Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Animi magnitudo » 29.12.2990. D-7.НЕ ГАСНИ, УХОДЯ ВО МРАК.


29.12.2990. D-7.НЕ ГАСНИ, УХОДЯ ВО МРАК.

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://savepic.ru/10808962.gif


• Название эпизода: Не гасни, уходя во мрак ;
• Участники: Ragnar Lothbrok, Lathgertha Lothbrok (в порядке очереди);
• Место, время, погода: Дистрикт 7, дом спонсора, деревня победителей, лютый холод. ;
• Описание: Лагерта только победила в ГИ и не знает, что её ждёт после. Эпизод начинается со встречи героев после Игр ;
• Предупреждения: слабонервным не читать .


Отредактировано Lathgertha Lothbrok (Пт, 19 Авг 2016 09:48)

+2

2

-Ты бы хоть перестал пить, Рагнар! – неодобрительно фыркнула старуха Хэлл, убирающаяся в старом холодном кабаке - если так можно назвать эту покосившуюся избушку, где лесники хлестали зелье, отдаленно напоминающее алкоголь. Лодброк,  бессмысленно уставившийся в стену взглядом, даже не шелохнулся.
Он помнит, как бледная и плачущая сестра заходит на сцену рядом с ведущим. Как торжественно объявляют ее имя и имя еще одного мальчика как следующих трибутов Седьмого. Рагнара как молнией бьет – он не может ни пошевелиться, ни сказать ничего. Он не подходит с ней поговорить, потому что не может это сделать и убегает, как только распределение закончено. Фролло потом рассказывает, как она непонимающе спрашивает, где Рагнар, почему не пришел с ней попрощаться и проводить на Игры. Старший из оставшихся Лодброков похоронил сестру, как только назвали ее имя и не смог с этим смириться. Самая страшная из реальностей.
Пить Рагнар начал на следующий день. Сначала такое обилие алкоголя непривычно жгло желудок, потом организм стал привыкать. Он не возвращался домой, избегал разговоров и сочувствия со стороны других людей. Дистрикт не впервые провожал своих детей на смерть и молчаливо терпел свою участь – тоже оставалось и ему. Однако, как бы Лодброк не избегал новостей о Играх, они все равно просачивались сквозь стену, которую он выстроил за эти дни. Заснув пьяным сном накануне где-то в городе, утром его хмельную голову пробурил резкий звук – это на площади возвели экраны, на которых демонстрировали Парад трибутов. Он попытался подняться и уйти, чтобы не видеть даже маленькую долю этих кадров, но не смог подняться. Лагерта на экране  была как никогда красива -  ее светлые волосы уложили в толстые косы,  диадема из золотых листьев лежала на голове. Платье, что выполнили капитолийские стилисты раздевало и скрывало тело одновременно – листья как чешуя ниспадали вниз по юному телу.  Рагнар закрыл глаза, чтобы не видеть этого, не позволять себе мысли о том, что ее, такую юную и маленькую уже продают на экранах страны, подсовывают спонсорам под нос.
Затем снова несколько дней  алкогольного забытья – так было легче.  На четвертый день он разлепил глаза и обнаружил себя в чужой постели. Рядом лежала слегка чумазая, со спутанными волосами девушка, которая, когда он пошевелился , открыла свои карие глаза. Через год она умрет, родив ему сына, но это испытание,  о котором он пока не знает. Рагнар познакомился с ней в самое темное время, и она спасала его от того, чтобы мужчина не сошел с ума. Девушка пыталась донести до него хоть какие-то новости про его сестру, но, поняв, что он от этого еще больше замыкается, перестала это делать. Она просто была рядом.
Последний раз на экране Рагнар увидел сестру, когда их выпускали на Арену. Ее щеки обожгло морозом, но она быстро, как лань, убежала в лес, отчаянно стуча зубами. Мелькнули ее зеленые глаза на фоне ослепительно белой снежной равнины, от которой она отдалялась. Больше Рагнар не мог выдержать.
Их отец кровавой тенью навалился над ним.  Его зрачки были вывернуты назад, а бледное призрачное лицо склонилось над Лодброком. Мужчина видел все со стороны – вот он лежит, пьяный , облокотившись на стойку, а над ним висит призраком отец. У призрака пробит затылок, а прозрачная кровь стекала вниз, капая на Рагнара. Отец  висел неподвижно, склонив голову набок, а рот, зияющий черной дырой, дергался в ухмылке.
-Ну что, спасссссссссс ее? – фраза переросла в шипение, а затем в гул.

Лесоруб очнулся, вздрогнув от шума. Крики раздавались снаружи, и, качаясь, он вышел во двор, сощурившись от солнца, которое ослепило его.
-Победа, победа!
Прикрыв глаза ладонью, он наконец увидел экран, который показывал окровавленного победителя Голодных Игр. Лагерта Лодброк.
***
Старуха Хэлл все также недовольно махнула половой тряпкой по его ногам.  Весь Дистрикт неодобрительно относительно к тому, как Рагнар вел себя.  А он не был обязан объясняться с каждым – какого это, каждую секунду этих недель не сойти с ума. Лелеять надежду на ее возвращение и с жестоким реализмом понимать, что это не случится. Он не первый год смотрел Игры и знал, как что трибутов из Дистриктов пускают на мясо ради профессионалов из Первого и Второго. 
Лагерта должна была вернуться сегодня. Отовсюду сыпались ее изображения в капитолийских программах, где она счастливая раздает интервью о своем спасении, о том, как она благодарна столице и президенту. Она была накрашена как тридцатилетняя , ее свежесть и резкие движения лесного жителя были прикрыты тоннами косметики и дорогими платьями.
Опрокинув еще один стакан, он впервые за долгое время направился домой. Дверь их дома неожиданно оказалось открыта. Она скрипнула, пустив его внутрь. Снег с улицы залетел вслед за ним, даже не тая  – настолько холодно было внутри и снаружи.
Здесь было пусто.
Шатающейся походкой Рагнар прошел в их единственную комнату и свалился на кресло. Их дом был пуст, не было огня в камине, а прошлые разговоры всего лишь издевательским эхом. Игры ломали все, к чему касались и они не стали исключением. Ему еще надо осознать свою вину, вымолить прощение, сделать все, что можно для своей семьи, но сейчас совершенно нет сил.
Он вернулся домой лишь ради того, чтобы убедиться, что Лагерта правда жива. Что сейчас переступит порог и скажет ему хотя бы слово, чтобы убрать эту тяжесть, так скосившую его.

+2

3

Что было, то было. Я не смогла сделать иначе.Я должна была выжить. Лагерта даже не успокаивала себя, а просто повторяла заклинание: "я должна была так сделать".
- Я ненадолго, - прошептала Лагерта, сглатывая слёзы.
Как же сладко обнимать родного, любимого, самого близкого человека в мире!
-Милый мой, как же я тебя люблю. Делая вид, что не видит слез брата, девушка гладила его по голове и, кажется, сжимала его в объятьях изо всех оставшихся после Голодных игр сил.
Маленькая девочка в один момент превратилась во взрослую женщину. Как бы банально это не звучало. Страшно представить, как порой жизнь заставляет нас относиться ко всему серьезней: кто-то переживает смерть близких, кто-то разочаровывается в любимом, кого-то ломают нечеловеческие отношения в обществе и трудная работа. Лагерте и её семье пришлось пережить всё это. Особенно сильно влияет на жизнь смерть. Она, которая всегда рядом и никогда не поможет.
Эти парень и девушка, стоящие сейчас подобно одному целому, молодые и красивые, но уже уставшие от своего существования - для них не было никогда легкой жизни, никакой прозрачности бытия, солнца на их улице никогда не светило.
Стоит отметить, что Лагерта и словом не обмолвилась о том, что увидела на распределении. Она думала, что Рагнар впервые ее бросил. Морально бросил и тем почти уничтожил. Но терпение и прощение- великая женская мудрость.
Лагерта сразу принялась убираться в доме, едва сняв с себя верхнюю одежду. Ей хотелось вновь вернуться в прошлую жизнь, к привычным делам. До завтрашнего утра так мало времени...
-Как же тут холодно...Как на аре...Как в аду. Рагнар, ты что, совсем не был дома? Как же ты так? Девушка мигом метнулась во двор за дровами. В доме действительно стоял жуткий холод, выдававший Рагнара.
После, приступив к готовке ужина и сообщив брату, что остается всего лишь до завтрашнего утра, Лагерта не выдержала:
- Где Фролло?
Гробовое молчание. Рагнар выдержал бы красивую громогласную паузу, если бы стоял на сцене и если бы был выученным капитолийским актёром, и перед следующим эпизодом опустился бы шикарный занавес. Лагерта уже приучилась мыслить как-то иначе за время пребывания вне дома.
Но ответ всё же последовал...

Отредактировано Lathgertha Lothbrok (Вс, 14 Авг 2016 23:27)

+2

4

Ее присутствие Рагнар почувствовал раньше, чем она вошла в комнату. Когда ты много лет живешь с человеком, ты запоминаешь в нем все – звук шагов, тихие вздохи, равномерное дыхание. От Лагерты пахло весной, молодой лиственницей, ароматом молодой свежей хвои. Он услышал, как тихо она вошла в их старый дом, как привычно скрипнули половицы под ее маленькими ступнями. Он не видел, но чувствовал, что сестра рядом и от нахлынувших чувств вцепился ладонями в потрепанную обивку кресла. Затем, собравшись с силами, Лодброк резко встает с кресла и поворачивается к ней. И его белокурая младшая сестра – живая, светлая, с неожиданно повзрослевшими глазами стоит в проходе, смотря прямо на него. И в следующую секунду он уже обнимал ее хрупкое тело, не веря, что Лагерта его не винит ни в  чем. Что она смотрит на него, как и прежде, с бесконечной любовью.
- Я ненадолго,- высокий голос разгоняют темноту и холод молчаливой маленькой комнаты. Смысл доходит до него не сразу, слишком Рагнар оглушен. Она сажает его обратно, ходит по дому,  такая привычная и родная. Ж-и-в-а-я. Лагерта проходит в один угол дома – и там уже тепло и светло. Ставит на старенькую плиту потертый чайник – и холод уходит из кухни. Мертвое оцепенение  смерти покидало не только  дом,  но еще и его душу. Она продолжает с ним тихо говорить, он на автомате отвечает, кивает, будто Лагерта чувствует, что его надо отогреть, медленно и постепенно.
-Меня не было здесь, как только ты уехала, - наконец, Рагнар может произнести что-то цельное. Когда тает лед,  в лесу не только начинают оживать деревья , но и  сходит снег со скелетов мертвых животных, что зиму не пережили. Его скелет уже обнажился, но имел ли он моральное право расстраивать ее тем, что натворил за это время?
Он забирает у нее дрова, помогает развести огонь. На плите готовится ужин и в доме становится совсем тепло. Свет пламени пляшет на их лицах, создавая причудливые узоры на бледной коже Лодброков – будто по ним прошлись кистью, обмакнутой в оранжевую краску.
- Где Фролло?
И как всегда, в самое сердце, без лишних вопросов. Лагерта всегда была мудрая, его проницательная младшая сестра.
Мужчинам крайне тяжело признавать ошибки. Это было неподъёмной ношей в их мире, и дело даже не в ущемленном самолюбии или чём-то подобном. Дело было  в том, что он подвел самых близких ему людей. Рагнар понимал это как никто другой. Он поднимает взгляд и ловит внимательный взор ее глаз – она ведь уже догадалась обо всем. Мужчинам крайне тяжело признавать ошибки – они могут лишь извиниться и попытаться исправить их.
- Он ушел. Прости меня.
Она не смогла принести много дров и Рагнар уходит во двор, чтобы принести еще. Огонь совсем разгорелся, и языки пламени с веселым треском лизали древесину. Лагерта расставила две тарелки, вместо привычных для семьи трех  и парень понимает, что нужно объясниться. Она никогда этого не требовала, но слишком много старший брат задолжал ей за это время.
-Фролло пытался вытащить меня из запоя, - дрова он сбрасывает около огня,- и слово за слово, мы дошли до ссоры. Я лежал вон там, спавший с очередной пьянки , - он кивнул на коридор, - а он разбудил меня пинком и попытался поговорить. А ты…ты же знаешь, какая у меня дурная сила, когда я взбешен. Я сломал ему нос и Фролло ушел. Он и раньше уходил из дома, когда мы ругались или когда хотел побыть один…  Но здесь его держала только ты, а сам дом он ненавидел. Он ушел навсегда.
Рагнар рассказывал негромко, присев на корточки около огня. Перед глазами снова всплыл образ обиженного и злого брата, когда тот уходил. Что же я натворил?
-Я …Я не знаю как искупить вину, - он произнес это так отчаянно,  с глазами полными тоски взглянув на сестру. Кому еще мы можем показать боль, кроме наших родных? – Я столько натворил, Лагерта. Столько дров наломал за это время.
И внезапно он устыдился своей слабости. Лагерта вернулась со скотобойни, с места, где каждый пытался ее убить. А он жалуется ей. Рагнар одернул себя и поднялся  на ноги. С того момента он поклялся быть сильным для нее, не допускать больше таких ошибок. Впереди много лет борьбы с тягой с алкоголем, еще много страшных и радостных моментов, но клятве он следовал неукоснительно.
Ворошить воспоминания об убийствах он не стал. Налив ей крепкого заварного чая, он протянул сестре дымящуюся кружку. В доме и правда было непривычно тихо и глухо без шуточек и рассказов семнадцатилетнего Фролло.
-Почему ты уезжаешь так быстро? И куда? – он прислонился лбом к рукам сестры, вдыхая ее  теплый запах. Не верилось, что это снова у него отнимут, - я могу поехать с тобой?
И оставалось еще минута и сорок семь секунд до еще одного страшного удара – ничто и никогда не будет как прежде. Лагерта теперь навеки принадлежит Капитолию.

+2

5

Девушка ещё на объявлении трибутов Седьмого поняла, что все, смотрящие на неё, прощаются. Её похоронили заживо все, кто знал. А она выжила. Это не было героически, это не было пафосно, это было мерзко и больно. Человек после убийства себе подобных утрачивает часть своей сущности, его вселенная начинает медленно умирать, если не гнить. С этим ужасным ощущением Лагерта Лодброк познакомилась по милости Капитолия и ненавидела теперь его, как только могла. Как она смела винить в чем-то брата? Он свою душу сатане продал за то, чтобы Лагерта не погибла от рук отца.
Другое дело - Фролло. С этим сорванцом непросто было ладить и предчувствие его скорого ухода из дома не покидало Лагерту уже пару лет. Он был строптивым. Слишком строптивым для среднего ребенка в семье.
– Я столько натворил, Лагерта. Столько дров наломал за это время.
- Нужно найти его! - девушка сказала это слишком громко. Ты хоть представляешь, что с ним может случиться? Куда он мог исчезнуть? О, как наивно это звучало. Лагерта от страха за Фролло снова на секунду превратилась в заботливую наивную девочку, считавшую старшего брата совершенно беспомощным. Беспомощным больше духовно. Он выживет в лесу, в этом сомнений нет...А что он намерен делать со своей жизнью? Куда он подастся? К кому примкнет? Меня же не будет рядом.
-Почему ты уезжаешь так быстро? И куда?Я могу поехать с тобой?
-В деревне победителей может жить вся семья выигравшего Голодные Игры. Но... - она не могла вот так, сразу, прямо, в лицо.
Ей нужно было еще пару секунд. Они длились вечно.
- Рагнар, я поеду к спонсорам.
Еще молчание.
-Давай выпьем, Рагнар! - быстро произнесла девушка. - Давай-давай, я так хочу. Меня в Капитолии познакомили с алкоголем лично! Знаешь, а по-другому после Голодных Игр было никак. Как-то вот совсем тяжко было..., - Лагерта выдала что-то похожее на истеричный смешок и взглядом указала Рагнару на свою опустошенную кружку, требуя наполнить её.
Жизненные цели было бесполезно ставить. Поэтому девушка даже подсознательно не ругала брата за пьянство. Она знала, что он не допустит сам себе скатиться до отцовских фокусов, которые довели его до смерти. Рагнар сильный, он очень сильный.

Отредактировано Lathgertha Lothbrok (Вт, 16 Авг 2016 10:58)

+2

6

Рагнар широко улыбнулся. А затем, запрокинув голову, начал хохотать – долго, громко, да так, что раскатистое эхо громом отражалось от пустых стен. Это было похоже на Игру, смысл которой каждую минуту переворачивать жизнь худшим образом. Казалось, самое страшное – это то, что ее убьют на Арене, что он больше никогда не увидит ее прекрасных глаз и светлых волос. Ан нет, это был не конец – оказывается, есть беды и хуже. Когда человек умирает, его мучения прекращаются. Меньшее из зол.
Еще пара секунд, вдохов-выдохов и он сойдет с ума.
Если есть на свете чувство выжженной ненависти, такой черной, такой испепеляющей, что сводило все внутри, то Рагнар испытывал именно это чувство. Ярость, злость, ненависть вспыхивали в нем один за другим, как огни  на пороховом складе. Он схватил Лагерту за руку и сжал так крепко, что ее пальчики побелели в его хватке :
-Я тебя им не отдам. Лагерта, слышишь?
Взгляд лихорадочно заблестел. О, она знает это взгляд, она видела его однажды, когда его топор взметнулся над их отцом. Рагнар поднялся и нашарил трясущимися руками бутыль какого-то старого пойла, что стояло на полке. Затем начал пить – жадно, неистово; тонкие струйки алкоголя стекали вниз по отросшей бороде. Выпив почти половину, он шумно выдохнул, и, вытерев рот тыльной стороной ладони, протянул бутылку ей. Пей с горла, пей до дна, сестренка. Пей как в последний раз.
-Я зарублю любого, кто явится за тобой, - он почти рычал, и, повернувшись, в бешенстве пнул стол, на котором стояли тарелки с остывающим ужином. Раздался треск от разбитой старой посуды, еда растекалась по полу, -  и сам умру, но тебя не отдам. Это же всего лишь случайность! Всего лишь бумажка с твоим именем, которую вытянул этот чертов ведущий!
О нет, он не сойдет с ума. Он все перетерпит  ради нее.
-Фролло умеет укрываться, - когда дыхание восстановилось от недавнего крика, Рагнар смог говорить дальше, - ты пойдешь с ним,- парень говорил и говорил, все больше походя на человека, охваченного какой-то прекрасной мыслью, -  Вы оба знаете, как выжить в лесу. Вы сможете. Только надо придумать, как вы с ним встретитесь.
Он ходил по комнате туда-обратно, наступая на осколки разбитых тарелок, которые хрустели под зимними ботинками.
-Я тебе никогда не говорил, но я… Общался с людьми, которые ненавидят Капитолий. Люди чувствуют, что это неправильно. Назревает что-то, но это пока лишь мечты небольшой группы. Кто-то в нашем Дистрикте говорит, что есть тайное место, где собирается настоящая революция – мы можем найти их и отправить тебя с Фролло туда, - Рагнар снова сделал  шаг к сестре и взял своими ладонями ее за лицо, - пожалуйста, Лагерта.
И он увидел то, что больше всего боялся увидеть. Бесконечную любовь и преданность своей семье.
-Нет, - он почти умолял, - нет, сестренка. Я не прошу этой жертвы. Пожалуйста, -  большими пальцами он гладил ее острые скулы, и качал головой, словно не веря, -  не решай за нас.
Все трое детей четы Лодброков всегда были непоколебимы в своих решениях. И даже маленькая Лагерта никогда не позволяла двоим братьям решать что-то за нее. Да, она росла женственной, заботливой и нежной, но внутри нее всегда был железный несгибаемый стержень. Как в каждом из них.  Рагнар понимал, но не хотел принять то, что Лагерта жертвует собой и так безропотно идет на это только ради него и Фролло. Как он был готов отдать за нее жизнь, так она была готова пожертвовать собой. Но она отдавала гораздо большее, чем смерть – Лагерта  бросала Капитолию свою жизнь.
Его боль ничего не стоила по сравнению с ее болью.  Он думал, что сможет спасти сестру от всего, а в итоге это она спасает его. Они знают друг друга лучше всего на свете, каждую подкорку, каждую тайную мысль. Именно поэтому Рагнар знает все, что она скажет ему, а Лагерте не нужно слушать его, чтобы слышать.
Если бы я был один… Фролло, она еще думает о нем. Она думает, что Капитолий нас убьет. Но он уже нас уничтожил.
Доходило почти до абсурда. Они оба были готовы принести жертвы и оба не могли принять жертву друг друга.

+2

7

-Я знаю, что я младшая и ,может, не так умна и мудра, как ты. Но всё же позволь мне не идти на риск. Я больше не боюсь Капитолия. Я его ненавижу, - глаза девушки сверкнули.
-Не решай за нас.
Ага, как бы не так.
-Завтра утром я сама уйду и ты не провожай меня.

***
Спонсор отправил Лагерту в ванную. Там для неё уже была заготовлена коробочка с инструкцией – было прописано все, вплоть до того, к каким частям тела спонсора можно и нельзя прикасаться.  Также в заветном ларчике девушка нашла запакованный комплект кружевного белья.
- Я...я...я готова. Она неожиданно для себя стала заикаться. Сильная духом превратилась в вялую, слабую жертву. Как же она боялась. Делай теперь с ней что хочешь. 
От страха у Лагерты подкосились ноги и она рухнула в обморок. По дороге она задела дверной косяк и её висок теперь, не переставая, кровоточил. Фрицу понравился такой поворот событий.
И лучше бы она не приходила в себя: пока Лагерта была в отключке, Фриц перетащил её за волосы на диван. Её прическа была безнадежно испорчена, выпачкана в крови, лицо начинало бледнеть.
- Моя маленькая, теперь ты не такая красивая, - хохотнул Фриц и вытер лицо девушки белоснежным накрахмаленным платком, ловко выуженным из кармана рубашки.  Результат не обрадовал хозяина дома и он, в довесок, ругнувшись, разодрал на девушке белье.
Очнулась Лагерта от боли. Единственное, что её могло успокоить – Кляйнрихтер закончил своё мерзкое дело. Она боялась пошевелиться и не смогла найти Фрица, наскоро осмотрев комнату. Послышался звук включившегося душа и девушка немного успокоилась. Ну, вот и всё.
Но мы-то знаем.
-Лагеееерта, - протяжно закричал Фриц, - иди ко мне, моя милая. Как он узнал, что я его слышу? Вот ублюдок. Размозжить бы ему череп.
- И…, - поперхнулась Лодброк, - идууу! Нужно найти что-нибудь поострее, пока он моется, и прирезать его как свинью. Плевать на всё!
- Моя белокурая бестия, не забывай, я слышу твои мысли! Поторопись! – Лагерта отчетливо слышала, как он улыбается, произнося каждое слово. Тварь! Тварь!
Она приоткрыла дверь ванной.
- Дитя моё, только попробуй шевельнуться без моего приказа и твоим братьям голову снесут. Поняла меня? – Фриц сказал это медленно и спокойно, вдавливая смысл каждого слова в затуманенный разум Лагерты.
- Я поняла, -девушка опустила взгляд.
- Вот и славно, моя маленькая. Ну не дуйся, присоединяйся ко мне, ты так выпачкалась в своей крови, - хихикнул спонсор и указал на свежую ранку на виске девушки.
Мужчина грубо схватил не решающуюся подвинуться девушку за руку и затащил в ванну. Сколько он там её трахал – она и не скажет. Было бы что запоминать. Всё было как в тумане, она ни на минуту не переставала плакать.  Слезы капали, Лагерте становилось физически всё хуже и хуже и, чтобы хоть ненадолго прекратить всё это дерьмо – она, будучи в выгодной для этого позе, засунула два пальца в рот и надавила. Её тут же вырвало.
Фрица, как оказалось, это возбудило ещё больше, и ад продолжился.

***
Около десяти месяцев длился этот кошмар. Связи с родными у Лагерты не было никакой. По вечерам, в фамильном доме Кляйнрихтеров, выкупленная на долгий срок она не могла найти себе места. Регулярные мысли о самоубийстве, страх за близких – всё это доводило вкупе с издевательствами спонсора.
Шел последний месяц её пребывания в Капитолии и, так случилось, что Фриц напоследок решил повеселить себя и, как ему казалось, Лагерту.
Спонсор пригласил к себе в комнату двух купленных мужчин. Затем он позвал через прислугу Лагерту и велел всем троим собравшимся раздеться и приступать.
- Что на этот раз? – после долгого времени пребывания у Фрица девушка заметно набралась храбрости хотя бы задавать вопросы.
-Моя малышка спрашивает, что на этот раз? Вы слышали, мальчики? Взять её.
Мужчина смотрел и улыбался, он получал ни с чем не сравнимый кайф, когда наблюдал.
- Стоооп! Стоп! Стоп, - он хлопнул несколько раз в ладоши, - можете кончить ей на лицо и убирайтесь. Он отвернулся, наслаждаясь мужскими всхлипами и беззвучной ненавистью девушки.
- А вот ты не уходи, солнышко. С тобой еще не закончили.
Она уже никак не реагировала. Как зомбированная смотрела в одну точку и поддавалась.
- А сегодня сюрприз, - отдышавшись, улыбнулся Фриц, еще пару раз дернувшись на Лагерте, кончил в неё, - да, я ещё тот проказник!

***
Как давно она не была дома? Девушка никогда так подолгу не покидала родные места.  Да и не известно, стоит ли дом на земле ещё. Живы ли братья. Самое страшное,  у неё не было всё это время связи с Рагнаром и Фролло.
Фриц выставил и пожелал всего хорошего до следующего раза. Надеюсь к следующему разу он сдохнет.
Семье нужно отправляться в деревню победителей.  Младшая Лодброк теперь ментор.
И была ещё одна вещь, которая мучила. Только сказать некому и осознание этого ещё больше сводило с ума и без того настрадавшуюся за этот год девушку.

Отредактировано Lathgertha Lothbrok (Сб, 20 Авг 2016 00:51)

+1

8

Лагерта часто снилась ему потом. Эти упрямо  сжатые губы, блестящие зеленые глаза и непоколебимая решимость пятнадцатилетней девушки. В тот вечер они продолжили спорить, затем плакать, пить и в конце-концов Рагнара снова скосило алкогольное забытье. Сестра растаяла, как утренний сон, и вновь он не успел сказать ей «прощай». Поднявшись с пола, он оглядел комнату, которая еще вчера тепло освещалась огнем – она была сера и холодна. Лодброк стоял посреди пустого дома, в который уже никогда не придет прежний покой. И он не понимал, как жить и что дальше делать. Входная дверь покачивалась от зимнего ветра, до слуха доносился каждый скрип и шелест старых стен.
На секунду ему показалось, что он услышал нежный голос матери и смех двоих маленьких детей – Фролло и Лагерты, но это был лишь мираж, который исчез в завывании начинающейся вьюги. 
***
Зря ты на меня надеялась.
Рагнар продолжал пить. Он безнадежно скатывался в самое мерзкое  человеческое существование, которое сам раньше презирал. От сестры с братом не было никаких вестей, и он рисовал в голове страшные картины – растерзанные тела, измученные души, издевательства и мучения над его семьей. Нет больше семьи. Ты не смог защитить их.
Перерывы между запоями становились все меньше,  и на лесопилку Рагнар все реже выходил трезвым. Это все закончилось тогда, когда лесник, будучи абсолютно пьяным,  даже не смог держать в руках топор. Бригадир пытался поговорить с ним, достучаться до парня, но махнул рукой. Дурная слава про вспыльчивость и постоянные пьянки Лодброка прошла по всему Дистрикту  и его убрали с работы. Деньги, которые и так никогда не водились у них в семье,закончились, но Рагнару было плевать. Его забытье длилось три месяца ,и дальше не было ничего лучше. Ничего, ради чего стоило бы жить.
Купив на последние гроши бутылку , он дрожащими от алкоголизма руками откупорил пробку. Их старый дом уже снесли – видно, Капитолию было принципиально разрывать связь  с прошлым своих победителей. Какая-то съёмочная группа приезжала снять кадры с новым домом в Деревне Победителей и даже сунулась к Рагнару взять у него пару слов на микрофон. Все закончилось бы потасовкой, если бы не пара солдат, которые охраняли операторов - они втроем угомонили взбесившегося мужчину. Шатающейся походкой и отхлебывая с горла, он медленно брел в сторону Деревни Победителей. План (если это можно так назвать) зрел в голове совсем мутно – разбить все, что можно в ненавистном доме и лежать там до полного забвения, а может даже и до смерти. Он не смог помочь сестре, которую сейчас наверняка терзают в Капитолии, не добился помощи от революционеров и не может ничего сделать сам.  Беспомощность, тоска и полное разочарование должны были давно прожорливыми червяками сточить его жизнь, однако Рагнар продолжал упорно свое существование. На какой-то миг он отчаянно попросил хоть-что, что дало бы ему смысл жить дальше. Но, быстро вспомнив,  что чудес не бывает, Рагнар допил свой алкоголь до конца и швырнул бутылку в подтаявший снег.
Подойдя вплотную к  дому, что выделили их семье, Лодброк, покачиваясь, наклонился и взял в руки камень и затем с силой швырнул его в окно. Естественно, он промахнулся, и камень отскочил от стены. Зарычав от недовольства,  мужчина попытался взять камень в руки снова и, не удержав равновесия, свалился в сугроб. Может, оно и к лучшему. Замерзнуть до смерти. И успокоенный этой мыслью Рагнар уснул.
Очнулся он того, что услышал приглушенный разговор. Он лежал внутри дома, укрытый одеялом. Рядом мелькали какие-то силуэты и, тяжело открыв веки,  Рагнар различил знакомый силуэт.
-Брат, - просипел он  и тут же сморщился от боли в голове.
Фролло резко пересек комнату и возвысился над его кроватью. Волосы младшего брата отрасли и спутались (раньше их заботливо расчесывала Лагерта), взгляд приобрел свирепость, которая была и у Рагнара.
-Я всего лишь верну тебе долг, понял? – Фролло говорил зло, но сдержанно. А Рагнар видел вместо семнадцатилетнего парня маленького мальчика, который стоял над его кроватью, - я верну тебе долг за то, что ты кормил нас. Я буду заботиться о нем, пока ты тут… - его голос дрогнул от отвращения, - лежишь пьяный.
Кого защищать? Лесник присмотрелся ко второму силуэту. Маленькая тень отделилась от стены и приблизилась  к нему. Голубые глаза мужчины округлились –он узнал. Это была та самая девушка, что делила с ним ложе несколько месяцев. Ее руки любовно поглаживали небольшой живот,  а взгляд был немного смущенный и виноватый.
-Я беременна, Рагнар ,– ее голос был чрезвычайно тих, - Четвертый месяц. Я не знала куда идти. Моим родителям меня было не прокормить и, отчаявшись, я пришла сюда. Ведь все знают, что вы живете  в Деревне Победителей, - она смутилась еще больше – и тут был Фролло. Я все ему рассказала. Он сказал, что я могу оставаться здесь и питаться когда и сколько нужно. Солдатам Капитолия мы сказали, что я твоя… жена.
-Не оправдывайся перед ним ,- прерывает ее Фролло,- я помогу прокормить твоего ребенка, Рагнар. Не из любви к тебе,- он  фыркнул, - я верну тебе долг за свое детство. И буду свободен.
Лесник продолжал слушать их приглушенные разговоры и вскоре снова уснул. Снилась ему маленькая шестимесячная Лагерта, которую он укачивал на своих руках.
***
Неизвестно, сколько испытаний нам выпадет впереди. Рагнар держал свою жену за руки и молил ее выдержать это. Он менял  компресс на лбу, утешал и убирал волосы с ее лица, пока она кричала от схваток. Именно жену – незаметно, просто находясь с ним рядом, эта девушка помогла по шагу выйти ему из мертвого оцепенения прошлых месяцев. Прежним он не станет никогда. Но за ее любовь и преданность, он не мог ответить ей пустым молчанием. Рагнар видел, как это обижает ее. К тому же, после пяти месяцев беременности его супруга начала болеть. Болезни одни за одной  поджидали ее и к девятому месяцу она, почти не вставая, лежала на кровати.
Воды отошли около семи вечера. Фролло побежал за врачом, но то ли из-за погоды, то ли из-за чего, они задерживались. Рагнар был с ней рядом, протирал лицо губкой и постоянно поправлял подушки. Внезапно она заплакала и попросила :
-Воспитай его достойно, -девушка перехватила его руку и сжала ее, но была настолько слаба, что Рагнар этого не почувствовал, - воспитай и люби этого ребенка. Обещай мне.
-Мы сделаем это вместе, - он погладил ее по голове и присел рядом, - врач сейчас придет.
Она улыбнулась какой-то полубезумной улыбкой.
-Разве ты не видишь?- тихо прошептала она, - я уже мертва.
Следующие девять часов прошли как в тумане. Она кричала, дышала и казалось что жизнь неустанно бьет в ней ключом. Рагнар все это время смотрел, не отрываясь, на ее лицо, в страшной тревоге пытаясь запечатлеть в памяти каждую ее черту.  Лишь один раз он посмотрел в сторону доктора –меж ее худых ног лежали смятые окровавленные простыни. Слишком много крови.
Когда на заре раздался первый крик малыша, она тихонечко выдохнула.
-Дай…посмотреть…-голос ее был совсем тих. Рагнару вручили кричащий сверток, в котором весь в крови и ошметках кривился младенец, и он поднес ребенка к глазам матери. Легкая улыбка тронула женские губы, и смерть поцеловала ее.
Его жена умерла, едва их сын успел появиться на свет.
***
Мужчины не сразу осознают отцовство. Для большинства из них ребенок становится осязаем только когда рождается. Рагнару казалось, что безумие вновь охватит его, что тонкая стена между ним и сумасшествием снова рушится.  Сколько на долю одного человека может быть горя? Ему хотелось уйти, заснуть на холоде, раскромсать себя ножом. Но на руках у него плакал сын. Окоченелый труп супруги унесли помощники доктора, Фролло тоже куда-то исчез. Мужчина впервые за это утро взглянул на своего ребенка – и полюбил его. Вот так, всем сердцем. Утренние лучи упали на пока что шероховатую кожу новорожденного и  тот заплакал с новой силой. Лесник наклонился и поцеловал его в маленький лобик. Жизнь пришла и ушла из этого мира на его глазах.
Доктор обмыл младенца и покинул их дом, обещав навещать первые несколько месяцев.  Не сказать, что Лодброк впервые нянчился с ребенком, но мужские руки плохо справлялись  с пеленанием и укачиванием. Младший брат вскоре вернулся и вывалил на стол какие-то смеси и молоко. О мертвой жене Рагнара они не говорили –она тихой молчаливой тенью словно продолжала оставаться в доме. Через пару недель кожа мальчика посветлела и зарумянилась, немного светлых волос торчало на маленькой  голове. Сын получил от Рагнара имя Бьерг, что означало «медведь». Сильное, мощное имя.
Сидя с двухмесячным Бьергом на руках, Рагнар кормил его молоком. За этот год он пережил много, переместив центр тяжести со своего горя на потребности сына. Скажи ему кто прошлой зимой, что он найдет себе смысл жизни, то Лодброк послал бы его к черту. Нет, он никогда не забудет то, что у него отнял Капитолий, как разбитая ваза не может быть целой даже после клея.
Дверь скрипнула и легкий запах молодой хвои едва-едва коснулся его. Он узнал ее прежде, чем она вошла и ,дернувшись от неожиданности, он выронил бутылочку. Сын заплакал.
-Тихо-тихо, -Рагнар похлопал ребенка по спинке. Он смотрел в лицо младенца и не мог поднять взгляд на дверь. Ведь тогда ее образ вновь исчезнет, ее запах сотрется и сестра вновь окажется всего лишь сном, что мучили его уже год.

+2


Вы здесь » THG: ALTERA » Animi magnitudo » 29.12.2990. D-7.НЕ ГАСНИ, УХОДЯ ВО МРАК.


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC