Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Alma Mater » 06.01.3014, CAPITOL. On The Head Of A Pin


06.01.3014, CAPITOL. On The Head Of A Pin

Сообщений 1 страница 19 из 19

1

http://savepic.ru/10722062.gif http://savepic.ru/10707726.gif


• Название эпизода: On The Head Of A Pin;
• Участники: Ragnar Lothbrok, Reagan Lerman, Cashmere Fraser;
• Место, время, погода: чудесный зимний день 6го января, на улице метёт;
• Описание: Очень сложно в наше время найти хорошего телохранителя, но у Рэйгана Лермана нет другого выбора;
• Предупреждения: .


+2

2

Рагнар безучастным взглядом изучал белые стены своей  предбольничной комнаты, которую мысленно окрестил тюрьмой. В  голове у него мысли только об одном – его семье. Прошла почти неделя с  событий в Пятом Дистрикте, а о сестре и сыне никаких вестей. И если сын пропал еще три месяца назад  и Рагнар надеялся (и мысли другой позволить не мог), что Бьерг просто скрывается, то молчание о Лагерте убивало. Она ментор, бывшая победительница и то, что она до сих пор не вышла на связь, сводило с ума. Что с ней? Была захвачена революционерами? Сбежала? Не знает, что его доставили в столицу?
Он прошелся по комнате босиком, игнорируя удобную капитолийскую домашнюю обувь. Не смотря на то, что самостоятельно выходить  Рагнару не разрешали, в комнате были все удобства для жизни. Точнее, удобства для жителей столицы, а для него – невиданная роскошь, которую он уже ненавидел всей душой. Даже в Деревне Победителей, где они жили благодаря сестре, в Доме не было так красиво, как здесь.  Но, мужчина почти ничего не трогал, оставаясь в больничной одежде – самых простых штанах и футболке. Неизвестность выводила из себя.
Капитолий никого и никогда не держит просто так.
Он прошел в ванную комнату, открыв кран и оперившись на раковину двумя руками. Холодная вода текла вниз, создавая хоть какой-то шум в этой безупречной ненавистной тишине. Рагнар поднял взгляд и посмотрел на себя в зеркало. Ему восстановили все, излечили порезы от осколков стекла, которые летели в него в битве первого января, ошлифовали кожу на лице и даже расплели, очистили и сплели обратно волосы. Омерзительно. Будто в их дело входило не вылечить его, а сделать максимально приемлемый внешний вид для их проклятой столицы. Вот только не вышло – свирепость и злость с лица не убрать. Воспоминания о предыдущих днях заполонили его голову.
Капитолийские больницы были безупречны – идеальная обстановка, новейшие аппараты, врачи, разговаривающие и выглядящие как ученые научных лабораторий.  Помнится, лет в тринадцать, он по неопытности рубанул топором бревно не под тем углом и отскочивший от удара инструмент прилетел лезвием ему в плечо. В больницу седьмого дистрикта (старое и потрепанное здание) он дошел сам, придерживая рукой окровавленное плечо – старенький врач ловко промыл и зашил ему рану. Затем, хлопнув его по спине, отправил обратно домой, а через два дня Рагнар снова вышел на лесопилку. Работать приходилось левой рукой, ни о каких обезболивающих или лекарствах речи не было. Рану ему обрабатывала сестра, меняя старые бинты на новые, которые стирала собственными руками. Вот в такой бедности они жили.
Прошло уже 30 лет с того случая, а шрам, который зашивал старый доктор в Дистрикте до сих пор зиял на его плече уродливой выпуклой полосой. Лодброк и не вспомнил бы об этом шраме, если бы капитолийские врачи участливо не поинтересовались, не хочет ли он его убрать, сделать кожу идеальной и ровной, такой же, как сейчас у него на руках. Мужчина, тогда еще отходивший от многочисленных лекарств, с усилием посмотрел на свои ладони. Доктора-косметологи продолжали ему рассказывать о том, как замечательно им удалось убрать последствия от глубоких порезов трезубца Финника, а так же вернуть коже мягкость и что-то там еще, избавить от многолетних мозолей. Пока они щебетали, зашедшая в палату медсестра протянула ему таблетки и стакан с водой. Рагнар, поймав взгляд  врача-косметолога, медленно запил лекарство водой и начал сжимать стакан в своем кулаке. Сжимал до тех пор, пока пластик не растрескался, и острый край рассек восстановленную кожу. Доктор тут же испуганно захлопнул рот и поспешно удалился из палаты.
В первые два дня было тяжело. Он очухивался в перерывах между снами, для того, чтобы бы ему вкололи или дали принять очередную дозу лекарств. Этими лекарствами Капитолий ускорял его выздоровление, убирая последствия контузии. Периодические приступы раздражительности,  а также резкие перепады настроения становятся менее выраженными под действием седативных препаратов, а головокружения и вовсе пропали. Здесь ему полностью смягчили контузию за три дня. Люди в некоторых Дистриктах умирали от гангрены или пневмонии, а его поставили на ноги за считанные дни. Видимо, в один из  дней под снотворным, капитолийцы постаралась и над его руками.
Врачи были удивлены его быстрой поправкой (даже для лекарств Капитолия), однако ни о каком выходе из этой палаты ему никто не говорил. Рагнар тоже был молчалив, смекнув, что лишние вопросы от него тут же будут переданы дальше. Его нелюдимость и грубая внешность только помогали в этом деле – персонал его сторонился, не начиная никаких разговоров. В начале четвёртого дня в палату заглянули люди явно не из лечащего персонала – мужчину в вежливой форме допросили. В частности, про события в Пятом Дистрикте. Лодброк рассказал все, как есть. В  течение дня и двух последующих те же люди продолжали приходить, задавать те же вопросы, словно пытаясь услышать в его ответах что-нибудь новое.
В Пятом что-то пошло не так. Это только дураку стало бы непонятно. На пятый день его поместили в комнату, но снова никаких комментариев о том, когда ему можно будет уйти.
-Я могу связаться с другим человеком? – он задает вопрос, когда дверь за ним пытаются закрыть. В ответ отрицательно мотают головой и удаляются. Что произошло в Пятом? Благодаря чему он еще находится здесь, и почему нет никаких вестей от сестры?
Мужчина выходит из ванны и не зная, как выместить свою начинающую закипать злость, хватает стоявшую на тумбочку вазу и из-за всех сил разбивает ее о стену. Удивительно, но от звука разлетевшегося на осколки фарфора становится легче.

+2

3

Хочется закрыть глаза. Это нормально. Цветной калейдоскоп, блёстки, искрящийся звёздный вихрь – красиво, но он знал, что стоит за этой красотой.
Капитолий. Мог ли он считать его своим домом по-настоящему? Тем местом, по которому скучаешь и в любом отдаленье мечтаешь вернуться обратно? Нет. Капитолий с рожденья был для него тюрьмой. Комфортабельной, фешенебельной, перспективной, но всё-таки тюрьмой. Его не радовали вечеринки, он знал личину каждого, улыбающегося в лицо, а нарочито яркий блеск не поражал воображение, а лишь слепил глаза. Где родился, там и пригодился – так говорят, вроде, но край где пригодился я не стал мне Родиной.
Рэйган адаптировался, сумел отыскать нечто стоящее даже в своём положении. Он не смотрел на богатства, власть, не искал популярности и всеобщей любви, ему всегда было достаточно спокойной жизни, той малой её части, что могло предложить положение владельца телеканала, личного пространства, что давал особняк, стоящий на хорошо охраняемой и отгороженной территории, не все капитолийцы большие охотники до круглосуточной популярности, это стереотип, ну и конечно женщины, одной, но самой лучшей среди всех, любимой и любящей, не за блага, а просто де факто.
Для лучшей жизни не хватало самую малость – уверенности. Завтрашний день в Капитолии, воюющем фактически с самим собой, был так же надёжен, как балансирующий на конском волосе боксёр-тяжеловес, а после благополучного возвращения из второго, в голове Рэйгана окончательно засела паранойя. Опасность пока не мерещилась ему за каждым углом, но каждый раз уезжая на работу, его голову неотвратимо посещала мысль – вернувшись обратно, застанет ли он Кашмиру или её след снова будет остывать прямо у него под носом?
В конце концов, когда на очередном совещании, помощник продекламировал повестку дня и десяток пар глаз уставились на него, ожидая отклика, а Рэйган не смог даже призрачно уловить суть доклада, мужчина окончательно решил нанять Кашмире телохранителя. Оправдать его присутствие будет не сложно, особенно учитывая с какой периодичностью на женщину сыплются разнообразные неприятности, сложнее подобрать кандидата, умеющего держать язык за зубами. По понятным причинам, свои отношения их пара не спешила афишировать широкой публике, но даже самому суровому и молчаливому телохранителю однажды станет любопытно, почему сразу после съёмок символ возвращается не в свою резиденцию, а прямиком домой к непосредственному начальнику?
Несколько дней Рэйган провёл в раздумьях, в конце концов приходя к мысли взять кого-то со стороны. Но обязательно такого человека, которого можно было бы заинтересовать не исключительно деньгами. Билет в родной дистрикт в один конец, семью под бок – неважно, главное сыграть на личных мотивах, на том, что действительно заставит молчать.
Личные дела ему доставили быстро и тайно, спасибо помощнику, тот всегда умел находить подход к нужным людям, а когда коммуникативных качеств было недостаточно, ловко пускал в ход материальный эквивалент. Нужная кандидатура нашлась спустя три просмотренных папки.
В больницу его пропустили быстро. Никто не преграждал путь, не задавал лишних вопросов, даже глаза старались отводить в другую сторону, словно взглянув на него, могли тотчас обратиться в камень.
Пропуск проехался по железной щели в двери, и та мягко отъехала в сторону, мгновенно запираясь, стоило Рэйгану пересечь порог палаты. Ничего особенного, в этом блоке всех держат на привязи, точно бешеных зверей.

-  Добрый день. Рагнар, я могу с вами поговорить?

+2

4

Время тянулось бесконечно долго.
Рагнар сжимал и разжимал руки, затем, схватившись за перекладину на стене, сделал пару подтягиваний. Перекладина, предназначенная не для этих целей, заскрипела под его усилиями и весом. Сначала два раза, потом десять, потом тридцать. Когда он  закончил, тяжело опустился на пол и учащенно задышал –  стук сердца громким эхом раздавался в ушах. Затем, войдя в раж, он опустился на пол, и, оперившись на кулаки, начал отжиматься. Отжимался до тех пор, пока руки предательски не задрожали. Завалившись на бок от судороги в левой руке,  он улыбнулся, а затем и вовсе тихо засмеялся. Тревога сводила с ума,  а в этой комнате было тихо. Он был наедине с собой, со своим учащенным биением сердца и мышцами, приятно заболевшими от небольшой нагрузки.
Я так ничем им не помогу.
Приподнявшись, он сел, скрестив ноги. Он сходил с ума от незнания того, что сделали с Лагертой, виноват ли он в этом и его опрометчивое поведение в Пятом Дистрикте.  Тревога за близких людей не ушла, но она ничего сейчас не решала, только мешала думать. Усилием воли он запер эту тоску внутри себя, стараясь заполнить образовавшуюся пустоту другими мыслями. Как выбраться отсюда? Как  найти семью?
Отдышавшись, он поднялся и снова принялся подтягиваться. Азарт разыгрался в нем, тело как будто скучало по физическим нагрузкам, мышцы разогревались. На этот раз он более уверенно спрыгнул на пол, потирая разогретые ладони.  Рагнар подумал о том, что таблетки Капитолия подействовали не только на здоровье, но и на физическое состояние тела – оно  давно не было столь бодрым. Сейчас поставь его против двадцатилетнего Финника, Лодброк не уступил ему в скорости. И снова подход с отжиманиями, потом подтягивания, потом отжимания.
Когда дверь открылась, мужчина   восстанавливал дыхание после очередного подхода. Рагнар, сощурившись, оценил вошедшего человека. Он был похож на тех, кто приходил задавать одни и те же вопросы про недавнюю битву –  прилизанный и в костюме. Лодброк выдохнул и выпрямился во весь рост. Дыхание восстановилось, но мышцы горели, и кожа в свете комнатной лампы была покрасневшей.
-  Добрый день. Рагнар, я могу с вами поговорить?
Он с интересом склонил голову набок. До этого разрешения не спрашивали.
- Нет, -голос сиплый от недавних напряжений. Он медленно стал приближаться к незнакомцу, - я занят.
Пройдя мимо мужчины, едва не задев его плечом, Рагнар потянулся за аптечкой, которая стояла на тумбе у входа. Вытащив коробку, он порыскал в ней и достал бинты, мельком подумав, что зря старались эти гребанные врачи-капитолийцы. Всю кожу он убил на перекладине, которая для подтягиваний даже не предназначалась. На большой ладони глубоко въелись отметины  и появились новые небольшие мозоли. Натуру не скроешь, - он мысленно усмехнулся этому. Затем, все так же игнорируя незнакомца, он сел на диван и сосредоточенно начал  распутывать бинты.
В углу комнаты по-прежнему валялись осколки вазы, которые Лодброк и не подумал убрать. Эти четыре стены не были его собственностью. Не были его тюрьмой. И пленником Капитолия он тоже не был. Пусть он нарочито исполнял волю столицы, чтобы уберечь свою семью от ее длинных когтей, но здесь и сейчас он не будет любезничать со столичными прихвостнями.
Можно уже было не тешиться надеждой, что они не знают, кто именно его близкие. Все страхи и тревоги ушли час назад, когда Рагнар заставил свои мрачные мысли не мешать ясно  мыслить. Они знают, кто он. Они используют это против него, чтобы бы подчинить и сломать. И если они сделали что-то с Лагертой, то это уже произошло.
- Если скажешь, что с моей сестрой, - он лениво закрыл один глаз, откусывая бинты зубами, отсекая нужную длину, - можешь болтать сколько угодно.
И пусть только ответ будет плохим. Его успеют застрелить, но на одну смазливую морду в Капитолии станет меньше.

+2

5

-  Вы про Лагерту?

Намеренно удивлённый и вопросительный тон и вот он, долгожданный взгляд в его сторону. Ну что, я сумел привлечь твоё внимание, боец?
Рэйган медленно проходил в палату, чеканя каждый шаг каблуками ботинок, боковым зрением отмечая полное несоответствие помещения выбранному Лодброком занятию. Воин всегда найдёт поле битвы и место для тренировки, просто потому что ещё с чёрт знает каких лет не приучен сидеть на одном месте. Похвально. Жаль, мед персонал не оценит, вкалывая в шею двойную дозу транквилизатора за сорванную балку, расценив данный жест, как попытку побега. Их в этом даже упрекнуть будет нельзя, за свою карьеру местные парамедики и не таких оригиналов повидали.

-  С ней всё в порядке, по крайней мере, пока ваша жизнь представляет ценность для местных стен.

Рэйган мягок, тактичен и несколько критичен. Местная служба безопасности назвала бы это – излишней прямотой, даже несмотря на то, что он озвучивает очевидные вещи. Но сегодня бдительное наблюдение ждёт кратковременный отдых. Незаметно мужчина опускает руку в карман пиджака, и в следующее мгновение под его пальцами что-то очень тихо хрустнуло. Маленький металлический флакончик надломлен, и из его нутра выходят наружу невидимые глазу альфа волны, заставляя прослушку в палате образовать в динамиках на том конце провода непроходимый вакуум. Вот теперь можно смело начинать вести дела. На это у него есть – Рэйган бросает короткий взгляд на часы – около десяти минут.

-  Я пришёл сюда не для допроса, а как… частное лицо. Хочу предложить вам работу, то, что вы умеете делать лучше всего. Оплата – некий денежный эквивалент и возможность беспрепятственно покинуть Капитолий вместе со своей сестрой. Всё будет законно, вас не будут искать или пытаться вернуть обратно. По крайней мере, ближайший год. Немного, но это лучше, чем торчать здесь, без возможности контакта с внешним миром, на поводке у дознавателей, точно цепной пёс. В качестве гарантий, на протяжении всего контакта вы будете жить со своей сестрой. Более того, если вы примете моё предложение, сможете отправиться к ней прямо сейчас.

Диалог строится на классическом каноне ведения деловых переговоров. Вежливое приветствие, привлечение внимание, озвучивание требований и перспектив и последний ход, закрепление сделки обоюдным согласием сторон. В отличии от подавляющего большинства столичного населения Рэйган видел в бойцах, типа Рагнара, который Капитолий рад использовать в качестве пушечного мяса, умных и здравомыслящих людей, с которыми всегда можно найти общий язык. Тем более, когда речь идёт о близких людях. Они ведь тоже люди, они ведь тоже умеют чувствовать.
Давай же, не разочаруй меня, лесник.

+2

6

-  Вы про Лагерту?
Рагнар резко вскинул голову и посмотрел на мужчину. Родное имя, прозвучавшее из чужих уст, резануло слух хуже ножа. В памяти всплыла картинка – чумазая худая девчушка,  решительно пробивающаяся сквозь заросли леса седьмого дистрикта. Она перебирает какие-то травы с серьезной задумчивостью на лице, откладывая некоторые из них в свой мешок, болтавшийся на поясном ремне. А потом резко – бледная и заплаканная на сцене, после того, как ведущий прочла ее имя.
Когда капитолиец говорит, что с ней все в порядке, Лодброк облегченно закрывает глаза. Тоска, тревога и боль, скопившаяся за эти дни, исчезла в тот же момент. Да, они в Капитолии, снова в стане людей, которых они ненавидят, но его младшая сестра жива. Жива и находится  где-то здесь.  Рагнар поднимает взгляд на мужчину, и видит, что тот бросил короткий взгляд на часы. Реальность диктует свои правила – он не пришел просто так. Но что ему нужно?
-  Я пришёл сюда не для допроса, а как… частное лицо. Хочу предложить вам работу, то, что вы умеете делать лучше всего.
Умею делать лучше всего? Рагнар поднялся с дивана, отставив аптечку. Ладони были перевязаны бинтами, в комнате при палате комнате погром, а сам его вид – огромной здоровяк с татуированной головой – вообще не подходил под описание людей, которые выполняли хоть какую-либо работу в Капитолии. Разве что… воевали, но не  в столице, а далеко за ее пределами.   Он слушает дальше, не перебивая. Незнакомец говорит искусно, предлагает то, что ему хотелось бы больше всего. Пусть через год, или сколько ему там понадобится, но все же выехать из столицы. Видеть и быть уверенным в безопасности Лагерты.  В  голове  тут же проносятся всевозможные варианты подвоха этого предложения. Предательство? Он был с революционерами только в начале  их пути, а о Тринадцатом Дистрикте Капитолию уже известно. Шпионаж? Рагнар совсем не тянул на шпиона, совсем никак – ни физическими, ни психологическими навыками. 
-Более того, если вы примете моё предложение, сможете отправиться к ней прямо сейчас.
Как легко – протяни руку и заключи контракт с Дьяволом. В Дистриктах очень любили всевозможные легенды и причты, которые передавались из уст в уста веками. Менялись герои, обстоятельства и время, но суть одной из легенд была в сделке между темными силами и человеком.  Тебе предлагалось  исполнение самой искренней, самой желанной мечты или надежды; в обмен ты должен быть отдать душу. Все просто и легко. Только вот при получении желаемого, человек понимал, что договор был выполнен, но искажен. Хотел вернуть умершего родственника? Получи живого мертвеца, которому нет места в мире живых. Хотел много денег? Пожалуйста, бери – и получи на следующий день нож в сердце от собственной жены, алчность которой заполонила ее нутро. Суть и формулировки легенд менялись, но смысл оставался один – ты никогда не получаешь то, что нужно в том виде, который  вообразил себе. Только вот Рагнару было давно плевать на себя. Он не боялся собственной смерти, если бы только не ощущал, что если его не станет, то это обречет самых родных людей на страдание. Лишь бы последствия этой сделки никак не отразились на них, а еще лучше – помогли им.
В голове всплыл образ сына, которого он не видел и не слышал  уже несколько месяцев.  Судя по убеждениям Бьерга, тот вполне мог уже  воевать за революционеров. Если незнакомец попросить его найти и убить его? Нет. Капитолией не похож на глупца, тем более он искусно использовал его привязанность к семье. Он бы сразу додумался, что Лодброк отказал ему. Тогда зачем контракт на один год?
-Я понял, - Рагнар кивнул, задумчиво проходя по комнате –  ты хочешь, чтобы я стал твоим цепным псом.
Да какая разница, чьим?  Лесник давно сделал свой выбор в сторону семьи. Слишком много ошибок он натворил, слишком многое еще исправлять.
-Но я хочу еще кое-что. Судя по разговору, власти у тебя много,- еще бы, как иначе он предлагал ему увезти сестру подальше от проклятой столицы?- я хочу, чтобы Лагерту больше не продавали спонсорам. Никогда.
И снова сцена около двадцати лет назад, когда она заплаканная и сломленная признавалась ему в постыдном ремесле. Злость и ярость, которые тогда поднялись в нем, не описать.
-Если ты это сможешь, я убью любого, на кого укажет твоя рука. Смолчу, когда нужно. Цепной пес, - он пожал плечами. Удивительно, как с возрастом черствела душа, - только я еще не услышал, что должен делать. И еще  - если  со мной что-то случится, я хочу чтобы она уехала в любом случае.
Осталось только узнать, что именно хочет этот человек. И кто он?

+1

7

Небо не для нас. Нам не дано летать. И все, что мы можем, - это постараться не падать.
Все категоричные заявления содержат в себе грамм утрированности. Что подразумевал Рагнар под словосочетанием – цепной пёс, понять было не сложно, даже без пояснений. Хладнокровный убийца, делающий всё ради призрачной надежды вновь увидеться с семьёй. Именно надежды, ведь у него нет никаких оснований верить нанимателю на слова. Он же капитолиец, а значит всегда найдёт способ солгать, выкрутиться, нарушить данное слово. Рэйган даже не попытается его переубедить. Бесполезно. Больше семидесяти лет им вдалбливали в голову стереотип, да так сильно и ловко, что Лерман иногда и сам задумывался над правильностью своих действий. Быть может даже сейчас он делает что-то не так.
Это было уже неважно, сделка почти заключена. Полное подчинение в обмен на прочные семейные узы.
Что же всё-таки есть любовь, сила или слабость? За годы жизни Рэйган понял одну истину – Если любовь в тебе – это сила. А если ты в любви – это слабость.

-  Телохранителем.

Почти устало произносит Рэйган, потирая левую бровь. По сути, наверное, одно и то же, но произнесённая им формулировка подчёркивала смысл будущей работы Рагнара гораздо лучше, да и звучала менее критично.

- И нет, не для меня. Для человека, о моих отношениях с которым вам и придётся смолчать.

Вторая установка была тоже понята верно. По сути, Рагнар становился тенью, лёгкой, незаметной, всегда следующей по пятам и появляющейся только в момент особой надобности. Тени не умет говорить, они призваны лишь служить. Тени эфемерны, тени прозрачны и темны. Никто не подозревает тень, никто не видит тень, но все дорого платят за слабость покуситься на отбрасывающего её человека.
Времени оставалось мало, даже слишком. Невидимые альфа волны струились по палате, проникая в датчики и миниатюрные динамики, создавая на том конце проводов неразборчивый цифровой шум. Это было нормальным явлением, стабильно, раз в год всё оборудование проходило тестирование и необходимое тех. обслуживание, после чего оно, по непонятным причинам могло временно сбоить, до полной адаптации к заменённым комплектующим. Рэйгану повезло, оборудование в палате Рагнара меняли пару дней назад, идеальный промежуток для создания искусственных помех. Оставалось только надеяться, что программисты, сейчас во всю копошащиеся в серверах, выявляя ошибку, окажутся настолько безмозглы, чтобы не сообщать о совпадении его визита и сбоя техники в палате лесника. Он готов был рискнуть. У него на это были свои причины, своя любовь.

-  У каждого продаваемого трибута есть определённый трансфер. Полгода, год, и два года. Уплатив нужную сумму, я выкуплю Лагерту на весь предполагаемый срок. Если с вами что-то случится, я гарантирую, ваша сестра отправится домой. Я выдам ей необходимые документы и пропуск.
Судя по подозрительному взгляду, вы ищете подвох в моём предложении. Понимаю, переубеждать вас в обратном бесполезно, вы имеете вполне объективные причины на сомнения. Но я предлагаю вам шанс и не требую принудительного исполнения обязательств. Вы можете отказаться.
В свою защиту скажу лишь одно – вы знаете далеко не все стороны этого города.

+2

8

Человеческая натура устроена так, что сначала в нашем мозгу прокручиваются только наихудшие варианты развития событий. Те, кто пободрее, (называют себя оптимистами) сразу  отметают плохие варианты, думают о наилучших вариантах или решениях. Те,  кто склонны к критическому мышлению, рисуют в голове наиболее плохие пути развития ситуации. Рагнар относился к последнему типу людей – правда, его философия заключалась в другом. Предположи худшее, найди пути решения и никогда не жди подарков судьбы. Когда ты ничего не ждешь и не просишь, все приходит в руки само.
Мужчина лишь пожал плечами, когда ему озвучили будущую должность. Хотелось уже сбежать с этой ослепительно вылизанной комнаты и ощутить вкус свободы. Конечно, в его случае свобода будет очень условной, но это лучше, чем днями и ночами созерцать светлые стены палаты. Требование о молчании тоже не удивило – он знал о том, как столица не любит расставаться со своими тайнами. Может, это кто-то публичный? А уж о безмолвных слугах, которым отрезали язык, Рагнар тоже был наслышан. Как они скрепят свою договоренность? Он должен будет подписать какую-то бумагу?
-  У каждого продаваемого трибута есть определённый трансфер.
К горлу, как и всегда, подступил тугой ком.  Рагнар никогда не забудет, как младшая сестра, сломленная и опозоренная, вернулась в первый раз после «поезда победителей». Как плача, рассказывала ему о том, что именно с ней делали в столице. И будут делать каждый год.  Картины продирались сквозь его мутное сознание, когда он напивался алкоголем до полного отключения. Самое страшное в отношении с близкими - это не иметь возможности помочь им. Лодброк никогда не осуждал и не винил Лагерту в том, что с  ней делают, как это обычно бывает в семьях жертв насилия. Но как же он ненавидел…Нет, даже не так. Он слепо, до глубины души, отчаянно желал измучить  ее покупателей до смерти – это было гораздо больше и глубже, чем обычная ненависть  к врагам.
Рагнар моргнул и отвел взгляд в сторону, надеясь, что  темнота от воспоминаний об этом, не отразилась на его лице. Конечно, он до конца не доверял этому незнакомцу. Но это все, что у него было в данный момент.
- Как и ты не знаешь всех сторон Дистриктов, - Лодброк все еще смотрел в сторону. Пора бы уже открывать свои курсы по управлению гневом – как никогда хорошо, сегодня ему удается сдерживать почти все свои порывы. Капитолийские лекарства еще и нервы в порядок приводят? Вполне возможно – его инстинкты глушили «транквилизаторами». В голове мелькнула еще одна бешенная мысль. А что, если за этот год узнать имена всех тех покупателей? Узнать их адреса, как их охраняют и где они любят бывать? И убить, убить каждого. Рагнар одернул себя – уже не в первый раз он ставит свои желания выше безопасности своей семьи – это не его путь. Он прикинул, стоит ли еще спрашивать о местоположении сына – раз уж изучали его дело, то наверняка знают и о Бьерге. Но, решив лишний раз не упоминать его имя для лишних людей в столице, смолчал.
-От чего мне охранять этого человека? – он снова начал мерить палату шагами,- как мне взаимодействовать с ним? Жить с ним?  Я бы хотел инструкции.
Рагнар прищурился и кинул взгляд на шкаф. Внезапная мимолетная усмешка мелькнула в уголках рта.
-И прошу никаких перемен во внешности. И без костюмов с перьями.
Его аж передернуло при мысли о капитолийской моде.
-Это последняя просьба с моей стороны,  - Рагнар  энергично размял плечи и кивнул в сторону двери, - я так думаю, мы договорились. Можем выходить? Чемоданы, к счастью, мне собирать не нужно.
Его привезли в Капитолий в поврежденной солдатской форме, сейчас Рагнар  стоял в больничных штанах и футболке. Ничего своего. Ему было крайне интересно, как пройдет знакомство с тем, кого так пытался защитить этот человек. В конце-концов он тоже о ком-то беспокоился. Только в его случае официально беспокоиться нельзя, именно поэтому в телохранители не подошли капитолийские секьюрити. Он повернулся к своему собеседнику :
-И до сих я не услышал, кто именно меня нанимает.

+1

9

Рэйган лишь коротко пожимает плечами. Кто теперь знает все стороны их растерзанного в клочья мира? Раньше то не знали, а теперь и подавно. Людям всегда навязывали модели поведения, определяющие их социум, но никогда ещё это не делалось столь яростным образом. Смерть всегда была чем-то большим для людей, чем просто логичное окончание жизни. Живое лишь корм для вечности. Смерть пытались обуздать, покорить, подмять под себя, но самые страшные времена в истории приходили тогда, когда смерть пытались превратить в индустрию развлечений. Может, у Капитолия не было другого выхода, может заставлять людей страдать единственный способ держать стадо в узде и покорности. Но это только оправдания для тех, кто не сумел додуматься до большего. Так уж устроено людское сознание, искать наиболее простой путь. Наиболее гладкий и лёгкий, чтобы даже напрягаться не пришлось, а так – пальцем щёлк, и всё по-твоему.
Не любил Рэйган лёгких путей, у них, как правило были самые тяжёлые последствия.
Он смотрит на Рагнара пристально, но не подозрительно, а с толикой внимательности. Вот его лицо искажает гримаса ярости, при одном упоминании о самом постыдном занятии победителей. Даже самая худшая работа по ассенизации или прислуживанию не шла ни в какое сравнение с аукционом победителей. Их покупали для разных целей, но всегда с одним исходом – в постели их лишали свободы. Выдирали кусок личности и швыряли к ногам, истерзанный и грязный. Как бы оно ни происходило, с плетью, или нежно, в кровати с лепестками роз - это всё равно унижение, разница только в уровне.
Рэйган уже допускает мысль о возможных проблемах, которые несдержанность Рагнара может ему доставить, однако в следующую минуту отметает все варианты в долгий ящик. Черты лица мужчины в одно мгновение выровнялись, точно по ним прошли шлифовальной машинкой. Может, в его голове уже зреет некий план мести, но в ближайшее время он будет максимально осторожен, его целью станет не только охраняемый объект, но ещё и прощупывание обстановки, поэтому несколько месяцев для формирования толкового плана у Рэйгана были. Хорошая возможность изучить мотивы и удержаться от поспешных решений.

-  Я похож на приверженца перьев?

Мужчина усмехается в кулак, но позже одобрительно кивает Рагнару. Что ж, ожидаемая реакция. Просто теперь он видит всех такими, какие они есть на самом деле, а иногда надо смотреть, какими они хотят быть.

-  Все необходимые инструкции ты получишь по дороге. Это место больше не безопасно для диалогов.

И будто в подтверждение его слов проглушка в кармане издаёт протяжный, словно измученный писк, и красная лампочка на конце капсулы погасает окончательно. Достав из кармана мобильный телефон, Рэйган набирает короткое смс сообщение, и как только на телефон приходит подтверждение, кивает Рагнару, призывая двигаться к выходу.

-  Меня зовут Рэйган Лерман. Приятно познакомится.

Он энергично пожимает руку лесника, пока сканер считывает их последние биометрические данные и дверь с тихим шорохом отъезжает в сторону. Если всё прошло по плану, в комнате рядом со стойкой регистратуры их ждала новая одежда, а у входа машина. Поскольку зелёный свет на выход был уже предоставлен сомнения в остальных пунктах были излишни.

+2

10

look

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/564x/32/4b/e5/324be54bb04d3f8e6b630c22ed5a223c.jpg

Из клиники при центре подготовки Кашмира выехала в одиннадцать часов утра. В половину двенадцатого Филипп высадил её у входа в особняк, и, проследив, как девушка ключом-картой открывает дверь, вновь завёл мотор. Фрайзер удивленно вздернула брови:
-Ты едешь куда-то ещё? - водитель бросил беглый взгляд на часы и кивнул:
-Забрать мистера Лермана. Идите в дом, мисс Фрайзер. Отдыхайте и закройте все замки - девушка недоуменно пожала плечами, но пошла в холл. Рэйган утром уехал с другим, студийным водителем, и непонятно, почему вдруг решил сменить его на верного Филиппа... Да и так рано Лерман домой не возвращался. Кашмира ждала его к вечеру... Впрочем, скоро спросит обо всём сама. Её раннее возвращение Рэйгана более чем устраивает.

Таму на время отсутствия девушки заперли в спальне, чтобы зверёк не влез куда-нибудь, растерявшись в большом доме. Выбросив из головы мысли о странном сбое в графике, Кашмира торопливо поднимается по лестнице, чтобы открыть дверь в их с Лерманом комнату с вопросом:
-Как здесь мой тигр? - рыжая проказница, как раз восседающая на спинке кровати, с кротким мявом спрыгнула на ковер и побежала тереться о ноги вернувшейся хозяйки. Особых разрушений вроде бы нет... Разве что расческа Кашмиры да запонки Рэйгана сброшены на ковер, но Тама ещё не успела загнать их далеко. Фрайзер быстро восстанавливает статус-кво.
-Больше я тебя сегодня не брошу. Проголодалась? - на смену джинсам и свитеру символ надевает домашние удобные штаны и широкую белую блузу. Тама громко урчит, когда хозяйка берёт её на руки и несёт на первый этаж, в кухню, где каждая получает перекус по вкусу. Кошка - нежно-розовый паштет из баночки с нарисованной на крышке индейкой. Кашмира - травяной чай и большое яблоко, которое она режет на дольки и с наслаждением ест, забравшись с ногами на стул.

Идиллия продолжается до тех пор, пока первый этаж не прорезает писк, свидетельствующий о снятии сигнализации. Рэйган вернулся. Наперевес с котёнком в одной руке и стаканом с недопитым чаем в другой, девушка, шлёпая босыми ногами, спешит в прихожую. Ей не терпится рассказать о визите в клинику. О том, что она начала лечение и нашла молчаливого доктора... О том, что доктор из Тринадцатого дистрикта. Этот момент хочется обсудить отдельно - вдруг Рэйган решит, что здесь кроется какая-то опасность.
-Милый, ты сегодня рано. Надеюсь, ничего не случилось? - Кашмира выпархивает в холл, не ожидая подвоха. Она привыкла, что особняк - их с Лерманом территория. Заповедник, где не бывает чужих, где можно вести себя свободно, не опасаясь чужих глаз. Но на сей раз привычная система дала сбой - вслед за Рэйганом входит хмурый, высокого роста человек. Не капитолиец - не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы сообразить это. Тем больше у Кашмиры, недавно вырвавшейся из лагеря повстанцев, подозрений. Девушка вздрагивает и пятится, не спуская настороженных синих глаз с незнакомца. Меняется даже её голос:
-Кто это? - вопрос звучит раздраженно и требовательно, вторжение чужака в дом, который она считает своим, Фрайзер совсем не по душе. Конечно ни прижавшаяся к хозяйке Тама, ни чай не тянут на оружие, но до кухни, где есть ножи, совсем близко.

+2

11

-Ну, хрен тебя знает. Я весь твой костюм не рассматривал , - усмехается в ответ  Рагнар, однако ни тоном, ни ответом не пытаясь задеть собеседника. Между ними состоялось договоренность и смысла играть во врагов «Столица-Дистрикт» не было. Если уж капитолиец сдержит слово, то Лодброк будет служить ему так, как нужно и даже больше, если понадобится. А пока надо придумать план отступления… Так, на всякий случай.
Мужчина кивает и ждет, пока его «работодатель» напишет текстовое сообщение. Он даже мысленно благодарит жестокую программу по подготовке солдат для капитолийской армии – для  военных с Дистриктов проводили краткий экскурс, как обращаться с современными электронными приборами. Собственно, чем дальше была родная деревня солдата, тем хуже ему давалось это обучение. Благодаря этим урокам он особо не дергался, когда откуда-нибудь со стороны палаты начинали выдвигаться автоматические роботы-пылесосы или увлажнители воздуха (нет, серьезно, нахрена их вообще придумали?).
Рейган представился и Рагнар жмет ему руку в ответ. Честно говоря, мыслями он уже за дверью и нетерпеливо ждет, когда ее створки откроются. Они проходят мимо регистратуры, и Лодброк, не сдержавшись, обещает вернуть им одежду по почте, дабы не носить с собой ничего из этого места.  Новую одежду ему вручают в руки, но он пока просто придерживает  ее, как-то не горя желанием переодеваться у всех на глазах. Лесник ограничивается пальто, которое накидывает себе на плечи.
На тот короткий миг, что он перемещался из закрытой больницы в машину, на Рагнара дохнула своим свежим дыханием самая настоящая зима. Он вдохнул и впервые за много дней ощутил короткий укол счастья – это был вкус свободы. Холодный воздух быстро вычистил из легких кондиционерный запах палаты. Этих нескольких секунд хватило для полного восстановления морального состояния.
-Теперь можно с подробностями, - привычный хмурый вид возвращается к нему, - кто этот человек, которого я буду охранять?  Будешь ли ты выдавать то, что я родственник одного из победителей?
Он скосил взгляд на водителя и произнес уже совсем негромко, чтобы заглушить вопрос за плавным рычанием автомобиля :
-Я могу носить оружие? И от чего и как мне защищать этого человека?
О молчании и его аспектах Рагнар повторно спрашивать не стал. Здесь как раз для него все было предельно ясно – заткнись и делай свою работу.
И еще он впервые за много месяцев увидит сестру. Эта мысль заставляла соглашаться на все.
Рагнар равнодушно оценивает дом, к которому они подъехали. Он фиксирует в памяти размер двора, этажи, входы и выходы которые  ему видны. Надо будет потом спросить у Рейгана, считается ли дом безопасной зоной? В последний момент, когда они выходили из машины, Рагнар ясно увидел, как недоверчиво посмотрел  на него водитель. Очередное напоминание, что Капитолий враждебен к нему. А оно и к лучшему – ему плевать на столицу, а он не нравится ей. Все гармонично и взвешенно.
Он до сих пор не знает, как Рейган его представит. Что ж, главное вовремя сделать вид, что до этого был в курсе. Работу телохранителя лесник представлял смутно, так как прекрасно понимал, что у каждого есть свои  мысли о личных границах. Где-то из глубины дома раздался женский голос, задающий вопрос Лерману. Рагнар автоматически повернул голову на звук и едва сдерживает желание сигануть в окно прямо сейчас. И если победительница из Первого Дистрикта его не знает, то Лодброку точно знакомо ее красивое лицо. Лицо капитолийского символа.Кашмира.
Теперь стало многое понятно – и секретность, и недосказанность сумбурного разговора в палате. Рейган не просто нанимал его для работы, а нанимал человека, который должен смолчать о его связи с любимой куклой капитолийского телевиденья. А так же этим Рагнар  отрезал любую возможность присоединения к революционерам (а если читать между строк – к большинству жителей Седьмого Дистрикта). И при этом Лерман не прогадал в одном – Рагнар в любом случае выберет свою семью, а , значит, верную службу ему.
Он молчит, как того требует ситуация и не вмешивается в разговор двоих людей и одного котенка.

+2

12

Идя по белоснежному больничному коридору, Рэйган мысленно обещает себе, что, если однажды ему понравится костюм, пусть даже с одним пером, он лично наденет на себя смирительную рубашку.
Весь путь до регистраторной проходит в безукоризненной тишине. Кажется, будто весь персонал внезапно куда-то исчез, а пациенты, те, кто был не заперт в своих палатах просто-напросто боятся попадаться им на пути. Это хорошо, правильно, когда боятся.
Пальцы Рэйгана резво бегают по сенсорной панели телефона, отправляя какие-то замысловатые сообщения, содержащие в большинстве своём комбинации букв и цифр, разной степени сложности. Электронные ключи, даже в их продвинутое технологичное время не являются гарантом безопасности. Информационное поле живёт по своим законам. Оно вычленяет кусочки знаний, даже из, казалось бы, незначительных фактов. Вот, например, сегодня, пребывающий в полдень на работе глава Капитол ТВ Рэйган Лерман, на самом деле у себя в кабинете не сидел, а ездил в закрытую клинику, по необъяснимым причинам. Так же, в этот день в одной из палат заглохло прослушивающее оборудование, всё бы ничего, обычное дело, но в тот момент в палате находился Рэйган Лерман, а пациент, бывший повстанец, переквалифицированный в солдата Капитолийской армии. А ещё, в этот день один из пациентов официально покинул стены заведения, имея при этом все необходимые документы с подписями и печатями, однако покинул он его аккурат в сопровождении Рэйгана Лермана, владельца сети телеканалов Капитол ТВ, официально пребывающего на своём рабочем месте. Вот и получается, из мелочей вся жизнь состоит, из-за них же и не складывается. Кто-то увидит одно, кто-то другое, банк зафиксирует денежный трансфер с его счёта, совершенно необъяснимый для конца этого квартала. Кому надо два и два сложить сумеет. Именно поэтому необходимо было максимально тщательно подчистить за собой весь сформировавшийся информационный вихрь.
На выходе их вновь пропускают легко, так, словно один из них ещё пять минут назад не прибывал в заключении в стенах охраняемой палаты. Лишь регистраторша бросает на них короткий подозрительный взгляд, когда Рагнар набрасывает на плечи пальто. Рэйган коротко улыбается ей, а в глазах скользит тень повышенной внимательности. Той самой, когда знаешь какой-то секрет про человека и даёшь понять, что вам обоим лучше держать язык за зубами. Миловидная брюнетка за стойкой понимает его с полу взгляда и мгновенно отводит глаза. Так-то продавать налево больничные препараты.
Машина ждёт их у самого порога. Рэйган не обращает внимание на холодный воздух, бьющий в лицо, лишь секунду всматривается в облачную даль, а затем садится в салон.

-  Трогай, Филипп, и побыстрее.

Машина срывается с места, оставляя позади себя миниатюрный вихрь снежинок. Теперь, когда Рэйган на все сто процентов уверен в конфиденциальности разговора его лицо расслабляется, а фразы приобретают очертания конкретики.

-  О твоей личности никому не нужно знать. Кто не знает, не поймёт, того, кто знает, я заставлю молчать. Объяснить твоё присутствие будет не сложно. Объект личность известная, охрана ей сейчас нужна, как никогда.

На секунду Рэйган болезненно морщится, невольно вспоминая события во втором, и коря себя за то, что не позаботился об охране раньше. Кто знал, что Кашмиру нужно сопровождать при каждой прогулке.

-  Оружие у тебя будет, не слишком мощное, в пределах допустимой нормы, чтобы не вызывать подозрений. Но постарайся на него особо не рассчитывать, в Капитолии тебе больше понадобятся твои руки, инстинкты и навыки. Мы далеко ушли в техническом развитии, но оружейное всегда было в фаворе лишь у армии. Наёмники предпочитают действовать по старинке.

Автострада мелькает за окном, как в старом диафильме. Быстро, пёстро, почти несуразно. Вдалеке уже показались вершины домов его коттеджного посёлка. Уже скоро. Кашмира должна понять, это для её же блага.

- Цель – все. Присматривайся к каждому, кто будет мелькать рядом с ней, начиная от телевизионщиков и заканчивая фанатами. Особенно фанатами. Защищай так, как тебе будет угодно, можешь покалечить, убить, на куски разорвать, мне всё равно. Лишь бы с ней всё было в порядке. Я оправдаю каждое твоё действие.

Машина с тихим скрипом тормозит у порога и холодный воздух вновь хлестает мужчин по лицу. Путь до дома снова проходит в тишине, и только когда дверь внутрь дома открывается, повинуясь его ключу-карте до слуха доносятся первые звуки родного голоса.

-  Кашмира познакомься. Это Рагнар. Он будет твоим телохранителем.

Одним выстрелом двух зайцев, вернее, одним словом. Представление объекта телохранителю и наоборот. Рэйган больше ничего не говорит. Стоит в стороне, давая Кашмире переварить услышанное. Тама на её руках сначала подозрительно озирается по сторонам, а затем успокаивается, выпячивая лапу вперёд и цепляясь за кремовый свитер. Кошки чувствуют опасность, может хоть это послужит для напрягшейся Кашмиры хорошим знаком. Не хотелось бы, чтобы в первый же день Рагнар пострадал от нападения собственного объекта.

+2

13

Нет, Кашмира не думает, что Рэйган мог бы выдать её повстанцам или привести домой кого-то, представляющего для неё опасность... Или почти не думает. Умом понимая, что даже допущение подобного предположения - чушь. Однако вытравить этот страх из подсознания куда сложнее. Она ведь не ожидала предательства и от Гектора. Причем дважды. Девушка не замечает сейчас спокойствия Рэйгана, впившись тревожным взглядом в крепкого мужчину явно дистриктовского вида. Кто он? Как попал в столицу? Может, он как Деметра, один из "спящих" агентов повстанцев? О которых Лерман ещё не знает. Тама на руках ведёт себя удивительно спокойно, уцепившись за одежду Кашмиры и переводя зеленые глазки с Рэйгана на незнакомца. Но дыхание самой победительницы становится более частым, напряженным. Ускоряется и сердцебиение. Кашмира отходит ещё на два шага назад, словно готовится при малейшем намёке на опасность укрыться хотя бы за косяком арки, отделяющей холл от прохода в кухню и гостиную.

Кажется, девушка и сама не понимает, как много страха, балансирующего на грани с паранойей, ещё осталось в её мозгу после похищения. Тревожность Кашмиры была вызвана даже не самим фактом нападения, сколько тем, кто притащил её в лагерь повстанцев, и кто был готов расплатиться жизнью символа по счетам революции. Блеск и Гектор. Родной брат и мужчина, которого она... К которому у неё были чувства. Нельзя доверять никому. Кроме Рэйгана. Он ведь сам это прекрасно знает - тогда зачем притащил кого-то к ним в дом, раскрывая тем самым их главный секрет? Слова Лермана на пару секунд повисают в воздухе, медленно доходя до разума победительницы. "Телохранитель" синие глаза моргают раз, другой. Поволока паники сменяется недоумением и гневным блеском.

-Моим... Кем?! - вспыхивает Кашмира и наклоняется, чтобы спустить на пол котёнка. Разговор не обещает быть кратким, пусть лучше Тама займётся своими игрушками в гостиной. Если уж Рэйгану так нравится дарить живые подарки - пушистая зверюшка импонировала Фрайзер куда больше. Телохранитель для профи! Это как... Предложить ей тренироваться с затупленными ножами для новичков, чтобы не порезалась. Равный уровень оскорбления. Кашмира залпом допивает оставшийся в чашке чай и ставит посуду на обувную стойку.
-Ты думаешь, я не в состоянии о себе позаботиться? Или просто не доверяешь после... - речь прерывается гневным выдохом, позволяя Лерману выбрать. После детского поцелуя с Соло в поезде? После визита Гектора в Первом дистрикте? Она только почувствовала радость хотя бы такой относительной, пусть и скрытой от посторонних глаз свободы... А Рэйган хочет приставить к ней соглядатая. Чтобы убедиться в отсутствии нежелательных контактов? Или намекает, что после воспаления лёгких Кашмира уже далеко не в той форме, в какой была на арене? Но ведь это неправда! Сложно даже решить, какое из предположений хуже.

-Мне не нужна нянька. Тем более из дистриктов. Может, завтра в нём взыграет цеховая солидарность с угнетенными - с тех пор, как она стала символом, был только один "повстанец", которому Фрайзер могла доверить свою жизнь. Присутствие которого казалось ей безопасным. Но какую бы сторону она ни выбирала, они всегда оказывались на разных. Почему Рэйган уверен, что этот амбал - заслуживающий доверия выбор? Все они из одного теста... Если только Капитолий не найдёт, чем связать руки.
-Рэйган, пожалуйста. Верни его туда, где нашел, и пусть он думает, что ему всё приснилось. В конце концов, у меня есть Кристиан - да, Соло ещё не вернулся из Пятого. Кашмира волнуется по этому поводу, но надеется, что партнёр по съёмкам скоро приедет. Как же иначе. С Крисом не могло случиться ничего дурного. Вряд ли персона миротворца вызывает восторг у Рэйгана, но он не может отрицать, что Кристиан сильнее даже самых незаурядных бойцов. Наверняка и Рагнара тоже. Большую часть дня они проводят на съёмках, и когда Крис вернётся - ей ничего не будет там угрожать. Домой же она возвращается с Рэйганом и Филиппом. Нет никакой необходимости таскать на хвосте кого-то ещё. Надеясь поставить точку в этом вопросе, Кашмира разворачивается на пятках и уходит в гостиную, откуда слышится сухой треск - Тама гоняет шарики в кошачьей пирамидке. Символ упряма и вспыльчива в своём недоверии к "лишним" людям, ей и в голову сейчас не приходит, что военное расположение Второго дистрикта тоже выглядело безопасным и отлично защищенным.

+2

14

Пока продолжалось самобытное знакомство, Рагнар крутил в голове разговор, что состоялся в автомобиле. Ах да, оберегай не только от фанатов, но еще и от президента Койн, которой хлебом не корми, дай уничтожить символ Капитолия. А так же есть тысячи и тысячи революционеров, для которых ее лицо тождественно крови убитых миротворцами людей. Конечно, она является профессиональной убийцей и в случае плохого настроения воткнет тебе нож в шею. Ну, ты держись там, всего тебе хорошего. Впрочем, как бы он не пытался сыронизировать над этой ситуацией, умом Рагнар понимает, что все равно бы не отказался. Еще в машине он сообразил, что его нанимают не для простого человека, но мысли были о политике или о тайной замужней любовнице.
Кстати, о его объекте. Кашмира абсолютно не в восторге от идеи Лермана. Рагнара же она смерила таким взглядом, будто  он сейчас ножом при ней убил пару младенцев.
-Ты думаешь, я не в состоянии о себе позаботиться? Или просто не доверяешь после...
Лесник удивленно поднимает одну бровь. Он все еще стоял позади Рейгана неподвижным столбом и был не готов познавать семейные тайны этой пары. Лодброк был неболтливым мужчиной, но лишней информацией себя нагружать тоже не хотел. В конце-концов, чем меньше он знает, тем легче охранять победительницу Голодных Игр. Победительницу… Мысли унеслись, перед взором предстала его сестра.  Быстрые движения, взъерошенные светлые волосы, ясный взгляд. Похожи ли они?
В душу закралось подозрение, что Рэйган –это очередной спонсор. Он ее купил? Он над ней издевается? Лоброк кинул взгляд на Кашмиру и отмел эту мысль.  Она разговаривала с Лерманом на равных и их тон и жесты не были похожи на те, что могли бы быть в связке Покупатель-Товар. Честно говоря, от этого становилось намного легче.
-Рэйган, пожалуйста. Верни его туда, где нашел, и пусть он думает, что ему всё приснилось. В конце концов, у меня есть Кристиан, - высказала свое Кашмира и покинула место действия.
-На всякий случай, - усмехнулся Рагнар, - я тут стоял и все слышал. И точно буду знать, что мне это не приснилось.  А Кристиан – этот тот парень из роликов в обтягивающих лосинах?
В общем-то, наверное, в данной ситуации шутить не полагалось, но обстановка на это так и тянула. Рагнар понял, что хочет того или нет девушка,  Рэйган сказал свое слово. Оставив их наедине поговорить (твоя женщина – ты и объясняй), Рагнар  осмотрел коридор. Здесь было пусто и пока эти двое переговаривались, он решил переодеться. А что тянуть? Больничная одежда надоела до тошноты. Но на всякий случай он осмотрел врученную ему одежду на предмет стразов и рисунков. Хвала Всевышнему – ни того, ни другого на  темной ткани не было. Оставалось надеяться, что ночью на ней неожиданно не появятся фонарики.  Стянув майку,  Рагнар начал расправлять сложенную форму, как вдруг в коридоре появилось еще одно лицо – женщина, лет пятидесяти,  в аккуратном передничке. Глядя, как вытягивается ее лицо, Лодброк подумал, что у них в доме не каждый день устрашающего вида лесники стоят полуголые в коридоре.
Рэйган, сука, Лерман.
Нельзя так про работодателя, но все же мог и предупредить, что в доме есть еще люди.
-Здравствуйте, - выдавливает из себя Рагнар, чтобы хоть как-то скрасить паузу. Женщина (домработница, видимо), очень достойно себя ведет –  осторожно кивает и перемещается вдоль стенки. Лодброк торопливо натягивает на себя оставшуюся часть одежды и решает переместиться в гостиную, надеясь, что Кашмира и Рэйган уже объяснились.
Что ж, будем серьезными. Рагнар сосредотачивается. Его наняли для определенной цели,  и он должен войти в роль. Как бы он не относился к Капитолию и к его капризным и  жестоким трибутам, его цель на ближайший год  - охранять эту девушку. Отлично, что в плане обороны ему давали полную свободу – рукопашный бой у него всегда шел на редкость хорошо. Нельзя не оценить возможности, что дает огромная физическая сила.  Все так же сохраняя молчание, Рагнар занимает свое место позади Кашмиры, ставя точку в решении Рэйгана. Хочешь или не хочешь, весь год он будет ее огромной тенью.

+2

15

А ведь он рассчитывал на что-то подобное. Знал, Кашмира воспримет его решение слишком резко, негативно, примет близко к сердцу формулировку – «телохранитель», и в конце концов будет смотреть на Рагнара словно не на живого человека, а на огромное земноводное, покрытое чешуёй и оставляющее после себя след из зелёной слизи, готовое в любой момент бросится в атаку и проглотить целиком. Он ведь готовился, несколько дней кряду обдумывал речь, правил формулировки до самой безобидной степени, когда слова просто невозможно воспринять, как личное оскорбление, продумывал тактику. Рэйган был на сто процентов уверен, что рассчитал каждый шаг, и всё равно пара фраз смогла выбить его из колеи. Пара последних фраз. Кто-кто у тебя есть?
Зрачки Рэйгана непроизвольно дёрнулись.

-  Кристиан – это парень, который даже свои эмоции контролировать не в состоянии.

Не то отвечая на вопрос Рагнара, не то на все сразу, Рэйган отчеканил каждое слово, точно прибивал их гвоздями к стене, затем коротко кивнув леснику, ознаменуя тем самым предложение располагаться и вообще чувствовать себя, как дома – желательно только ноги на резной стеклянный стол не забрасывать – а сам направился в соседнюю комнату, причём настолько стремительно, словно ему за шиворот насыпали раскалённых углей.

-  А ещё у тебя был твой брат, который защищал тебя столько лет, был надеждой и опорой, а затем похитил и едва не стал соучастником твоей смерти. Ему смогли запудрить мозги настолько, что он предал своего самого родного человека. Или я не прав? Тогда почему он не вернулся с тобой?

Внутри Лермана словно закипал вулкан. Лава шипела и расплёскивалась во все стороны, заполняя вены, выжигая их словно кислотой. Он не злился на Кашмиру, просто пытался всеми правдами и неправдами показать благие намерения своего решения. На войне все средства хороши – разве не так говорят. Вокруг его любимой женщины развернулась самая настоящая бойня, и каждый из действующих лиц мечтает отщипнуть от неё свой кусок, извлечь максимальную выгоду. А он не позволит! В конце концов, Кашмира не игрушка, не блестящий символ, не кукла, она живой человек. Его живой человек. После того, что случилось во Втором, Рэйган твёрдо решил одно – отныне любой, кто попытается тронуть Кашмиру Фрайзер хоть пальцем, дорого за это заплатит. Он не доверял никому, просто не мог себя заставить, особенно после предательства Блеска.
То, что его благие намерения слегка перегибают палку, Лерман понял после того, как голос его начал очень неестественно отражаться от стен, а выражение лица, застывшее в зеркале напротив, стало напоминать деревянную маску ярости одной давно почившей цивилизации.

-  Прости меня.

Рэйган сделал несколько шагов навстречу и обнял Кашмиру за плечи.

-  Я просто очень боюсь за тебя. Тогда во Втором… больше всего на свете я боялся больше никогда не увидеть тебя. Телохранитель – это отнюдь не моё недоверие, это ещё одна гарантия, что, уходя из дома, вечером я встречу тебя живой и невредимой. Прошу, ради меня, ради нас…

Он аккуратно поддел её тонкий подбородок двумя пальцами и поднял голову так, чтобы их взгляды вновь встретились.

-  Позволь Рагнару охранять тебя. За твою жизнь он будет бороться, как за свою собственную, я об этом позаботился. Просто верь мне, Кашмира. Я больше никому не позволю нас разлучить.

Рагнар входит в комнату тихо. Он не крадётся, не прячется, просто идёт, свободно и твёрдо, но в тоже время легко, словно вообще не касается земли. Тень. Чёрная, невидимая. Это определение, как нельзя лучше подходило ему, пришельцу из далёкого дистрикта.
Мужчина молча занимает место позади Кашмиры, словно вживаясь в новую роль, и Рэйган медленно кивает ему, и на этот раз кивок означает окончательно принятое решение. Вернее смирение с уже принятым им решением.

+2

16

Кашмира останавливается возле дивана, скрестив руки на груди и развернувшись спиной ко входу в гостиную. Сердце глухо колотится в груди, к горлу подступают слёзы. Фрайзер терпеть не может, когда ей что-то навязывается, любое покушение на свободу по понятным причинам вызывает у девушки панику. Рэйган входит в комнату следом, стремительным чеканным шагом, и с порога набрасывается... На Блеска. От формулировки "был брат" Кашмира вздрагивает, вскидывая пальцы к вискам.
-Блеск не предатель! - ей самой хотелось бы в это верить. Брат помогал похитить её только потому, что не знал о планах Альмы Койн. Блеска обманули, услышь он, что президент Тринадцатого готова убить пленницу - неужели согласился бы привезти свою близняшку на смерть? Хотя ещё осенью Кашмира была уверена в том, что брат никогда не поднимет на неё руку. "И он действительно не вернулся" даже увидев, что Гровер закрепил на её спине бомбу. Даже когда она сама звала Блеска, говорила ему о родителях, обещала безопасность... Так может брат уже настолько проникся повстанческими идеями, что на их связь и на безопасность сестры, ставшей в его глазах капитолийской подстилкой, ему просто наплевать? Со стороны Рэйгана жестоко напоминать об этом.

-Койн обманывает его. Говорит, что я сумасшедшая. Если бы он мог видеть то, что видела я, он бы никогда... - Кашмира устало закрывает лицо ладонями. Тон Лермана становится жестким, как во Втором, когда он нашел в её сумке перчатки Гектора. И девушке это не нравится. Как он может злиться на желание сохранить свободу, зная, через что Фрайзер пришлось пройти? Она стоит, сжавшись, пока руки Рэйгана не обнимают её за плечи. Только тогда Кашмира опускает ладони, позволяя мужчине взять себя за подбородок:
-Ради нас - повторяет символ эхом. Ради них она готова на многое. Пожалуй, это единственная мотивация, которая ещё работает для победительницы, ещё имеет смысл. Девушка помнит, какие чувства сама испытывала в том подвале, думая, что последним их с Лерманом воспоминанием станет ссора. Что она никогда не скажет ему об его правоте. О своей любви. Наверное, этот страх вытравить не легче, чем избавиться от навязчивых мыслей о предательстве.
-Рэйган. Мне достаточно твоей защиты - скажи кто другой хоть слово против её брата, Кашмира взбеленилась бы всерьёз и надолго. Но злиться на Лермана, после того, как он выхаживал её во Втором, она не может. Его дела намного красноречивее слов - он действительно искренне волнуется за неё. Едва ли не единственный во всём Панеме.

-Я не могу быть уверена даже в Блеске. Почему ты думаешь, что этому человеку можно доверять? Тебе я верю, но... - Рагнар - посторонний. Кашмиру продавали и близкие. Гектор прижимал её к груди и целовал. Говорил с ней, как с равной. А через пару дней равнодушно наблюдал, как на спине Фрайзер тикает бомба. Воспоминание проносится в памяти, заставляя девушку изо всех сил прильнуть к Рэйгану. После событий в Пятом она чувствовала себя в безопасности только так - в его руках. Как Тама, кажется, до сих пор иногда не верила, что нашелся человек, который забрал её с улицы.
-Он будет ходить за мной постоянно? Но... Я хочу поговорить с тобой о своём визите в клинику. Это личное. Многое слишком личное - вспышка гнева прошла у обоих. Когда Рагнар входит в гостиную - Кашмира нежится в руках Рэйгана, положив голову ему на плечо и удерживая пальцами за ткань рубашки. Непохожая ни на символ, ни на убийцу с арены. Обычная девушка, уставшая и испуганная. Как многие в Панеме в это время.
-Из какого ты дистрикта? Почему здесь? - она не отстраняется от Лермана, но взгляд и вопрос теперь обращены к Рагнару. Фрайзер ещё не согласилась... Только успокоилась. Она ведь имеет право узнать что-то о личности человека, претендующего на роль её тени?

+2

17

Лесник смотрит на объятия пары и невольно сопоставляет с теми отношениями, что он видел и что были у него  на родине. Чумазых, худеньких девушек Седьмого, которым, чтобы поесть, приходилось отдаваться миротворцам за вкусные лакомства столицы. Супругу, что умерла при родах, поскольку ребенка принимал один единственный врач, который чисто физически не мог остановить кровотечение и спасти ее от болезней, которые она приобрела за пять месяцев до рождения сына. Маму, терпевшую пьянство отца и  которая дни и ночи проводила на фабрике, чтобы прокормить семью и в конце-концов погибшая от токсичной краски.
Рагнар осматривает кухню и подмечают каждую деталь. Возможно, как богатые и привыкшие к комфорту люди,  Кашмира и Рэйган не обращали внимания на такое, но леснику все бросалось в глаза -  дорогое покрытие пола, большие люстры, шикарные бокалы на идеальных полках. Видно, что благоустройство дома заняло много времени и денег – настолько все вычурно и правильно смотрелось. Даже в деревне победителей, где они жили после победы сестры, и близко не было такой богатой обстановки.  Не сказать, что Рагнар чувствовал себя ущемленным или смущенным в такой обстановке – ему было плевать, хоть из чистого золота стены. Но в уме голос упорно шептал, что люди там подыхают в бедности, а здесь кухня стоит как весь Дистрикт.
Они стояли вместе, а он смотрел на них издалека и все это как никогда ассоциировалось с ситуацией в стране – капитолийцы чувствовали себя в комфорте и безопасности, в то время как остальные жители страны думали, что им делать и как дальше жить. Рагнар выбирал сторону Капитолия не потому, что поддерживал его взгляды, а потому что не хотел нести на руках расстрелянный труп своей сестры. А что движет ими? Они, правда, считают, что Сноу прав, держа большинство страны в бедности и нищете? Или для них это нормально - подумаешь, людишки голодают. Зато у нас все в достатке.
-Из какого ты дистрикта? Почему здесь?
Он отвлекается от своих мыслей. Рагнар понимает, что ему нужно сказать хоть что-то, чтобы Кашмира не посчитала его слишком большой опасностью и не убедила Рэйгана отказаться.
- Дистрикт семь, - его голос звучит раскатисто и резко, из-за чего кажется, что Лодброк отвечает грубо, -  меня нанял Рэйган. Это все.
Лерман обещал, что он увидит сестру совсем скоро. Мужчина решил не говорить, что он брат той самой победительницы Лагерты Лодброк – если нужно, это озвучит наниматель. Слава Богу, что в свое время он избегал камер и никогда не давал интервью. Сестра, прекрасно зная свою роль победителя, брала на себя все разговоры перед камерой. Осталось только узнать, что с сыном. Сердце свела такая тоска, что Рагнар не выдерживает и грусть проскальзывает на его суровом и свирепом лице.
Он не видел сына около четырех месяцев, и связи с ним по-прежнему не было. Вот когда он встретится с сестрой… Тогда они придумают, вместе.
-Я умею обращаться с топором и  обладаю хорошей физической силой, - продолжил он, понимая, что ответа было недостаточно. Говорил Рагнар неохотно – он и по жизни был молчуном,-  Рэйган поставил передо мной задачу отводить каждого постороннего, что дотронется до тебя. В том числе убить, если понадобится.
Лесник продолжает говорить все так же неохотно и отчасти холодно. Он всего лишь констатирует факты, что ему около получаса назад озвучили в машине. Пусть лучше красотка сейчас знает о его задачах, чем потом будет возмущаться,  что он прибил какого-нибудь ее фаната. Хотя… Рагнар не питал иллюзий по поводу беззащитности Кашмиры – трибуты Первого Дистрикта были профессиональными убийцами и нужно уметь феноменально влипать в неприятности, чтобы тебе приставили еще кого-то.
-И следовать за тобой я буду везде, - честно говоря, его это радовало еще меньше, чем ее. Но сделка есть сделка и если понадобится, он горло разгрызет за жизнь этой девушки. Потому что нет ее – не будет и Лагерты. Рагнар подозревал, что за его ошибку будет расплачиваться именно сестра, ведь в Капитолии любят бить по самому уязвимому месту.

+2

18

Нахождение компромисса является одним из базовых умений современных, образованных людей, привыкших вести беседы конструктивно и решать конфликтные ситуации здравым, вербальным путём.
Цитата преподавателя психологии, как нельзя лучше охарактеризовывала сложившуюся ситуацию. И пускай Кашмира ещё толком не согласилась с предложенным ей вариантом сохранения безопасности, зато вариант применения грубой силы против телохранителя в глазах девушки потерял свою актуальность. Черты лица Кашмиры смягчились, мышцы расслабились и больше не ощущались стальными прутами в его ладонях. Рэйган мягко провёл руками по плечам в успокаивающем жесте, скользнул кистями вниз, подхватил ладони Кашмиры и приблизил их к своим губам.

-  Будь уверена в этом человеке также, как ты уверена во мне. Я позаботился об этом. Верь мне.

Доверие Кашмиры было очень ценным элементом, который Рэйган несколько месяцев добивался упорным трудом и сейчас, когда они наконец то вместе, ни за что не позволил бы даже малейшей трещинке рассечь образовавшуюся связь. Он смотрит ей в глаза со всей уверенностью, на которую только способен, надеясь, что Кашмира поймёт всю решительность его настроя.
Рагнар говорит коротко, почти отрывисто, удовлетворяя любопытство своего будущего объекта, жизнь которого теперь станет почти его собственной, и даже ценнее. В её тонкой фигурке сейчас слились для него несколько жизней, и хоть Рэйган не собирался в случае гипотетического провала лишать его сестру обещанных привилегий, тем не менее, заметив волнение в глазах лесника не спешил его переубеждать. Недомолвки – это не обман, просто ещё один стимул. В случае с безопасностью Кашмиры Рэйган готов был поступаться многими своими принципами.

-  Это правда. В свете последних событий, показывающих, что враг может скрываться за каждой вешалкой, я не могу допустить твоего нахождения на открытом пространстве в одиночестве, разумеется в разумных пределах, в конце концов я не тиран. Твоё личное пространство по-прежнему неприкосновенно.

Рэйган ещё раз коротко целует Кашмиру в макушку, выпуская её из объятий. Ему, к сожалению, не реально оказаться в двух местах одновременно, поэтому проблемы приходилось решать по мере их поступления. И Рагнар в списке сегодняшнего дня пока занимал верхнюю строчку. В конце концов, мужчина будет рисковать жизнью ради, как он уже сложил у себя в голове, призрачной надежды на свободу сестры. Он заслужил получить свою награду.
Телефон в кармане тихо тренькает, но Рэйган итак знает содержание пришедшей смски.

-  Кашмира, подожди меня, пожалуйста пару минут, как только я вернусь, ты расскажешь мне всё, что случилось с тобой за день.

Мягко улыбнувшись любимой женщине, Рэйган разворачивается лицом к Рагнару и кивает головой в сторону, призывая идти за ним.

- В доме есть пристройка. Это полностью изолированное от дома помещение, думаю, вам с сестрой будет удобно проживать на её территории.

Половицы не скрипят, но мужчине кажется будто каждый его шаг сейчас отражается от стен тонким, высоким звуком. Кто стоит за дверью, уже никому объяснять не нужно. Ещё до звонка Филипа Рэйган распахивает дверь, запуская внутрь порыв морозного воздуха, смешанного с тонкими нотками цветочного аромата.

+2

19

Слишком много переменных и неизвестных.
Чем больше Рагнар обдумывал сделку, тем больше в ней находилось пробелов и пустых мест. Учитывая недавнюю бойню в Пятом Дистрикте, есть по крайне мере четыре человека из армии миротворцев, кто  запомнил его в лицо – его командир, да пара тройка солдат, которые раненного и контуженного затаскивали его на носилки. Что стало с остальными солдатами? Судя по той запертой конуре в больнице, в Капитолий вернули далеко не всех. Надо будет потом воспользоваться цифровыми возможностями капитолийских планшетов  и прочитать известную информацию, которая, конечно, не будет правдива даже наполовину.
Далее был Финник Одэейр, которого Лодброк чуть не изувечил в своем яростном помутнении. Победителя из Четвертого Дистрикта, насколько он помнил, захватили в плен. Он в Капитолии? Он уже мертв или зомбирован? Будут ли искать миротворца, который вступил с ним в бой? Рагнар от всей души надеялся, что у капитана, что пленила Финника очень много тщеславия и все, что связанной с той дракой она припишет в докладе себе.
Плюс к этому оставались сами капитолийцы. Восторженные, любопытные павлины – так их называла Лагерта. Это обычные зрители. Те, кто жестокие, хитрые и беспринципные –это спонсоры и представители власти.  Рейган шел против правил столицы, скрывая от них то, что хотел уберечь. Будет ли их интересовать, что за огромная тень внезапно появилась за спиной их любимой Победительницы? Хотя, вполне можно ограничиться тем, что телохранители – это новая мода. Берем людей из миротворцев и они нас охраняют, ходят рядом, как аксессуар.
-  Это правда. В свете последних событий, показывающих, что враг может скрываться за каждой вешалкой, я не могу допустить твоего нахождения на открытом пространстве в одиночестве, разумеется в разумных пределах, в конце концов я не тиран. Твоё личное пространство по-прежнему неприкосновенно.
Все, это был итог переговоров. Его представили, описали функционал, согласовали с объектом. Что будет в следующие триста шестьдесят пять дней предсказать сложно. Рагнар подумал, что погружается в новую пучину лжи – в его жизни ее слишком много. Но ведь ложь во благо – это хорошо? Разве не этим мы себя тешим каждый раз, что-то недоговаривая или умалчивая?
- В доме есть пристройка. Это полностью изолированное от дома помещение, думаю, вам с сестрой будет удобно проживать на её территории.
Рагнар следует за ним, перед выходом обернувшись на Кашмиру. Трудно проигнорировать, что Рейгана заставило пойти на шаг с телохранителем что-то, что произошло в Пятом. Символ не выглядела побитой или измученной, даже сейчас хоть на картинку в журнале помещай. Ни на скулах, ни на шее или запястьях никаких следов насилия или избиения. Хотя с учетом того, как работают капитолийские врачи – они и мертвого за день отправили на программу к Цезарю. Он кивает ей в знак прощания и следует за Лерманом.
-Я понял. О связи и сообщениях скажешь позже? – он немного склоняет голову, проходя арку, ведущую в коридор, - и я бы попросил носить с собой топор. Мне с ним комфортнее, я знаком с ним с восьми лет.
И за несколько секунд до ее появления, Рагнар вновь чувствует хвойный запах. Сколько бы не прошло лет,  сколько бы их не разделяло, он чувствовал свою сестру сразу. От волнения сердце заколотилось,  и, взглянув на Рейгана,  мужчина сдержанно кивнул на прощание и ему. Скупые мужские жесты много рассказать не могут, но, в таком общении их достаточно. Семья – это все, что у него было. Скоро он расскажет ей про все то, что произошло, спросит, где пропадала она это время, и они вместе обязательно придумают, как найти его сына.  В семье возможно все. Слишком сильная связь была между ними, словно Рагнар и Лагерта были близнецами.
За дверью бушевала стихия, и яркий свет вместе с ветром и снегом, поглотил спину Рагнара, который шагнул навстречу своей вновь найденной сестре.

+1


Вы здесь » THG: ALTERA » Alma Mater » 06.01.3014, CAPITOL. On The Head Of A Pin


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC