Сейчас в Панеме
04.03.3014 - 14.03.3014
CPTL +6°C
D1-13 +3°C
sunny & windy
Первое солнце и сильный ветер
Новости Панема
5 января - после краткой болезни символа, съёмочная группа возвращается в Капитолий, чтобы продолжить работу над съёмками агитационных видео, особо важных сейчас. Кашмире предстоит работать в одиночку, Кристиан до сих пор остаётся в Пятом дистрикте. Вместе с телевизионщиками возвращается в столицу и Бальдер Кейн, завершивший работу над созданием ловушек во Втором дистрикте.

1 января - Китнисс Эвердин, Пит Мелларк и другие члены съёмочной группы оказались под завалом, президент Тринадцатого дистрикта, Альма Койн, едва успевает спастись бегством в компании Бити Литье и Блеска Фрайзера. План по удержанию в плену капитолийского символа и попытке захвата генерала, провален. Гектор клерик, чудом избежав смерти после встречи со своей дочерью Ангероной, предлагает солдатам обеих армий рискованный план. Оставаясь номинально под властью Капитолия, Пятый превращается в экспериментальную резервацию по объединению обеих армий. Президенты обеих сторон не в курсе такого поворота событий.

31 декабря - Альма Койн прилетает в дистрикт Пять, получив от Аарона Левия и Блеска Фрайзера сообщение о пленении капитолийского символа. План по выманиванию генерала Клерика входит в финальную стадию. Единственное, чего не знает президент Тринадцатого - Гектор уже давно готов к наступлению.


22 декабря - Альма Койн вызывает к себе капитана авиации Аарона Левия и Блеска Фрайзера, брата капитолийского символа. Президент Тринадцатого даёт им особое задание - похитить Кашмиру Фрайзер, чтобы использовать её, как приманку для Гектора Клерика.


14 декабря - повстанцы во главе с Китнисс, Гейлом и даже почувствовавшим себя несколько лучше Питом Мелларком летят в Двенадцатый дистрикт, снимать очередное промо на его развалинах. Их цель - показать Панему, какая участь на самом деле ждёт противников капитолийского режима.


12 декабря - первые же эфиры капитолийской пропаганды вызывают волнение среди повстанцев. Людям хочется верить в возможность мира. Альма Койн в Тринадцатом дистрикте собирает экстренное собрание с целью обсуждения дальнейшей военной тактики. Всё ещё осложнённой побегом экс-генерала Клерика.


6 декабря - повстанцы заявляют о себе! Прорвав телевизионный эфир Капитолия прямо во время торжественного ужина президента Сноу, Альма Койн обращается к Панему с речью от лица всех повстанцев. Граждане Панема наконец видят промо ролик повстанцев из Восьмого дистрикта.


1 декабря - в дистрикте 13 большой праздник - День Великого Воскрешения. Самый важный праздник в жизни каждого повстанца из д-13. На эту дату дистрикты - 11, 10, 9, 8, 7, 5, 4, 3 контролируются повстанцами. Все чувствуют надежду, несмотря на то, что бывший Генерал Армии д-13 - важная фигура на доске революции - отчего-то переметнулся на сторону белых.


23 ноября - часть жителей в Тринадцатом всё ещё трудится на разборах завалов в дистрикте. Китнисс Эвердин, Финник Одейр, съёмочная группа и отряд специального назначения отправляются в Восьмой дистрикт на съёмку агитационных видео. Война с Капитолием ведётся всеми доступными способами, однако предсказать невозможно не только её исход, но и окончание отдельных операций.


13 ноября - патриотическая лекция Альмы Койн прервана бомбёжкой капитолийских планолётов. Тринадцатый несгибаем, хотя бомбы повредили некоторые объекты в дистрикте. Сопротивление продолжается.

31 октября Тринадцатый дистрикт совершил свою главную победу - второй раз разрушил арену квартальной бойни и явил Панему выжившую Китнисс Эвердин. Революция началась!

THG: ALTERA

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » THG: ALTERA » Altera pars » [c] 12.12.3013, Dist.13, Together we can take the world apart


[c] 12.12.3013, Dist.13, Together we can take the world apart

Сообщений 1 страница 20 из 33

1

http://s7.uploads.ru/BN9DZ.png
- distr. 13. Together we can take the world apart -- Ты слышал?
- Ты об эфире? Они лгут, Капитолий не может просто так подарить нам мир.
- Да, но вдруг...

https://s-media-cache-ak0.pinimg.com/originals/8b/6d/5f/8b6d5fcd49e87a74ff682a441c37252a.gif


[audio]http://pleer.com/tracks/10357bMm[/audio]
• Название эпизода: Together we can take the world apart;
• Участники: Alma Coin, Katniss Everdeen, Peeta Mellark, Gale Hawthorne (пока GM), Aaron Levis, Lucia Varys, Caitlin Brett, Gloss Fraser; очередность свободная!
• Место, время, погода: один из залов для собраний на нижних уровнях дистрикта. 14:00, некоторые участники квеста сняты с дневных тренировок;
• Описание: Президенты Панема и революционеров продолжают соревноваться в тонкостях информационной войны, делая ставки каждый на свой символ. Впрочем, это не единственная актуальная новость для дистрикта;
• Предупреждения: квест начинается с Альмы Койн и Кейтлин Бретт, примерно через два круга приглашаются остальные.


Пой, пересмешница, голосом смерти.
Делайте ставки на дикую лиру.
Наших имен не забудут, поверьте,
Их выскребают ножами на играх. ©

http://s7.uploads.ru/qwVmO.png

+3

2

Итак, Капитолий не перестает удивлять и поражать своей жестокостью. Несколько недель прошло с момента обнаружения доктором у Мелларка в голове неизвестного устройства, несколько недель женщина искала ответы и решения проблемы, но все оказалось не так просто. 

Тринадцатый был сильно ограничен в информационном смысле. Технологии Капитолия ушли далеко вперед, оставив Дистрикт, фактически в «прошлом веке». О подобном не пишут еще в книгах, да к тому же подобные книги еще не скоро бы добрались до них, если бы вообще добрались.  Многие экспериментальные технологии Капитолия были хорошо засекречены, а подобное, без сомнения была именно такой.  Доктор не могла действовать, не зная, буквально, ничего о проблеме, руки ее, поэтому, были крепко связаны. А действовать нужно, устройство есть, и оно причиняет вред, как самому парню, так и окружающим, так как любой человек в любой момент может оказаться под цепкими лапками Пита, которые крепко обнимут этого любого за шею.

Им, от части, повезло, что в их рядах был Бити, который обещал помочь, но пока дело двигалось очень медленно. Бретт не сильно надеялась на удачу, в этом деле,  в последнее время она вообще перестала на что-то надеяться, мир  стал «переворачиваться» слишком часто и от подобных кульбитов уже начинало, порядком, укачивать.

Доктор решила не дожидаться окончания предстоящего собрания и отправиться к Койн заранее, до его начала. Миновав все, встретившиеся на пути, лестничные пролеты, Бретт быстро и коротко постучала в дверь кабинета Альмы, и, дождавшись положительного отклика, вошла в помещение.

- Госпожа президент, - приветственно кивнула женщина, вытянувшись, - доктор Бретт, - напомнила она о себе, соблюдая правила, и без промедления продолжила, - мне нужно с вами поговорить. Это касается Мелларка.- Спокойно, но четко проговорила доктор, ожидая разрешения продолжить говорить, а иначе ей придется ждать конца собрания, чего той не сильно хотелось.

Отредактировано Caitlin Brett (Сб, 20 Фев 2016 12:44)

+3

3

С момента побега Гектора Альме казалось, что жизнь вдруг решила сыграть с ней в карты в тот момент, когда оставалась пара ходов до гордого "шах и мат" в главной шахматной партии... А азартные игры Койн очень не любила. С шестого до десятого декабря госпожа президент пребывала в на редкость приподнястом настроении, связанном одновременно с прорывом Капитолийского эфира и не выветрившейся ещё эйфорией после казни Диаваль. Но Сноу достал из рукава козырь, предвидеть который Альма не могла за недостаточностью данных.

Когда вечером десятого декабря в эфире Цезаря появилась живая и здоровая Фрайзер, Альма ужинала в столовой вместе со всеми и едва удержалась, чтобы не швырнуть в телевизор тарелку. С самого начала она предчувствовала, что проблем с этой девчонкой будет много, но явно недооценила масштаб... Похоже, Кориолан решил продолжить квартальную бойню уже вне арены, снова стравливая победителей друг с другом. "Отлично. Просто отлично" мысленно кипела Койн, возвращаясь в тот вечер в кабинет.

День ушел на планирование ближайшего собрания и наблюдение за обстановкой в дистрикте. То, что госпожа президент видела, ей не нравилось. Слова Кашмиры обсуждали. Шепотом, неуверенно, с недоверием, но где-то глубоко под ним крылась... Надежда. А Койн ли не знать, как далеко способно завести это чувство. Её люди позволяли вредным мыслям проникать в своё сознание, расшатывая созданную Альмой идеологию. Проще всего было бы вовсе запретить показ капитолийского вещания, но... Тогда слухи неизбежно усилились бы. Разумнее вести себя так, словно ложь, которую несёт Фрайзер, вовсе не является предметом, достойным серьёзного обсуждения. По крайней мере, за рамками некоторого круга. Прикрыв глаза и откинувшись на спинку кресла, Альма в который раз мысленно прокручивает в голове запланированную на сегодня речь, когда плавное течение мыслей перебивает стук в дверь:

-Входите - кивнула она, зная, что время до собрания ещё есть, а сотрудники медицинского блока редко беспокоят её по пустякам. Тему Мелларка, после казни вновь пребывавшего под усиленным надзором, к пустякам отнести тем более нельзя. Альма мгновенно собирается, вытягиваясь в кресле и соединяя кончики пальцев домиком:
-Слушаю Вас, доктор Бретт.

+3

4

Койн выпрямилась на кресле, готовая слушать доклад, женщина вздохнула и, собравшись с мыслями, заговорила:
- Я провела дополнительные исследования и обнаружилось, кое-что новое, - доктор сделала шаг к столу Альмы и положила на него папку с заключением и рентгеновскими снимками, дабы далее в своем рассказе не быть голословной.

- Капитолий не только пытал парня, как известно, ядом ос-убийц, но и провел над ним один из своих экспериментов.  В лобную долю головного мозга Пита было вживлено, некое устройство – микрочип. – Повествовала женщина, вернувшись на свое место и сцепив руки за спиной. Доктор смотрела в серые, лишенные красок и эмоций глаза Койн. В последний раз, когда Бретт стояла перед ней с докладом, то была вспышка инфекции и, ее отстранили от дежурств на целый месяц. Урок был поучительным и был женщиной учтен, отношение ее  к персоналу, который в прошлый раз пропустил положенные к выполнению пункты правил, стало строже, требовательнее. Вообще за последние месяцы доктор постепенно отказывалась от излишней мягкости.

- Это устройство, по всей видимости, и пробуждает в парне агрессию, определенным образом действуя на его мозг, постоянно излучая импульсы. Устройство работает автономно, но не исключено, что и непосредственно ученые Капитолия могут управлять им. – За это время информации было крайне мало и суждения складывались в основном из догадок, теорий и предположений, объяснять что-то другому человеку, когда сам не до конца уверен в словах было трудно. Доктор снова и снова обдумывала почти каждое слово из уже заранее подготовленной речи, все это все равно казалось слишком неясными и непонятными догадками.

- Чип вредит Мелларку, причиняя головную боль, провоцирует приступы потери сознания. Парень натаскан, ненавидь Китнисс Эвердин и в купе с этим устройством мы получили, то, что можем наблюдать. Вспышки бесконтрольной агрессии, не объяснимую ярость и ненависть ко всему, что связано с девушкой. Хотя лечение дало некоторые положительные результаты, реальная память постепенно возвращается к нему. Только, боюсь, казнь Диаваль могла повлиять на него не лучшим образом. После пыток парень слишком утрировано воспринимает происходящее вокруг него. - Мелларк не находился более в изоляторе, но вновь прибывал под постоянным контролем  охраны и мед персонала. С их последней встречи Бретт парня не видела лично, предпочитая пока находиться на расстоянии. Она боялась узнать, что Мелларк возненавидел и ее, боялась услышать в свой адрес колкие слова о предательстве, возможно, это были ее личные, поспешные, выводы, но она не готова была к новой встрече, тем более учитывая происходящее вокруг.

- От устройства нужно избавиться, но дело осложняется тем, что у нас, у меня, не достаточно информации о нем. Необдуманное вмешательство может не только покалечить Пита, но и вообще убить.

+2

5

Альма протягивает руку к положенной на её стол папке и слушает слова доктора Бретт, перелистывая страницы. Новость звучит... Шокирующе. Устройство в голове, провоцирование агрессии... Койн списывала невменяемость Мелларка на пережитые в столице пытки и арену, в конце концов, он не первый спятивший победитель. Ей в Тринадцатом реже попадались нормальные. Но здесь нечто совершенно другое.

Пальцы Альмы касаются той области снимка, где чужеродное устройство видно особенно ясно. Действительно, похоже на микрочип. Маленький прямоугольник. Дрянь Диаваль рассказала им явно не всё, но... Есть ещё Анна. И теперь Альма точно знает, о чём собирается поговорить с Нойманн.
-Чип в голове Мелларка достаточно давно. Значит, вместе сосуществовать они способны и эта ситуация несёт в себе меньше риска, чем вмешательство - задумчиво говорит Койн, глядя куда-то сквозь Бретт. Мелларк в лазарете и нет никаких сдвигов, позволяющих считать, что в ближайшее время парню станет лучше и он сможет принимать участие в борьбе с капитолийской пропагандой. Зато у них появилась возможность понаблюдать за капитолийским проектом. Планировал ли Сноу "подарить" ей чип в голове победителя? Или рассчитывал, что начинка Мелларка останется неопознанной?

В любом случае, они должны выжать из ситуации максимум информации. Любая мелочь может стать тем самым зёрнышком, которое склонит чашу весов революции. К тому же, раз каким-то образом это устройство было полезно Кориолану, значит, в теории может оказаться полезным и ей. Нет смысла его извлекать, пока она окончательно не поймёт принцип действия.

-Я хочу, чтобы за Мелларком организовали круглосуточное протоколируемое наблюдение. Самочувствие, частота этих... приступов, провоцирующие факторы. Если во всём этом есть некая система - мы её увидим - стальные глаза Альмы, оторвавшись от созерцания абстрактной точки, так же резко упираются в доктора Бретт:
-Разумеется, информация о чипе не должна курсировать по дистрикту. Я лично отберу вам надёжный персонал. И пришлю Анну Нойманн. Полагаю, она может обладать некоторой информацией по данному вопросу - к списку своих дел Койн мысленно добавляет необходимость перечитать личные дела работников лазарета. Сейчас госпожа президент не оставляет без своего вмешательство ни единой стороны жизни Тринадцатого и людей в новый проект, обретающий статус местно-засекреченного, подберёт лично:
-Насчет его общения с Китнисс Эвердин... Посмотрим по ситуации - Китнисс может стать полезным для опытов провоцирующим фактором, но девушка не должна терять веру в то, что получит своего Пекаря вылеченным, иначе это может всё здорово осложнить... Здесь придётся искать баланс. Безопасность самих Пита и Китнисс в логичных и сухих, как щелчки счетов, мыслях Альмы занимает на удивление малое место.

+3

6

Конечно, доктор мыслила несколько иначе, чем Альма, она видела проблему и искала ее решение,  ей не было смысла искать в чем-то собственную выгоду, но слова президента были не лишены логики, да и сама Бретт рассматривала подобный вариант среди прочих, поэтому спорить, естественно, женщина  не стала. Она вообще более не говорила, лишь согласно кивала головой, внимательно слушая Койн. После всего случившегося женщина с каждым днем желала свержения Капитолия все больше и сейчас даже самое жестокое решение, если оно будет стоящим, она, скорее всего, поддержит без угрызения совести. Порой для достижения цели подобное даже необходимо.

Хотя существование с устройством пока действительно не имело серьезных последствий, но это пока, и им не до конца были известны все функции и возможности чипа. Заострять на этом свое внимание Бретт не стала, внимание ее ухватилось за кое-что другое, точнее, за кого-то другого. Нойманн - еще одна капитолийская беженка, кажется, при побеге ее ранили и в Тринадцатый та прибыла уже в тяжелом состоянии в следствии чего долгое время провела на лечении в мед отсеке. Поэтому некоторые моменты об этой женщине Бретт знала, правда лечила ее не она, поэтому лично она с той была не знакома, но доверия дама доктору не внушала, но возможно это лишь видимость…

С Китнисс было еще сложнее, девочка рвалась на встречу со своим другом и, теперь объяснить ей отказ в посещении, не распространяясь, при этом, о проблеме, оказывалось задачей сложно решаемой, учитывая ее импульсивность и непокорность. С девочкой придется поговорить.   

Пока президент говорила, женщина, параллельно, мысленно составляла план дальнейших действий, теперь оставалось только дождаться в свое распоряжение новых работников и продолжать работу над изучением устройства.

- Хорошо. Мне все ясно. – В очередной раз кивнула доктор, - могу идти? – Спросила она, разжимая руки за спиной и возвращая их в исходное положение. Взгляд ее падает на большие электронные часы, до начала лекции остается не так много времени.

Отредактировано Caitlin Brett (Вс, 21 Фев 2016 15:40)

+1

7

За завтраком Левий выясняет, что сегодня в их с Люцией расписании оказывается неожиданное изменение на 14:00. Вместо тренировок у них обоих стоит лекция, о которой речи накануне и не шло. Впрочем, в условиях того, что творилось вокруг, удивляться было нечему. После бегства генерала, который оказался на деле не суровым аскетом революции, а жалкой крысой, мало что могло поразить до глубины души, так что даже явление красотки-победительницы из Первого в капитолийском эфире выглядело как само собой разумеющееся. Сучка просто быстро приспосабливается к любому дерьму, чтобы только выжить. Тринадцатый был этим самым дерьмом, так что она посидела, зажав нос, а потом съебалась при первом случае. Теперь она напевала о том, какой Капитолий невъебенный отец и ждет возвращения блудного сына.

Да, поговаривали, что Пита Мелларка, когда он нес подобную чепуху с экрана, чем-то там обрабатывали, типа обкалывали, что теперь он торчит в лазарете и похож на недобитого покойника, но эта-то на экране сияет бриллиантами и не похоже, что страдает. Или врет. А может ее и вправду шантажируют братцем... Хотя, чего им шантажировать? Он тут, в Тринадцатом, ест и пьет, с фигуры не спадает. Только Левий готов поспорить, что, будь у него такая же возможность, как и у его сестрицы, тоже бы уже лил крокодильи слезы по вопросам воспитания детей в Тринадцатом.

Короче, можно предположить, что срочная встреча как-то связна с тем, что Койн решила наконец лично положить конец всем тем бредням, что вещает столица. Президент не перекрыла вещание, но занятиям по политинформации стали уделять внимания еще больше.

Левий дожидается Люцию, и они вместе заходят в зал для лекций, занимая места поближе. Варис предлагает отсидеться подальше, но Аарон против.

+4

8

Очень кстати, что об этой проблеме с Мелларком она успела узнать до собрания. Теперь придётся несколько скорректировать информацию для Китнисс и собственный взгляд на потенциальные промо ролики... Утро в целом довольно продуктивное. Может, удача наконец решила повернуться к ним приличным местом:
-Благодарю за проявленную бдительность, доктор Бретт - говорит госпожа президент, возвращая женщине папку с бумагами и снимками:

-Вы можете остаться и на собрание, если хотите - вроде бы в лазарете помимо Мелларка сейчас нет никаких экстренно-срочных пациентов. А врачебное мнение о состоянии Пита в ходе собрания, как знать, могло бы им и пригодиться. К тому же если сам Пит будет чувствовать себя достаточно хорошо, чтобы посетить их сегодня... Стрелки часов подбираются к двум, в аудитории появляются первые приглашенные. Альма кивает Кейтлин, показывая, что их разговор пока завершен, и здоровается со вновь прибывшими:

-Мисс Варис, капитан Левий - приятно видеть, что дисциплина Аарона после повышения перестала желать лучшего. И для бывшего агитатора Второго дистрикта в связи с последними новостями найдутся задачи... Возможно, она окажется более благодарной за крышу над головой, чем Фрайзер. Госпожа президент уверена в том, что все вызванные ею сегодня видели бредни капитолийской пропаганды во всей красе. Но запись эфира на всякий случай здесь, при ней. Альма медленно и вдумчиво по нескольку раз пересмотрела каждый кадр, отмечая каждую составляющую ролика по всем фронтам. Оружие - это не только планолёты, автоматы и бомбы. Сноу хочет, чтобы Койн его усилиями отвлеклась на наведение порядка в личном составе. Уставших, истерзанных войной людей легко начать путать и сбивать с пути... Просто удивительно, что в эфире ещё не светился Гектор с признаниями в любви к открывшей ему глаза столице. Но Альма достаточно знала своего бывшего генерала, чтобы представлять, как трудно его уломать на проявление публичности. Клерик привык быть тенью. Умной, подмечающей любую мелочь тенью... Что же такого увидел он на той стороне, что так легко поставил крест на деле всей своей жизни? Сей вопрос волновал Койн наравне со стратегическими вопросами, не значась, впрочем, в списке актуальных для публичного обсуждения.

+2

9

Каждое новое собрание у президента Койн - это гипотетическая возможность для меня сбежать отсюда, из 13-го. Я готова быть выброшенной в любой из Дистриктов, я готова помогать повстанцам, но не сидеть здесь, под землей. Это сродни безысходности - под землей тебе некуда деться, разве что копать еще глубже, хороня себя заживо. Проблема в том, что меня давно похоронили, и мне так хотелось выбраться, доказать хотя бы самой себе, что я все еще жива. Я все еще могу что-то сделать.
Тыква в тарелке вызывает какое-то омерзение. Я привыкла к здешней еде уже давно, да и не в ней было дело. У нас дома и такого обеда могло не быть, просто местные правила раздражали. Расписание, которого придерживается каждый, и нет возможности ступить даже один шаг в сторону. На самом деле, эта система очень похожа на власть Капитолия. У него были Голодные Игры, а здесь расписание, которое навязывает, как местным жить "правильно". В Капитолии Сноу, здесь Койн. И я ненавижу их обоих, просто потому, что между ними нет особой разницы. Один хотел использовать меня, чтобы подавить восстание, другая - чтобы его разжечь. Как ни крути, а я где-то посередине, и может показаться, что не имею права голоса еще ровно с того момента, как вызвалась на Игры добровольцем.
Знакомый голос выдергивает меня из собственных мыслей. Родной голос. Да, он был мне родным, и хочется верить, что остается таким до сих пор, но чем дальше, тем я больше вижу, что наши пути с Гейлом расходятся. Я все больше вижу, что у нас с ним разное понимание происходящего. Для него - убить человека тоже самое, что и на охоте подстрелить оленя. Для меня же, даже после Арены, каждый убитый является во снах. Я помню каждого. Я даже помню Диадему, которая превращалась у меня на глазах в бесформенную кучу, некогда бывшую красивой девушкой. Я помню их всех.
- Да, надо идти, - глухо отзываюсь я, и встаю из-за стола. Беру поднос с обедом, к которому так и не притронулась, и отношу его обратно на раздачу.
Мы с Гейлом покидаем столовую и идем по коридору молча. Так и не обмолвились больше словом до самого кабинета собраний. Да я и не знаю о чем говорить. Мне вообще говорить ни с кем не хочется, особенно после последней встречи с Питом, когда Хеймитч вытащил меня к нему. Я даже на Прим смотрю по большей части молча, только лишь в душе гордясь ее успехами.

Гейл открывает передо мной дверь, и я первая захожу в зал собраний. 
- Извините, если опоздали, - говорю это без капли угрызений совести в голосе. Даже если бы я пришла в середине собрания, то не беспокоилась об опоздании. Но решила ляпнуть на всякий случай, просто хотя бы потому, что не знала сколько точно сейчас время, и потому, чтобы люди вокруг не списывали меня со счетов окончательно. Как старый ненужный шкаф, который отслужил свое.
Подхожу к первому ближайшему стулу. Получается так, что оказываюсь практически напротив президента. Что ж, удобное место, чтобы наблюдать за всеми и вовремя вызваться добровольцем, если потребуются вылазки в Дистрикты, или лучшее того - в Капитолий.

+5

10

Не думаю, что кто-то смог бы понять меня. Не зря же говорят: «у каждого свое горе, а радость все делят поровну». Это потому, что произойди какое-то приятное событие, люди вокруг заражают им друг друга, и всеобщий восторг растет, словно снежный ком. Но случись у кого-то беда, окружающие, сколько ни сочувствуй, никогда не смогут прочувствовать чужую боль до конца. Просто потому, что это не их боль.
Казалось бы, я должен был радоваться, я получил, что хотел. Вот она – Китнисс Эвердин, рядом со мной, на расстоянии вытянутой руки. Протяни и дотронься, она даже не будет против. Она послушно упадет ко мне в объятья, обнимет за плечи, положит голову мне на грудь, и ее горячее дыхание будет касаться моего лица. Ну просто мечта влюбленного. Так в чем же дело? А в том, что я гляжу на нее и понимаю, - она уже никогда не будет прежней. Нынешняя Китнисс Эвердин – лишь тень себя прежней. Словно пораженное молнией дерево в лесу, чьи корни все еще питаются влагой напоенной дождем земли, все еще тесно переплетаются с корнями других деревьев, держась за них, но ствол этого дерева расколот пополам, а ветви его поникли. Умом я понимал, что я не в силах склеить разбитое, вдохнуть жизнь в ту часть моей Кискисс, что превратилась в пепел еще во время ее первой арены, сгорела вместе с блестящим платьем сойки-пересмешницы, но в моем сердце еще теплилась надежда. Каждый день теперь я без устали поливал это расколотое дерево, окружая его заботой и вниманием, тратя все свои силы, истощаясь сам, но не опуская рук. И иногда, глядя в ее глаза, я тщетно искал там признаки той прежней живости, целеустремленности, силы, но такой она была лишь когда делала свою работу символа революции, только тогда в ее взгляде снова появлялась искра. Но она вновь угасала, стоило ей опять сбросить облегающий черный костюм. Она была рядом со мной, иногда даже вяло смеялась над моими шутками, но ее душа была далеко. Порой мне казалось, что она отсутствует, погружается глубоко в себя, в свой внутренний мир, уходит к тому, с кем действительно хочет быть, и о ком думает постоянно. О Пите. И даже после того, что он наговорил нам на празднике. И после всего, что он говорил с экранов телевизоров в передачах Капитолия. Все мы знали, что это не его вина. Его пропустили через жернова Капитолия и теперь он - жертва. Но как быть мне? Ведь это и не моя вина тоже. Я убежден, что делал все правильно, но моя жизнь все равно оказалась разрушена. Я остался у разбитого корыта, а Китнисс продолжала хоронить себя заживо. Это убивало меня даже больше, чем осознание того факта, что она возможно уже никогда не будет моей всецело и по-настоящему.
Но я никогда не сдамся. Я продолжу бороться. И как бы там ни было, сейчас я чувствовал, что могу быть полезным. Теперь в моих силах было что-то изменить. Я больше никому из моих близких не позволю причинить вред. Я словно желторотый птенец, уже достаточно окрепший, выросший в остроклювого ястреба, и вырвавшийся из гнезда с другими птицами из моей стаи, готовыми дать отпор хищникам. Я наконец-то могу вдохнуть полной грудью, и я чувствую прилив сил, я уверен, что могу применить мои знания и ресурсы на благо этой революции. Такие вот собрания у Койн вселяли в меня уверенность в завтрашнем дне. Я догадывался, по какому поводу созвана эта встреча – интервью Кашмиры Фрайзер из Капитолия видели все. Мы должны ответить, и быть готовыми к бою.
После того, как молчаливое приветствие со всеми присутствующими (рукопожатие с мужчинами и вежливый кивок дамам) состоялось, я занял место рядом с Китнисс, облокотившись на спинку стула и сложив руки на груди. Ожидание обещало быть недолгим, как только все соберутся, мы узнаем, что действительно стоит на повестке дня.[AVA]http://savepic.ru/8730525.png[/AVA][NIC]Gale Hawthorne[/NIC][SGN]http://savepic.ru/8779678.gif http://savepic.ru/8730527.gif[/SGN]

+4

11

Вообще, сейчас трудно было чем-то вызвать резонанс в нашей большой и одновременно маленькой Тринадцатой коммуналке, но Капитолий справлялся с этим на ура. Недавние агитационные ролики вышли на славу и совру, если скажу, что не оценила их по достоинству. Чем Капитолий всегда славился, так это даром произносить громкие речи с улыбкой на лице и блестящими глазами. Тринадцатый был в этом плане более экспрессивным, агрессивным и искренним. И отличался не столько пафосностью, сколько преданностью. Мне хотелось в это верить. И глядя на Аарона, я верила, если не в их дело, то в него самого.
За время жизни во Втором, за время жизни с Ремом и работы при агитационной кормушке, я многому научилась. Например, не верить громким речам и клятвам. У меня будто вырос антиспам или типа того, чтобы не клевать на эту же удочку, что клюнул мой муж. Да и стоило мне что-то подобное услышать, я вся покрывалась аллергией в виде скептицизма. Впрочем, приходилось держать рот на замке и дома и здесь. Дома - под страхом, здесь - из благодарности. Люди здесь были другие. Мне хотелось их поддержать и максимум, что я могла не делать, не высказываться вслух.
Например о том, как сильно Койн напоминает мне Сноу. А еще о том, что мне не очень верится, что наш прославленный бывший Генерал, сбежал к предателям и сам стал таковым. Я виделась с ним не часто, лично общалась и того меньше. Но он не был похож на перебежчика. Интуиция ли это или глупость, но я сомневалась, что у этого человека все так просто. Его мозг в принципе не мог генерировать такие простые идеи, как предательство. А как он горел за революцию... Там несомненно любовь до гроба.
- Не видела тебя целую вечность. - встречаю Аарона, который дожидается меня, с улыбкой. Сейчас не до нежностей, знаю. Да и я нагло вру, потому что мы виделись за завтраком, а до этого провели ночь вместе. Моя соседка вышла замуж и ее место со мной пока что пустовало на нашу с Аароном радость. Это единственные отношения, которые мы могли себе позволить.
Мы заходим в просторный зал и вообще мне не нравится все это дело. Я не люблю собрания. Особенно с Койн. Встречаться с ней так лично мне уже приходилось, но ничем хорошим это не заканчивалось, как и прогулки с Сойкой. Чего там скрывать? Хорошо заканчивались только мои встречи с Аароном.
Я бросаю короткий взгляд на командиршу, когда она приветствует меня как "мисс Люция". А то что я тут доктор уже все позабыли. Хотя, тут Кейт, поэтому, наверно, и правда, не стоит акцентировать внимание. Но почему так бесит? Я вообще нервная в последнее время.
А следом за нами входит Китнисс и Гейл. И мне все больше не нравится то, что происходит. С последними всегда проблем не оберешься.
- Думаешь, нас всех собрали, чтобы наградить двухнедельным отпуском? - едва слышно шепчу Аарону на ухо, чтобы меня никто не услышал и уж тем более, наш командир. - Предлагаю, никуда не лететь и провести его в моей комнате. Войну не прекратим, но демографическую ситуацию наладим.
Шутки шутками, а у Койн такое лицо, что даже у меня падает то, чего нет. И поэтому я стараюсь не сводить с нее взгляда. Просто, удивительно, но ей я из всех присутствующих, не доверяю больше всего. Верхушке вообще нельзя доверять. Геренал, вон, сбежал. Не от Койн ли?

+4

12

Президент лично приветствует их, наблюдая за тем, как народ постепенно собирается в зале. Ощущение такое, будто она сканирует каждого на форму и содержание, и черт его знает, о чем думает.
- Добрый день, госпожа п-президент, - Левий отдает под козырек. Субординацию никто не отменял, а он не "мистер" здесь. Зато вот слышать к Люции "мисс" непривычно. Вообще слышать к кому бы то ни было "мисс" в Тринадцатом - странно. Кажется, это слово появилось только с беженцами, а до того звучало только в редких книжках про старую мирную жизнь. "Миссис" - проще, так неформально, но с уважением обращались к замужним, а до того все как на подбор были рядовыми ну да и знали друг друга как облупленных: ровесники - ровесников, старшие - младших.

Люция шепчет, что не видела его целую вечность. Лисица. День ото дня Аарон пропадал с нею. Нет, не в смысле уклонялся от обязанностей по службе, а в том, что влюблялся. Эта бестия из Второго просто взяла и захватила его. Не в плен, но точно без боя.

Появляются Хоторн и Эвердин. Китнисс держится несколько скованно, хотя... Она всегда как будто настороже, а вот Гейл чувствует себя среди своих. Для бежавших сюда это было редкостью, на самом деле, но парень влился быстро. Он не был задавакой. Наверное, воспитание Двенадцатого сказывалось - нечем было особо хорохориться, так что скорее реки повернутся вспять, чем... Чем - что? Чем он окажется в кадре рядом с Кашмирой, сияя зубами? Только вот после генерала ставить ни на кого уже нельзя было. Так что пока стоило остановиться на том, что из совместных вылазок с Хоторном Левий имел больше оснований полагаться на него, чем не доверять и перепроверять.

Гейл приветствует мужчин рукопожатием, и Аарон отвечает ему.
- Здорово.

Народ собирается, и Люция, устроившись рядом, делится невеселыми соображениями насчет того, что, как всегда, ничего хорошего они не услышат, предлагая свою альтернативу развития событий для них с Левием.
- Демографическую ситуацию, говоришь? - с интересом отзывается Аррон. усаживаясь к ней в пол-оборота и кладя руку на спинку стула. Что ж, пока Койн не заговорила, они могут обсуждать свое?

..

+3

13

Хорошее настроение и Блеск - понятия несовместимые в последнее время, точнее с тех пор, как Кашмиру увезли в Капитолий, потому что Дистрикт-13 умудрился пригреть на своей скудной груди, такого придурка, как Гектор Клерик. Теперь у Фрайзера две цели: вернуть Кашмиру, если не здоровой, то хотя бы живой, и лично пристрелить Клерика, этого вонючего клопа-предателя. Пожалуй, это мерзопакостно Блеск себя не чувствовал со временем выбора трибутов на квартальную бойню и даже тогда, все было не настолько плохо, а теперь ещё и в новый отряд перевели, где Блеск не горел желанием быть, да ещё и вместо какого-то убитого солдата. Имени он не запомнил, Койн говорила, когда заключила что-то типа сделки с ним, но это имя было одним из многих и в памяти не оставило следа, да оно и не нужно было. Да  все это меркло по сравнению с тем, что Блеск сегодня видел. Казалось бы ничего особенного, стандартная агитка, но вот кто был в роли агитатора - Кашмира. Для Фрайзера это был удар и весьма ощутимый, конечно он надеялся, что это все под действием яда, по-другому просто и быть не могло, это же Кашмира, она тоже ненавидела Капитолий с его жирными покупателями. Главное, чтобы в это поверила и Койн, самое главное.

+1

14

Вслед за Левием и Варис входят Китнисс Эвердин и Гейл Хоторн. Можно было даже не сомневаться, что они явятся вместе. Они не опоздали, поскольку явились ещё не все вызванные Альмой... И госпожа президент лишь сухо кивает им, указывая подбородком на свободные стулья. Мысли её мечутся где-то между фаршированной головой Мелларка и собственной речью. Наконец появляется последний участник их сегодняшней встречи - второй Фрайзер. Странно, что он не явился первым - Койн ожидала, что Блеск будет сидеть под дверью заранее, репетируя очередные аргументы, чтобы обелить сестру. Ещё недавно Альма обещала сохранить Кашмире жизнь... Но во-первых, в тот момент президент была уверена, что Фрайзер мертва. Во-вторых, это было до того, как Кашмира стала призывать повстанцев сложить оружие.

-Ещё раз добрый день. Думаю, все вы догадываетесь, по какому поводу сегодняшнее собрание. И все видели эту возмутительную ложь, которой Капитолий пытается задурить нам головы... - Койн щелкает лежащим на столе пультом и экран в кабинете оживает, демонстрируя запись эфира. Улыбающаяся Кашмира Фрайзер, в "огламуренной" версии солдатского комбинезона, сидит между ещё одной победительницей, Цецилией Джонсон, и шкафоподобным миротворцем. Судя по эфиру, парня зовут Кристиан Соло.

-Цезарь, можно я сначала скажу, как приятно снова оказаться дома? До сих пор не могу нарадоваться. Панем может не беспокоиться за Блеска - он жив, но пока находится в Тринадцатом. Я не помню момента взрыва... Незадолго до прорыва арены меня ранили и я потеряла сознание. Брату пришлось пойти с мятежниками, чтобы сохранить мне жизнь... А я очнулась уже в подземельях. Если бы ты видел, как живут эти несчастные люди, Цезарь... Не удивительно, что они так озлоблены. У них нет ничего, кроме строгого расписания. Ни хорошей еды, ни красивой одежды, ни развлечений. Вся агрессия мятежников происходит из зависти к нам, нашему стилю жизни, нашим ценностям. К сожалению, они смогли перетянуть на свою сторону Китнисс Эвердин... Но нельзя винить несовершеннолетнюю девочку в том, что она пытается там как-то выживать. Под землёй немудрено сойти с ума. Может, и меня бы ждала такая участь, если бы не Кристиан и Цецилия. Мятежникам нужны навыки победителей, потому они и забрали нас с братом с арены. Как только я немного окрепла, меня стали отпускать на задания - и в Восьмом дистрикте мне повезло. Мятежники наткнулись на формирование наших миротворцев. Меня узнали и в ходе сражения Кристиан и Цецилия смогли отбить меня от отряда и вернуть в столицу. К сожалению, брата в тот день со мной не было, но я верю и надеюсь, что он сейчас смотрит наш эфир и понимает - Капитолий его не бросил, его тоже здесь ждут. Некоторое время после возвращения я провела под наблюдением врачей, подземная жизнь никому не даётся легко. Но как только почувствовала себя лучше, не смогла оставаться в стороне. Панем должен знать правду - голос Кашмиры наполняет помещение и на экране Фрайзер непохожа на полусумасшедшую девчонку, так и не прижившуюся в дистрикте. Нужно было насторожиться ещё тогда, когда Гектор пригрел победительницу в своём новом отряде - Койн готова поверить даже в то, что выбор "жертвы" Клерика был не случаен. Что он специально притащил сначала из Капитолия, а потом сдал назад именно Фрайзер. Альма и её бывший генерал достаточно долго наблюдали за Сноу, чтобы и Кориолан стал предсказуем.

-Мы не враги друг другу. Повстанцы пытаются разрушить наше единство, но разве просидев десятилетия под землёй, они представляют себе, что такое настоящий Панем? Тринадцатый живёт прошлыми обидами - родители там растят детей в страхе. Но если бы они пришли в Капитолий не с войной, а как гости... Разве не нашлось бы им места среди нас? - тем временем доносится с экрана заключительная часть интервью. Госпожа президент вновь раздраженно щелкает пультом. Экран гаснет, Койн обводит собравшихся взглядом, задержавшись ненадолго на Блеске:

-Для несчастной жертвы Ваша сестра ориентируется удивительно быстро, мистер Фрайзер. Наверное, в Капитолии легко забыть о том, как озлобленные варвары спасли ей жизнь после арены - если крупица правды в этом фарсе есть, то лишь в том, что в Тринадцатом девица оказалась на волосок от смерти, истекая кровью. И спасли её жалкую шкуру врачи Тринадцатого. Стоило бросить девчонку подыхать на поверхности.

-Конечно, Капитолий лжет. Если мы сложим оружие - Сноу с радостью перебьёт повстанцев. Но люди волнуются. Особенно ополченцы в дистриктах, получающие от нас поддержку в основном дистанционно... Они и без того не очень хорошо организованы, а подобные сюжеты лишь вносят смуту. Есть желающие высказаться по этому поводу? - серые глаза вновь обегают сидящих за столом людей. На сей раз чуть дольше задерживаясь на Варис. Вроде бы она сталкивалась с агитаторской работой? Может, и миротворец этот ей знаком? Соло появился, как черт из табакерки, и оставался пока тёмной лошадкой.

+3

15

С приходом Блеска в комнате воцарилась натянутая обстановка. И немудрено. Я никогда не поверю, что брат и сестра придерживаются разных сторон в чем бы то ни было, тем более в таких важных вещах, как революция. Брат и сестра – одна Сатана, и семья для любого человека, даже для капитолийского засранца или жителя первого или второго дистриктов, превыше всего. А мы сейчас практически пригрели шпиона в своем штабе. Хотя после ухода от нас Клерика, нам уже было нечего терять. Блеск не знает ничего, а вот Клерик, напротив, слишком много знал, и ушел с этими знаниями, так что теперь мы были у Капитолия, как на ладони. Они, к примеру, в любую минуту могут сравнять нас с землей, ударив по складу вооружения, что их останавливает? Им известно, сколько нас, насколько хорошо мы вооружены, какой располагаем техникой. Как же это произошло и что нас ждет и как именно они используют эту информацию? Не знаю, как кому, а мне сложно было поверить в то, что Клерик просто так сбежал. Он же был таким фанатиком революции. Но выходит, лицемером он был гораздо лучшим, чем революционером. Ясно было, что для Альмы Койн его уход был жестоким ударом, но она держалась, или отлично делала вид. И скорее всего приняла меры.
А вот Блеск своего раздражения не скрывал. Я бросил на него мимолетный взгляд, пока мы еще раз просматривали капитолийское промо-видео. Ему было здесь не место, но раз президент тринадцатого пригласила его, значит у нее есть какой-то план. Было бы неплохо о нем узнать.
Как только экран потух, Койн обратилась к нему, задавая вопросы, на которые, по всей видимости, не ждала ответов, так как тут же перешла к злободневной теме. И я решил воспользоваться предложением высказаться. Если Блеск здесь, значит мы должны его использовать.
- Когда мы запускали ролики с Китнисс, Капитолий противопоставили нам передачи с Питом. Думаю, в этот раз мы можем ударить по ним их же оружием. Теперь когда они выставляют напоказ Кашмиру Фрайзер, мы можем сделать промо с ее братом, - я посмотрел на Блеска. Он будет дураком, если окажется. Для него это шанс доказать, что он на нашей стороне, или кто знает, когда у Койн кончится терпение, и что она предпримет.
[AVA]http://savepic.ru/8730525.png[/AVA][NIC]Gale Hawthorne[/NIC][SGN]http://savepic.ru/8779678.gif http://savepic.ru/8730527.gif[/SGN]

+2

16

Аарон внезапно оживляется и поддерживает мою тему о том, что не против обсудить демографическую ситуацию. Черт возьми, где же ты был раньше? Не знаю, как справлялась бы без Аарона здесь, потому что вокруг, как ни крути, но люди мне чужие. А с другой стороны, где теперь свои? Во Второй мне тоже путь заказан, хотя я и не числюсь предательницей официально. Но у меня там никого не осталось из семьи. И Аарон действительно меня спасает. Роднее человека у меня сейчас нет.
- Мы можем обсудить это с тобой сегодня вечером. – шепчу я наклоняясь к мужчине, но не позволяя себе вольностей при Койн. В конце концов, как бы мне не нравилось это собрание и сама женщина, а так же все собравшиеся, которые не обещали свои сбором ничего хорошего, но ситуация серьезная. Не до романтики.
Койн просит нас обратить внимание на неприятный факт в лице Кашмиры, как раз таки лицо которой я тоже нахожу неприятным. В ней было очень много этого… капитолийского и я инстинктивно отвергала ее. Хотя лично никогда не пересекалась, но одного ролика мне хватило с головой. Пересматривать во второй раз не охота. Но Койн показывает его явно не для того, чтобы мы полюбовались на предательницу. Милее было бы смотреть на лицо нашего бывшего генерала.
С точки зрения речи… Уж не знаю, написана ли речь Кашмиры или она сама так искренне распевает и тогда актерского мастерства ей не занимать, но продумано все идеально. Все наши недостатки как на ладони и потрясающая идея выставить нас жалкими бедными, которых надо приголубить. Конечно, только нам известно, что если Сноу и обеспечит нам кров, то только с деревянной крышкой.
Экран гаснет и я уставляюсь в черную пустоту, пока не осматриваюсь и не вижу на себе взгляд Койн. Что? Не ждет же она моего профессионального мнения? Ведь и сама же уже все сказала и все понимает.
- Вы переживаете за реакцию людей или за крысятничество Кашмиры? – спрашиваю я, глядя на нашего «Президента». – Потому что со вторым справиться проще, ведь у нас ее брат.
Я совершенно серьезна, без тени усмешки смотрю на Блеска. Уж не знаю, что он там себе думает, но внезапно выныривает из раздумий Гейл и видимо, поняв мои слова по своему, говорит о том, что мы можем так же как Капитолий использовал Кашмиру, использовать Блеска.
- Нельзя. – отзываюсь я. – Они предугадали этот шаг. И теперь с легкостью заявят, что мы угрожаем его жизни и вынудили его все это рассказать. – обращаюсь к Гейлу.
Ситуация и правда не простая, потому что тягаться с Капитолием – все равно что пугать кактус голой жопой, как однажды сказал чуть ли не единственный мой неплохой знакомый из столицы.
- При всем уважении, командир, но победа в информационной войне всегда будет оставаться за Капитолием. Как минимум потому что у них есть ресурсы и ведро блесток. – я качаю головой и смотрю на Аарона. Не знаю, он как будто придает мне уверенности и наверно, немного веры в наше дело. Да, даже несмотря на то, что говорю я вслух совершенно другое. – А еще еда, вода и все, чего у нас нет в избытке. Нам бы не помешал кто-то из круга Сноу. Чье предательство будет шоком. Кто перевернет факты с ног на голову. Если мы не можем опровергнуть правду о нашем бедственном положении, надо отвлечь от него внимание.

+2

17

Люция шутит насчет того, что они могут обсудить демографические вопросы вечером. Или нет. Про обсуждение - наверное, нет, а вот про изменение демографии - да. В любом случае, сейчас не время, потому что Президент начинает встречу. Конечно, дело в этом ролике, в чем еще? Видео прокручивается еще раз, и Койн обращается сначала к Блеску Фрайзеру, затем ко всем. Первому она говорит о сестре, остальным - о сказанной ею лжи.

Фрайзер пока молчит, но видно, что он от слова к слову все больше превращается в каменное подобие. Надолго ли?

Слово берет Гейл, высказываясь, что против сестры надо использовать брата. С ним не соглашается Люция, и резон в ее словах есть. Будет действительно похоже на жалкую попытку оправдаться. Однако кого они найдут из Капитолия, свеженького и не замаранного пока?

Левий не агитатор и не политик, но...
- П-позвольте, - Аарон поднимается. - Может быть, Фрайзеру и начать с того, чтобы опровергнуть все и п-поставить с ног на голову? Не надо врать о том, что у нас всего в избытке и даже больше. Достаточно сказать, что его сестру опоили, и она не п-понимает, что несет.  - Левий ловит на себе пристальный взгляд Койн. - Нет, госпожа п-президент, я не считаю, что Кашмира Фрайзер и ей п-подобные - жертвы. Нас п-предали сознательно. Однако я считаю, что благородными уличениями в п-предательстве мы ничего не выиграем. Я согласен с Люцией, что нужно отвлечь внимание. Капитолий сделал из Фрайзер мученицу, счастливо спасшуюся от нас. Давайте сделаем из нее несчастную дуру, которую Капитолий п-продолжает   использовать, и забудем. Наверное, информационная война - важно, но я военный п-пилот, и не знаю ни одной войны, которая бы выигрывалась словами. Мне кажется, завоевывать людей нужно не красивой картинкой, а делом. Может, мы слишком много уделяем внимание Фрайзерам? Ну что такого в Кашмире? Символ от Капитолия? Он надуман, за ним ничего не стоит. Ну и что, что она видела, как мы живем, п-поэтому любая ложь у нее якобы выглядит п-правдоподобно и опасна? Разве она сказала что-то п-принципиально новое к тому, что Капитолий уже врал? П-помоему, внимание стоит уделять тому, что генерал нас п-предал, а не какая-то п-победительница, обласканная столицей. Устранять нужно это, а не бредни деланой красотки, даже если на нее вылито ведро блесток и карамели.
Левий садится.

+3

18

Я ожидал, что следующим выскажется Блеск, как-никак его бы хотели послушать все. Но голос прорезался у Люции Варис, которая попыталась порубить на корню мои предложения, оценивая их, словно это она здесь президент, а не Альма Койн. Разве она не понимает, что тем самым подрывает ее авторитет? Тут поневоле задумаешься, что может предатели не те, кто сбежал, а те, кто остался? Впрочем, я не сильно удивлен такому положению дел. Люция ведь из второго, благоговение перед Капитолием у них в крови, а из подростков там растят цепных псов Капитолия, и муштруют в преклонении перед Сноу. Но все это блажь, он просто человек и его можно убить.
Зато высказавшийся следующим Аарон говорил дельные вещи. Правда очень аккуратно, стараясь не сильно перечить своей подруге. Дождавшись, когда он закончит и сядет, я вновь привлек внимание присутствующих к своей персоне:
- Не согласен с Люцией, - начал я, подаваясь вперед, но не поднимаясь с места, как это сделал Левий. – Победа в информационной войне, напротив, всегда была за нами. А иначе почему к нам присоединилось уже восемь дистриктов? – я, конечно же имел ввиду третий, четвертый, пятый, седьмой, восьмой, девятый, десятый, одиннадцатый дистрикты, которые уже сбросили с себя оковы Капитолия. – Да и весь мой родной дистрикт, тоже здесь, ну или то, что от него осталось… - я бросил мимолетный взгляд на Китнисс, которая сидела рядом со мной и подавил желание взять ее за руку. Сейчас было не место и не время для нежностей, пусть даже и очень хотелось поддержать ее в эту минуту. Так что я вновь продолжил после секундной паузы. - Повстанцам наплевать на блестки, они их презирают. Гламур – это как раз-таки символ капитолийского пренебрежения к простым людям. Они там продолжают шиковать, когда в дистриктах люди голодают. Мы должны показать мятежникам, что слова Кашмиры Фрайзер – ложь. Что у нас есть ресурсы, что мы готовы оказать поддержку повстанцам в любое время. Оружием, техникой, провизией и всем остальным. Чтобы вновь вселить подорванную веру в наши общие силы.
Я понимал, что многие хотят высказаться, дополнить мою речь, или же поспорить над той или иной ее частью, но я жестом дал понять, что я еще не закончил:
- Люция, ты сама только что заметила, что в Капитолии люди живут припеваючи, так с чего бы им идти на предательство? Люди не бегут от теплой сытой жизни, и не торопятся встать рядом с голодающими и обездоленными. А если по каким-то причинам, у кого-то из них еще остались мозги в раскрашенных и одетых в разноцветные парики головах, вряд ли они ходят с табличкой на груди: «хочу быть шпионом, ненавижу Сноу, я тот, кто вам нужен», а роскоши доверять непроверенным людям у нас нет. Даже, казалось бы, проверенные и те могут повернуться не тем местом, каким от них ожидали, - я не хотел продолжать, чувствуя, что ступаю на опасный лед. Поэтому я кивнул в знак того, что у меня все.
[AVA]http://savepic.ru/8730525.png[/AVA][NIC]Gale Hawthorne[/NIC][SGN]http://savepic.ru/8779678.gif http://savepic.ru/8730527.gif[/SGN]

+2

19

Слово снова берет Гейл. Левий внимательно слушает его.

- П-послушай, - Аарон смотрит на парня. - Если мы выигрываем, п-по-твоему, тогда зачем нам оправдываться? Потому что все, что бы мы ни п-показали с Фрайзером, будет похоже на оправдание. - Левий таки считает, что лучше Фрайзеру слова в пропаганде не давать. - П-пусть лучше он п-покажет себя в бою за нас.
Левий скользит взглядом по молчаливому и как будто с усмешкой слушающему все"победителю" и возвращается к Гейлу.
- И извини меня, Гейл, но сколько тебе лет? Семнадцать? Девятнадцать? Отличный возраст махать шашкой наголо. Мы можем обещать п-помощь всем вокруг, чтобы выглядеть выгодно. Однако, если вдруг ее запросят все, она окажется не в той мере, какой выглядела в обещании. И тогда никакие ролики хоть с клонированным в трех экземплярах Фрайзером не вернут нам доверие. Это мы живем в войне и п-привыкли к лишениям, которые другим кажутся невыносимыми, а терпение дистриктов на п-пределе. Капитолий п-пообещает хлеб и п-помилование, и они могут п-понадеяться. Не нужно давать обещания и бряцать бутафорией, Гейл. П-президент Койн, выступите сами. Не нужно оправданий, что нас оболгали, и на самом деле мы живем отлично и нас хватит на всех. Оправдываются дураки и виновные. Наша п-проблема не в том, что мы растеряем дистрикты, а в том, что нужно брать Второй. Возьмем - и вопрос лояльности решится, а п-против Второго наши агитки ничто.

Левий не любитель говорить много и о политике, но сейчас предпочитает высказаться.

0

20

Аарон тоже берет слово и встает, обращаясь к Койн и оттого его слова звучат разумнее, чем мои. Хотя он и соглашается частично с моим мнением. Нет, не считаю, что дело в наших отношениях. Когда речь заходит о доме, Аарон предвзят и он знает, как будет лучше. И на фоне всех остальных он смотрится большим профессионалом, хотя бы даже по той же части субординации, которая у меня не то что отсутствует, но которую я соблюдаю избирательно. Мне хватило в школе профи и с мужем.
Гейл тут же отзывается, что не согласен со мной и говорит о том, что если бы мы не выигрывали, к нам бы не присоединились другие дистрикты. Ребенок. Они присоединились к нам именно потому что у них ничего нет и дальше так жить невозможно, а не из-за агитаций и роликов Сойки. Хотя они производили сильное впечатление в свое время. И про ресурсы – смешно. Где он нашел эти ресурсы?
Я молчу, хотя на языке много чего вертится, но разве можно что-то доказать мальчику, который рубаху на себе рвет? Юношеский максимализм. Потеря Двенадцатого подстегнула гнев. Не знаю, как в бою, но в закулисных интригах не смыслит ни он, ни Аарон. Они – военные люди. Просто у Левия опыта больше. И боли.
И невероятно режут его слова про бомбежку Второго. Я оборачиваюсь на него и смотрю как будто шокирована его словами. Хотя, откровенно говоря, разве у меня были какие-то иллюзии на этот счет? Ну что ж, по крайней мере я не ждала этих слов именно от него. Да и себя надо держать под контролем. Здесь все такие спецы в шпионаже и предательстве.
- Я не сказала, что нам нужен верующий в наше правое дело предатель. – говорю я, переводя взгляд с Аарона на Гейла. – Я сказала, что нам нужен отвлекающий маневр. А будет он правдив или под пытками – уже не важно. Главное, что он вызовет резонанс. Сноу тоже выпустил девчонку не только для того, чтобы пустить пыль в глаза. Возможно, пока мы разгребаем тут выступление никому неизвестной кокетки, он готовит что-то, к чему мы именно из-за этого, - указываю на экран, - не будем готовы. Закулисные интриги тоже важны, это определяет нашу репутацию у врагов, у массы, в конце концов. Эта война ведется для них. Главное понять, на кого направлен будет ответ. Если мы хотим вернуть веру дистриктов в нас, то Аарон прав, нет ничего лучше действия, мести, если хотите. Кашмира выставила нас голодными крысами, вызывая к нам жалость. Покажем, что будет с городом, когда эти крысы придут в их дома. – качаю головой, как будто подыскивая верные слова. – Мы убьем двух зайцев: вернем наших, напугаем Капитолий. Плюс, опровергнем слова Кашмиры. – смотрю на Гейла, как бы удовлетворяя его запросам. – Но идти на Второй – не лучшая идея. В лоб не пройдем и если переоценим свои возможности, то останемся пустыми, когда пришлют подмогу. Это не Двенадцатый. Во Втором их полно как грязи. На каждом углу.
Я делаю короткую паузу и вдох, чтобы собраться с мыслями, а потом говорю на свой страх и риск быть не просто осмеянной, но даже принятой за сумасшедшую, переча всем своим прошлым словам.
- Можно, конечно, было бы напасть на Первый, а потом с двух сторон задушить Второй. Но как бы нас не задушили из Второго и Капитолия. Так что возможно, есть резон напасть одновременно на два Дистрикта. Этого от нас точно никто не ожидает.

+2


Вы здесь » THG: ALTERA » Altera pars » [c] 12.12.3013, Dist.13, Together we can take the world apart


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC