Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Alma Mater » 11.12.3013. Capitol. Antithesis.vol 2


11.12.3013. Capitol. Antithesis.vol 2

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://s018.radikal.ru/i517/1602/99/076828704297.gifhttp://s018.radikal.ru/i521/1602/5a/70e9b4aeb581.gif
http://s018.radikal.ru/i523/1602/5b/8de5d70bfda4.gifhttp://s019.radikal.ru/i613/1602/34/1778cfe87c4a.gif
http://s019.radikal.ru/i639/1602/a5/4ca8f4aba871.gifhttp://s011.radikal.ru/i316/1602/e9/aa2e0b407427.gif
http://s017.radikal.ru/i402/1602/30/7817c3a6cc27.gifhttp://i008.radikal.ru/1602/89/091cd2884e18.gif


• Название эпизода: Antithesis.vol 2;
• Участники: Hector Cleric, Arcturus Stark;
• Место, время, погода: лаборатория Старк Индастриз, вечер, морозы, впрочем, не только за окном;
• Описание: Милые бранятся - только тешатся. Ну и немного крушат всё вокруг;
• Предупреждения: Больше драмы королю драмы!
И щепотку разрушений, чтобы зрители не заскучали.


+3

2

Nick Cave & the Bad Seeds- O Children
Сегодня ровно в полночь. Планолет до второго дистрикта улетал сегодня, ровно в полночь. Гектор бросил взгляд на свою комнату. Безразличный, брошенный через плечо, точно прощание с нелюбимым человеком. Тем не менее, комната значила много. Была Гектору хоть и безразлична, но в памяти осталась навсегда прочной вехой. Здесь он почувствовал. Пусть это было что-то грязное, вязкое, липкое, точно смола, но оно приносило чувство. Заставляло сжимать губы от электричества, поражавшего всё существо.
Он бросил взгляд и на круглый столик на изящной витой ножке у кресла, что стояло напротив широкой двуспальной кровати. В его памяти он далеко не всегда был таким пустым и аккуратным, ненужным, словно нежданный родственник. Обычно там стоял красивый гранёный графин, блестящий, точно алмаз, резной, точно осколки битого стекла. А в нём всегда был хороший алкоголь... Странная штука. Он ударял в голову, был схож по ощущениям с оглушением от близкого взрыва, но чувство было не таким пугающим. И становилось на всё плевать - вот ещё что было важным. Да. Пожалуй, алкоголь был самым опасным врагом Гектора Клерика. Он мог его погубить. Мог погубить вероятнее, чем пуля, предательство или женщина.

Брать с собой было нечего. К сожалению, в этой комнате не было ничего, что Клерик мог бы назвать своим. Разве что пистолеты в рукавах?.. Может быть, но если помнить историю, то родина этого оружия была тоже здесь.
Катана с белой рукоятью на резной лента была уже отправлена в планолёт с другими вещами Гектора, которыми он обзавёлся здесь, во дворце Президента, но которые не считал своими. Как не считают своим, например, халат и тапочки в гостинице.
Клерик был рад своему скорому отъезду из столицы. Ему казалось, что здесь всё резонирует от его присутствия, а каждый день - всё равно что хождение по углям на краю бездны. Внутри всё было завязано в тугой узел, настолько же тугой, как верёвка на шее висельника. Каждую ночь Гектор пытался немного ослабить хватку, иногда даже получалось... но со временем он стал понимать, что наутро узел становится только туже. Поддаваясь краткосрочному, делая ставку на понижение, Гектор проигрывал на долгосрочной перспективе. Медленно сыпал крупицы земли на собственный саркофаг. И однажды он исчезнет из виду совсем.

В Капитолий, наконец,пришла зима. Гектор относился к этому явлению природы осторожно, так как любая смена погоды для него, как для пещерного человека, была событием редким и необычным. Он за свои почти 40 не успел привыкнуть к морозам, к метелям, к снегу, бьющему в лицо.
Чёрное формованное пальто с высоким воротником, достающее почти до колен, делало из Гектора строгую военную фигуру. Красные оборки изящно декорировали его шинель, сзади полы пальто развивались при ходьбе точно полы фрака. Отсутствие шапки, шарфа... только черные с красным перчатки. Впрочем, в костюме, сделанном в лучших минималистичных традициях лучшим дизайнером Сноу было не холодно даже в отсутствие таких необходимых в зимнее время атрибутов одежды. Всё же стоит уделить немного слов самому костюму: цельная плотная ткань иссиня чёрного цвета с выточками в области груди, воротник пиджака, упирающийся в подбородок, полностью окутывая шею, серые пуговицы с резным рисунком, скрывают тёмно-синюю водолазку из нежнейшей ткани, брюки с острыми стрелками, с едва заметным серебряным напылением, и, наконец,  блестящие, ослепляющие ботинки с крыглыми носами на тонкой красной подошве. Гектор выглядел великолепно, просто бесподобно. Странно было другое - не было ничего белого в одежде мужчины. Его принадлежность Капитолию означала лишь маленькая брошь на отвороте воротника в форме серебряной розы. И, может быть, безразличие в глазах.

Клерик знал, что должен был прийти сюда. Чувство гордости Генерала, к удивлению стороннего наблюдателя, покорно соглашалось. С ужина прошло пять дней, но с обитателем высотного здания в центре столицы Гектор не перебросился ни словом. Многое изменилось в этом мужчине, но воспоминания о прошлом не стали другими. И, наверное, Старк заслуживал удара по лицу, грубости и сарказма, но внутри Гектора был штиль. Может быть это было сожаление. Может быть это была тоска.
Генералу Панема не стали отказывать. Никто не стал ему препятствовать, когда он молча шёл по коридору туда, где был Арктурус. Детские игры со стороны изобретателя могли продолжаться вечно, но Генерал не хотел из себя что-то строить. На удивление время сгладило ярость и злость, что полыхала как на керосине в последнюю роковую их встречу. Сжигаемая изнутри злость за потерю ценной фигурки в партии Альмы Койн, ярость за собственную неосмотрительность и, наконец, благодарность за самопожертвование... всё смешалось в непривычный коктейль эмоций и впечатлений, который Гектор старался пить осторожно. Ведь эмоции могли погубить его, не начав давать наслаждение.
https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/15/5a/be/155abe7994baf41480c7f1d495066168.gif
"- Итак, она жива. И как мы к этому относимся? - C Новым Годом, Джон."
David Arnold & Michael Price - Sherlocked

Он был спокоен. Может быть пока, но спокоен. Он не представлял пока ещё себе лицо Старка, не представлял, что Арктурус скажет ему, когда сейчас - с минуты на минуту - увидит. Только тряслись руки мелким тремором. И чувствовалось, как сильно ударяет в грудь сердечная мышца.
Удар. Удар-удар. Удар. Пауза. Удар.
Старк был маяком из прошлого, живым напоминанием о том, кем был когда-то Гектор, что он делал, во что верил, кому верил... И, может быть сейчас, ударь Старк его по лицу, изобретатель был бы прав. Рассечённой губы Гектору было явно мало. Его лицо, картина его чёрно-белой жизни, должна была сдержать не только Старка, но ещё в перспективе и Кашмиру Фрайзер.
Сознание, разум всё ещё не могли поверить, подумать о том, что старательно погребенный человек вдруг ожил. Стал ходить, говорить, смотреть на тебя с укором. Может быть действительно и было за что, конечно, но... Всё смешалось в голове Гектора Клерика. Всё превратилось в разноцветную тошнотворную муть, от которой не только стучало в груди и дрожали руки, но и чудовищно болела голова. Впрочем, можно ли этому поверить, когда внешне Гектор Клерик всё тот же Гектор Клерик... сейчас, правда, его выдавали глаза. Они стали ещё более синими. И пронзительными.

Гектор вошёл неспешно. Аккуратно ступая ботинками на красной подошве по чистому белому полу. Его черное формованное пальто было расстёгнуто, края беспорядочно касались генеральских колен. Тишина звучала мелодичной патокой. И только позолоченный низкий голос, всё такой же, как прежде:
- Здравствуй.

Отредактировано Hector Cleric (Сб, 13 Фев 2016 14:16)

+5

3

***
i loved my friend
he went away from me
there's nothing more to say
the poem ends,
soft as it began-
i loved my friend



Как бы Арчи порой не было одиноко в столице, Гектор Клерик - последний, кого ему хочется видеть. Хуже президента Сноу. Хуже Гитлера. Хуже Сатаны. Хотя с последними двумя Старк не знаком лично.
Обычно у Арктуруса всегда есть план. Чтобы ни случилось, обычно он всегда знает, что примерно от него требуется в сложившихся обстоятельствах. В крайнем случае его гениальный мозг формирует примерный план дальнейших действий за несколько мгновений. Предусмотреть можно, казалось бы, что угодно. И подобное заявление - самый настоящий вызов. Потому злодейка судьба спешит на него ответить.
Работа Старка - его постоянная страсть, единственное, что у него осталось в сложившейся ситуации. Но сейчас и от неё приходится отмахнуться. И не только потому что руки его начинают предательски дрожать после того, как Эмма безэмоциональным голос сообщает ему, кто именно только что вошёл в здание Старк Индастриз. Арчи успевает с грустью подумать о том, как сильно ему не хватает Джарвиса, прежде, чем все его мысли роем скапливаются вокруг одной-единственной фигуры, сейчас, возможно, уже поднимающейся на лифте до верхнего этажа.
В собственной лаборатории гениальный изобретатель чувствует себя загнанным в ловушку зверем. Впервые за долгое время не знает, что ему делать и что говорить. И стоит ли вообще начинать разговор с этим человеком - в голове мелькает мысль о том, что можно, к примеру, просто попросить Эмму заблокировать двери. Сама возможность нахождения с Гектором Клериком в одном помещении сводит его с ума. Как на зло, психоаналитик на днях совершил очередную ревизию в его лабораторию и изъял все вредные по его мнению медикаменты. Да что уж там - даже припрятанную на чёрный день бутылку изъял. И ведь научился мастерски находить его тайники...
Арчи приходится в себя, стоя у широко распахнутого окна, наполовину вытянувшись из него навстречу холодному ветру. В глазах мутнеет от ярких огоньков ночной столицы, Капитолий и не думает прерывать бесконечное веселье ради сна. Вдалеке небо прорезает блеклый залп фейерверка - в столице каждый день найдут повод для празднования. Из-за внепланового проветривания температура в помещении начинает меняться. Момент, когда ещё можно было бы заблокировать двери, оказывается упущен - Гектор Клерик уже стоит на пороге лаборатории.
Арчи не знает, слышит ли Гектор, как он лишь горько хмыкает в ответ на его приветствие, хотя в голове у Старка возникает сразу несколько вариаций того, куда бы Клерик мог это "здравствуй" засунуть. Арчи не знает, что в этот момент бесит его больше всего - не спящая гуляющая столица перед его глазами, праздный народ, который и понятия не имеет о том, как скромному изобретателю хреново, или же Гектор Клерик, застывший на пороге его лаборатории, непонятно вообще ради чего припёршийся сюда на ночь глядя. А ведь сегодня пятница - Старк вполне мог послать все дела куда подальше и тоже отправиться пьянствовать. Вот только праздновать ему нечего.
- Месяц! Почти месяц - без одного дня, - когда Арктурус всё же подает голос, он продолжает всё так же стоять у окна, спиной к своему собеседнику, с той разницей, что возвращает верхний корпус своего тела обратно в помещение и сцепляет руки за спиной. - Почти грёбаный месяц я гнил в грёбаной тюрьме. И в первый же день они заставили меня думать, что ты погиб, - Старк умолкает, с силой сжав челюсти, яростно втягивая воздух носом. - И я оплакивал тебя всё это время. Я всё это время думал, что потерял друга. Я всё это время винил себя в произошедшем. И если бы не Кашмира и тот упрямый осёл в белой форме, я бы остался в обломках этой грёбаной тюрьмы. А всё ради чего? Чтобы мой трагически погибший "друг" - Старк на мгновение расцепляет ладони, чтобы изобразить в воздухе кавычки, - наслаждался жизнью в Капитолии? И не подумал даже навестить меня в тюрьме? По крайней мере сообщить мне о том, что он на самом деле жив, чтобы я не продолжал корить себя за его смерть? Чувствуя, что его интонация всё идёт вверх и он вот-вот перейдёт на крик, Арктурус замолкает, выпрямляя спину и втягивая носом холодный воздух, пытаясь хоть немного привести в порядок свои мысли.
- Но правда в том, что никакой ты не друг мне нахрен, Гектор. Синий цвет радужки и рост 1,83 метра. Я всё это знал до того, как отправился в Дистрикт 13. Президент Сноу быстро смекнул, что простой в моей изобретательской деятельности никак не связан с творческим кризисом, в конце концов я же гений. И в скором времени вышел на истинную причину моего бездействия. Но я был и остаюсь слишком ценным ресурсом, чтобы меня можно было просто так убрать из этой шахматной партии. Поэтому мы заключили сделку - моя жизнь в обмен на мою совесть, честь и вообще всё светлое, что только во мне оставалось. И ведь какая правдивая вышла версия - беглый изобретатель, который оказался достаточно умён для того, чтобы уйти у Сноу из-под носа и примкнуть к Восстанию. Даже Альма Койн мне поверила. Только не ты. Впрочем, после твоей истории с женой я и не ожидал ничего другого. Цель моего пребывания в Дистрикте 13 не была сформулирована точно. Иногда президент Сноу слишком увлекается, говоря полунамёками. Я просто должен был "быть полезным Капитолию". Впрочем, я и был. Я постоянно пытался назвать тебя другом, иногда даже называл. Но не стоило забывать, что ты, Гектор, был не более, чем моей миссией. Которую я успешно выполнил, судя по тому, что сегодня в полночь ты отправляешься воевать за Капитолий против своих родных, друзей, знакомых, подчинённых, вообще всех, кто наполнял когда-то твою жизнь. Эта откровенность, признание вырывается у Старка неожиданно, совершенно необдуманно. Ему многое хочется высказать Гектору Клерику по поводу его переживаний, кошмаров с повторяющейся сценой его смерти, да и вообще просто наорать, лишь бы только стало хоть немного легче, лишь бы только этот гнев внутри хоть немного отпустил его. Но вместо этого он вдруг начинает рассказывать эту историю, условную часть правды, видимую часть айсберга, о которой Гектор Клерик и не подозревал. Возможно, потому что Арктуруса ужасно бесит то, что этот человек вот так спокойно заявился к нему в лабораторию, непонятно на что рассчитывая, ужасно бесит, что его не мучает, не съедает то же, что и Старка. Потому голос Старка всё выравнивается по мере повествования, а тон становится почти таким же холодным, как и воздух в помещении. Наконец, он замолкает, давая Гектору время переварить информацию, прочувствовать уже знакомую ему горечь предательства, в полной мере ощутить всё то, что терзало Старка, возможно, даже пожалеть о том, что решился прийти сюда сегодня вечером. А небо над столицей тем временем прорезают очередные разноцветные залпы фейерверков, и за окном на мгновение становится почти так же светло, как днём.

+5

4

Leaving you for me
(What about us?)
Try to understand
That I'm only leaving you for me
(Are you trying to hurt me?)
Demons in my head
They won't let go.
Martin Kesici with Tarja Turunen - Leaving You For Me.

Достаточно столкнуться взглядом со знакомой фигурой - сердце Гектора в последний раз с силой ударяет в грудную клетку, а потом спокойно начинает отсчитывать чужие слова.
Гектор слушает очень внимательно. Точно мучимый жаждой пьёт воду. Но совсем не спешит воспринимать слова близко к сердцу или - банально - верить Старку. Слишком много раз приходилось ошибаться на его счет, поэтому любые слова Арктуруса Гектор Клерик теперь воспринимал с осторожностью обоюдоострой бритвы.
Когда Арчи говорит - Гектор смотрит ему прямо в затылок, открыто и без хитрости, сцепив при этом руки за спиной. Его лицо вовсе не жестоко, а скорее… спокойно. Очень спокойно. И чем громче становится голос его друга - тем спокойнее выглядит Гектор. Как ни странно, но мужчине было легче от того, что Старк вот так без прелюдий и игнорирования сказал всё, что мучило. Он был ему благодарен, потому как реши Старк продолжить свою глупую игру - Гектору было бы куда тяжелее.
Впрочем, кое-что в груди Генерала Арктурусу всё же удается задеть. Это воспоминания об их вылазке за командой 501. Ясное осознание того, что Гектор дурак и напрасно доверился другому человеку, напрасно счёл его другом настолько глубоко залезло ему в душу, что теперь от него избавиться было точно невозможно. Хоть спустя время Гектор трезво и оценил то, что делал и говорил Старк… факт своего не изменил.
Гектор слушает, не перебивает. Ждёт, когда из изобретателя в полной мере выплеснется вся эта желчь и обида. Что ж, изобретатель имеет право. На его месте Клерик бы убил.
Когда помещение озаряет вспышка, Клерик уверенным шагом начинает движение к изобретателю, который всё ещё находится у открытого окна. Увы, но на дворе не месяц май. За плечо не резко, но настойчиво оттолкнув Старка от окна, Гектор тянется к ручке - пальто и пиджак некрасиво сборятся и перекашиваются - и, ухватившись за неё, наконец, тянет на себя, с негромким хлопком закрывая ставню. Что это - забота? Родительский снобизм? Занудство? Старк мог расценить на свой вкус, Гектору было все равно.
После Клерик движется в сторону приборной доски хозяина лаборатории, стягивая на ходу обе перчатки и вкладывая их в левую руку. Он быстро пробегает глазами по разноцветными экранам и кнопкам, после вполне уверенно что-то нажимает и в помещении начинает дуть теплый ветер. А что вы думали? Клерик не так глуп - за время, проведенное в Капитолии, он усиленно знакомился с местной техникой и принципами её работы. Оставалось надеяться, что Старк не взревнует свои железяки.
И вот теперь, когда разум восторжествовал над эксцентричностью, Гектор мог говорить.
- Спасибо за откровенность, - честно поблагодарил друга Гектор, - многого я действительно не знал.
Сейчас очень важно, что произойдет между этими двумя. Волатильность ситуации была настолько сильна, что Гектор мог одновременно либо выложить Арктурусу всю правду, либо запутать его до такой степени… что в сознании изобретателя образуется параллельная реальность, мало связанная с реальным положением дел. Гектор начал с простого. Он потупил глаза, разглядывая края штанин Старка.
- Когда я был в дистрикте 13, вернувшись домой после того, как ты пожертвовал ради меня своей жизнью, мне было непросто признать поражение. Я подумал о том, что ты был прав. Я пришёл в твою лабораторию и попросил у тебя прощения. И я готов это повторить ещё раз - Прости меня. За то, что ты остался, а я ушёл. За то, что ты умер. Я виноват. Я тебе не поверил.- Голос был спокойный, такой, будто бы Гектору было всё равно, что он говорит такие невероятно трогательные вещи. И всё же он нашёл в себе силы просить прощения. Гектор Клерик. Человек, который был и есть бесчувственный карьерист, глубоко зацикленный на собственном эго.
Это была пауза. Старк тоже молчал.
- Однако, принимая во внимание твои слова, видимо, мои извинения, - Гектор боится говорить о чувствах, - тебе безразличны. Я не знал о том, что ты жив до тех пор, пока не увидел за обедом у Президента Сноу. Как не знаю до сих пор - ты ли это. - Клерик проводит пальцами по приборной доске, обходя её и становясь спереди, всё ещё не смотря в глаза Старка. - Альма понизила меня в звании за то, что я сделал. - Пожалуй, это признание - апогей. - Но теперь это всё в прошлом, я вновь Генерал, и я готов служить Панему. Разве ты не этого хотел? - Гектор слегка приподнимает бровь, когда взглядом сталкивается со Старком. - Ты дважды продал меня Капитолию. Дважды. Что же тебя удивляет, Арктурус, раз ты видишь меня здесь? Ты продал меня, Сноу меня купил. Всё логично.
Гектор говорит, но совсем трудно понять, что из этого трогает его, и трогает ли.
- Я лишь твоё задание. Не твой друг. И никогда для тебя им не был. - Гектор всё ещё безразличен. - Там, в твоей лаборатории, слушая Джарвиса, я думал иначе. Выходит, твоё завещанте - тоже фикция. Кстати, я не взял твоего оружия, можешь вернуть его себе, когда война закончится. - Эта последняя нота… странно прозвучала. Будто бы сам Клерик дожить до конца не собирался.
Гектор говорил странные и нетипичные для него вещи, но лицо его было по-прежнему спокойным, выражение - знакомым… Но всё это только ещё больше путало, будто бы был текст между строк, и одновременно - будто бы его не было. Мужчина застыл в ожидании колкой реакции со стороны изобретателя. Только она ничего не изменит.
Неужели и теперь, Арктурус Старк, ты не видишь разницы?

Отредактировано Hector Cleric (Пн, 15 Фев 2016 22:15)

+4

5

Они говорили,
что твой дом там, где твоё сердце.
Но что если моё сердце
в шести футах под землей
с тобой?


При другом раскладе чистосердечные признания от самого Гектора Клерика обязательно бы растрогали и успокоили бы Старка. Вполне возможно, что он был первым и единственным человеком, перед которым гордый генерал решил извиниться. Как долго Арчи кланялся перед этим пресловутым гиппогрифом и тот, наконец, решился поклониться в ответ. Вот только, направляясь сюда, генерал Армии Панема явно не учёл один важный факт - поменялся не только он сам, изменился и Арктурус Старк.
В свете того, что скромному изобретателю пришлось пережить за последний месяц извинения генерала были откровенной издёвкой. Разумеется, Гектор Клерик и не думал придавать своим словам такое значение, но воспалённое сознание Арктуруса, ещё не совсем реабилитировавшееся после ежедневных инъекций токсина осы-убийцы, воспринимало действительность именно так. Всё это, возможно, было чертовски мило - прийти сюда только для того, чтобы извиниться, этот жест с окном и кондиционеров, в конце концов всё то, что сказал Гектор. Арктурус следил за каждым его действием внимательно и молча, что уже могло бы насторожить его "друга". Хотя после извинений Клерика он, если и был внешне сосредоточен, казалось бы, слушал, стараясь не пропустить ни слова, то совершенно не слышал. Яркими вспышками перед глазами Арчи мелькали его собственные воспоминания.
Я пришёл в твою лабораторию и попросил у тебя прощения, - своеобразная пластинка в его голове прокручивала недавно сказанное генералом задним фоном, пока Арчи вспоминал, как его избивали.
И я готов это повторить ещё раз, - кололи яд ос-убийц, что само по себе было вполне болезненным процессом.
Прости меня, - били током.
За то, что ты остался, а я ушёл, - заставляли кричать от бессилия, крепкой хваткой удерживая его голову в ледяной воде.
За то, что ты умер, - но самым страшным моментом любых пыток была мысль о том, что он может всё это прекратить.
Я виноват, - мысль о том, что ему совсем не обязательно страдать. Капитолий предоставляет ему милосердный выбор.
Я тебе не поверил, - всё это может прекратиться. Он не обязан нести этот титанический груз на своих плечах. Не обязан терпеть это всё ради людей, которые бросили его. Но он терпит. И ради чего?..
- Ради чего? - эхом своим собственным мыслям шепчет вслух Старк, с совершенной растерянностью глядя на стоящего рядом генерала. Тот, к слову, как раз окончил свою речь и, очевидно, ждал, что Арчи что-нибудь скажет. Но невнятный растерянный шепот скромного изобретателя - вряд ли именно то, чего ожидал генерал. Старк продолжает недоумевающе смотреть на фигуру в тёмном пальто посреди его лаборатории, словно не совсем понимает, как она здесь оказалась. Тяжело дышит, слышит едва уловимый раздражающий звук в изолирующих стенах лаборатории. Небо прорезает очередная яркая вспышка, и Арчи испуганно шарахается в сторону от окна, хватается за стол сбоку от него, чтобы не упасть. Сердце ускоряется до рекордного в грудной клетке рядом с реактором, но даже его гулкий стук в ушах не перебивает нервирующий шум. Старк всё ещё крепко держится за стол, почти осев на пол. Ещё одна яркая вспышка, и выражение лица Арктуруса меняется. За доли секунд, пока за окном меркнет залп фейерверка, он понимает, чего именно ему хочется.
- Эмма, полный переход на голосовое управление. - Есть, сэр. - Для начала выруби грёбаный кондёр, - раздражающий звук наконец-то исчезает. Арчи отпускает стол и присаживает на пол, на мгновение скрываясь из виду. - Заблокируй двери, - замки на дверях слышно щелкают. Старк с поразительной для его возраста ловкостью поднимается на ноги. - Есть, сэр. - И выключи, пожалуйста, свет. Очередное "есть, сэр" сопровождается мгновенным исполнением приказа. Огни гуляющей столицы служат неплохим освещением. Да и в груди Арктуруса Старка ярко горит голубым цветом реактор, выдавая его точное местоположение. Впрочем, Арчи и не собирается скрываться или  прятаться, он просто хочет, чтобы темнота помешала Гектору раньше необходимого понять его замысел. Размеренным шагом, неспешно минуя преграды на его пути, скромный изобретатель направляется к дальней стене, до которой свет не спящей столицы не добрался, оставив её в потёмках. Голубое сияние реактор на мгновение отражается в золотистой металлической поверхности, слишком быстро, чтобы Клерик смог вовремя сообразить, чем ему это грозит. Реактор загорается ярче, когда к нему подключается Марк Шесть. Шлем с лязгом захлопывается, Арчи поднимает глаза на генерала.
- Прости, дружище, я отвлёкся. Не мог бы ты повторить? Ту часть про то, как же тебе жаль, - Старк выбрасывает вперёд левую руку, репульсору требуется несколько секунд для того, чтобы зарядиться перед выстрелом на полную мощность. И вот новый Арктурус Старк - не ваш дружелюбный сосед - скромный изобретатель, а продукт деятельности Капитолия, сгусток концентрированного гнева, которому просто необходим выход. Арчи, может быть, не в полной мере осознаёт, что именно творит, но прекрасно знает, чего именно хочет - если не убить генерала Клерика, то хотя бы сильно покалечить.

https://45.media.tumblr.com/f7fa1159aa5798e93b4cf98ab99cdc15/tumblr_nydximfJaW1tctq75o3_250.gif

моя лаборатория и её оборудование полностью во власти твоей фантазии, жопка карамельная
так что не стесняйся и удиви меня

+3

6

Ясно... - Подумал Гектор. Он тоже пришёл в движение аккурат тогда, когда Старк погасил свет. Ясно.
Нет, Гектор отнюдь не рассчитывал на сопливые речи Старка, ровно такие же сопливые, как его собственные. Ко всему прочему, он испытывал жуткий дискомфорт от того, что говорил. Будто бы изъяснялся на чужом языке в чужой стране, при этом имея шанс быть осмеянным.
Будь на месте Гектора Гектор прежний, равнодушие Старка вонзилось бы ему в сердце катаной. Сейчас было что-то вроде спокойной меланхолии, как будто мужчина просто отказался передать ему сахарницу. Тем не менее, своё Гектор сказал, своё сделал. Его совесть чиста. Может быть Арктурусу действительно всё равно - кто знает - только вот Клерик так не считал. Опять же - думал он не об этом.
Короткая ухмылка озарила лицо и тут же исчезла, как исчез свет вместе с потухшим взрывом фейерверка. Как интересно получилось... Гектор Клерик, выходит, пришёл на собственную смерть? Пришёл, чтобы получить удар в грудь от человека, смерть которого запустила в голове какой-то жуткий, непонятный механизм?.. О, какая злая, злая ирония! Но было ли Гектору что терять? Давайте поговорим откровенно: да, было. У него была семья в тринадцатом. И сошедший с ума Старк, который не был, конечно же, его другом, но был телом, которое Клерик-таки не довёз до Койн и из-за чего получил понижение, потерял то, чем так дорожил. Да, дети были частью Клерика, но давно уже привыкли обходиться без драгоценного отца, а значит Гектор мог распоряжаться собственной жизнью как ему вздумается.

Клерик посмотрел на часы - их стрелки светились в темноте и указывали на то, что до вылета планолёта три с небольшим часа.
- Я хотел бы сказать, Арктурус, - с каких пор Гектор так часто стал называть этого человека по имени? - У меня в полночь планолёт. Мне очень не хотелось бы опоздать на него, - голос всё тот же, ровный, и, если честно, ужасно выводит из себя.
Не следя за действиями Арктуруса - Гектор и так знает, что теперь будет делать изобретатель - не спеша Клерик скидывает с плеч своё дорогое пальто. Аккуратно встряхнув его за плечи, он стирает невидимую пыль и складывает верхнюю одежду попалам, сгибая по линии спины. Перегнув через предплечье, Клерик сгибает пальто ещё раз и, отряхнув рукой и без того чистую поверхность в углу лаборатории, кладет его на стол.
Говорить более не о чем, к тому же Старк уже почти собрал свою амуницию... поэтому по-военному быстро, Клерик расправляется и с остальным. Тонкими длинными, но крепкими пальцами он одна за одной расстёгивает серебряные пуговицы своего пиджака. Ворот отгибается под тяжестью ткани, открывая ярко-красный подклад, впрочем, в темноте его практически не различить. Несколько секунд - и аккуратно сложенный, педантично выхоленный пиджак лежит поверх пальто. Под пиджаком Гектора, конечно же, крепление для парных пистолетов. Ничего не поменялось. Два коротких щелчка и клипсы, держащие на плечах ремни, ослабевают. Гектор вынимает оба пистолета и кладет их рядом на стол - один к другому. Да, нежно, как любимую женщину.
На глаза попадается черный маркер, забытый кем-то на столе. Выходит, раз Старк хочет драки, он может позволить гостю вооружиться. И Клерик вооружается опаснейшим из канцелярских предметов.

Когда Генерал выходит в свет репульсорного луча Арктуруса, его лицо всё ещё спокойно. Безмятежно и преисполнено уверенности. Он с секунду смотрит на Арктуруса в ответ на его фразу. А затем медленно стягивает через голову водолазку, которая обнажает его израненное тело и калиграфические капитолийские буквы на всей левой руке. Легким движением кисти бросив водолазку в сторону, Клерик зубами открывает маркер, а затем рисует на своей левой грудной мышце огромный, жирный чёрный крест. Подняв глаза на те щелки, за которыми скрывался изобретатель, Клерик выплевывает колпачок, затем вышвыривает и маркер, расправляя плечи и замирая.
- Стреляй, Арктурус. - Говорит от тихо и пронзительно. По-прежнему не дрогнув. - У меня слабое сердце, - говорит он медленно, точно бы уговаривая Старка, - ты знаешь, мне хватит одного удара.

Впервые в жизни он не собирался драться.

+3

7

It doesn't hurt me.
You want to feel, how it feels?
You want to know, know that it doesn't hurt me?


Металл ощутимо нагревается, пока Арктурус медлит с выстрелом. Внимательный взгляд следит за каждым движением Гектора Клерика, пытаясь понять, что же он, чёрт возьми, вытворяет. Наконец, раздевшись по пояс, генерал рисует у себя на груди большой чёрный крест и озвучивает свой замысел. И едва только стоит ему умолкнуть, как раздаётся звук выстрела из репульсора. Окно по левую сторону от Гектора Клерика взрывается фонтаном осколков, ветер с завыванием врывается в помещение через появившуюся пробоину. Вот так значит просто? Убить его одним выстрелом? Сделать ему такое одолжение?
Опустив руку, Старк неторопливо движется по направлению к застывшему на открывшемся сквозняке Гектору, по пути расталкивая мешающую ему лабораторную мебель как спичечные коробки.
- Я прекрасно знаю, где находится твоё слабое сердце, Гектор, - звучит мрачный голос из-под железной маски, - я спасал его уже дважды, - договаривает Старк, остановившись рядом.
- Не значит ли это, что один раз мне позволено поступить с точностью до наоборот? - едва только риторический вопрос повисает в воздухе, ещё не остывший металл обжигает горло Гектора Клерика. Железная рука с легкостью, словно нашкодившего котёнка, поднимает его над полом. Хруст стекла сопровождает каждый шаг Старка до зияющей дыры в стеклянном корпусе верхнего этажа Старк Индастриз. Остановившись, повернув голову, Арчи несколько непродолжительных секунд смотрит на Гектора Клерика, но лицо скромного изобретателя всё ещё полностью скрывает железный шлем. Затем он делает несколько осторожных шагов в сторону сверкающей пропасти и вытягивает левую руку так, что яркие огни гуляющей столицы весело играют теперь на алых подошвах генеральских ботинок. И проделывает всё это Арчи с небывалой лёгкостью, удерживать взрослого человека над пропастью на вытянутой руке не составляет для него никакого труда. Оставшееся действие с его стороны и вовсе не представляет из себя сложной задачи - спокойно разжать хватку и позволить Гектору Клерику насладиться непродолжительным полётом перед болезненным приземлением. Старк кидает быстрый взгляд вниз. Он точно умрёт, может быть, не сразу же, но травмы вряд ли будут совместимые с жизнью, хотя это, пожалуй, даже куда более подходящий вариант. Гнев внутри торжествующе рокочет, железная хватка крепче сжимает горло ненавистного генерала. Но Арчи, в полной мере осознавая, что это именно то, чего он хочет, почему-то медлит. Последний завершающий шаг оказывается невыносимо трудным. Злость доходит до своего предела, который, как бы она ни стремилась, преодолеть не может. Гнев разъедает Арчи изнутри, но он просто не может ослабить хватку и позволить Гектору умереть. Он даёт себе ещё несколько секунд для того, чтобы точно убедиться в этом, после чего, делает несколько поспешных шагов назад и позволяет генералу осторожно осесть на пол, усыпанный осколками.
- Разблокируй двери, Эмма, - холодным тоном звучит приказ из-под железной маски. Стекло всё ещё звонко хрустит под каждым шагом Старка. - И помоги мне, пожалуйста, снять костюм, -  в обращении к компьютеру звучит едва уловимый намёк на мягкость. Вновь расположившись спиной к своему собеседнику, Арчи самостоятельно избавляется от шлема.
- Не опоздайте на свой планолёт, господин генерал, - холодно и отстранёно произносит Арктурус, когда Эмма приступает к освобождению своего создателя из дорогостоящей консервной банки. Как раз в этот момент распахивается дверь лаборатории и с порога напряжённую атмосферу помещения прорезает контрастно звонкий женский голос.
- Мистер Старк... - растерянно окликает его ассистентка, взглядом пытается нашарить в темноте фигуру босса, но вместо этого наталкивается на полуголого генерала и стыдливо отводит глаза. - У вас всё в порядке? - полностью убеждённая в неуместности своего вопроса, она всё же его озвучивает.
При таком раскладе на мгновение теряется даже сам хозяин лаборатории, кинув быстрый взгляд в сторону сверкающего торсом генерала Армии Панема, предугадывая героев следующего поколения фанфиков.
- Спасибо за беспокойство, Бернадет. Всё...эм... в порядке, - с неуверенностью договаривает Арчи, балансируя на одной ноге, пока Эмма пытается стянуть броню с другой. Этот ответа вполне хватает для того, чтобы раскрасневшаяся ассистентка кротко кивнула и с грохотом хлопнула дверью. Арктурус со всего маху хлопает себя ладонью по лицу, стараясь не думать вообще о всём том, что тут только что произошло. А перспектива оставить работу и отправить сегодня пьянствовать кажется ему всё более предпочтительной.

+4

8

Забыл свой дом за льдом и огнем.
Был возрожден ясным дождем
Из пепла, в котором сожжен.
Был сожжен...
Мельница - Тристан

Слова Старка пронзительны. Остры, точно бритва. Гектор смотрит куда-то туда, где должны быть глаза, проклятая железка. Только из-за маски Гектор уже ненавидит изобретение ученого, как будто сам никогда не прятался за точно такой же маской из точно такого же каленого железа. Только вот у маски Гектора было преимущество - она была невидимой.
От выстрела Гектор не шелохнулся - он знал (давал 80 к 20), что Старк не выстрелит, но когда огненные металлические прутья хватают Гектора за горло, он мгновенно оживает, чувствуя запах собственной горелой плоти и слыша шипение. Больно. Воздух застревает где-то у солнечного сплетения, сердце принимается стучать свою бесконечную канонаду, то и дело угрожая выскочить за рамки дозволенных границ. Всё, что Клерик сейчас может - схватиться обеими руками за железное запястье Старка и сдавить его как можно сильнее, чтобы не повиснуть в пальцах робота, точно в удавке.
От болевого импульса кожа Клерика мгновенно нагревается, повышая градус тела. И пронзительный ветер непременно пользуется этим, окутывая голый торс Генерала, точно развевающаяся с потоком воздуха тюль. Гектор пытается выхватить немного воздуха и чувствует, как каменеют мышцы рук от напряжения.
Снаружи холодно. Холодно ужасно. Ветер на такой высоте кажется бездушной шершавой сволочью, которая царапает, сдирает на живую кожу, облизывает своим мерзким, наждачным языком. Не чувствуя опоры, Гектор испытывает что-то граничащее со страхом. Странное чувство, будто бы судороги, медленно поднимается от самых колен до сдавленной шеи. Гектор закрывает глаза, концентрируясь на собственном дыхании, и ждёт. Отпустит. Вот сейчас. Сейчас он потеряет последнюю опору и полетит вниз. Стремительно, быстро, испытывая ужасную агонию. В голове долбилось одинокое воспоминание о том, как долго было подниматься на лифте до лаборатории. Как долго тянулись секунды до этой нервной встречи, как предательски совершало кульбиты сердце в груди. Гектор не хотел смотреть вниз.
Эту мысль постепенно сменяет другая, крадущаяся точно кошка. Это воспоминание. Может быть даже фобия. Не боязнь высоты, но другое. Гектор не имел понятия, откуда в нём этот страх и чем он продиктован. Не раз Гектору приходилось видеть большие расстояния прямо под своими ногами, не раз... Но оказавшись у открытого окна в высотном здании мужчина всегда чувствовал странное желание - ему хотелось приблизиться и посмотреть вниз. А после... Эта странная минута, решающая исход жизни, пугала и прельщала (а именно это был самый надёжный путь к сердце Генерала). И именно поэтому Гектор закрыл окно в лаборатории. Он боялся, что именно так глупо кончит свою жизнь - он выбросится из окна.
Гектор возвращается в сознание только тогда, когда чувствует острые осколки, колющие его ноги через брючины. Он сидит на полу, на осколках, и, интуитивно сжимая шею, пытается восстановить дыхание, шумно втягивая воздух. Неизвестно, сколько требуется мужчине времени. Выплывая из собственных странных мыслей, он переводит взгляд, будто бы тащит его - по полу. На расстоянии вытянутой руке, съехав со стола, подбитого в ножке, Гектор видит свой пиджак, который протягивает к нему рукав. Гектор касается краешками подушечек пальцев ткани, убеждаясь в её реальности. Сердце всё ещё бешено стучит, кровь шумит в ушах. Гектор будто бы контужен - ему хорошо знакомо это чувство. Но вместе с этим ещё что-то. Он пытается прийти в себя. Пытается найти себя.

Проходит ещё какое-то время и Гектор, наконец, возвращает своему телу контроль и управлением головным центром. Арктурус мог убить его, но не стал. Арктурус мог признать его другом, но не стал. Арктурус мог простить его, но - увы - тоже не стал. Гектору не за чем больше было здесь оставаться.
Чёрные глаза мужчины в темноте, точно бы у кошки, осознанно пялятся в темноту. Этот взгляд Гектора - верный знак о том, что в его голове происходят страшные вещи. Он решает свою судьбу, он дописывает очередную главу своей жизни, он вычеркивает кого-то из неё навсегда, а кого-то вписывает в книгу заново. Наконец, процесс завершается и Клерик протягивает руку к пиджаку. Тихо бренча по полу осколками, одежда поддается и полностью оказывается в руках хозяина. Гектор просовывает руки в рукава и натягивает его на голое тело. Теперь нужно добраться до нижнего этажа, привести себя в порядок и отправится на стартовую площадку. И лучше бы никогда больше не возвращаться в Капитолий, никогда не встречаться с людьми, которые хранят прошлое Гектора, которые могут ранить, убить или - что гораздо хуже - пробудить чувства.
"Прочь отсюда, из города вон."
Опираясь на что-то за спиной, Клерик, скользя ботинками по стеклу, медленно возвращает себе вертикальное положение. Но понимает слишком поздно. Слишком... В глазах отражается страх. Тот самый, который преследует детей по ночам, который испытывают прямо перед смертью, который убивает. Старк не видит этого взгляда, так как занят чем-то другим, а мгновение длится слишком недолго.
А потом треск. Треск стекла. Опять. Остатки того, что разбил изобретатель накануне. Треск кажется Гектору оглушительным, он звучит вокруг, он звучит внутри. Внутри Гектора. 
А теперь всё просто. Осколки не выдерживают большого веса, мелкие части стекла вылетают наружу, точно как в замедленной съемке пробка вылетает из бутылки. Гектор падает спиной, пытаясь в последнюю секунду ухватиться за что-то, но это глупо. Полы незастегнутого пиджака громко хлопают в воздухе, точно крылья.
Ангел падает. Ангел падает с небес, расправив крылья. Перья сгорают от сильного потока воздуха.
Гектор Клерик, замерев на мгновенье, по абсолютной воле случая воплощает в жизнь свой самый главный страх.

Отредактировано Hector Cleric (Чт, 18 Фев 2016 00:24)

+4

9

And I'm losing you
Yeah I'm losing you
And I'm almost at the point of giving it up


Стекло уже привычно хрустит под его ногами, когда он, не задумываясь, вырывается от всё ещё разбирающей его железный костюм Эммы и в стремительном прыжке бросается следом за Гектором в расплывающуюся огнями бездну. Вся мощность оставшегося на нём экзоскелета направляется на репульсоры, пускай полёт на такой скорости по направлению к земле - весьма рискованное решение, на данный момент, сознание Старка отмахивается от вопящей сирены инстинкта самосохранения, закрепив в подкорках головного мозга мысль о том, что цель оправдывает любые последствия. Всё его внимание концентрируется не на стремительно приближающемся асфальте, а на фигуре Гектора Клерика в смертельном пике. Глаза слезятся от мощного потока холодного воздуха прямо в лицо, яркие огни вокруг становятся одним непонятным цветастым месивом. Действия Старка идут вразрез с логикой и противоречат всему сказанному там, несколькими этажами выше, но сейчас это не имеет никакого значения. Всё в мире сводится к расстоянию между ним и Гектором, стремительно сокращающемуся благодаря набираемой Старком скорости. Он выбрасывает вперёд руку, свободную от железных доспехов, несколько раз отчаянно зачерпывает лишь пустоту и каждый раз его сердце замирает в груди. И, наконец, его рука наталкивается на тело генерала Армии Панема.
До столкновения с землёй остаётся опасное совсем ничего, когда Арчи делает неуклюжий финт в воздухе, и вместе с Гектором кубарем влетает в окно второго этажа Старк Индастриз. Задержавшиеся сегодня позже обычного работники лаборатории успевают лишь дружно вскрикнуть, инстинктивно прикрывая голову от шквала осколков. Сильный удар о стеклянный барьер заставляет Арктуруса в одно мгновение разжать хватку и выпустить тело Гектора. Несмотря на то, что Старк вовремя вырубает репульсоры, избежать малоприятного удара о стену ему не удаётся. Однако мощный выброс адреналина помогает ему не только не потерять сознание, но и почти сразу же вскочить на ноги. Изображение предательски скачет перед глазами, струйка горячей крови осторожно огибает контур его лица. Кроме того, по пути сюда он умудряется опрокинуть емкость с каким-то едким реактивом и уже не совсем белоснежная ткань футболки с улыбающейся на ней Кашмирой Фрайзер в бикини (между прочим, эксклюзивная серия) местами дымится прямо на его теле.
Но Арчи ничего этого не замечает. Он стоит, пошатываясь, несколько долгих секунд, вглядываясь туда же, куда глядит часть шокированных работников, тех, что не уставились точно так же на Старка. И только в голове мелькает мысль, что скорее всего именно там приземлился генерал, Арчи с поразительной легкостью перескакивает через пару столов на его пути и падает на колени рядом с Гектором. Руки пробирает сильная дрожь, что замечает он только сейчас, поэтому даже не пытается нащупать пульс генерала Клерика традиционным способом. Он придает ухом к грудной клетке спасённого друга, вскинув вверх руку и призывая всех собравшихся к тишине. Арчи замирает, боится даже сделать вздох, до тех самых пор, пока не слышит заветный гулкий отклик меж рёбер Гектора Клерика.
Жив, значит, всё же. Везучий сукин сын. Арктурус с облегчением выдыхает, опускает руку и ещё некоторое время прислушивается к чужому выравнивающемуся сердцебиению. Черепная коробка вдруг наливается горячим свинцом, поэтому Старк медлит, прежде чем снова занять сидячее положение.
- Эмма, вызови, пожалуйста, доктора в эту секцию, - садясь, громко и четко, несмотря на всю свою усталость, отдаёт приказ Арктурус. Перед глазами расплываются, сменяя друг друга, тёмные круги, он не совсем понимает, что кровавые разводы на бледной коже генерала - его собственные. Прислонившись спиной к какой-то мебели позади себя, Старк запрокидывает голову и прикрывает глаза. Чувствует, как тошнота в одно мгновение подскакивает к горлу, ощущает в висках болезненный отклик ускоренного сердцебиения. Даже с закрытыми глазами у Арчи сильно кружится голова, словно окружающий мир, вопреки всем законам физики, вдруг начал вращаться вокруг него. Тело ломит от непривычных перегрузок. И несмотря на всё это, в голове вертится одна единственная мысль: он всё же успел его спасти.

+4

10

Tell me about the days
before I was born
how we were as children.

Within Temptation - Say My Name

А потом падение. Легкое, стремительное. Гектор совсем не дышал, все нутро свело от судороги, или даже больше от страха поверить, что фобия обрела себя. Гектор падал, падал с неба, падал в грязь. Изгнанный Люцифер ощущал, как сквозь пальцы струями воздуха утекает его время. Легко ли осознать, легко ли поверить в такую близкую смерть? В последние секунды Гектор был честен с собой как никогда. Жизнь, оказавшаяся такой короткой, секундными кадрами проносилась перед глазами. Дистрикт, первые успехи. Острие катаны и первый опыт обращения с этим оружием. Потом милое, по-доброму насмешливое лицо Мэри, тепло её тела и её нежность, терпящая его грубость. Потом маленький свёрток, похожий на батон хлеба в куске ткани - миссис Клерик держала на руках его ребёнка. У него была семья. Следующий слайд его жизни - появление Роберта. Наследник, настоящий наследник его фамилии, странные чувства, связанные с этим, гордость и уверенность в себе. Потом смазанные кадры последнего свидания с Мэри - её поцелуй и слова "Я всегда любила тебя, мой Гектор". Голос звучал так, точно Мэри сказала это минуту назад а не много-много лет. Дальше всё катилось ещё быстрее - испуганная Ангерона, держащая за руку младшего брата, люди 13-го дистрикта, аплодирующие его новой должности, крепкое рукопожатие Уилсона, протянутая рука Арктуруса Старка, поцелуй Кашмиры, Виктории, что-то из последнего... Гектор чувствует, как его тело бьёт дрожь, но он всего лишь закрывает глаза. Грудь точно бы режут напополам. Совсем скоро удар о землю и конец. Сломанный череп, раздробленные кости и вязкая, липкая, теплая кровь, его кровь - Гектора Клерика, - растекающаяся по грязной земле. Нет, он больше не ангел, он был изгнан из Небесного Царства и теперь должен жить среди людей. Вечно.
Когда Арктурус хватая его за руку выше локтя спасает от неминуемой гибели, Гектор уже ничего не слышит и не чувствует. Нет, он не потерял сознание, но... будто бы предпочёл умереть раньше столкновения с землёй. Всё кажется злым фарсом, а человек в пиджаке на голое тело лежит, запрокинув голову в осколки стекла, ничком на холодном полу какого-то офиса здания Старка. Лицо его в мелких царапинах, в волосах - крошки битого стекла. Грудная клетка также изранена, исцарапана, точно кошками. Губа снова рассечена и кровь тонкой струйкой стекает в уголок рта. Он не движется, и, кажется не дышит. Или не хочет. Просто нужен покой... немного покоя... ведь до планолёта ещё есть время.

Холодный ветер обдувает тело Гектора, забираясь руками под пиджак, ероша волосы. Первое, что Гектор слышит - медленно, из-под толщи воды, это стук своего сердца. Кажется, будто бы оно запускается заново, выдавая то быстрые, то медленные канонады. Потом возвращается слух и мироощущение. Ещё некоторое время Гектор лежит просто закрыв глаза и не двигаясь. Ощущая, как остывает на холодном полу спина.
Он не видит, но слышит около себя тяжелое мужское дыхание, хоть сперва оно и кажется собачьим. Впрочем... откуда Гектору знать - у него никогда не было собаки. От Старка веет теплом, хотя после обожженной шеи Гектор скептически относится к теплу от изобретателя, в особенности от его железяки. 
Помещение пустеет, тишина наполняет комнату с улицы, задуваемая всеми попутными ветрами. Гектор внимательно вслушивается в то, что делает Старк, будто бы может видеть глазами  и следить за ним. Наверное, он позвал кого-то из врачей. В выходной день ближе к полуночи не так-то просто найти медика, тем не менее.
- А ты всё-таки это сделал, - тихий, немного хриплый голос Гектора путается в волосах ветра, но всё же звучит отчётливо и ясно. - Я снова жив. Я всё ещё жив, - медленно, точно восходящее солнце, улыбка ползёт по губам Гектора, а потом... а потом он смеётся. От души и откровенно, смех вырывается откуда-то из груди, из души. Гектор смеётся. Гектор не сможет вспомнить, когда он делал это в последний раз, это было так давно... И, наверное, выглядит странно, безумно, но Гектору действительно смешно. Почему? Да, черт возьми, сегодня он родился в очередной раз, и в очередной раз воссоединиться с собственной женой ему не позволил друг. Значит он всё ещё был нужен здесь. Кому-то нужен.
Впрочем, продолжая увеличивать вероятность подхватить тяжелую болезнь, Гектор, наконец, решает подняться. Медленно, бренча осколками стекла, Клерик поднимается в положение сидя и равнодушно выдергивает несколько осколков, впившихся в его ладони, плечи и кое-где в торс. Старк находится недалеко, примерно там же, где Гектор и предполагал, что он должен находиться.

Следом за этим в помещении появляется мед-команда, от услуг которых Гектор отмахивается. Он стоит на ногах и уже поправляет собственные волосы. Всё, что он взял - сухая салфетка, для того, чтобы стереть кровь. Особенно странны разводы там, где не было ранений - у сердца. Наконец, он поворачивается к Старку и, стараясь держать всё тот же спокойный вид, спрашивает:
- Попробуем ещё раз? - И может быть в человеческом варианте встречи старого друга Старк всё же угостит своего знакомого хорошим виски. Если не для употребления, то хотя бы для обеззараживания колотых крошечных ран.

+2

11

Did you think this was smart?


- Иди к чёрту, Гектор Клерик, - беззлобно, устало, но с улыбкой, не открывая глаз, отвечает Арктурус на тихий знакомый голос, который теперь, к удивлению, даже приятно слышать. - Я из-за тебя футболку испортил, - с наигранной обидой предъявляет Старк, пальцами оттягивая футболку, которую ему и правда жалко. Он наконец открывает глаза, чтобы воочию убедиться в том, что он не ошибся и слышал то, что в этой жизни, наверное, никто кроме него не слышал - смех Гектора Клерика. Явление, которое по своей уникальности и невероятности вполне может сравниться с единорогом или там снежным человеком. Картинка некоторое время продолжает плясать перед глазами, Арчи всё ещё ощущает неприятную дурноту, тошнота никуда не отступает. Но, похоже, Гектор и вправду смеётся. Это зрелище заставляет и Старка улыбнуться шире.
Но генерал недооценивает крутость Старк Индастриз - здесь круглые сутки дежурит отряд медиков, ведь в лабораториях и на испытательном полигоне может случиться что угодно. Да в конце концов некоторые умудрятся по несколько раз на дню пораниться бумагой. Поэтому отряд в белых халатах прибывает быстро. Светловолосые близнецы Фэнкорт, парень и девушка, с порога бросаются прямо к Старку. Но тот тут же кивает в сторону генерала, потому что за его состояние беспокоится куда больше чем за своё собственное. Однако Клерик самостоятельно высвобождается от осколков и поднимается на ноги, отмахиваясь от помощи медиков. Тогда близнецы вопросительно глядят на босса, ожидая дальнейших указаний. Увы, в стенах этого знания высокий ранг Клерика значит куда меньше, чем статус Старка.
- Выдайте ему мазь от ожогов, думаю, этого хватит, - немного поразмыслив, решает Арктурус. -Шрамы, конечно, украшают мужчину, но эти выглядят так, словно по утрам генерал принимает вулканические ванны, - Старк хмыкает и предпринимает попытку встать на ноги. В глазах резко темнеет, но чьи-то крепкие руки быстро подхватывают неуклюжего босса, и Арчи всё же удаётся подняться. - Спасибо, - с улыбкой скромный изобретатель благодарит подхватившего его работника.
- Попробуем ещё раз? Арчи с удивлением переводит взгляд на генерала, соображает, не послышалось ли ему. Но генерал похоже даже не шутит. Тогда вместо ответа Старк протягивает ему руку. Жест, который до этого так бесил Гектора Клерика, жест, который он просил никогда больше не повторять. Но на этот раз рукопожатие не оказывается отвергнутым. Успевший это предвидеть скромный изобретатель пользуется этим - как только их ладони соприкасаются, он тянет на себя старого друга в пиджаке на голое тело и заключает во внезапных для Гектора объятьях. И пока опешивший от неожиданного акта телячьих нежностей генерал не приходит в себя и не переходит к отчаянному сопровтивлению, Арчи успевает шепнуть:
- Только пробуй ещё раз умереть, - после чего только выпускает генерала.
Затем Старк поворачивается к невольным зрителям этой возможно трогательной сцены. Работники, замерев, всё ещё жду  объяснений, приказов, хоть какого-нибудь внимания со стороны неадекватного босса.
- Всем большое спасибо за участие в боевых учениях. Поскольку лаборатория временно не пригодна для работы, данные исследования мы приостановим, по возможности временно перенесём на другой этаж. Все пострадавшие могут взять оплачиваемый больничный, все связанные с произошедшим здесь проблемы я решу на выходных. В случаев возникновения каких-либо проблем, вопросов прошу вас связаться со мной завтра. А сейчас все свободны, наслаждайтесь выходными, - не то, чтобы всем по душе идея с возможным временным переездом, но вот оплачиваемым больничным точно кто-нибудь воспользуется. А уж Арчи обязательно разберётся со всевозможным последствиями случившегося, но только не сегодня. Сейчас он чувствует себя мягко говоря странно. И дело не в том, что несколько ударов головой (сначала о крепкое стекло, затем о стену) не пошли ему на пользу. Просто он понимает, что поступил именно так, как это сделал бы прежний Арчи. Не задумываясь бросился на выручку другу. Гнев внутри стихает, злость перегорает. Из пепла, из золы, оставшейся от всего этого, восстаёт нечто, что когда-то казалось ему важной составляющей его самого, но после заключения в Острове было потеряно, растоптано Капитолием и всеми его действиями.
- Да? Работники, не торопясь, начинают собираться, однако вызванный отряд медиков всё ещё крутится вокруг Старка. - Нет, мне не нужна помощь. Я тоже брутальный парень, всё как-нибудь само заживёт. Даже кровь не буду смывать, прямо так отправлюсь в паб. Возможно, даже введу какую-нибудь новую моду, - весело отмахивается Арчи от настырных медицинских работников, которые предлагаю всё же осмотреть измазанного в собственной крови босса.
Закончив со своими подчинёнными, Старк возвращается к генералу, делает ему знак следовать за ним. И они в числе первых минуют порог лаборатории.
- И что вот мы теперь будем друг друга звать по имени? Больше не будешь бороться с желанием меня пристрелить? Возможно, даже в друзья добавишь на фейсбуке? Или с последним я немного перегнул? - засунув руки в карманы джинс, на ходу довольно усмехается скромный изобретатель.
- Что тебе Сноу в еду подсыпает, что ты стал такой добрый? Мне определённо нужен рецепт. Вдруг этой штукой переродков можно приручать, - продолжает шутить Арчи, которому до сих пор не верится в реальность всего происходящего. Визит Гектора, его извинения, потом этот отчаянный прыжок за ним в попытке его спасти, успех, его смех. Старк искоса поглядывает на друга, не уверенный в том, что всё это ему не снится.
- Слушай, ты ведь и не видел настоящего Капитолия. Когда там у тебя рейс до Второго? Я уверен, мы успеем заскочить в одно место. Только сначала в лабораторию, Эмма снимет с меня остатки брони. И пальто твоё заберём. Я заберу, а то опять брякнешься. Старк Индастриз разорится на починке окон после твоего визита, Гектор, - Арчи улыбается, набирает полную грудь воздуха, чтобы продолжить своё весёлое щебетание, но этого не происходит. Вместо радостного голоса скромного изобретателя коридор поглощает глухой звук упавшего тела. С момента не совсем мягкого приземления Старк борется со странной дурнотой, отмахивается от навязчивого головокружения и не отступающей тошноты, не обращает внимание на то, что весь окружающий мир пляшет перед глазами. Арчи списывает всё это на возможные последствия стресса, обещает себе, что всё это пройдёт, стоит только выйти на свежий воздух или, скажем, пропустить стаканчик-другой лечебного виски. Минуя порог лаборатории и оказавшись в коридоре, он и правда на мгновение чувствует себя чуть лучше, что его немного успокаивает. Но в один миг все симптомы резко обостряются, боль выбивает Старка из его собственной головы, ноги подкашиваются, и он проваливается в беспамятство.

+2

12

И кто знает какой
новой верой решится эта борьба.
Быть, быть на этом пути - наша судьба.

ДДТ- Ты не один

Гектор не любил нарушений личного пространства. Вообще. И не принимал его ни в каких видах. Ровно также сильно он терпеть не мог телекамер и вообще публичности как таковой. Это его раздражало, в свете камер он чувствовал себя обнаженным, а публика, да вообще любое скопление народу раздражало своим стадным умом.
Гектор всегда предпочитал стоять за плечом кого-то, кого всё то же самое беспокоило куда в меньшей степени. Например, за спиной Альмой Койн было вполне себе комфортно. Гектор провёл достаточно много времени, скрываясь от публики за маской серебристой диктаторши. Он знал её поболее остальных, хотя как самоцель - не ставил, и его вполне устравило камерное взаимодействие... всё, что было связано с общением тет-а-тет, когда все мысли собеседника сосредоточены именно на тебе, а не размазаны по шерстистой массе. В этом плане в Капитолии Гектору было куда сложнее, чем в дистрикте. В добавок к наивности и глупости, челядь ещё и пестрила всеми цветами, чем вызывала у Гектора только головную боль и продолжительную мигрень.
Гектор не любил здороваться за руку потому как прекрасно знал историю этого жеста: твой партнёр, протягивая раскрытую ладонь, как бы говорит - посмотри, у меня нет оружия, я пришёл с миром, я открыт перед тобой. Но поскольку Клерик был не слишком склонен доверять людям, которые в подобный жест ничего, по сути-то, и не вкладывали, то и руки держал не только при себе, но и в перчатках. Список исключений был крайне коротким, содержал в себе два или три имени. Впрочем, за эти несколько месяцев сократился вообще до одного имени - друга Клерика, Стивена Уилсона.
Протянутая рука Старка вызвала в Гекторе легкий флёр воспоминаний, где-то внутри заныло в предплечье, напоминая о часах и механизме, в него некогда вживленном. В душе Гектора что-то нервно съежилось, преисполненное не то чувства совестливость, не то всепоглощающего сожаления. Это был третий раз. Уже третий раз. Старк снова просил впустить его в свою жизнь с такой искренность в глазах, что в пору было счесть Гектора бесчувственной сволочью (и для закрепления большими буквами выжечь это на теле). Гектор бросает неуверенный взгляд коротко в глаза Старку, потом на раскрытую ладонь и поднимает руку, верша исторический момент. Так перебарывает свой страх маленький ребёнок, который боится чудовища в шкафу, что стоит напротив кровати. Уговаривает себя, утешает, и всё-таки тянется к ручке двери.
И неудивительно, что Арктурус знал. Не удивительно что предвидел - третий раз точно разобьёт ледяную стену. Наглость города берёт, думается, а наглость и настойчивость - берёт бесчеловечных генералов.
Прежний Генерал наполовину преображается в Генерале нынешнем. И объятие для Гектора Клерика - это как товарный поезд, изнеоткуда взявшийся в центре города. Слегка потерявшись, как в лучшие времена мармеладного периода с Мэри, Гектор сводит брови и округляет глаза. Благо Старк не видит этого выражение. Гектор пытается понять, что в таких ситуациях делают обычные люди, чтобы не выглядеть глупо и сконфуженно. Шаря по полу и стенам в поисках ответа, Клерик, наконец, спокойно кладёт руку Старку на плечо, думая о том, достаточно ли этого для Арктуруса, чтобы оценить его, Гектора, участливость.
Он пропускает просьбу Арктуруса не умирать фактически мимо. Но не от безразличия, а от очередной сбитости с понталыгу. Пока Старк завершает своё представление, размахивая вправо и влево своими частями жестянщика, Клерик отворачивается к окну и ищет, где обронил своё спокойное выражение лица.

Когда Арктурус снова обращается к Гектору, приглашая следовать за собой, Клерик уже застегнул свой пиджак на все пуговицы и почти вернул себе своё спокойное выражение лица. Подклад из красной бархатной ткани невероятно приятен на ощупь, лаская множественные порезы на груди и спине, уже покрытые легкой корочкой запекшейся крови.
Гектор шагает рядом со Старком по коридору, закрепляя исторический момент в памяти, позволяя чуть ли не рисовать эту картинку тут же, красками. Гордая фигура в тёмном, статная, с широкими расправленными плечами и гордым взглядом. Фигура, чеканящая шаг длинными сильными ногами. Гектор испытывает боль по-прежнему, у него болит голова и звенит в ушах, кажется, будто он не спал несколько ночей и был жутко вымотан. Но, увы, это была его работа - быть Генералом. Быть Генералом во всём, каждую секунду. В каждом взгляде, в каждом слове, в каждом движении. И изобретатель Старк, пребывающий, кажется, в зените своей обыденности, своей вхарактерности, своей странной очаровательности. Возвращающийся в детство с такой же лёгкостью, с какой придумывает свои странные, но гениальные изобретения - играючи.
На слова Старка Гектор реагирует так: поворачивает на ходу голову в его сторону. Спокойно смотрит в глаза во время речи, а потом слегка улыбается, несколько снисходительно.
- Ты определись, Старк. Пятьюдесятью этажами назад я был просто твоим заданием. - Голос спокойный.

Старк продолжает трепаться как влюбленная семнадцатилетняя девушка, которую объект её обожаний согласился проводить до дома. Однако Гектор обнаруживает, что относится к этому щебетанию как к неизбежному злу и спокойно пропускает через себя. Не думалось, что так когда-то будет. Опустив глаза в пол, Гектор слегка улыбается словам Старка, продолжая шагать так, как будто ещё совсем недавно не готов был отдать богу душу.
И тут вдруг - бах - Старка точно выключает. Точно бы у этого зайца с барабаном отказывают батарейки. Не сразу понимая, что происходит, Клерик только успевает сопроводить взглядом широко распахнутых глаз падающее тело.
Первая мысль была о том, что пол мраморный. И Старк мог разбить свою гениальную черепушку. Вид внутренностей черепной коробки редко радовал Гектора, поэтому мысль не приносит уверенности. Поэтому первым делом Гектор, опустившись на колено, ощупывает голову Старка на предмет повреждений. Волосы не отливают грязным блестящим цветом крови. Но сильно легче от этого не становится.
Мысль в голове становятся стройным рядом. Итак, что это - вероятнее всего обморок. Закончилось действие адреналина в крови и болевой шок взял верх. Что-то сломано? Гектор быстро, крепкими движениями без лишней скромности и нежности ощупывает руки, колени и ребра Старка - вроде бы всё на месте, ничего не сломано. Хочется надеяться, что и без внутреннего кровотечения тоже обошлось. Указательные и средний тонкие пальцы Гектора уверенно нащупывают венку на шее изобретателя и на некоторое время замирают. Стук уверенный и четкий: сердце изобретателя, по мнению Гектора, молодо и сильно, потому наверняка выдержит ещё пару-другую неожиданных поворотов и действия нейролептиков. Что же, черт побери, тогда?!
Гектор с глупым видом смотрит на закрытые глаза изобретателя. Так, ладно, навряд ли это шутка. Скорее всего после полётов и ударов, голова не выдержала. Гектор прикладывает некоторые усилия и заставляет Арктуруса опереться спиной о стену.
- Дьявол, ну давай, - шипит Гектор, пытаясь уловить хоть какое-то движение изобретателя. - Вечно ты драматизируешь, - негодует Гектор и вполсилы отвешивает Арктурусу пощёчину сначала по одной щеке, а потом, возвращая руку, с другой. Голова изобретателя только безвольно болтается. Гектор выдерживает паузу, пытаясь снова узреть движение. - Давай! - Начинает злиться Гектор и сильнее бьёт Арктуруса по щекам. Бесполезно.
Гектор с шумом выдыхает, поднимаясь с колена в полный рост и, придерживая изобретателя за подмышки, поднимает на ноги, а затем, чуть приседая, подставляет под грудь изобретателя своё плечо, взваливает его тело на себя. Грудь и спина отзываются болью, Гектор морщится - кажется, не все осколки он успел вытащить, а центнеровый Старк своей страстью к пончикам вогнал их только что на пару сантиметров глубже. Но комментария на эту тему Арктурус не дождётся.
Благо они ушли недалеко. - Подонок, - вот и всё.

Гектор не оканчивал курсов в медицинских академиях. Гектор не был медбратом. Или врачом. Он знал, как можно остановить кровь, которая бьёт фонтаном. Гектор знал, как завязать оперативно вспоротое брюхо, чтобы не вывалились внутренности. Гектор мог вправить обратно кость на живую, но он понятия не имел, что делать в тех случаях, когда видимых повреждений нет. И всё, что сейчас могло спасти Старка - отряд мед-персонала, который великовозрастное дитя с фонариком в груди отпустил домой. Идиот...
Стоп. Гектор вдруг останавливается и отпускает Старка, прислоняя его к стене. Через майку, где-то на уровне груди Кашмиры пробивается легкий синеватый свет в форме полукруга. Гектор смотрит на него внимательно во все глаза, точно бы что-то припоминая. Перед глазами прыгают картинки: Сноу, ухмылка Кейна, и яркий свет этой шутки прямо в центре груди Арктуруса.
- Ты будешь мне должен душу и первенца. - Злобно выплевывает Гектор и нажимает на кнопку лифта, около которого он и тело изобретателя оказались. - Надеюсь, у тебя есть запасная лаборатория. - Обращается к бессознательному телу Генерал, когда двери открываются.
- Эмма. Где твой хозяин обслуживает свой реактор в груди, - Гектор всё ещё следит за движениями Старка. Вернее, за их отсутствием. - Пятый этаж, сэр, - отвечает женский голос.
- Приготовь её.

Морщась от боли и злости, Гектор вваливается в лабораторию, которая по размерам куда меньше, чем прежняя, с разбитым окном. Без лишних нежностей Гектор кладёт изобретателя на железную кушетку, сам, разминая замерзшие пальцы, бешено пытается понять, что здесь за что отвечает.
- Эмма, помоги. Иначе он погибнет, - свет уже почти неразличим на белом фоне груди Кашмиры, время, кажется, на исходе. Искусственный интеллект с женским голосом дает некоторые указания Гектору, помогая совладать с техникой гениев.

[float=left]http://cs413221.vk.me/v413221877/351a/LoAv-6eHfeA.jpg[/float]Спустя полчаса, когда ажиотаж стих, а Арчи подает первые признаки жизни, Гектор уже сидит в небольшой кресле в трёх метрах от железной кушетки Старка и, подперев тремя пальцами висок и подбородок, сверлит его взглядом. Когда изобретатель замечает его, взгляд Гектора сквозит раздраженностью и злостью.
- Сказать ничего мне не хочешь? - Раздается голос Гектора, и взгляд, пришпиленный к Старку гвоздями, обещает, что его хозяин свернёт изобретателю шею, если не получит взразумительного объяснения.

+4

13

...
Don't ever fucking question that,
That's why we'll probably never get along.
If I was better at finding the right words to say,
I wouldn't need to write these motherfucking songs.


Пробуждение давно уже перестаёт быть для него чем-то приятным. Арчи вздрагивает на кушетке, начинает постепенно приходить в себя. Рассеянно шарит вокруг себя ещё не окрепшими после беспамятства руками, сжимая-разжимая кулаки, тяжело дышит, запрокидывает голову, так и не открыв глаза, чуть заваливается набок.
- Джарвис? - жалобно и перепугано, оттого совсем чуждо и неузнаваемо, звучит голос хозяина крохотной лаборатории. Проходит ещё некоторое время, прежде чем он окончательно приходит в себя, понимая, что сегодня верный друг не придёт к нему на помощь. Однако виртуального напарника на его посту сменяет другой, из крови и плоти, сидящий чуть поодаль от кушетки и недовольно сверкающий глазами. Ещё немного времени требуется Арчи для того, чтобы открыть глаза, щурясь от яркого света лампы, направленного ему прямо в лицо, и сообразить, какие именно события предшествовали его теперешнему состоянию.
- Джарвис? - в некоторой рассеянности эхом собственному оклику повторяет Арчи, закрывая лицо руками. Он в принципе уже начинает осознавать, что на его призыв никто не ответит. Но для него это уже не просто привычка, это нечто на уровне инстинкта, и заглушить это почти невозможно.
Старк полноценно перекатывается набок, убирает ладони от лица. Головная боль шумит словно необъятный океан. Лицо Гектора Клерика некоторое время двоится, но Арчи всё же удаётся сфокусировать взгляд. И словно ощутив это, генерал озвучивает мучающий его вопрос.
- Ты сегодня чудесно выглядишь? - невпопад предполагает скромный изобретатель, сопровождая фразу сиплым смешком. На деле же, ему просто необходимо выиграть ещё немного времени на то, чтобы окончательно прийти в себя.
Далее Арчи предпринимает отчаянный шаг. Он зажмуривается и медленно и неуверенно садится на железной кушетке, свесив ноги. Тошнота стягивает горло плотным кольцом. От головокружения Арчи теряется в пространстве на несколько секунд. Кажется даже, что на какое-то мгновение закладывает уши. Но стоит чуть-чуть привыкнуть, как становится легче. Он открывает глаза и снова смотрит на генерала.
- Я надеюсь, всё обошлось без искусственного дыхания? - усмехается скромный изобретатель, в ответ ловит лишь колючий взгляд. Арчи прекрасно понимает, что, пожалуй, это невежливо и некрасиво - задирать человека, который только что спас тебе жизнь, но по-другому он не может. Это его способ справиться с паникой и стрессом. - Нет, ты, конечно, привлекательный мужчина, Гектор, но я не позволяю себе ничего лишнего с друзьями... Хорошо-хорошо, понял! - весёлый щебет умирающего изобретателя прерывается, он поднимает руки в примиряющем жесте. Его обычная неунывающая ухмылка таит быстрее, чем эскимо в жаркий летний день. На месте привычного весёлого Арчи сидит человек, которого Гектор уже видел, правда, не вживую, а на видеозаписи. Мрачно-серьёзный мистер Старк, которому уже однажды пришлось оставить все свои шутки и говорить правду. Каждый человек чего-нибудь боится, не умеет, не любит, не может. Всё это одновременно Арчи испытывает как раз в такие моменты. Быть искренним с кем-то, когда тебе на самом деле очень дерьмово. Старк и вспомнить не может, когда проделывал это в последний раз.
Он опускает голову, взгляд, так низко, словно преследует цель коснуться подбородком грудной клетки. На самом же деле, просто совсем не хочет встречаться взглядом с Гектором. Молчит, непривычно молчит, не столько потому что подбирает нужные слова, сколько потому что делает над самой немыслимое усилие, настраивает себя на то, что нужно будет рассказать другому человеку, поделиться с ним сокровенным. Куда проще шутить и строить из себя дурака. Арктурус Старк не привык распространяться о своих демонах. Но сегодня он, пожалуй, вынужден сделать исключение.
Скромный изобретатель спрыгивает с железной кушетки. Повернувшись к Гектору спиной, он направляется к одной из бесконечных тумб, тянущихся вдоль стены, и принимается что-то бессознательно перекладывать с места на место, невидящим взглядом глядя в пустоту перед собой. В подобном состоянии он нередко пребывал на Острове, погружаясь глубоко в свои мысли и забывая обо всём вокруг. Но на этот раз острое чувство необходимости ответить Гектору на его вопрос крепко связывает его с реальностью. Арчи опускает взгляд на собственные руки, бессмысленно перебирающие какие-то инструменты, откашливается и наконец подаёт голос.
- Ну в отличие от меня, ты был прав, Гектор, - Арчи с силой сжимает челюсти, очередное усилие приходится прикладывать для того, чтобы продолжить говорить: - Я был мёртв некоторое время. И я умираю до сих пор. Инструменты с характерным звуком беспомощно выпадают из его рук на поверхность тумбы. - Капитолий, несомненно, находится на пике расцвета возможностей человечества. Но до сих пор мы сталкиваемся с проблемами, которые не так просто решить. И в большинстве случаев эти проблемы - последствия наших же действий. Например, крошечные осколки шрапнели в человеческом организме. Которые стремятся к сердцу. Не мне тебе рассказывать о том, какой это хрупкий, нежный орган.
В том случае, когда времени не особенно много, а сделать что-то всё же необходимо, человеческий разум подвергается настоящему испытанию. Поставленную цель невозможно достичь по какой-нибудь известной уже схеме. Необходимо эволюционное решение проблемы. Например, реактор в грудной клетке живого человека, который будет мешать осколкам шрапнели достичь пункта назначения. Неплохое решение проблемы. И когда времени совсем мало, никто особенно не рассуждает о возможных последствиях всего этого. Пожалуй, в этом даже нельзя никого упрекнуть,
- Арчи делает глубокий вздох и усилие над собой, разворачивается к Гектору лицом, но не поднимает на него взгляда.
- Наверное, в этом есть своя доля иронии - теперь я подобен некоторым из своих изобретений: жив, пока в моём реакторе есть достаточный для этого заряд. Мой старый реактор собрали капитолийские учёные. Но поскольку я привык не особенно доверять их кривым ручками, я занялся разработкой реактора собственного производства, как только получил необходимые для этого ресурсы. Заряд в старом должно было ещё хватить на пару дней. Экстремальный прыжок на всех скоростях из окна лаборатории, увы, не входил в мои расчёты. Я потратил на это слишком много энергии, и реактор начал сдавать. Как игрушка с севшей батарейкой, я потерял сознание. Реактор должен был окончательно исчерпать свой заряд к тому моменту, как меня привезли бы в реанимацию. И тогда бы шрапнель направилась к моему сердцу, что привело бы к разрыву органа. Отыскать донора в ночь на пятницу не удалось бы, но Капитолий, к сожалению, имеет запасной вариант и на этот случай, - Арчи невольно морщится, не желая посвящать Гектора в малоприятные подробности. - Как бы там не было, ты не растерялся и сообразил, в чём дело. Я всё ещё жив и всё ещё тебя раздражаю. Наверное, я должен сказать тебе за это спасибо. Арчи наконец умолкает, давая Гектору время на то, чтобы переварить всё услышанное. По сути , всё сказанное было не так уж и сложно озвучить, но в случае Старка это действительно было испытанием. Он никогда не был командным игроком, это уж точно. Какой бы план не был оговорён изначально, Арчи всегда имел про запас свой собственный, который ни с кем не обсуждал, которым ни с кем не делился - уж об этом генерал знал на собственном опыте. Он всегда в той или иной мере ощущал это - необходимость держать всё под контролем, сразу же реагировать на любые обстоятельства. Но со временем, после смерти отца и близких, после всех тех потерь, которые Арчи по умолчанию записал на свой счёт, это стало его личным бзиком, его персональным сдвигом, который, к слову, никто так и заметил сквозь напускную несерьёзность скромного изобретателя, его шутливую манеру вести дела. Ни с кем не делиться ответственностью за всё содеянное, никому не говорить правду о том, что на самом деле происходит, по возможности - ни у кого не просить помощи, не втягивать никого в свои личные проблемы. Старк надеялся, что и сегодняшнее его откровение не прольёт света на ту часть айсберга, что сокрыта от глаз под водой, и не вызовет в душе генерала никаких подозрений на этот счёт. А потому нужно было скорее скинуть с себя всю эту серьёзность и снова стать легкомысленным шутом.
- Эмма, примерный отчёт о моём состоянии, пожалуйста, - Арчи дотягивается до планшета, лежащего буквально на соседней тумбе, и быстро пробегается взглядом по написанному. Строчки скачут перед глазами, Старк предпочёл бы услышать всё это, а не читать, но даже поделившись с генералом частью правды, он не собирается открывать её всю. А Гектор, увы, слишком ценит своё личное пространство, чтобы подниматься с кресла, подходить близко к Старку и вместе с ним вникать в отчёт Эммы.
- Отлично. Сколько у меня есть времени до критического состояния? - планшет отправляется обратно на тумбу.
- Без оказания медицинской помощи - около пяти часов, сэр. - Отлично, Арчи продвигается чуть дальше вдоль бесконечного ряда тумб перед тем, как отдать Эмме следующий приказ. - Милая, будь добра, рассчитай для меня безопасную дозу адреналина для того, чтобы я точно смог продержаться на ногах ещё час минимум. Приготовь раствор для внутривенной инъекции и обеззараживающие материалы. А после этого свяжись с доктором Роуди. И приготовь мне палату в больнице. Но только пусть мной займётся именно Роуди, другим я живым не дамся, - усмехается в привычной манере Старк. Под его руководством вся лаборатория оживает словно по волшебству, вникая каждому его приказу. Арчи любезно принимает от робо-руки ватный диск со стойким запахом спирта, обрабатывает собственную вену для последующей инъекции. Не то, чтобы он боялся уколов, просто зрелище не из приятных, но куда деваться, если ставишь внутривенное сам себе? Раствор действует почти мгновенно. Прилив сил заметно приободряет Арчи.
- Ну а теперь твоя очередь, Гектор, - от Старка с маниакальной улыбкой на лице эта фраза звучит вполне себе угрожающе. Он снова подхватывает планшет, что-то торопливо печатает на нём, после чего возвращает обратно на тумбу и выдвигается в сторону к генералу, которому уже впору начать нервничать. Старк в очередной раз внаглую нарушает всякие границы личного пространства Гектора Клерика, остановившись рядом с ним неприлично близко. Но любые возмущения от ущемлённой стороны блокируются следующими действиями скромного изобретателя - он чуть наклоняется к генералу, заигрывающе ему подмигивая. В то время, как руки его ловко расправляются со всеми застёгнутыми пуговицами на генеральском пиджаке. Впрочем, Арктурусу не впервой раздевать мужчин.
Инстинкт самосохранения подсказывает Старку, что долго ломать эту комедию нельзя - вот-вот очухается от шока генерал и тогда в лучшем случае можно будет схлопотать по морде за домогательства к высокопоставленной персоне, а в худшем случае лишиться всякой надежды продолжить когда-нибудь гордый род Старков. Поэтому Арчи ретируется, переходя за спину генерала и аккуратно стягивая с его плеч пиджак, обнажая покрытые запекшейся кровью раны.
- Хм. Думаю, я обработаю раны, а оставшиеся осколки вытащит Бернадет, у меня в глазах всё двоится. Эмма, подай мне, пожалуйста, всё необходимое, - проговаривает Арчи, с задумчивым видом продолжая рассматривать раздетого им генерала. - Будет немного щипать, - предупреждает обнаглевший изобретатель, принимая от робо-руки все необходимые материалы. - Но если ты обещаешь не прибить меня после того, как я закончу, я могу подуть, чтобы не было сильно бо-бо, - хохотнув из-за спины генерала, Арчи делает весьма щедрое предложение, приступая к обработке ран.

+4

14

[float=left]http://45.media.tumblr.com/8ce4be666f692ae2b59d5f595dff49d7/tumblr_myeq12qggZ1qclvcho3_250.gif[/float]Gimme that strange relationship
Never felt pleasure and pain like this
Something so right but it feels so terribly wrong
I keep holding on
Gimme that strange relationship
One of us gotta let go of this
I keep pushing and you keep holding on
I'm already gone.

Darren Hayes - Strange Relationship

Итак, Арктурус снова в опасности. Хотя, конечно, когда-то разве было иначе? Гектор слушает его со стеклянными глазами и всё ещё не меняя позы. Оба собеседника точно бы стесняются друг друга, избегая говорить в глаза. Возможно, такие страшные вещи и стоит говорить только глядя в пол. Как тяжелое бархатное покрывало - осознание того, что Старк медленно умирает, накрывает Клерика с головой. Проклятье. Опять. Опять и так не вовремя!
Пока изобретатель в напущенной беззаботности общается с джарвисозаменителем, Гектор медленно правой ладонью, пальцами, стирает невидимую тоску со лба, переносицы, заканчивая на закрытых глаза, сжимая переносицу и зажмуривая глаза со всей силой. Нет, пока он ждал пробуждения Старка, он готовил себя к тому, что услышанное сейчас не придётся ему по душе, но... Но черт побери. Чёрт побери, не сейчас, Старк!
Шестеренки внутри головы Гектора нервно меняют направление. Теперь ему нужно вписать умирающего изобретателя в свои планы. Эмоции как никогда сейчас мешали любой продуктивной деятельности. С тех пор, как Гектор дал им волю, всякий раз они заливались водой в легкие и мешали дышать. Всё мешалось в голове, было трудно держать выбранный курс, чертовски трудно! И теперь опять.
Клерик посмотрел на свои ладони - в тишине и отсутствии движения они дрожали. Гектор понимал, что он сдает позиции. Он катится вниз. Но продолжал это делать, потому как знал - это единственно правильный поступок. Это именно то, что он, Генерал Армии, должен делать.
Айсберги раскалывались. Айсберги спадали в воду. Арктика таяла на глазах.

Старк занят своими делами и второй раз за сегодняшний вечер Клерик понимает, что часы его приёма подошли к концу. Ему лучше уйти. Он принял информацию о судьбе Арктуруса как благодарный слушатель, но - самое страшное - не мог ничего сделать. Не мог помочь. Не мог ничего сказать. Лучше было уйти сейчас. И дай Бог, чтоб это выглядело как подлое предательство и бегство, а не как защемленное болью сердце, точно бы шрапнели были совсем не в груди Старка.
Голос друга звучит тогда, когда, поднявшись со своего места с каменным лицом, Гектор готовится уйти. Возможность быть незамеченным испаряется с шипением - как вода в огне. Гектор поднимает на Старка глаза, полные такого неприкрытого отчаяния, что им впору вгонять сваи в землю при строительстве высоток. Грудь неприятно давит, Гектор чувствует, что дыхание состоит практически из одних выдохов.

Гектор думал, что сейчас Старк займётся собой - что было бы вполне разумно, а разумность Гектор чтил - потому внезапное появление изобретателя в зоне поражения заставляет Клерика испытать не столько удивление, сколько смущение.
Доподлинно известно, что Гектор Клерик не любит нарушения собственного пространства. Ещё он не любит, когда его обманывают и называют по имени. Кажется, Арктурус Старк где-то украл список "что не любит Генерал" и методично шел по каждому пункту.
Когда тепло, скопившееся под пиджаком начинает развеиваться из-под каждый расстегнутой пуговицы, Клерик хмурится. Чувствует, как сильнее начинают дрожать руки. Нервы просто сдают. Переизбыток странных, непонятных мозгу эмоций наполняет чашу капля за каплей. И натяжение воды друг срывает последняя пуговица, которую расстегнул изобретатель. Гектор шумно выдыхает, в его глазах становится что-то звериное. Что-то непонятное, что-то страшное. Старку впору было бы бояться или попросту бежать к своему доктору (фамилию которого Гектор как-то всё равно не запомнил). Гектор похож на мраморную статую, только доподлинно раскрашенную красками так, что она походит на человека. Он позволяет снять с него пиджак, поддаваясь как кукла. Те места, куда попали осколки, нежно холодит воздух, который бродит по лаборатории. Клерику же его не чувствует, потому как кожа буквально горит, на шее у затылка медленно выступает испарина, собирая краешки волос в мокрые прядки.

Гектор выходит из шока в одночасье. Он вдруг резко хватает изобретателя за запястье, всё ещё находясь, кстати, спиной к вышеупомянутому, однако делает он это ловко и точно, что можно подумать - у мужчины глаза на затылке.
Горячая рука Генерала сдавливает запястье Старка так, что, если бы Клерик прислушался, он бы мог почувствовать тихое пульсирование вены. Проходит пара секунд этой странной картины. Клерик как будто всё ещё не дышит, но вдруг его массивное тело приходит в движение. Двигаясь против часовой стрелки, Клерик поворачивается лицом к изобретателю и последний, наконец, может видеть всю невероятную картину странных эмоций на его лице. Точно бы Гектор сдерживает одним лишь усилием воли в себе взрыв атомного реактора.
Несколько секунд Клерик просто смотрит ему в глаза. Мышцы пресса, теперь открытые всему миру на обозрение, сжимаются сильнее и сильнее, заставляя выгонять из легких оставшийся воздух. Боковые мышцы напрягаются, что кажутся на теле Клерика просто нарисованной тонкой линией, уходящей под ремень щегольских капитолийских брюк.
Гектор тянет Арктуруса на себя. Медленно, как будто Старк находится на упругой резине, которая держит его за кожу сзади. Клерик смотрит ему в глаза, настолько испытующе и почти враждебно, будто у изобретателя что-то выгравировано на глазном дне, и настолько пристально, будто опасается, что трикстер исчезнет в любую секунду. Собственная рука, держащая Старка, запястьем упирается в солнечное сплетение революционера-предателя и...

И тут Клерик как будто выходит из забытья. Удивленными глазами он смотрит на Старка, будто бы только что впервые увидел. Он пару раз моргает, хмурится, и резко поворачивает голову в сторону так, что сводит мышцы шеи, а потом резко отпускает ладонь. На руке Старка остается побелевший след от крепкой хватки Гектора.
Гектор хватает свой пиджак и крупным шагом меряя расстояние, покидает лабораторию.
- Прости, Арктурус. - Только замерев на пороге, как будто что-то забыв, Гектор бросает не оборачиваясь. И затем скрывается в коридоре, ведущем прочь. Наверное, трудно понять, за что извинился Гектор, но однажды Старк всё поймёт сам. Он ведь умный мальчик.

Планолёт стоит под парами, когда Генерал, переодетый в серый военный костюм, взбирается по лестнице наверх. Огромная дверь в животе жестяной птички закрывается, и планолёт тотчас отрывается от земли. Гектор в рабочем порядке сбрасывается с себя одежду, оставаясь по пояс раздетым и присаживаясь на кушетку в мед. отсеке планолета, где трудилась стойкая и беспринципная миссис Тэллер. Вооружившись пинцетом и ватой, она приступает к обработке ран Генерала не задавая лишних вопросов. А Гектор закрывает глаза и опускает голову. Его что-то очень тревожит. Будто бы он помимо иссиня-черной водолазки в здании Старк Индастрис он оставил кое-что ещё. Кое-что важное. И теперь на зелёном полотне карточной игры стоит ещё одна ставка ещё одного человека. Гектор знал его, и знал, что против него ему тоже придется играть.
Голова Гектора разрывалась от мыслей.
А сердце - от чувств.

+5

15

out of one billion way to die
loving you
was probable the worst
I chose it
I chose it anyway


[audio]http://pleer.com/tracks/4399865cvjg[/audio]
Ауру беззаботности вокруг Арктуруса нарушает резкий выпад со стороны генерала. Запястье так неожиданно сжимает крепкая хватка, что пальцы безвольно разжимаются, ватный диск, пропитанный перекисью водорода, сменивший свой белоснежный оттенок на грязно-красный, беспомощно опадает на мраморный пол. - Эм, что-то ты перевозбудился, дружище, - успевает нервно пошутить Старк до того момента, как Гектор разворачивается к нему лицом.
Добрая улыбка ещё цепляется за уголки губ скромного изобретателя. Больше он ничего не говорит. Мягкий взгляд карих глаз сталкивается с холодным пламенем ярко-синих. Гектор, казалось бы, и сам весь горит - Арктурус ощущает, как раскаляется его собственная кожа в крепкой хватке Клерика. Но он не боится. Ни огня Клерика, ни ожесточённой внутренней борьбы, которая разворачивается внутри генерала, - отблески этих военных действий сквозят в ярко-синих направленных на него глазах. Видеть такое ему не впервой. С самой первой их встречи вживую,  как кажется теперь - уже давным-давно, в лаборатории Дистрикта 13. На фотографиях генерала Дистрикта 13, Гектора Клерика, которые Арчи тщательно изучал перед тем, как отправиться на задание. И почти везде, и почти повсюду - борьба, борьба, борьба. Противостояние Человека Гектора Клерика зверю, которого он носит внутри. Сопротивление, в котором, увы, никак не помочь другу. Всё, что остаётся Арктурусу, это ждать. Терпеливо замереть в предвкушении момента, когда Гектор вновь сокрушит своего внутреннего демона, вновь вернётся к нему, проходя сквозь тьму. Но в этот раз что-то идёт не по плану.
Арчи молчит, продолжает смотреть Гектору прямо в глаза, выжидая, что вот-вот, совсем скоро друг придёт в себя, выпустит его запястье и возможно даже что-нибудь скажет на этот счёт. Впрочем, Старк согласен уже и на угрюмое молчание без всяких разъяснений, пусть только его руку выпустят и это наэлектризованное напряжение между ними спадёт до привычного уровня. Но ожидаемую свободу он так и не получает. Вместо этого Гектор тянет его на себя. Непредсказуемые действия генерала запускают в голове Старка природный механизм сопротивления, врождённый инстинкт противостояния дальнейшему возможному насилию. Арчи упирается ногами в пол, однако Клерик всё равно упрямо, пусть и медленно, притягивает его к себе. Сердце, вынужденное делить грудную клетку с инородным реактором, тысячекратно ускоряет свой ритм. Дыхание же напротив спадает до еле ощутимых сокращений дыхательных мышц. Зрачки расширяются почти как от действия кокаина. Внутренняя борьба размывает свои границы, устремляет наружу. Сдерживающая её стена словно не выдерживает. В крепкой плотине оказывается пробоина. Противостояние карих глаз ярко-синим становится ожесточённее. Где-то на уровне диафрагмы, возможно чуть ниже, Арчи ощущает, как сжимается напряжённый, нервный комок. И в конце концов не выдерживает и отводит взгляд.
- Гектор, отпусти, пожалуйста. Мне больно, - одними губами произносит Арчи, впрочем, очень сомневаясь, что это вразумит генерала получше, чем его откровенное сопротивление - свободная ладонь Старка всё ещё с силой упирается в голый торс Клерика. Напряжённый комок внутри увеличивается в размерах, заполняет собой всю брюшную полость и... в одно мгновение растворяется.
Старк удивлённо поднимает глаза, его запястье высвобождается из крепкого захвата, синие глаза больше не устремлены на него. Гектор больше походит на человек, только что вынырнувшего на поверхность с глубины ледяного озера. Движения его привычно быстры и собраны под взглядом недоумевающего замершего на месте изобретателя. Генерал только подхватывает свой пиджак и спешит ретироваться. На пороге бросает очередной извинение, вводя Арктуруса в ещё больший ступор. Несколько долгих секунд без единой мысли в голове скромный изобретатель смотрит в дверной проём, в котором только что скрылся его старый друг, сам не понимая, чего именно ожидает. Неизвестного чуда не происходит, Старк приземляется в кресло, успевшее утратить тепло генеральского тела, и, глядя в пустоту прямо перед собой, проваливается куда-то глубоко в свои мысли, толком не цепляясь ни за одну цепочку витиеватых размышлений.
В реальность его возвращает Бернадет, несколько раз окликнувшая начальника с порога. Взгляд карих глаз останавливается на аккуратно свернутом знакомом пальто в её руках. Арчи с улыбкой благодарит добропорядочную работницу, осторожно принимает от неё пальто, после чего сам стремится на выход из лаборатории. Пальто аккуратно ложится на соседнее с водительским сидение, и вместе с хозяином спорткара отправляется в главное отделение больницы Панема.

+5


Вы здесь » THG: ALTERA » Alma Mater » 11.12.3013. Capitol. Antithesis.vol 2


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC