, в первый раз что ли?" Не в первый, но все те разы она могла приглядывать за парнем, не позволяя случиться непоправимому, сейчас же это невозможно. Хотя, как посмотреть, если им удастся прорваться в само строение, то, возможно, они объединят силы, но сейчас...
- Летающих топоров здесь не будет, Эбернети. Как у тебя с автоматом? Умеешь стрелять? - в первой фразе все-таки сквозит интерес к Играм, но это понятно только ей, девушка не насмехается, но помнит особенность победы этого человека больше двадцати лет назад. Остальные же вопросы по теме, ей надо знать, как обращается союзник с оружием, чтобы представлять собственные действия. В свои игры Хеймитч был хорош: и сражения, и умственная деятельность. С момента победы прошло много времени, возможно, да и скорее всего, навыки были забыты, а мозг, если не свернулся под воздействием спирта, все-таки должен работать, тогда странно, что его не оставили в штабе думать. Лишние руки нелишне, лишь бы не мешали. Ангероне балласт был не нужен, но и на других его скидывать как-то не хотелось. Бывший пьяница, но все-таки, победитель Голодных игр.
- Выступаем! - крикнул командир отряда, заставляя Ангерону повернуть голову к источнику голоса и, покрепче взявшись за автомат, выдавить из себя улыбку.
Это потрясающее чувство замирания сердца и колюще-щекочущего ощущения в груди, когда приближаешься к цели. Это сбивающееся от бега и в миг восстанавливающееся перед выстрелом дыхание. Это взгляд в глаза смерти и обращение к ней со словами "не сейчас", когда удается снять того, кто хотел заставить ее распрощаться с жизнью. Это абсолютно невесомые мысли, ясная голова и хладнокровие, воспитываемое годами.
"Не сейчас. У меня ещё есть дела", - говорила мысленно Ангерона, убирая с дороги их пути миротворцев.
Осадков в виде пулевых ливней пока не было, но они и не в ГЭС, основной вес железа им придется вкусить при попытке пробраться в строение, а там уже встретиться с вооруженными белыми солдатами. Вряд ли среди них будет отец, но нужно попытаться.
- Останешься на входе или пойдешь с нами, когда прорвемся? - перезаряжая автомат, обращается Ангерона к стоящему рядом Хеймитчу.
- Третий вход чист, - звучит из рации командира, а это значит, одно из орудий на вершине плотины не занято, можно смело двигаться, отстреливаясь только от миротворцев. Постарались ребята, молодцы, но одного моста к ГЭС - мало. Нужно расчистить больше входов - это их задание на ближайшее время.
Справа и слева северные леса, впереди - гидроэлектростанция и тонны воды, позади - камни и скалы, а за ними, в нескольких километрах, тоже война. Она всегда была вокруг, даже, казалось бы, в мирное время. Да, Хеймитч Эбернети, победитель пятидесятых Голодных игр?

Отредактировано Angerona Cleric (Сб, 4 Июн 2016 19:31)

+4

10

[float=left]https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/f7/36/0e/f7360ee20d6a71e44394e645488b8e0b.gif00:30 - 01:00 1 янв.[/float]Подстанции к этому времени уже контролировались Капитолием. Кристиан и Цецилия вдвоем смогли разобраться с охраной весьма значимых объектов для Капитолия. Строго говоря, двое людей, ориентированные на убийство по сути своей заменяли отряд миротворцев.
Соло дрался с самоотверженной уверенностью в собственной правоте. Вибраниум поглощал любую вибрацию, но от каждого удара щитом в атмосфере боя стоял уловимый лишь подсознанием звон. Почти колокольный.
Команда из двоих прорывается к центру ЭС и захватывает её с молниеносным успехом. Блиц-крик был выверен прекрасно. Но самое сложное оставалось впереди - отбиваться. Отбиваться и не биться.
Соло завершил с веревками, связывая прежних немногочисленных охранников ЭС и ожидая прибытия миротворческого отряда, который стал бы основной силой сопротивления.
- Ты убиваешь слишком многих, - коротко заметил Кристиан Цецилии тогда, когда они передавали бразды правления командиру отряда, прибывшего по отмашке Клерика. Он посмотрел на профиль Цели внимательно и выжидательно. - Клерик отдавал приказ ранить, но не убивать. Соло не успевает услышать ответ Цицелии, потому как его кто-то окликает и он спешно удаляется.
05:00 - 06:00 1 янв.
Восход в этих краях приходит достаточно рано. ГЭС стояла недалеко от захваченной подстанции и с её верхних частей открывался прекрасный вид на падающие потоки воды. Ему сказали, что девушка где-то здесь. Костюм руки Старка прекрасно помогал ей в ведении борьбы, но не её повысившийся навык в драки сейчас беспокоил Соло. Другое. То, что происходило с Сицилией по-прежнему было на совести Кристиана. А он не знал как подойти, как подобраться к этой теме грамотно, как спросить, что с ней происходит, что она чувствует. И всякий раз боялся, что уже слишком поздно что-то менять.  А ведь у неё были дети. У неё была семья. Где-то очень ждали её домой...
- Красиво, - Крис поравнялся с Цели и внимательно голубыми глазами исследовал её профиль. Солнце медленно ползло из-за горизонта на купол. Блики отражались в далекой глади воды и преломляли темноту, пятящуюся прочь от пятого дистрикта.
Крис не знал, что должен говорить. Не понимал, как нужно себя вести, что делать. И вроде бы хотел, но не мог. А часы тишины тянулись мучительно и по радиосвязи от Клерика не было никаких известий. Соло же хотелось действовать немедленно - в его жилах кипела кровь и жажда самореализации.
Вдруг на крыше появился третий.
- Соло, Джонсон. У нас гости. - Командир отряда обращался к этой парочке как к группе элитных солдат. В сущности, так это и было. Супер оружие Сноу в лице четверых отъявленных головорезов - неплохой перевес в войне. - На ГЭС прибыла группа повстанцев. Эвердин среди них нет.
Соло внимательно и серьезно посмотрел на командира, чувствуя, как каждая мышца приходит в тонус.
- Нужно идти. - Обращается он к Цели. - Предлагаю разделиться. Я пойду первым, ты останешься здесь и убедишься, что это не попытка выманить нас обоих. Если всё будет в порядке, - он чуть опускает глаза, - можешь присоединиться ко мне. - Говорить о том, что их командная работа принесла Соло удовольствие, он всё равно не решится.
07:00 - 7:40 1 янв.
Соло пробирался к ГЭС. Он видел, как летели пули и падали миротворцы. Им запрещено было драться в полную силу. И беда была в том, что иначе они просто не умели. Соло подобрался аккуратно и затаился, рассчитывая в голове траекторию. Это было сложно, но возможно.
Вывернутая рука бросает щит - вогнутый диск - и тот ударяется к разу о несколько углов и выбивает из сознания троих повстанцев. В это время сам Соло выпрыгивает из укрытия и несется в рукопашный бой, стараясь уходить с линий огня. Удары кулаков Кристиана всё равно что удар дубинкой по голове.
Сделав прыжок в воздух, Крис ловит свой щит как раз тогда, когда в него стреляют, и подставляет под пули щит, двигаясь прямо на противника.
Удар, ещё удар. Соло двигается дальше и вдруг сталкивается с повстанцем, чьи черты точь-в-точь Клерика. Только вот мягче и нежнее, поскольку принадлежат молодой девушке.

+5

11

7:20-8:20, 1 января 3014


Дорога петляет сквозь густой лес, и здесь темно, хотя минуло уже минуло восемь утра. Машину трясет, и приходится держаться, вцепившись в поручни. Повстанцы молчаливы, чьи-то едва различимые лица темны, у некоторых глаза закрыты, но то, как эти люди держатся, выдает, что никто не спит.

Их водитель знает свое дело, летит как стрела, словно дорога у него гладкая, как стекло, и ни черта не боится, ныряя и взмывая над выбоинами. С ними в колонне еще две машины, все идут друг за другом, оповещая по внутренней связи об обстановке. Чисто, миротворцев нет. И дороги по-хорошему тоже нет, и одному дьяволу известно, как водитель различает, куда ему петлять среди бесконечно одинаковых деревьев, ветви которых стучат по крыше словно приклады. Впрочем, он из местных, и наверняка надел бы маршрут и слепым.

Они действительно едут час, а затем останавливаются. Командир группы указывает, что пора на выход, и чистый морозный воздух мгновенно обжигает легкие. Место, где они оказываются, что-то вроде импровизированного лагеря. И как же не увидеть знакомые лица вроде лица? Вернее, одних только глаз, потому что от холода люди прячутся за чем-то похожим на шарф. Сколько они уже здесь? Судя по всему, давно, иначе бы не приплясывали от стужи.

Левий забирает у одного из Тринадцатых сигарету и затягивается, прикрывая красный огонек ладонями, чтобы не отсвечивал, а затем возвращает в круг. Прогорклый густой дым пробирается в легкие и приятно бодрит. Остатки дыма перемешиваются с паром от дыхания. Лес трещит, словно кто-то ходит в нем, подбирается к ним. Хотя, что может быть страшнее того, что есть сейчас? Страшнее войны? И очень хочется курить, если уж ждать им долго.
Левий снимает перчатку и проводит по лицу. Иней оседает на бороду и усы, и ладонь становится влажной. Он поднимает повыше шарф и прячется с носом за шерстяной защитой.

Командир их отряда, офицер из Тринадцатого, жестом созывает в круг и обрисовывает ситуацию, разворачивая карту.
- ГЭС под контролем миротворцев, наши отряды уже штурмуют подступы, чтобы вернуть контроль. Здесь и здесь. Основной удар по направлению к Входу Три, на остальных нам везет меньше. Подстанции потеряны. Нам необходимо вернуть положение, иначе... Вы сами понимаете. Мы потеряли башни сброса воды, где были наши стрелки. Было бы неплохо их вернуть, - невесело усмехается он и его взгляд падает на Левия, который оказывается прямо перед ним. - Как ты, Стриж, еще не разучился быть метким? С бомбами-то кидаться проще, мишени крупные и неподвижные.
- Майор, а вы предлагаете мне взобраться на башню и прицельно бросаться гранатами?
- Есть винтовки с хорошим прицелом, но видимость на ГЭС херовая. Однако какая бы она ни была... Наших снимают сверху, так что мы должны вернуться туда.
- Через Третий Вход.
- Хотя бы через Третий Вход, - поправляет командир.

8:30, 1 января 3014


...

Отредактировано Aaron Levis (Сб, 11 Июн 2016 14:38)

+3

12

7:00-7:40, 1 января 3014

А вот попробуйте двадцать пять лет проторчать в Капитолии, не научившись разбираться в людях. Хеймитч это всегда неплохо умел, да и к поистине триумфальному завершению менторской карьеры опыта у него был уже целый вагон: чего стоило общаться со спонсорами, да с самим ещё грёбаным Сноу, когда доводилось — по-другому было нельзя.
Презрение Ангероны, тем более, как казалось мужчине, уже почти осязаемо, да и как ни крути, предсказуемо.
Когда к нему, собственно, относились иначе? Ему, правда, было плевать, как обычно. Эбернати не слишком-то стремился кому-то понравиться, а в тринадцатом дистрикте и вовсе другие дела, ясен перец.
Сколько вот лет этой Клерик, семнадцать? И их все она, кажется, провела в подземелье.
Возомнила там, может быть, о себе невесть что, да и ладно —  про топоры мужчина ничего ей не стал говорить. Что она знала об играх, что вообще в таком возрасте могла знать о жизни? Ей самой на арене-то не выжить бы было, наверное: Клерик, казалось, для всего этого была слишком правильной, положительной, воспитанно-вымуштрованной. Такие нечасто выигрывают.
Настолько нечасто, что никогда, а если такое когда и случалось — они просто теряли рассудок: взгляните на Креста, ей отродясь нехрен делать было на играх, но чёртова жатва взяла её жизнь и рассудок. Пусть Финник с ней носится, всё равно ничего не исправить — это Хеймитч знал по себе.
— Не промахнусь, не волнуйся, — говорит он — и только. Подмигивает. К чему говорить ей о чём-то ещё? Не чесать языки же летели — сражаться. Хотя, справедливости ради, сражаться в отряде Эбернати не доводилось на самом деле.
Правда, сейчас уже беспокоиться поздно. Не сказать, что Хеймитч особенно рвался сражаться, но сидеть в стороне тоже как-то было бы глупо. Насиделся уже, хватит с него наблюдений, как умирают трибуты — как гибнут дети.
Даже у Эффи чуть нервы не сдали в последнюю жатву, он это видел. Сноу им всем тогда дал прикурить.
Пришло время вернуть ему долг, а если под раздачу угодит старший Клерик, ну... едва ли кто-то расстроится. Президент Койн, может, захочет его допросить, но она же не слишком на это надеется? Такой финт ушами в тринадцатом явно прибавил желающих оторвать Гектору голову. В своё время Питу тоже грозило такое, когда бы не Китнисс, а ведь он тогда ещё даже не был в тринадцатом: революция — дело жестокое.
Неимоверно глупо, конечно, с плеча рубить, как они постоянно пытались, и Хеймитч с Плутархом старались их постоянно одергивать, чуть не пинками доказывая, что идя напролом себе только башку разбить можно. И если у Альмы Койн что и стальное, как поговаривали, то уж простите, это явно не лоб.
— Выступаем, — скомандовал Маркус, и мужчина в ту же секунду двинулся с места: когда-то на играх эта реакция спасла ему жизнь. Но, когда это было? Вот именно.
Но никто ж не поверил, будто бы Хеймитч стал бы в себе сомневаться: одно дело, пока вокруг всё было спокойно, он мог и подумать, как следует, но сейчас адреналином его приложило так сильно, что он сейчас и энтузиазмом одним лишь бы горы свернул, да и море ему — по колено.
Один выстрел, второй. Миротворцы никогда не казались ему человечными, чтобы жалеть их, да и Эбернати не сказать, чтобы тратил когда-нибудь время на жалость. Потому что его самого с своё время — никто не жалел.
Хрен бы с ним: мерзкое чувство, но оно могло бы спасти его близких.
Да, Ангерона Клерик, война всегда была рядом: в тринадцатом она и впрямь не заканчивалась, в остальных — только лишь поутихла: потрясая невиданной властью, Капитолий раз за разом обрекал себя на то, что теперь расцвело буйным цветом. Если бы Сноу только знал, что творилось в двенадцатом, в пятом — где угодно дальше второго — всего этого могло не случиться, сделай он для людей что-нибудь, не себе на потеху. Но он никогда этого не хотел, правда ведь? Как и всех в Капитолии, у него были совершенно другие заботы: устраивать игры, продавать победителей — где тут задуматься, как людей прокормить, правда что.
И зачем вообще их кормить, да, президент? Сунул бы розы свои себе в задницу, Сноу.
— Внутрь, — быстро отвечает мужчина, поворачиваясь спиной к Ангероне, чтобы всадить ещё одну пулю в того, кто ещё трепыхается. Шум воды глушил выстрелы, и возможно, внутри станции кто-то их проморгает, если это кого-то спасёт: миротворцев там пруд пруди. Какой-то уродец кидался щитом.
В богатых дистриктах любили машины для убийств вроде Кашмиры и Блеска.
«Очень опасны,» — говорил он Китнисс и Питу: отряды профи каждый год убивали немало трибутов, едва те успевали сойти на арену. Выигрывали почти каждый год. Ту Квартальную бойню тоже ведь девка их могла выиграть, но силовое поле убило её.
Здесь поля нет, но выбора — тоже. Не стоять же и ждать, пока и ему прилетит по затылку. Перезарядив автомат, мужчина отстреливается, пробегая мимо лезущего врукопашную миротворца. Нет уж, товарищ, давай-ка без этого.
Хеймитч был уже почти у дверей, когда навстречу ему на полном ходу вылетел ещё один прихвостень власти, и с перепугу Эбернати в него разрядил пол-обоймы, похоже. — Сюда иди, я прикрою! — крикнул он девушке, прикладом оружия убитого миротворца лупя кого-то ещё. Не будет же она, в самом деле, драться с этим чудовищем.

Отредактировано Haymitch Abernathy (Вт, 14 Июн 2016 10:39)

+3

13

7:40-8:00, 1 января 3014
Хорошо знакомая с детства какофония звуков снова заклыдвала уши. Многие, а в особенности новобранцы, часто пугались такого сочетания, не видели в ней порядка, но Ангерона научилась его ощущать. Звук вырывающихся из дула пуль с разной периодичностью, зависящий от оружия, самой пули и навыков стрелка, свист воздуха, рассекаемого кусочком металла обтекаемой формы, а потом аплодисменты, короткие, иногда тихие, иногда оглушающие (опять же, какой стрелок - меткий или не очень). И самое странное - ей нравился этот звук, добиться которого на учебном стрельбище было нельзя. Пуля, входящая в неподвижную мишень, за которой скрывается довольно плотная поверхность, не дает такого голоса, на который способна. Весь ее потенциал не раскрывается, но когда точно такая же пуля попадает в мягкую, горячую и живую плоть, ее становится слышно.
А в прицел заглядывает смерть.
Пару раз пули ударяли совсем близко, а Ангерона слышала над своим ухом её дыхание, но шаг в сторону и оно больше не ощущается. Угроза продолжает висеть, но не так близко.
Сердце в ускоренном ритме гоняет кровь по организму, заставляет ее ухать в ушах, от этого не ощущается мороз, скрутивший дистрикт своими колючими лапами. Тело становится легче и быстрее, двигаться проще, пусть и присутствовали искусственные утяжелители в виде патронов и дополнительного оружия. Гера понимает, что ощущение больших возможностей мнимо, но ей нравится это чувство и отказаться она от него не может. Даже если бы был шанс сложить оружие и начать мирную жизнь - она бы отказалась, и этого не понимает и не одобряет Маркус.
Но как можно отказаться от такого зрелища? На груди миротворца расцветает алый цветок, укореняясь и притягивая человека к земле. Он падает и замирает, а Ангерона коротко выдыхает и целится в нового. Много цветов распустится на этом белом снегу, семена уже давно посеяны и их росту уже ничто не помешает, во всяком случае, сегодня.
Правда, в прицел она наблюдает то, чего не ожидала. Пусть девушка и чувствует себя комфортно в такой обстановке, под пулями и, греясь дыханием смерти, она продолжает холодно мыслить и анализировать ситуацию. Впереди происходит нечто странное. Их оппоненты - вражеские солдаты выполняют приказ - убивают повстанцев, солдатов Тринадцатого, но не все.
"Что за...?" - девушка наблюдает за одним из сражающихся, держа его под прицелом, но не стреляет. Он странный, без оружия, со щитом... первой в голове рождается мысль о том, что это переродок, ведь живого человека бы снабдили оружием и заставили убивать, а этот практически с голыми руками идет на врагов и... не убивает их, просто отключает.
Секунды промедления могут стоить жизни.
Вот так пуля попадает в отстреливающегося рядом солдата, сваливая его на землю и приводя Ангерону в сознание. Палец снова давит на спусковой крючок, и автоматная очередь её оружия вклинивается в общую песню оружия.
Им нужно пробиваться в здание. Цель - вернуть ГЭС повстанцам, а это значит - истребить всех миротворцев. Воскресив в голове задачу, Гера забывает о том странном солдате Капитолия, действующего вразрез с ее принципами. Но ненадолго.  Убив еще одного или двух, девушка обращает внимание на соратника, параллельно меняя магазин. Ладно, стоит признать, зря она на Эбернети так реагировала и вспомнила при нем же его Игры, он умеет стрелять и, кажется, подыхать не собирается. Хорошо, так и надо, чтобы выиграть эту войну.
Щелчок - оружие снова готово стрелять, а Хеймитч уже несется в сторону дверей. Ну что за старикашка шустрый!?
- Куда мне до тебя? - усмехнулась себе под нос Гера, отправляя пулю в одного из миротворцев, наведшего дуло на союзника. "Не хлопай ушами", - но и ей бы самой стоило прислушаться к собственному совету.
В памяти снова всплывает образ того солдата со щитом, только в этот раз он находится так близко, что труда бы не составило напомнить ему, что здесь они не в игрушки играют, а воюют. Но рта открыть не удается даже по четырем причинам - смысла нет; лучше бы вообще заставить его не отвечать, пустив пулю в лоб; Эбернети и, собственно, взгляд этого самого солдата.
"В чем дело?" - неужели он выбирает, каким образом справиться с ней? В рукопашную или металлом? Клерик предпочла бы второй вариант, ведь драки - прерогатива её брата, и именно поэтому девушка поднимает пистолет, но навести его не успевает - вмешивается Хеймитч.
Спасибо ему или нет - вопрос остается без ответа.
Автоматная очередь снова пробуждает слух. Заминка может стоит жизни. Расстреляв еще одного миротворца, избегая прямого столкновения с тем солдатом, Ангерона пробегаем мимо Хеймитча со словами:
- Спасибо. Не отставай, - и снова открывает огонь на поражение.
В здании Гидроэлектростанции другая атмосфера, это ощущается практически на месте. Здесь по-прежнему очень влажно, но не сыро, как на улице, здесь шум стрельбы не такой оглушающий, но вой генераторов не дает устояться даже относительной тишине. А еще здесь не пахнет железом, горячим, скользким и алым. Но скоро будет, когда сопротивление ворвется в здание и отчистит его от белого налета в виде миротворцев.
Потихоньку люди пробиваются, но войска Капитолия не отступают. Клерик уже не считает количество убитых, она просто стреляет, стараясь самой не угодить под пули, к счастью, внутри станции есть за что спрятаться.
Завернув за угол, девушка прижимается к стене, перезаряжая оружие, и на пару секунд закрывает глаза. Вдох-выдох, восстановить дыхание, а потом идти дальше, расчищая путь. Теперь, когда она здесь, нужно занять удобную позицию, откуда можно было бы по одному снимать захватчиков электростанции. И у нее же почти получается, если бы не одно "но" - видеть на все триста шестьдесят градусов невозможно, вот и Клерик допускает ошибку, позволив какому-то там мелкому капитолийскому отродью сделать две глупые вещи - попасть в нее и, в то же время, промахнуться. Пуля попадает в плечо и застревает где-то в связках. А ведь наверняка в голову целился!
- Тварь, - запоздало цедит сквозь зубы девушка, опуская автомат, которым успела снять того нерадивого стрелка. Что ж, один плюс у него был - весьма хорошее место нашел, высоко и не так далеко от ее локализации, а значит, можно добраться.
Левая рука немеет, пальцы с болью и трудом гнутся, но проблема бы была весомой, будь Ангерона левшой, придерживая больной конечностью оружие, девушка направляется на место своего и только успевает немного сместить ногой тело, чтобы впоследствии использовать его как щит, если придется, как слышит позади себя шаги.
Конечно, на ГЭС сейчас все суетятся, но ритмичный звук этих шагов заставляет, как минимум, насторожиться, а как максимум, обернуться.
В нескольких метрах от Клерик стоит не тот, кого девушка ожидала увидеть, но и не совершенно незнакомый человек, каким было подавляющее большинство местных обитателей.
- Мейсон, - срывается с губ Ангероны и на спокойном, даже в такой суматохе лице, отражается узнавание. Она изменилась. Клерик помнила победительницу Семьдесят первых Голодных игр, помнила, как та победила, какое оружие использовала, но не понимала, почему все получилось так, как есть сейчас. Джоанна Мейсон должна быть на их стороне, а не сражаться за Капитолий. Из последнего противоречия остается только одна часть, она трансформируется и обращается в осознание - перед Ангероной враг, которого нужно обезвредить.
Девушка выхватывает из кобуры пистолет и направляет его на солдата.
Указательный палец надавливает на спусковой крючок, но не полностью его выжимает. Пуля по-прежнему в оружии, но готова поразит цель.
- Оружие на пол, - больше всего напрягает топор в руке девушки, но стрелять еще рано. Переговоры - далеко не конек Ангероны, но и убивать победительницу Голодных игр ей почему-то не хочется, хотя стойкое ощущение смертельной опасности не покидает.
Джоанна Мейсон непредсказуема, так может лучше нажать на спусковой крючок?

Отредактировано Angerona Cleric (Вт, 14 Июн 2016 20:31)

+4

14

1:00 - 8:20 1 января
Ох уж эти проклятущие кнопки в кармане Клерика. Весь мир оборачивается бесконечной чередой однообразной жути, точно Джоанна снова и снова смотрит один и тот же кошмар. В этом кошмаре она обезвреживает тех, кого ещё недавно считала союзниками, крысясь на запрет на убийство и через мгновение вздрагивая в изумлённом отвращении к самой себе. В этом кошмаре одинаковые коридоры сменяются одинаковыми лифтами, а те, в свою очередь - одинаковыми лестницами, и лишь фигуры на этих бездарных фонах, сливающихся в сплошную бесцветную полосу, стоят немного в разном порядке. В этом кошмаре Джо отчитывается Клерику, но не всегда вовремя, и не всегда голос её бесстрастен и сух. Потому что в этом кошмаре он нажимает кнопку. Снова нажимает кнопку. Опять и опять он жмёт проклятую кнопку, но потом она понимает, что он не делал этого. Ожидание пытки само становится пыткой, и кто скажет, что мучительнее?
Иногда Джоанне хочется расфигачить собственную голову о стену. Чаще - чужую чью-нибудь голову. Убивать нельзя, но пока Клерик не видит, наверное, можно. Но это свои, значит, всё-таки нельзя. Пока чип не активирован. Пока не нажата долбанная кнопка.
В этой череде головокружительных повторений время, кажется, остановилось, погрузившись в прозрачное ледяное желе. Бросив взгляд на электронные часы, Джо замечает располовиненный прямоугольник восьмёрки, и ей хочется расколотить проклятый циферблат, раздавить его ногой. Может быть, это запустит реальное время, хоть немного его подгонит.
Клерик куда-то пропал: он не требовал доклада уже давно, но Джо точно не сказала бы, три часа или четверть часа. А может, часов пять. Но где бы ни был этот засранец, пока не известно, где он, она не может предпринимать попыток сбежать. Джо знает, у чипа богатый функционал. Он, например, запросто может взорзваться. Может, у Клерика железные принципы не-убийства. А может, они у него так, фанерные. Особенно в том, что касается недо-людей. Чипированных.
- Мейсон, - произносит вдруг девушка в форме повстанцев, обернувшись на звук шагов Джо.
И Джо слышит звон: это разлетается вдребезги наконец-то завершившийся кошмар.
"Мейсон" - произносит девушка, запуская бег времени. Она меняет условия задачи, и мозг Джоанны начинает работать с новой свежей силой.
"Мейсон" - с наглой уверенностью в своём праве произносить её фамилию. У Джо не так-то много осталось того, что она может считать своим. И фамилия - едва ли не самое ценное. Фамилия, принадлежавшая людям, которых она любила. Фамилия, которую носит теперь она одна. Да кто такая эта пигалица, чтоб так спокойно бросать короткое "Мейсон" прямо в лицо Джо?
Пигалица твёрдо сжимает пушку, рука её не дрожит, прицел она держит без труда, а ведь пушка тяжеловата для такого субтильного на вид тела. Попади эта крошка на арену, могла бы воспользоваться тактикой самой Джо. Впрочем, почему же крошка - тоща просто, а ростом повыше будет.
- Интeренесная фигня, - говорит Джоанна, улыбаясь некрасиво и криво, цепким взглядом ощупывая незнакомку, - Ты, значит, ко мне по фамилии, запанибрата, а я тебя, между прочим, впервые вижу. Разве это вежливо?
Глаза перехватывают важное - нашивку на форме, а затем - палец за спусковом крючке. Мгновение отделяет её от выстрела. Зря медлит. Потому что буквы на нашивке Джоанна хорошо различает.
Эти буквы заставляют её сердце биться чаще. Эти буквы заставляют её глубже дышать. Они всё чётче и чётче, они врезаются в её мозг, оставляя кровоточащие раны.
- Оружие на пол, - командует... Клерик!
Ну вот ещё.
Продолжая ухмыляться, Джо поднимает раскрытую ладонь свободной руки, наклоняется, кладёт топор на пол.
И в следующее мгновение, не отпуская рукояти, используя его как единственную опору, совершает полный переворот через голову, единым движением преодолевая добрых три ярда и его плавным продолжением срубает ствол клериковской пушки с рукояти. Лезвие топора проходит в четверти дюйма от девичьих пальцев, указательный всё ещё на спусковом крючке - ну что, можешь давить теперь, - и замирает в полудюйме от её головы.
Это похоже на тёплые дружеские объятия. А в тёплых дружеских объятиях положено улыбаться. И Джо улыбается, подобно акуле - широко, бритвенно-остро, зло.
- Будем знакомы, мисс Клерик.

Отредактировано Johanna Mason (Ср, 15 Июн 2016 14:46)

+4

15

8:20 - 8:25, 1 января 3014

Это приятное, тянуще-ноющее чувство ожидания, понимание своего превосходства и ощущение наиболее шаткой поверхности под ногами. В доли секунды все может поменяться, но пока...
Ангерона понимает, насколько серьезен ее противник - это вам не простые миротворцы, которые в цель попадают с двух метров, это закаленный, жестокий боец, каких в Капитолии немного - принимает такую встречу за честь и все равно допускает ошибку. Когда по металлу пистолета проходит ударная волна и часть его, с оглушающим слух звоном, падает на решетчатое покрытие под ногами, девушка молча сыплет на себя проклятиями о том, что не сделала то, что должна была. Почему Клерик не потрудилась приложить калю усилий к тому, чтобы спустить курок? Почему задумалась и вообще приказала этой гарпии сложить оружие? Нет, подозрения о том, что у Джоанны еще где-то могло быть что-то, чем можно нападать или защищаться, конечно, были, но топор привлекал все внимание, хотя доминирующей была мысль "А если...!" Это было не "если". Джоанна Мейсон, одержимая ненавистью к Капитолию и Играм, не стала бы выступать на их стороне, а это значит, что поддавшись пустым надеждам, Ангерона поставила на кон свою жизнь.
Топор замирает совсем близко, так, что можно еще услышать тихое пение металла на его лезвии, но Ангерона не вслушивается, а продолжает в упор смотреть на приблизившуюся девушку, наблюдая отблески какого-то безрассудства или, скорее, безумия в глазах.
- Вот и познакомились, - цедит Клерик, не отводя взгляда. Между ними от силы два шага, длина рук и рукояти топора компенсирует дистанцию, но только для Мейсон. Интересно, хватит ли ей полудюйма для удара, способного вывести Ангерону из игры или нужен будет замах? Если нужен, то пара секунд у Клерик будет на то, чтобы подобраться еще ближе и избежать контакта с рубящей частью, если нет, то попытку все равно нужно предпринять.
- Не думала, что тебе знакомо такое понятие, - тихо говорит девушка, имея ввиду вежливость, о которой заикнулась Джоанна.
Крепче сжав в руке рукоять пистолета, более непригодного для стрельбы, девушка медленно опускает его, а когда угол в отношении положения руки к телу составляет градусов тридцать, бросается вперед, выставляя левое плечо, и наносит двойной удар - инерцией самого тела в грудь, а рукояткой в бок, целясь между ребер.
Это вынужденная мера, если бы был выбор, Ангерона предпочла бы стрельбу ближнему бою, и даже если бы враг был вооружен огнестрельным оружием, было бы проще справиться с ним даже с такого расстояния, но - это Джоанна Мейсон и её топор.
Левое плечо моментально сдавливает сильной болью, пульсация крови, которая до этого ощущалась не так сильно, снова дала о себе знать, мышцы сводит по всей длине конечности и уходит в шею и на спину. Стоит признать. Больно. Но бывало и хуже. Убедив себя в этом, Ангерона выбрасывает рукоять бесполезного оружия и хватается за кисть девушки, правой рукой, предотвращая возможность воспользоваться оружием. Гера его не боялась - огнестрельное оружие куда страшнее, ведь разит на расстоянии, но на это у каждого свои взгляды. Роберт, наверно, не согласился бы в этом с сестрой.
Но сейчас важно не это. Лишить Мейсон главного оружия, а потом воспользоваться ножом, заткнутым за пояс. Никого нельзя жалеть, это война, и если ты на другой стороне, глупо надеяться на пощаду.
Немного развернув стопу для большей устойчивости, Ангерона ударяет внутренней частью подошвы по опорной ноге Джоанны и тянет на себя и в сторону. Цель - свалить противника и тогда уже дотянуться до ножа, но где-то что-то пошло не так. Складывать всю вину на травму, как минимум, глупо, это уже давно дали понять Ангероне, даже на тренировках тебя никто не будет жалеть, потому что победа весит больше, чем сострадание к оппоненту. Здесь же война. И если там после проигрыша ты встаешь и идешь с грузом поражения зализывать раны, то здесь ценой поражения становится жизнь. Но попытки повалить Мейсон на пол, при этом держа под контролем ее топор, не прекращались.

Отредактировано Angerona Cleric (Ср, 15 Июн 2016 18:22)

+1

16

[float=left]8:00 - 8:35, 1 янв.
https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/39/0c/6b/390c6ba86ab9bf2792b8d998754ebc76.gif[/float]
Лица повстанцев ожесточены и безумны. Лица миротворцев скрывают белые шлемы, но Соло прекрасно знает, каково это быть по ту сторону черного стекла. Он проносил эти латы не меньше двух лет. Но всё равно что-то жестокое осталось в душе Соло, как будто мелкая, но острая заноза - аккуратно вошла под кожу глубоко и настойчиво.
Забавно. Наверное, каждому по другую сторону войны кажется, что именно противник слишком жесток? Излишне кровожаден, беспощаден? Сейчас Кристиан испытывал именно такое чувство по отношению к повстанцам. Они были... разными, у них не было единой формы, а та, что была - сквозила отчаянием. Последним шансом.
Кристиан сдавил губы, принимаясь ещё более яростно ударять щитом.
- Соло, это Холт.
- Слушаю, - ответил в наушник суперсолдат и дал кому-то очередному по подбородку своим фрисби, отправляя в нокаут.
- Ты около третьего входа, у нас там большие проблемы, большая часть повстанцев пробралась внутрь.
- Заметил, - Крис только успевал выписывать пируэты, раздавая направо и налево свои удары и прикрываясь от пуль.
- Слушай задачу, солдат. Отрежь вход, перегородив его чем-нибудь. Те, что внутри - не должны выйти, те, что снаружи - войти. Как понял?
- Прекрасно... - Удар, удар, ещё три и ногой, - ...понял. Выполняю!
Крис сделал несколько прыжков и кувырков через голову, приземляясь как кот на мягкие лапы, и куда-то с уверенностью усвистал. С бегом у Соло были хорошие отношения, ему нравилась эта скорость, это безумие вокруг. Повесив щит на спину, он скрылся в белой пелене, оставив повстанцев радоваться.
Впрочем, счастье было совсем недолгим. Шум падающей воды заглушал рев мотоцикла, старого как сама жизнь. Соло хорошо водил машины и сейчас, оседлав одного из представителей двухколесных, гнал на всей скорости по мосту, "вставив" щит в крыло перед рулем.
Взрыв прямо в проходе номер три застал всех, кто не успел одуматься или просто экстренно решил почесаться. Соло спрыгнул с разогнавшегося байка аккурат за пару метров до столкновения с аркой входа, повернув его перпендикулярно. Бак и горючее выплеснулось и начало гореть, растекаясь у входа блестящей лужицей, точно кровью.
- Прости, старик, - буркнул себе под нос Кристиан, выбираясь из-под моста, с которого неудачно спрыгнул во время депортации с транспортного средства, и осмотрелся. Картина в третьем входе была чудесной - масло горело несмотря на то, что всюду были водяные взвеси. Ух кто как не механик Кристиан знал, что с маслом опасно шутить.
Мужчина поправил ремешки щита на предплечье, волосы под шлемом становились влажными и холодными от воды.
Прочь от от горящего входа бежали люди. Крис бросился в их сторону, хватая за шиворот и роняя их на пол, а затем заставляя кататься по земле. Ему было не важно, миротворцы это были или повстанцы. Важно было то, что это были люди.
- Холт, это Соло. Вход загражден, готовлюсь отражать попытки проникновения, - Крис отошёл на безопасное расстоянию, оставаясь спиной к горящему выходу, и готовый сражаться.
Интересно, за испорченный байк и арку его сильно будут ругать? Хотя пока Клерик не видит - можно и побезобразничать.

+4

17

8:25 - 8:35, 1 января
Интересно, если зубы заточить и покрыть золотом, как чокнутая Энобария, ими совсем неудобно будет скрипеть? Или наоборот, удастся избавиться от этого жуткого чувства, будто они истираются в эмалевый песок? Скрипнув зубами, Джо злобно рычит и на пару секунд верхняя её губа приподнимается, будто у дикого зверя, но потом приходит вспышка осознания, и она плотно закрывает рот. Проклятущая генеральская родственница - не дай-то небо однофамилица всего лишь! - даром что вызывающе тоща и выглядит фарфорово-хрупкой, рукоятью изувеченной пушки сломала бы Джо ребро, если бы не костюм. Вот спасибо, товарищи. Не подумала бы, что буду благодарить за сие чудо современной моды, но спасибо.
Если бы откуда-нибудь из плеча ещё мини-пулемёт автоматически выскочил и раздробил черепушку этой мадемуазель, цены бы ему не было. Впрочем, о чём это Джо думает. Клерик ей нужна живой. Иначе топор уже превратил бы её в подобие ценной бабочки в коллекции пропыленного инсектолога, пришпилив намертво к гладкой стене.
А сейчас Джоанне повезло. Говорят иногда, что кому-то везёт как утопленнику, но некоторым утопленникам и впрямь везёт: безупречное покрытие пола в этом углу коридора разворочено чьим-то особенно метким выстрелом, и после прыжка левая нога Джоанны угодила в щель между вздыбленной напольной панелью и черновой обшивкой под нею. Именно поэтому у Клерик не получается сбить её с ног, воспользовавшись эффектом неожиданности. Именно поэтому она не сможет заполучить топор и воспользоваться им - или каким-то другим своим оружием, чтобы избавиться от неприятной новой знакомой. Момент упущен, Джо, едва не вывихнув голеностоп - и снова спасибо костюму, - вытаскивает ногу из ловушки и подтягивает к себе, свободную руку выбрасывая вперёд и практически заключая противницу в объятия, чтобы в следующий момент, схватившись за пресловутую нашивку с фамилией, развернуть её к себе спиной, не выпуская из рук топор.
- Представь себе, я не собираюсь тебя убивать, - с горчащей усмешкой произнесла она, - хотя ты, наверное, уже догадалась. Но прошу тебя немного подождать, пока я обсужу с заинтересованным лицом твою дальнейшую судьбу.
Резко запрокидывая голову, Джо надеялась, что маска, которую она подняла четверть часа назад, сама упадёт на её лицо, но, похоже, деталь обмундирования была специально оснащена механизмом защиты от непреднамеренного одевания. Это замечательно, конечно, и очень похвально, но что же делать, если руки заняты?
Ещё раз зарычав, Мейсон дёрнула локтем, забрасывая левую руку к затылку и, отщёлкнув маску, мгновенно перехватила плечо своей пленницы, пока та не успела нанести незапланированный удар.
- Клерик, это Мейсон, докладываю обстановку, - выбросила она в потрескивание эфира, - странно: до сих пор в наушниках в перерывах между репликами была слышна лишь гладкая тишина, - Средний уровень, третий сектор, ближайший вход - третий. Среди нападавших могли оказаться ваши родственники, генерал? Если нет, мною захвачена однофамилица. Она представляет какую-то ценность?

Отредактировано Johanna Mason (Ср, 29 Июн 2016 16:09)

+4

18

8:30 - 8:40, 1 января 3014

Мозг работал в аварийном режиме, производя мысли и на их основе принимая решения в разы быстрее, чем было в обычное время. Здесь что-то было не так, как должно было. Необходимой и естественной реакции на удар рукоятью в ребра не последовало, хотя силы замаха было достаточно для того, чтобы сломать одно, а то и два, и это значило, что либо у Мейсон притуплены болевые рецепторы, либо, что более вероятно, имеется какая-то защита. Костюмы. Конечно! Разве Капитолий мог бы пустить своих ценных солдат на возвращение Пятого дистрикта без какой-то специальной защиты? Тупые миротворцы - пушечное мясо, ими можно было жертвовать, да их и было очень много, как пешек, а такие как Джоанна - куда более дорогие фигуры. И, наверняка, она тут не одна такая.
Захват сзади. Далеко не самый практичный, можно было бы придумать и получше, но это даже на руку Ангероне. Выбраться из него можно, как минимум, двумя способами, но напрягал пока только топор, хотя её собственные руки были свободны. Большое упущение, Мейсон, очень большое. В следующий раз девушка не будет задумываться о том, надо или нет, а просто сделает то, зачем оказалась здесь.
Попытавшись вырваться, но больше для виду, чем действительно, Клерик проверила силу хватки предательницы-победительницы и замерла, да и к тому же в этот момент Джоанна снова заговорила, подводя итог и объясняя, почему упустила возможность убить Ангерону, ведь сейчас так легко было прижать топор к шее и сделать разрез.
- Представь себе, я не собираюсь тебя убивать, - "ну и зря", - мысленно отзеркаливая усмешку Джоанны, прищурилась Клерик и медленно потянулась рукой к карману на штанах, в который был вложен нож. Спешить пока было некуда, раз уж Мейсон призналась в своих планах, но и слишком уподобляться черепахе тоже не стоит. Кто знает, что дальше взбредет в голову этой сумасшедшей?
Рука медленно, ощупывая каждый ремешок и заклепку, спускалась к нужному карману и уже затронула рукоятку ножа, как победительница выдала еще один факт, заставивший немного сбавить обороты и остыть.
Долго думать о каком именно заинтересованном лице говорит Мейсон не пришлось - ответ был на поверхности. Нахмурившись, Гера напряглась еще больше и все-таки обхватила пальцами нож, а в следующее мгновение ощутила уменьшение давления и ограничений в движениях. Времени на принятие решения было очень-очень мало и то выпавшее мгновение, она использовала не так, как планировала изначально, да и щелчок маски говорил уже о том, что приводить в исполнение план "А" было поздно, зато план "С" был почти готов. Незаметно вытащив нож из кармана, пока Джоанна справлялась со своим шлемом, Ангерона перевернула его в ладони и заправила в рукав лезвие, продолжая удерживать рукоять. Левая рука ныла, но работала, правда после возвращения руки Джоанны на место, кажется, решила начать сдавать позиции, а ведь именно в раненой левой был зажат нож, которым ещё предстоит совершить удар. 
Лезвие, замерзшее на морозе, контактировало с разогретой кожей на предплечье, смазывая ощущения от боли в простреленном плече, но полностью абстрагироваться от неё не получается. Джоанна почему-то молчит, а сама Ангерона выжидает. Сейчас было бы очень удобно поменять положения дел, но она ждет.
Мейсон на стороне Капитолия, а вражеской армией управляет Гектор. Не стоит исключать то, что бывшая трибутка могла связываться с кем-то менее влиятельным и более низким по званию, чем генерал Клерик, но даже если так, то зачем Капитолию быть "заинтересованным в её судьбе"?
"Это шанс. Такую возможность нельзя упускать", - убеждала себя Гера, позволяя Джоанне владеть ситуацией, но сердце билось быстро, кровь гудела в ушах - даже если это шанс на встречу с отцом, нет гарантий, что он захочет её видеть, ведь тогда по сути, Ангерона проиграет в схватке с Мейсон и номинально будет мертва. Это недопустимо.
Нож на несколько сантиметров проскальзывает в ладони, пальцы обхватывают рукоять и готовы развернуть лезвие, чтобы подавшись следом пока еще за неподвижным телом, пробить лезвием костюм. Нельзя позволять вот так себя воспринимать, как какую-то, ни к чему неспособную, девчонку-малолетку! Тем более, Ангерона может победить Джоанну и даже сделает это, но...!
Перед глазами появляется образ матери, уже совсем нечеткий, будто бы прикрытый туманом, потом лицо брата, но его Гера видит во всех красках, а потом отец. Если она сейчас убьет Джоанну, то вряд ли ещё получит такую возможность добраться до отца. Риск - дело благородное, если он не граничит с безрассудством. Но об этом девушка заставила себя не думать.
Средний и безымянный палец протолкнули нож обратно в рукав. Пошевелив правой рукой, в которой был зажат обрубок пистолета, Гера разжимает пальцы, откидывая в сторону бесполезный предмет, расслабляется, а потом, резко сгибает ногу в колене, вынося его вперед и вверх, и бьет Мейсон ботинком чуть ниже коленной чашечки - промазала немного, но не суть важно. Она найдет способ отыскать отца, хоть из могилы его отроет, но достанет, а посредники в этом ей не нужны, тем более, такие как Джоанна Мейсон. Извернувшись, Ангерона пытается сбросить с себя девушку из Седьмого, но рука той, то ли специально, то ли непреднамеренно, сжимается на левом плече, заставляя и без того терпеливую и малочувствительную к боли Геру завыть от адских ощущений. Но уж лучше так, чем бы головой ее поймала.
Похоже, встреча все-таки будет организована. Эх, если бы ей еще слышать то, что говорит человек

Отредактировано Angerona Cleric (Сб, 18 Июн 2016 22:47)

+4

19

[float=right]9 a.m.
Нельзя заходить в спальню к Богу,
Даже если его там нет

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/b5/53/dd/b553dd7821a9f5a3d50f4e17b9e33dc1.gif
[/float]


- Ангерона, - тихо, едва слышно произносит Гектор. В чертах лица Гектора что-то меняется, чувство, доселе ему неизвестное, мелькает на его лице как чья-то тень. Он судорожно сглатывает и округлившимися глазами проводит по окружению, по штабу. Как будто думает, что все они должны сейчас испытывать ровно то же самое, что и он. Гектор вдруг ощущает дьявольский голод, он не может вспомнить, когда толком что-то нормальное ел. Как будто подкашивает усталость, давя на плечи адским грузом. На плечи и на грудь. Холодным потом покрывается спина вдоль позвоночника.
- Джет, - говорит Гектор, но слышно только шипение, - джет, немедленно. Две машины подкрепления на ГЭС следом за теми, что уже отправились. Сосредоточить оставшихся около дома правосудия среди жилых кварталов. Здесь всё закрыть.
- Так точно, сэр. - Адъютант с женским лицом, кажется, сменил свой странный вид безалаберного ловеласа на сосредоточенность. Он не был из числа подлиз, коих в окружении Клерика можно было поискать, но в работе с Генералом понял кое-что важное для себя. Например то, что нервы целее, если делать то, что просят. Спорить бесполезно. И ещё, что с пулей в голове тяжеловато жить.
- Мэйсон. Не дай ей уйти. Я скоро буду.

Через короткий временной интервал Гектор уже направлялся в сторону ГЭС. Пути до плотины было около полутора часов, но на джете Гектор рассчитывал преодолеть его за полчаса. Вышло - за двадцать минут.
Он плохо пока понимал свой план, но сегодня всё шло чертовски не по плану. Поздоровавшись с погибелью в очередной раз максимально крепким рукопожатием, Гектор как будто слетал с цепей. Как будто бежал впереди костлявой, оставаясь в полной уверенности, что ему ничего не грозит.
Он боялся. Боялся больше всего, что его дети будут здесь. Чувствовал, что это его погубит.
Сволочь, - кривил он губы в ненавистной дуге, с механичной точностью машины переключая рычаги и крепко держа руль, она отправила их сюда. Чтобы они погибли здесь от моих же снарядов. Голод растворился в теле Гектора, нос ещё саднил, но больше всего билось что-то живое внутри, в груди. Не сердце. А какая-то яростная тревога. Перед глазами начинали плясать какие-то круги. Но ярость и тревога держали Гектора. Снова прыжок, снова рывок. И так всю его сознательную жизнь. Боже мой, что же будет, когда всё это кончится?.. Минута. Ему хватило бы минуты, чтобы просто перевести дух. Остановиться! Но Клерик знал, что как только он остановится - он умрет.

Гектор играл с судьбой в кости, вытирая платком кровь с губ. Он подлетел почти вплотную к ГЭС, позволяя всем как следует рассмотреть себя в ярких солнечных лучах восхода, что слепили глаза. Несколько щелчков на костюме и на приборных досках. Стреляли по крыльям, стреляли по стеклу, наконец кто-то попал в мотор. Повстанцы на башнях. Как, черт побери, Соло, они умудрились туда попасть? - Злиться дальше было уже некуда, но у Гектора получалось. Катапультироваться удалось быстро, джет, теряющий управление, был сориентирован Гектором на одну из башень. Всё равно чинить ведь. Маленький самолет планировал с дымящимся двигателем и снес половину башни со стреляющими в ней, удобно ложась на воду и блокируя некоторые из потоков.
Скрежет, стрельба, огонь, вода.
Коротко раскрыв лепесток парашюта из наэлектризованной ткани, Гектор планирует на одну из башен, где орудуют повстанцы.
Парные пистолеты... единственно любимые им, точно женщина, ждали урочного часа. Слишком долго Клерик не пускал их в ход до сегодняшней ночи. Полный магазины в очередной раз ложатся рукоятью в широкую мужскую ладонь. А потом он снова начинает убивать.
https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/86/f5/45/86f54532fccdac7bc88c945a32108d04.gif
Когда он добирается до Джоанны, он понимает, что убил пятнадцать человек. Девятерых ранил. Проклятье. Дьявол снова овладел им. В голове Гектора творилось ужасное, он сходил с ума. Он чувствовал это сам. Но не мог сделать ничего с этим. Не было пути назад. А до конца было уже подать рукой...
В помещении люминесцентные лампы бьют в глаза Гектору, он жмурится, ведь как и любой другой житель дистрикта 13 - привык к темноте. Один пистолет остаётся в обнаженной ладони, другой прячется в рукав.
Когда он выходит на свет, наконец, последняя, глупая надежда на то, что его детей здесь нет - разбивается о бетонный пол со звоном стекла. Он делает шаг вперед, какой-то нерешительный и сбивчивый. Открывает рот, будто хочет что-то сказать, но не может. Он смотрит широко раскрытыми глазами на собственную дочь. Воздух кончается и он пытается вдохнуть, но вместо этого хрипит как раненый зверь и кашляет несколько раз, вытирая рукой губы, будто хочет скрыть кровь от дочери.

Его ладони в крови. И эта кровь уже не только его. И эта кровь не только видна сейчас. Он на ватных ногах медленно подходит ближе к дочери. Он пытается собрать мысли в кулак, но они выползают, выворачиваются, избегают Гектора. Ведь надо избавить ГЭС от миротворцев... нужно скоординировать солдат, что скоро прибудут, нужно...
- Анге..рона, - Он говорит тихо, потому как его голос дочь уже навряд ли узнает.
Завершая фиаско, он опускается на колени перед ней, чтобы увидеть её глаза. Точь-в-точь такие же, как его собственные. Синие. Гордые. Глубокие. Непокорные.
Он чувствует, как щемит норовистая грудная мышца в самом центре его тела. Как предупреждает его. Как кружится голова.
Но в эту минуту ему плевать на всё.
И даже на Революцию.

+5

20

8:40 - 8:50, 1 января
Генеральское "скоро буду" может растянуться часа на полтора: с тех пор, как Клерик покинул Джо, он мог успеть оказаться на другом конце дистрикта. Возможно, он контролирует не только происходящее на ГЭС, всё ж таки генерал. А это значит, что Мейсон необходимо заставить свои мозги работать на сто процентов, чтобы продолжать воспринимать реальность, не запутавшись в лихорадочных мыслях о том, как лучше воспользоваться сложившейся ситуацией.
Окружающие могут думать, что Джо окончательно съехала с катушек. Пленница - что она, ообезумев от жажды крови, предала восстание, перейдя на сторону Капитолия, который лучше накормит дикую тигрицу. Клерик - что её дух сломлен, искрошен в пыль и вплавлен в чип, которым он имеет возможность управлять. Но с того самого дня, как этого таракана зашили в её голову, Джоанна ни на мгновение не переставала думать о том, как сбежать и как от него избавиться. Её ожидание было ожиданием оцепеневшей в зиму змеи под слоем опавшей хвои. Не шевелится - не значит, что умерла. Что не слышит. Не видит. Не чувствует.
Не помнит.
Дочка (племянница? поздняя младшая сестра?) Клерика - настоящий подарок судьбы. Другого шанса Джо может и не представиться.
Разумеется, и тот, что есть - призрачен, и от него разит полнейшим, смертельным безумием. Но что может быть хуже того, чтобы превратиться в живое оружие? Даже если убьют - не страшно. Самое страшное с ней уже сделали, Джо больше нечего бояться. Она умоляет невидимое провидение напустить на генерала замешательство, когда он встретит её пленницу. Хотя бы краткое. Хотя бы пару мгновений. Пару мгновений, которые Джо не упустит. Клерик, может, и похож на безвкусный старый сухарь, но он всё-таки человек. Его приказ не убивать - главное тому подтверждение. И поспешность, с которой он ответил Джо.
Да он же мчится сюда на всех парах. Если б мог телепортироваться - уже был бы здесь.
Реальность. Реальность.
Волшебный подарок судьбы, решив, видимо, отложить встречу с ненаглядным папочкой, засандалил Джоанне под колено, вновь заставив её благодарить инженеров костюма.
Джо издаёт звук, похожий одновременно на шипение кошки и рычание тигра - и, отказываясь так просто выпускать из рук свой шанс на побег, впиваетс пальцами в плечо пленницы. Та воет раненой волчицей: похоже, Джоанне снова повезло и она нашла болевую точку - свежее ранение, скорей всего. Сжав губы до белизны, она буквально вгрызается пальцами в невидимую рану.
- Не дёргайся, дура, - шипит Джоанна почти в ухо девушке, - Будешь плохо себя вести, всё расскажу твоему папочке.
Говорит она машинально и зло, хоть и не следовало бы продолжать настраивать пленницу против себя, но времени на раздумья почти нет. И, всё ещё сжимая пальцами плечо мисс Клерик и почти не меняя тона, Джо решительно и вместе с тем как будто растерянно продолжает:
- Не знаю, что за семейные дрязги там у вас, и почему ты на той стороне, а папуля на этой, и мне, если честно, плевать. Но раз уж мне так повезло, что я тебя встретила, я не намерена здесь стоять и слушать, как вы пререкаетесь, или что вы там собираетесь делать. Я хочу избавиться от него и уйти. Так вышло, мисс Клерик, что я теперь как бы машина, а пульт управления мной - в руках твоего отца. Ты - мой единственный шанс отвлечь его. Я хочу... и я должна уйти. И мне нужен временной карман, который позволит добраться до тринадцатого, чтобы тамошние умники избавили меня от таракана в моей голове. И мне, знаешь, терять уже нечего. Я не боюсь умереть - это легко, когда тебе наглядно демонстрируют что-то похуже смерти. А теперь говори, согласна ли ты мне помогать. И не забывай, где мой топор. Он всё ещё здесь.

Отредактировано Johanna Mason (Вс, 26 Июн 2016 13:13)

+4


Вы здесь » THG: ALTERA » Bellum » ГЭС, ЭС I и II


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC